Главная Случайная страница


Полезное:

Как сделать разговор полезным и приятным Как сделать объемную звезду своими руками Как сделать то, что делать не хочется? Как сделать погремушку Как сделать так чтобы женщины сами знакомились с вами Как сделать идею коммерческой Как сделать хорошую растяжку ног? Как сделать наш разум здоровым? Как сделать, чтобы люди обманывали меньше Вопрос 4. Как сделать так, чтобы вас уважали и ценили? Как сделать лучше себе и другим людям Как сделать свидание интересным?


Категории:

АрхитектураАстрономияБиологияГеографияГеологияИнформатикаИскусствоИсторияКулинарияКультураМаркетингМатематикаМедицинаМенеджментОхрана трудаПравоПроизводствоПсихологияРелигияСоциологияСпортТехникаФизикаФилософияХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника






Глава 20. Гость 5 page





Я боролся со своим нарастающим желанием, но мое тело горело, не желая подчиняться. Быстрое горячее дыхание Беллы обволакивало мое лицо, добавляя ощущений, а ее ласковые тонкие пальчики торопливо блуждали по моей шее и спине, зарывались в волосы, тянули к себе. Я старался не думать о себе, но было невозможно отречься от того, что я вижу и что слышу. Каждый ее вздох, каждый стон эхом отзывался в глубине меня, подтачивая мое самообладание.

Мои руки начали мелко дрожать от попыток сдержать себя и остаться нежным. Мои собственные ощущения побеждали меня. Я задохнулся, когда накрыл ладонью ее грудь, и, застонав от мучительно-сладкого напряжения, последовавшего за этим, убрал руку. Слишком сильно. Невозможно.

Мои нервы стали похожи на натянутые струны пианино, и каждое мое действие, каждый ответный всхлип или стон любимой, учащенное дыхание и сердцебиение - рвали струну за струной, медленно уничтожая мой самоконтроль, оставляя меня во власти одного лишь инстинкта.

Придерживая голову Беллы над водой, я всем телом вжал девушку в песок, и жадно целовал. Слишком жадно, я балансировал на грани. Мое тело задрожало, сопротивляясь контролю с моей стороны, оно не хотело отстраняться. Но моя голова должна была быть ясной, я не мог позволить себе отпустить себя. Это было нелегко, сладость поцелуя опьяняла меня, близость тела сетями опутывала мое сознание, пытаясь удержать на месте.

С огромным трудом, весь дрожа от напряжения, я отодвинулся от ее мягких притягательных губ, чтобы перевести дух.

Но не тут-то было. Белла вцепилась в меня изо всех сил, не отпуская, и закинула ногу мне на пояс. Ее сердце бешено колотилось, а дыхание было сильным и порывистым, и весь ее вид отнюдь не способствовал сохранению моего самообладания. Я быстро отодвинул девушку от себя, дыша глубоко и пытаясь вспомнить что-нибудь, что отвлечет меня. К сожалению, меня отвлекало, а точнее, привлекало только то, что я видел перед собой - ее прикрытые глаза, ее дрожащие плечи и потрясающе мерцающая от воды кожа. Это было невероятно соблазнительное зрелище, и оно захлестнуло меня так, что мне пришлось закрыть глаза.

Но, не успел я опомниться и придти в себя, как вдруг ее пальчики побежали по моей груди вниз, по животу, и страсть ударила меня электрическим током, сминая и ломая мое сопротивление. Она хочет свести меня с ума?

С громким стоном я поймал ее ладошку почти у цели и прошептал, борясь с головокружением:
- Белла, умоляю, не спеши!

