Главная Случайная страница



Полезное:

Как сделать разговор полезным и приятным Как сделать объемную звезду своими руками Как сделать то, что делать не хочется? Как сделать погремушку Как сделать неотразимый комплимент Как сделать так чтобы женщины сами знакомились с вами Как сделать идею коммерческой Как сделать хорошую растяжку ног? Как сделать наш разум здоровым? Как сделать, чтобы люди обманывали меньше Вопрос 4. Как сделать так, чтобы вас уважали и ценили? Как сделать лучше себе и другим людям Как сделать свидание интересным?


Категории:

АрхитектураАстрономияБиологияГеографияГеологияИнформатикаИскусствоИсторияКулинарияКультураМаркетингМатематикаМедицинаМенеджментОхрана трудаПравоПроизводствоПсихологияРелигияСоциологияСпортТехникаФизикаФилософияХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника







ПЯТНАДЦАТАЯ ГЛАВА





 

Последние слова барона прокатились по комнате жутковатым эхом. В темноте послышались шаги – наверное, слуга помчался выполнять приказы. Шерлок посмотрел на Вирджинию. Она побледнела, но лицо ее было решительным. Шерлок протянул руку и сжал ее ладонь. Вирджиния улыбнулась в ответ.

Ее мужество дало Шерлоку силы продолжать.

– Это грандиозный план, – обратился он в темноту, – но он не сработает.

Последовало молчание, нарушаемое лишь странными скрипящими звуками, которые Шерлок запомнил по прошлой встрече с бароном. Эти звуки наводили на мысль о наполненных ветром парусах морского судна и о скрипящем деревянном корпусе.

– Ты слишком самоуверен, – донесся вдруг голос барона, – для простого мальчишки.

– Подумайте сами. То, что уже погибли два человека, еще не значит, что ваш план не провалится. К примеру, это ваше вещество очень легко смыть. Вспомните, как часто в Англии идут дожди. Чуть ли не каждый день. К тому же кто‑то из солдат успеет отдать в стирку свою новую форму, прежде чем до него доберутся пчелы. А офицеры сделают это наверняка. – Шерлока несло, он просто фонтанировал идеями, рассуждая о том, что может помешать грандиозным замыслам барона Мопертюи. – Кто‑то из солдат оставит себе старую форму или сошьет новую у полковых портных, а вашу не наденет. Не знаю, как насчет Франции, Германии и России, но англичане не любят, когда им указывают, какую одежду носить. В таких случаях они всегда находят способ обойти приказ.

– А сами пчелы? – неожиданно добавила Вирджиния. – Много ли их доберется до острова? Смогут ли они преодолеть такие огромные расстояния и долететь до каждого военного гарнизона? Вам хватит для этого пчел? А что, если ударят заморозки и ваши пчелы просто вымрут? Или если какие‑то местные птицы станут на них охотиться? Или они найдут какое‑нибудь дупло и будут жить себе спокойно на природе? А еще они могут смешаться с местными, британскими пчелами, и их потомки утратят всю свою хваленую агрессивность.

– Мы это учли, – ответил барон своим сухим, как пепел, голосом, но Шерлоку впервые показалось, что в его тоне звучит неуверенность. – И даже если какую‑то часть формы отдадут в стирку или какая‑то часть пчел погибнет, что из этого? Кто‑то из солдат все равно станет жертвой пчелиных укусов. Все будут считать, что началась эпидемия. Британская армия будет парализована страхом. Парализована!



– Вы что, совсем не знаете англичан? – фыркнул Шерлок. В это мгновение он вспомнил все, чему его учили на уроках истории, о чем он читал в газетах, свернувшись калачиком в отцовском кресле, и о чем ему рассказывал Майкрофт. – Вы когда‑нибудь слышали про атаку легкой бригады?[20]

Скрипящие звуки во тьме резко оборвались. У Шерлока возникло неожиданное ощущение, что все в комнате замерли, прислушиваясь к его словам.

– О да, – шепнул барон. – Я слышал об атаке легкой бригады.

– В тысяча восемьсот пятьдесят четвертом году, – продолжил Шерлок, – во время Балаклавского сражения в Крымской войне, солдатам четвертого и тринадцатого легких драгунских полков, семнадцатого уланского полка и восьмого и одиннадцатого гусарских полков было приказано атаковать российские позиции. Они шли в атаку по дну ущелья под перекрестным огнем русской артиллерии, но их это не остановило. Они выполняли приказы без страха и ропота. Я не утверждаю, что бездумное следование приказам – это хорошее качество, но дисциплина у британских солдат в крови. Я это знаю точно, потому что мой отец – офицер. Солдаты не поддаются панике. Никогда. Даже если английские солдаты начнут умирать, остальные отнесутся к этому как к обычной вспышке оспы или холеры. Неужели вы этого не понимаете? Они будут вести себя так, словно ничего не случилось. Так всегда и поступают англичане. Поэтому Британская империя стала такой огромной и могущественной. Если нам что‑то не нравится, мы этого просто не замечаем.

– Ты гладко говоришь, – заметил барон, – гладко, но не убедительно. Очевидно, тебе самому хотелось бы верить, что ваша империя возведена на твердом, как камень, фундаменте, но ты не прав. Фундамент давно прогнил, и здание вот‑вот обрушится, стоит лишь его подтолкнуть. Ты веришь, что вас ждет такое же славное будущее, каким было прошлое, но это не так. Мир будет меняться, и баланс сил станет смещаться в сторону моих союзников из Парадол‑чэмбер.

Парадол‑чэмбер? Это еще что такое? Шерлок постарался запомнить это название, потому что оно наверняка должно заинтересовать Майкрофта.

Если, конечно, Шерлоку удастся еще хотя бы раз увидеть своего брата.

– Тебе хотелось бы верить, что твой брат и дальше будет важным человеком в британском правительстве, – продолжил Мопертюи, – но это невозможно. Его и остальных его коллег сметет волна истории. Когда ваше крохотное наглое государство станет всего лишь провинцией Европейской супердержавы, сравнимой с Америкой по могуществу и размерам, твой Майкрофт останется не у дел. При новом порядке такие люди, как он, будут уже не нужны. Они умрут на гильотине или виселице. Выжить им не удастся.



Мопертюи так увлекся гневным обличением ненавистной ему нации, что уже не говорил, а шипел. Но откуда у него такая ненависть к Великобритании?

Шерлок тем временем пытался понять, как ему лучше действовать: спокойно продолжать спор или попытаться еще сильнее вывести барона из себя? И в том и в другом случае исход более чем сомнителен. Скорее всего, их с Вирджинией просто убьют.

– Он сумасшедший, – тихо, но уверенно сказала Вирджиния Шерлоку. – Совсем свихнулся. И план у него такой же безумный – барон никогда не добьется того, чего хочет. Нравится это ему или нет, но Британия – великая страна. Он не может этого отрицать.

– Просто поразительно, девочка, – прошипел Мопертюи, – что ты так яростно защищаешь это государство.

Вирджиния резко подняла голову, удивившись, что барон вдруг о ней вспомнил.

– Что в этом поразительного? – спросила она. – Просто я не люблю, когда убивают невинных людей. По‑вашему, я ненормальная?

– Твоя страна более двух веков была английской колонией, – возразил ей барон. – Всеми вашими делами заправляли из Лондона. Вы были для англичан всего лишь еще одним графством, вроде Дорсета или Гемпшира, только крупнее и чуть дальше расположенным. Вам пришлось восстать против британского правления и сбросить с шеи вестминстерское ярмо.[21]

– Но мы завоевали свободу в честной борьбе, – возразила Вирджиния. – А не происками и обманом. Если нам приходится воевать, мы только так и воюем – открыто и честно. У войны тоже должны быть правила, как и у бокса.

– Наивная, – пробормотал барон, – какая же наивная! И бестолковая. Вы с этим мальчиком умрете слишком рано – и не увидите, как мир, который вы так любите, перевернется с ног на голову.