Но, кажется, она даже не слышала меня. Тут же схватив мою руку, она потянула ее на себя, положив на талию, и пыталась прижаться к мне. Ее глаза были закрыты, а с губ слетало влажное дыхание. Ее пальчики очертили мой рот, пробежали по щеке, и легли на шею. В этом было столько нежности, столько желания, что я, втянув носом воздух, быстро провел ладонью по изгибу ее талии наверх и снова мягко коснулся ее груди. Меня обожгло от потрясающего ощущения нахождения этой части тела в моей руке. Невероятно. Чудовищно приятно. Огонь растекся по моим жилам, расплавляя мою волю, когда Белла со стоном запрокинула голову от моего прикосновения, дрожа еще сильнее, чем раньше. Уступая порыву, я склонился, целуя ее горло и плечи, и моя рука уже безотчетно двигалась по ее горячему телу, по запретным местам, к которым раньше я никогда не позволял себе прикасаться. Это было мучительно, прекрасно и до боли желанно, и больше я не мог остановиться.

Ее пульс взбунтовался, набирая обороты. Разве такое ВОЗМОЖНО?

Я уже почти не мог соображать, во мне тлело только одно яростное желание, подчиняя себе целиком - обладать ею, сделать своей женой по-настоящему.

Прижимая ее мягкое тело к своему, я покрывал ненасытными поцелуями ее шею, как вдруг запах ее тела увеличился сразу в несколько раз, привлекая мое внимание. Мои ноздри раздулись, втягивая этот умопомрачительный аромат, а Белла неожиданно задрожала в моих руках и ослабла, постанывая как будто в изнеможении. Ее горло оказалось так близко, кровь бешено и оглушительно стучала, дразня совершенством букета, до головокружения. Моя рука все еще продолжала ласкать ее, но тело вдруг окаменело, и рот заполнился ядом. Этот факт отрезвил меня в ту же секунду, и я отшатнулся, едва не уронив Беллу в воду. Она была как тряпичная кукла - безвольно лежала на моей руке, доверчиво открыв передо мной шею. Ослабевшими руками она перебирала мои волосы. Ее лицо раскраснелось, а кожа будто горела, она едва дышала. Ее облик показался мне в этот миг настолько привлекательным, что вызвал во мне дикое желание, контролировать которое стало почти невозможно. Это пугало. Мой рот был полон яда. Придерживая голову Беллы над водой и торопливо сглатывая, я не мог оторваться от мощно пульсирующей жилки. Не то что бы я не мог контролировать себя, нет! Но я боялся, что мой яд может причинить ей вред.

Ее доверие и ранимость привели меня в чувство. Приступ жажды прошел так же быстро, как и начался. Бесследно. Я не мог не порадоваться, что сумел так хорошо подчинить себе эту сторону своей сущности. Кажется, это больше не было проблемой.

Зато проблема была другая. Теперь не было никакой возможности продолжать делать это в воде. Я перевернулся на спину, но Белла бессильно уронила голову на мою грудь, задыхаясь. От слабости она готова была вот-вот соскользнуть в воду. Она что, собирается потерять сознание?

- Белла, Белла... - позвал я, подтягивая ее на себя и ловя ее взгляд.

Она лишь чуть приоткрыла глаза, а потом со стоном поцеловала меня, так, как будто хочет меня съесть. Ее язык скользнул по моим губам, вырвав из меня рычание и почти лишив рассудка.

- Белла, любимая, подожди... пожалуйста... - прошептал я ей в губы, тяжело дыша. Если я продолжу так увлекаться, а она будет постоянно сползать в воду, это может кончиться чем-то нехорошим. Это мне не нужен воздух, чтобы дышать, Белла вполне может захлебнуться, даже так близко от берега.

Она ничего не отвечала, ее голова упала на мое плечо. Со вздохом я поднял ее на руки и понес в дом. Белла доверчиво прильнула ко мне и что-то бормотала, выводя узоры пальчиком на моей груди и шее. Я обернул ее в полотенце, висящее на ветке пальмы, и через мгновение уже замер перед кроватью, утопающей в белоснежных кружевах, при одном взгляде на которую я сглотнул от внезапно накатившего страха.