– Вам нравится действовать из укрытия? – спросила вдруг Вирджиния, и ее голос звучал так решительно, что Шерлок взглянул на нее с удивлением, не понимая, что она замыслила.

– Удачливый боец наносит удар из укрытия и прячется снова, так что более крупный и сильный противник не знает, куда бить в ответ, – прошептал барон. – Это военная стратегия будущего. С ее помощью более мелкие противники смогут побеждать гораздо более сильных. Побеждать, используя хитрость.

– Так значит, вы предпочитаете скрываться во тьме? Посмотрим, как вам понравится свет! – воскликнула она и вскочила на ноги.

Шерлок заметил какое‑то движение в дальнем углу комнаты и понял, что мистер Сурд взмахнул плетью со стальным наконечником, но Вирджиния так стремительно сорвалась с места, что плеть задела только спинку кресла.

Девушка тем временем ухватилась за черные бархатные шторы и резко раздвинула их. Шерлок услышал звук рвущейся ткани, как будто штора оторвалась от карниза, а затем все полотнище, зашуршав, упало на пол грудой мягкой материи, и в комнату хлынули лучи солнечного света.

Лакеи в черном прикрыли глаза руками, но Шерлок даже не зажмурился – его взгляд был прикован к барону, сидевшему в огромном кресле по другую сторону стола. Это был тот самый красноглазый и беловолосый человек, которого он видел в Фарнхеме, в карете. Барон щурился на свету, загораживаясь рукой, пока не нащупал на столе очки с темными стеклами и не надел их, скрыв от солнца слишком чувствительные глаза. Его руки были тонкими и искривленными, как ветки старого дуба, а голову он наклонил так, словно не мог удержать ее на плечах. Одет он был в подобие военной формы: черный мундир с золотой тесьмой на груди и манжетах. Его голову окружала какая‑то странная конструкция – что‑то вроде деревянной рамы.

Неожиданно он вскинул голову и так сверкнул глазами из‑за темных линз, что Шерлок почти почувствовал жар его взгляда. Он заметил, что к раме были прикреплены какие‑то веревки, и они натянулись именно в тот момент, когда Мопертюи двинул головой.

Мистер Сурд стоял рядом с бароном, и его шрамы были такими яркими в солнечном свете, что лысый череп казался похожим на клубок дождевых червей. Сурд угрожающе глядел на Шерлока и Вирджинию и поигрывал плетью.

– Нет! – прошептал барон. – Они мои!

Шерлок не мог отвести глаз от искалеченного тела барона Мопертюи. Такие же деревянные конструкции охватывали его локти и запястья, а гораздо более крупная окружала грудь, и к каждой из них были прикреплены веревки. Шерлок проследил взглядом за самыми толстыми из них, привязанными к грудной раме, и обнаружил, что они тянутся к массивной деревянной перекладине, которая возвышалась над бароном, словно виселица. На ближайшем конце перекладины была закреплена небольшая поперечная планка с металлическими крюками и блоками. Через эти крюки и блоки тоже были пропущены веревки, и держали их лакеи в черном. Шерлок насчитал штук двадцать таких веревок, которые тянулись к разным частям тела барона Мопертюи. Шерлок с изумлением увидел, как одни из лакеев натянули свои веревки изо всех сил, а другие, наоборот, ослабили натяжение. И барон выпрямился.

Он был марионеткой, марионеткой с человеческим телом, которым управляли его слуги.

– Чудовищно, правда? – прошипел барон. Казалось, сам он способен управлять только глазами и ртом. Он поднял правую руку и указал на себя, но двигалась эта рука благодаря веревкам, прикрепленным к его запястью, локтю и плечу, и более тонким лескам, привязанным к кольцам на его пальцах, – барон сделал этот жест не потому, что сам этого захотел, а потому, что слуги предугадали его желание. – Это подарочек мне от Британской империи. Ты говорил об атаке легкой бригады? Банальный, бессмысленный эпизод, возникший из‑за неправильно понятого приказа, в войне, которая была нам не нужна. Я был там в тот роковой день вместе с графом Луканом. Я служил его связным и передавал приказы французской кавалерии, стоявшей на левом фланге. Я видел своими глазами, как лорд Раглан отдавал приказ. Я знаю, что он был плохо сформулирован, и Лукан неправильно его понял.