Внутри комнаты было удушающе жарко, несмотря на настежь открытые окна. Я надеялся, что жара сделает мои ледяные прикосновения приятнее для Беллы. Сейчас, глядя на ее покорное, обессиленное тело, которое я окунул в пуховые подушки, я понял, каким глупцом я был - мои прикосновения были бы для нее приятными в любом случае.

Когда я вновь стал целовать ее, Белла задрожала, со стоном прижимаясь ко мне. Ее тело недвусмысленно давало мне понять - делай со мной, что хочешь.

От осознания этого факта я и сам задрожал, мои руки снова блуждали по запретным местам, теперь увереннее, изучая каждый сантиметр ее нежной, бархатной кожи, лаская мягкие изгибы. Ее кожа пылала, обжигая мою, а сердце выпрыгивало из груди. Меня вновь захватила страсть от ее соблазнительного вида, но теперь, вдали от океана, где запах смывала вода, страсть смешивалась с жаждой. Выпуская на волю одного себя, я неизбежно ослаблял контроль и над другим - зверем. Но сейчас он надежно сидел на цепи. Пока.

Я накрыл Беллу собой, тщательно контролируя свою силу - фарфоровая статуэтка не должна пострадать. Я пытался сохранить дистанцию между нашими телами, ее податливым и моим каменным, но Белла ломала мое сопротивление, притягивая меня к себе изо всех своих человеческих сил. Я мог бы ей этого не позволить, если бы хотел, но мое тело словно жило отдельной жизнью, не слушая моих приказов. Вопреки усилиям, оно льнуло к горячей коже, нуждаясь в его волшебном тепле. Я мог только надеяться, что действую не слишком грубо. Мои руки снова дрожали от напряжения, а голова шла кругом, смывая мой разум в ничто, в пустоту, оставляя одно лишь всепоглощающее желание обладания. Я пытался сдержать это стремление, подойти к столь важному моменту ответственно и с ясной головой, но мне никак не удавалось с собой справиться. Все мои мышцы сокращались, желая большего, а руки жаждали объятий. Кончики пальцев непрерывно чертили следы на влажной коже, впитывая и запоминая каждый оттенок прикосновения, завороженно слушая звуки ее голоса.

И, словно она не могла больше ждать, Белла вдруг извернулась подо мной, обхватив мою талию ногами. Это привело меня почти в состояние безумия. В глазах потемнело, а желание стало таким острым, что казалось болью. Я стиснул зубы, понимая, что сейчас должно произойти. Я глубоко задышал. Я пытался замереть, остановиться. Я хотел предупредить ее, сказать, что я люблю ее. Хотел сделать это, глядя в ее глаза и читая в них согласие и готовность. Но было поздно, уже не было никакой возможности удержать себя, и в следующую секунду это уже случилось, и силой и полнотой своих ощущений я был сражен мгновенно и до основания. Мое сознание помутилось. Мне казалось, что я брежу. Лицо Беллы стало расплывчатым.

Жгучее наслаждение разлилось по моему телу, поднимая все волосы дыбом и электризуя каждый нерв. Это было оглушительно. Убийственно, сказочно приятно. И мое самообладание разлетелось на куски. Я мог только чувствовать, как погружаюсь в эйфорию, как сознание покидает меня, как мои руки бесконтрольно сжимают в объятиях драгоценную девушку, ставшую моей. Я мог слышать собственные стоны, но как будто со стороны. Я был бессилен противостоять инстинкту, заложенному самой природой, полностью отдавшись во власть новых, неизведанных, захватывающе сильных ощущений.

Потребность удовлетворить свое желание окутало мой разум густым туманом, но даже сквозь него я услышал вскрик. Тело Беллы больше не было расслабленным, напротив, я чувствовал, как она дрожит, а ее руки упираются в мою грудь. И больше ничего. Я замер. Я слышал только звук своего дыхания и бешеный стук ее сердца.

Я приходил в себя, слишком медленно. Я знал, что я должен сделать в первую очередь. Привкус ее кожи, это одно, а запах свежей крови - совсем другое. Мне нужно было задержать дыхание, пока аромат ее крови не настиг меня. И я сделал это незамедлительно. Затем я открыл глаза.

Белла не дышала. Это первое, что я увидел и осознал. Ее ладошки все еще упирались в мою грудь, но уже не так уверенно, а глаза настороженно следили за мной.

Холодные щупальца страха обвили мой желудок - я сделал что-то не так, я потерял контроль, почти. Я причинил ей боль!

- Прости, - прошептал я так тихо, что получилось беззвучно, и отшатнулся назад.

Вернее, попытался, но в это же мгновение в глазах Беллы мелькнули страх и понимание, и она необычайно быстро и крепко схватила меня за шею, удерживая на месте. Твердая решимость застыла на ее лице.

- Дыши! - прошептал я испуганно.

Белла тотчас же повиновалась и задышала, как будто опомнилась. В других обстоятельствах меня бы это позабавило, но не сейчас. Я пристально всматривался в ее лицо, ища в нем признаки того, что ей больно, что что-то не так, и Белла так же пристально всматривалась в мое.

А потом она... улыбнулась. Такой искренней, полной счастья и облегчения, обезоруживающей улыбкой, что это сразу убедило меня - все в порядке. Она не жалеет. Этого она и хотела.

Мои губы непроизвольно дрогнули в ответ. Все, что заставляло ТАК сверкать ее глаза, делало счастливым и меня тоже. Такая ее улыбка стоила любых затраченных мной усилий.

Фантастическое осознание нашей новой связи растопило мое ледяное сердце. Мой мир, который я ненавидел и смог полюбить с появлением в нем ЕЕ, наполнился новым смыслом. Мы принадлежим дуг другу, теперь по-настоящему. Наша любовь скреплена не только на словах и бумаге, теперь мы единое целое, неразделимое и вечное. Да, вечное. Она моя. И, чтобы ни случилось впредь, ничто и никогда не изменит ЭТОГО.

Этот миг стал для меня бесценным откровением. Я и не подозревал, что он окажется для меня настолько важным. Все во мне перевернулось, принимая эту новую реальность с неожиданным для меня самого восторгом. Она МОЯ. Еще один, казавшийся непреодолимым, барьер между нами пройден, еще на один шаг мы стали ближе друг к другу.

Любовь затопила каждую клеточку моего тела. Она росла, поднимаясь изнутри, из самой глубины моего естества, увеличиваясь, пока не вышла за пределы моей несуществующей души. Она поглотила меня целиком, подчинила себе.

Белла потянулась ко мне, приглашая поцеловать, и я, не колеблясь, ответил ей.

- Я люблю тебя, - шептал я в ее губы, а затем покрыл поцелуями все, что было мне доступно: лицо, шею, плечи, снова лицо...

Мои руки бесстыдно метнулись вниз. Я тесно прижал ее бедра к себе, желая в полной мере ощутить нашу новую близость. Миллионы электрических импульсов мгновенно охватили меня, я едва не задохнулся, но все же смог заставить себя не дышать.

- Больно? - опомнился я, ища в ее глазах ответ.

В глубинах темного шоколада мелькнуло какое-то новое выражение... Взрослое? Скорее, даже мудрое...
- Нет, - покачала она головой, и ее дыхание немного сбилось, глаза закрылись, она потянула меня на себя...

Я действовал медленно, нежно, предельно осторожно. Я боялся, что она обманула меня. Все мое существо противилось причинять ей боль. Сначала я почти не шевелился - едва заметно, мягко, неуловимо я прижимался к ней, заново лаская кончиками пальцев ее обворожительную кожу, медленно целуя миллиметр за миллиметром доступной мне части шеи, плеча, ключиц. Но не было похоже, что ей больно. Она снова порывисто дышала, бурно реагируя на каждое мое прикосновение, и всем телом нетерпеливо подавалась мне навстречу. И постепенно действия захватили меня. Голова закружилась. Это было невероятно. Словно моя душа пыталась вырваться из плена разума и воспарить над землей. Казалось, что мои попытки сохранить контроль еще быстрее ослабляют его. Чем больше я прилагал к этому усилий, тем труднее мне становилось.