– И что произошло? – спросил Шерлок.

– Моя лошадь споткнулась во время атаки, испугавшись пушечного огня. Я вылетел из седла и упал перед сотнями британских кавалеристов. Они проскакали по мне. Вряд ли они вообще меня заметили. Я чувствовал, как ломаются мои кости под копытами лошадей. Ноги, руки, ребра, череп. В моем теле сломаны все крупные кости и большинство мелких. Внутри я весь как рассыпавшаяся мозаика.

– Лучше бы вы умерли, – сказала Вирджиния, и Шерлок не понял, что звучало в ее голосе – жалость или отвращение.

– Меня нашли соотечественники после того, как русские расстреляли британцев из пушек, – продолжил Мопертюи. – Они вынесли меня с поля боя. Перевязали мои раны. Они вылечили меня, насколько смогли, но моя шея сломана, и хотя мое сердце все еще бьется, я не могу ходить. Они не рискнули отправить меня на родину в таком состоянии, и поэтому я пролежал в палатке в Крыму целый год, терпя летнюю жару и зимний холод. Целый год. И каждую секунду, каждую минуту, каждый час, каждый день, каждую неделю и каждый месяц я проклинал британцев и их идиотскую страсть подчиняться приказам, какими бы глупыми эти приказы ни были.

– Вы сами выбрали военную карьеру, – напомнил ему Шерлок. – Вы были офицером. И вы выжили там, где тысячи людей погибли.

– И каждый день своей жизни я жалею, что не погиб вместе с ними. Но я живу, и у меня есть цель: поставить Британскую империю на колени. И начну я с тебя.

Выплюнув эти слова, Мопертюи взмыл в воздух и легко приземлился на стол. Веревки над ним натянулись, удерживаемые кукловодами в черных камзолах. Комната наполнилась скрипом: веревкам, прикрепленным к перекладине, приходилось выдерживать вес барона. Каким‑то образом лакеи понимали, чего хочет от них хозяин. Шерлок предположил, что они работали на него так долго, что изучили ход его мыслей и научились действовать в соответствии с его желаниями. Как только ноги барона коснулись стола, Шерлок соскочил с кресла. Вирджиния тоже метнулась в сторону.

– Барон, – крикнул мистер Сурд, – вы не обязаны делать это собственноручно! Позвольте мне убить этих детей!

– Нет, – ответил Мопертюи. – Я не калека! Я сам уничтожу этих наглецов! Я не впустую провел все те месяцы, когда лежал парализованный: я изобрел это устройство! И теперь я смогу убить их сам! Ты это понимаешь?

– Хотя бы разрешите мне покончить с девчонкой, – настаивал Сурд. – Позвольте мне оказать вам такую услугу.

– Отлично, – согласился барон. – А с парнем я сам справлюсь.

И он поплыл к Шерлоку, едва касаясь ногами столешницы. Потом протянул к нему руку, и на мгновение Шерлок подумал, что барон предлагает ему тоже влезть на стол, но тут веревки неожиданно натянулись, и из потайных ножен под мышкой выскользнул блестящий клинок. Барон сжал рукоятку своими тонкими, как паучьи лапы, пальцами, но было видно, что он не держит оружие по‑настоящему, а лишь слегка его направляет.

Шерлок попятился, пока не наткнулся спиной на стоящие у двери доспехи. Он выхватил из железной рукавицы меч, свалив все остальное на пол. Краем глаза он заметил, как мистер Сурд вышел на середину комнаты, угрожающе помахивая кончиком плети, но тут барон вскинул саблю и соскочил со стола. Похожее на виселицу устройство, к которому он был подвешен, стояло на колесиках, и слуги разворачивали его и толкали в нужном направлении. Благодаря этому устройству Мопертюи мог в считаные мгновения оказаться в любом конце комнаты, в то время как Шерлок не успел бы и с места сойти.

Барон взмахнул саблей. Шерлок неуклюже отбил удар, и его плечо заныло. Клинки столкнулись, выбив россыпь искр. Барон снова взмыл в воздух, целясь Шерлоку в голову. Тот откатился влево, и сабля рассекла спинку кресла – щепки так и брызнули во все стороны.

В отчаянии Шерлок бросил взгляд направо. Вирджиния пятилась от мистера Сурда, а тот спокойно разматывал свою плеть. Потом он с проворством атакующей змеи нанес удар. Вирджиния отшатнулась, но опоздала на долю секунды. Стальной наконечник рассек кожу на ее щеке. Хлынула кровь.

Шерлоку отчаянно хотелось броситься к ней на помощь, но тут барон с легкостью приземлился прямо перед ним. Вскочив на ноги, Шерлок замахал мечом, пытаясь перерезать веревки, удерживающие барона, но слуги сразу же оттащили своего хозяина подальше, и Шерлок не смог до него дотянуться. На белом, похожем на череп лице барона застыла уродливая улыбка. Его красные, как у крысы, глаза светились предвкушением победы. Он сделал выпад, его правая нога скользнула по ковру, а правая рука, удерживающая саблю, вытянулась далеко вперед. Шерлок слышал, как пыхтят слуги, натягивая веревки. Клинок был направлен прямо ему в горло. Холмс попытался отбить удар, но зацепился ногой о складку ковра и упал на спину, ударившись затылком об пол.

– Я был лучшим фехтовальщиком Франции! – хвастливо воскликнул барон. – И я остался им!

Вирджиния вскрикнула, и Шерлок невольно взглянул на нее. Сурд загнал ее в угол. На ее лбу зиял еще один разрез. Красная кровь казалась тусклой на фоне подсвеченных солнцем огненно‑рыжих волос. Шерлок повернулся было в ту сторону, но тут перед ним снова мелькнула бароновская сабля: она разрезала ворот рубашки и прочертила на груди яркий след. Шерлок вскочил на ноги и попятился, выставив перед собой меч и отчаянно надеясь отбить очередной выпад барона.

Снова заскрипела деревянная конструкция, и барон поплыл по воздуху, как не сумел бы ни один здоровый фехтовальщик. Он размахивал саблей, словно косой. Хотя барон и называл себя великим фехтовальщиком, похоже, в азарте атаки он растерял все свои навыки. Он бездумно молотил саблей в воздухе, надвигаясь на Шерлока, а тот уже устал отбиваться. Его мышцы горели огнем, а все жилы казались натянутыми до предела, как скрипичные струны.

Что‑то промелькнуло рядом с головой Шерлока, и он оглянулся. Это была железная рукавица из опрокинутого набора доспехов. Вирджиния подняла ее с пола и бросила в мистера Сурда. Следом она швырнула железный сапог, который угодил великану прямо в лоб, в место над левым глазом, и Сурд разразился ругательствами.

Барон Мопертюи вновь двинулся вперед, и Шерлоку снова пришлось отступить. Как этим лакеям‑кукловодам удается действовать так слаженно? Мопертюи шел как здоровый человек. Он даже бедрами слегка покачивал.

Барон замахнулся и рубанул саблей наискосок. Шерлок отбил удар. Снова посыпались искры, похожие на ночных светлячков.

Сопротивляться было бесполезно. Мопертюи в самом деле умел фехтовать, и даже деревянная конструкция не стала для него помехой. Или его слуги сами были опытными фехтовальщиками (Шерлок готов был в это поверить), или же они так долго тренировались с бароном, что научились действовать, словно части единого организма, не переговариваясь между собой и не раздумывая. Сколько же времени Мопертюи их натаскивал, пока они не начали работать так слаженно?

Шерлок пятился все дальше и дальше, пока не уперся локтем и плечом во что‑то твердое. Стена! Дальше отступать было некуда.