Мои собственные ощущения были запредельными, разрушительными. Они пронизывали до костей, они взрывали во мне волны сладкой дрожи, они заставляли волосы шевелиться на моей голове. Необходимость не дышать стала казаться мне мукой.

Белла тихонько стонала, продолжая тянуть меня к себе, и каждый звук, слетающий с ее полуоткрытых губ, словно проходил сквозь меня и ударял в самое сердце, раз за разом проверяя на прочность мою волю. Мои нервы снова туго натянулись, как струны пианино. Я казался себе сплошным комком энергии, готовым взорваться в любой момент. Мои руки опять начали дрожать от усилий сдержать нарастающее напряжение.

И я вдруг отчетливо осознал, что в этом сражении я проиграю. Оставалось надеяться, что моей любви к этой девушке, а также страха потерять ее, и всего человеческого, что живо во мне, хватит, чтобы уберечь ее от беды.

Простонав от бессилия, я сдался. Втянул в себя воздух раз, другой, третий, давая освобождение боли в груди, которую я испытывал от невозможности дышать. Кто сказал, что вампирам не нужен кислород? Мне нужен был воздух, чтобы выразить эмоции, рвущиеся наружу.

Хватило всего несколько секунд, прежде, чем роскошный аромат ее крови добрался до меня. И в тот же миг все перевернулось с ног на голову.

Чудовище во мне взревело, вырываясь на свободу. Жажда обрушилась на меня с такой же силой, как это было в первый раз. Все мышцы напряглись, а рот стремительно наполнялся ядовитой слюной. Время остановилось. В глухой тишине опустошенного жаждой разума пульсация ее крови била в мои уши как молот по наковальне, приглашая к пиршеству. Я уже мог представить на языке этот великолепный вкус. Мой взгляд сфокусировался на единственной и самой желанной артерии под тонкой кожей. Я практически видел, как красная жидкость стремительно движется, гипнотизируя меня. Мое зрение затуманилось. Комната исчезла, сузившись до одной точки - ее горло и кровь, ничего, кроме крови. Я больше ни о чем не мог думать. Как будто и не было стольких лет моего отчаянного сопротивления ее зову, этот запах был всем, он подчинял меня, обещая рай и облегчение дикой боли, обжигающей мое горло. Она разрывала меня на части, стирая границы сознания, и был только один способ унять ее. Монстр рвался наружу сильнее, чем прежде.

Мое дыхание стало тяжелым, когда я вступил в борьбу с самим собой. Секунда за долгой секундой я удерживал себя на месте, преодолевая безумие, пока зверь внутри меня остервенело бился, пытаясь сломить мою волю.

Я знал, что уже выиграл этот раунд. Если бы был хоть единый шанс, что я поддамся, она была бы уже мертва. Но соблазн вкусить этот невероятный подарок, созданный природой специально для меня, был чудовищно, до отвращения силен.

La cantante...

В сочетании с электричеством, бегущим по моим жилам, этот соблазн был почти непреодолимым.

Я вдруг с омерзением осознал, почему некоторые нам подобные вступают в интимную близость именно с людьми. Если бы я сейчас сдался, если бы вонзил зубы в мягкую плоть и позволил божественной жидкости заструиться по моему пылающему горлу, потечь по жилам, наполняя их силой жизни - это стало бы самой сладкой агонией, наивысшим наслаждением, равного которому я не испытывал и не испытаю никогда. Стоило только представить, что я поддался искушению, и все мои мышцы рефлекторно сократились в потребности удовлетворить это желание. Глаза заволокло красной пеленой.