Мопертюи снова взмахнул рукой, и его сабля сверкнула как молния. Шерлок в отчаянии попытался увернуться, но клинок пробил воротник его куртки и глубоко вонзился в щель между двумя камнями. Шерлок попытался вырваться, но понял, что пришпилен к стене, словно бабочка на булавке.

Он собрался с духом, ожидая, что Мопертюи выдернет саблю для последнего удара, и в это мгновение можно будет сбежать, но вместо этого барон поднял левую руку. Веревки натянулись, словно струны, и что‑то выскользнуло из его левого рукава. В первое мгновение Шерлок подумал, что это нож, но это оказалось какое‑то очень странное оружие. Похожее на металлический диск с зубчатыми краями.

Что‑то зажужжало в тени за спиной барона, и диск начал вращаться, разбрасывая солнечные зайчики. Барон начал медленно подносить зубчатый диск к правому глазу Шерлока, и тот почувствовал бьющий в лицо поток воздуха.

Он был в отчаянии. Ему не справиться с бароном. Еще несколько мгновений, и барон его убьет.

Но должен же он спасти Вирджинию!

Только эта мысль и заставила Шерлока предпринять последнюю попытку. Он вытащил руку из рукава куртки и упал на пол в ту самую секунду, когда диск с громким скрежетом вонзился в стену, разбрасывая во все стороны искры и каменную крошку.

Если Шерлок не мог победить барона в фехтовальном поединке, значит, надо думать головой. Нужно всего лишь найти уязвимое место и воспользоваться слабостью противника. И это наверняка связано с тем, как движется барон, вернее, как его передвигают. Шерлок снова попытался перерезать веревки, удерживающие барона, но тот был готов к этому и с легкостью отбил удары Шерлока вращающимся диском, пока другой рукой выдергивал из стены саблю.

Отступив назад, Шерлок чуть было не споткнулся об обломки кресла, разрубленного бароновской саблей. Кусок дерева с грохотом прокатился по полу, и в голове Шерлока возник новый план. Не задумываясь, Шерлок наклонился и поднял левой рукой самый крупный обломок – часть сиденья с подлокотником и покрытую резьбой ножку.

Когда барон сделал очередной выпад, целясь Шерлоку в лоб, тот прикрылся куском кресла, как щитом. Сабля глубоко вонзилась в дерево. Прежде чем барон успел ее вытащить, Шерлок взмахнул обломком, вынудив барона поднять саблю над головой. Запястье Шерлока скользнуло по одной из веревок. Он крутанул обломок, едва не вырвав саблю из руки барона, просунул его между ближайшими веревками и крутанул снова. Кусок кресла запутался в веревках и повис в воздухе. Шерлок выпустил его из рук, а потом схватил еще одну веревку, другую и, потянув изо всех сил, зацепил за обломок.

– Что ты делаешь? – крикнул барон, но было уже поздно.

Веревки, обмотанные вокруг ножки и подлокотника кресла, превратили его конструкцию в ловушку. Мопертюи отчаянно дергался. Слуги тянули изо всех сил, но у них ничего не получалось. Распутать веревки таким способом они не могли.

Отступив на шаг, Шерлок взмахнул мечом и перерезал штук пять или шесть веревок. Их концы разлетелись по разным углам комнаты.

Руки барона опустились, голова завалилась набок.

– Ты за это заплатишь, – прошипел он.

– Пришлите мне счет, – огрызнулся Шерлок и повернулся к Вирджинии, готовый броситься ей на выручку.

Но именно в это мгновение она шарахнула мистера Сурда по голове тяжеленным металлическим шлемом. Сурд рухнул на пол без сознания, истекая кровью.

– Я как раз хотел тебе помочь, – сказал ей Шерлок.

– Потрясающе, – ответила Вирджиния. – И я тебе тоже.

 








Date: 2015-07-27; view: 125; Нарушение авторских прав



mydocx.ru - 2015-2021 year. (0.012 sec.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав - Пожаловаться на публикацию