Но я боролся. Медленно и глубоко я втягивал носом воздух и, наконец, стал способен думать о чем-то, кроме крови. Я вспомнил, кто я и зачем здесь. Любовь поможет мне победить, я знал.

Я смог услышать быстрое дыхание сквозь оглушающий "тамтам" пульса, смог почувствовать трепетание тела в своих руках, настолько нежного и хрупкого, что доверить его такому монстру, как я, казалось неслыханной ошибкой. И, наконец, я смог отвести взгляд от ритмично сокращающейся жилки на тонкой шее.

Медленно я очертил ладонями контур плеч, живота и бедер девушки, наслаждаясь этим, отчего она задышала чаще. Затем мои руки двинулись в обратном направлении. Осязание обострилось, и теперь я, казалось, еще сильнее различаю каждый миллиметр разгоряченной клеточки ее пленительной кожи. Ее живот вздрогнул от моего прикосновения, и я услышал восхитительный всхлип удовольствия. Я изучал ее тело по-новому - так хищник изучает свою жертву. Ее грудь изогнулась навстречу моим движущимся рукам, сопровождая порыв самым прекрасным звуком, который я когда-либо слышал.

Острая потребность в ее тепле вдруг охватила меня. Я скользнул руками по плечам Беллы, так нежно, как только был способен в этот сложный момент, и прижал ее пылающее тело к своему, греясь в его невероятной теплоте. На секунду я прикрыл глаза, слушая неистовый стук ее сердца рядом с собой, а затем, наконец, посмел взглянуть в любимые глаза.

Белла смотрела на меня с выражением безграничного доверия и бесстрашия. Желание тлело в темном шоколаде ее глаз, пылающих щеках и чувственно приоткрытых губах. Она еле дышала, глядя на меня завороженно и, чем немало поразила меня, с восхищением. Как только наши глаза встретились, Белла задышала чаще. Ее грудь вздымалась, а пульсация на шее увеличилась, магнитом притягивая мой взгляд.

Я тотчас же переместил свои руки на ее горло, скрывая от себя источник искушения, и артерия упруго и неудержимо ударила в мою ладонь, заставив мой рот вновь наполниться слюной.

А Белла и не думала помочь мне. Вместо этого сделала нечто совершенно невообразимое. Закрыв глаза, она со стоном откинула голову назад, полностью обнажая передо мной шею. Это выглядело так... будто... На секунду мне показалось, что она хочет, чтобы то, чего я так боюсь, свершилось сейчас. Она словно предоставляла мне такую возможность, разрешала...

Она спятила?!

Боже правый, в ней в самом деле не было ни капли инстинкта самосохранения. Не было ни малейшего сомнения в том, что она поняла, с чем я сейчас борюсь, она ведь видела мое лицо! И все же, несмотря на очевидную опасность, вот она запрокидывает голову передо мной, открывая свое горло, практически приглашая меня воспользоваться моментом...

Осознание этого ударило по моему самоконтролю с новой силой, лишая остатков рассудка и почти заставляя меня сделать это.

Я зарычал, сопротивляясь, мучительно ища выход из своего состояния. А Белла в ответ на мое рычание задрожала сильнее и стала задыхаться. Как будто ей это ПОНРАВИЛОСЬ. Она потянулась ко мне губами, шепча мое имя между вздохами.

Это было больше, чем я мог вынести - мой рот снова наполнялся ядом, а электрические разряды по телу рушили последние остатки человечности. Потребность вонзить свои зубы хоть куда-нибудь стала доминирующей.

Но я не мог остановиться. Не сейчас. Не в такой момент. Я не мог оставить ее.

Игнорируя призывно тянущиеся ко мне губы, находясь у черты, после которой пути назад уже не будет, практически на грани контроля, я схватил подушку и вонзил свои зубы в белый шелк.

Монстру это не понравилось.

Перья заполнили мой рот, мгновенно приведя меня в чувство. Я помотал головой, отряхиваясь, чувствуя, как зверь внутри меня отступил, почти не сопротивляясь. Разум очистился.

И тогда я, наконец, поцеловал Беллу. Наверное, правильнее было остановиться на этом, прекратить рисковать ее жизнью, но разве я мог, глядя в ее глаза, полные желания и доверия, предложить ей это? К тому же, самое страшное было позади, я не мог не признать этого. Я справился.

Нежно захватив в ладони ее лицо, как бутон прекрасного цветка, я прижимался к жаждущим губам, помогая этим себе оставаться здесь, с ней, концентрируясь на неистовом биении ее сердца, которое звучало для меня. И мы продолжили с того момента, на котором остановились.

Знание, что самое страшное осталось позади, помогало мне управлять собой, но все же теперь это было по-другому. Я почти не мог сдерживать свои чувства, звуки вылетали из меня помимо воли, свободно и безудержно. Мои руки крупно дрожали, и вряд ли уже были способны оставаться такими нежными и аккуратными, как раньше, так что я, как мог, держал их подальше от НЕЕ. К тому же, я все еще чувствовал запах крови. Контроль вернулся, но страх остался. Я словно балансировал на грани двух миров - ее человеческого и моего вампирского, переходя из одного состояния в другое.

Дыхание Беллы, и без того глубокое, вдруг участилось. Стоны, слетающие с ее теплых губ, стали громче. Казалось, она сходит с ума, мечется в бреду, но это было невероятно красивое зрелище, оно приковывало мой взгляд. На ее лбу блестели прозрачные капли, а волосы слиплись, причудливо разметавшись по подушке, но отчего-то такая, уязвимая и зависимая, она нравилась мне еще больше, казалась самим совершенством.

Мир перестал существовать. В ушах шумело, а по позвоночнику вниз пробегали волны бешеного удовольствия. Электрические разряды в моем теле стали ощутимее, они буквально взрывали все мои внутренности, сотрясали каждую мышцу. Я и не думал, что желание может стать еще сильнее. А оно становилось, нарастало с каждой секундой, поглощая клеточку за клеточкой, стирая остатки мыслей. Контроль вновь стал ускользать от меня, я едва держался, из последних сил цепляясь за реальность.

А потом Белла закричала. Это был настолько завораживающий, прекрасный звук, что я задохнулся, ослепленный им. Он пронзил меня насквозь, до самых глубин, обезоружил и покорил в одно мгновение. И тут же все мои барьеры рухнули, увлекая в бездну наслаждения вслед за любимой. Последнее, что я запомнил ускользающим сознанием - то, как я вновь тянусь за подушкой. А потом меня накрыло с головой.

От автора:
Если кому не угодила, звиняйте) Очень старалась написать подробно(как вы просили), но не выходя из канона!!!! Это, знаете ли, сложно)))) Надеюсь вам понравилось))

Глава 22. ОСТРОВ ЭСМИ (Белла)

Почти не ощущая сопротивления воды, я подошла вплотную к Эдварду и накрыла его прохладную ладонь своей.
– Как красиво! – по его примеру я тоже посмотрела на луну.
– Вполне, – подтвердил он будничным тоном и медленно повернулся. Между нами заплясали крошечные волны. Глаза на его ледяном лице отливали серебром. Эдвард развернул ладонь под водой, и наши пальцы переплелись. Я даже не почувствовала привычных мурашек от его прикосновения – так было тепло.
– Для меня не существует другой красоты, – наконец, проговорил он, – кроме твоей.
Улыбнувшись, я приложила руку, переставшую, наконец, дрожать, к его груди, там, где сердце. Белое на белом. В кои-то веки я с ним совпала. Эдвард слегка вздрогнул от моего теплого прикосновения. Дыхание стало чуть прерывистее.
– Я обещал, что мы попробуем, – напомнил он с неожиданной сдержанностью в голосе. – И если я сделаю что-нибудь не то, если тебе будет больно, ты должна сразу сказать мне.
Я с серьезным видом кивнула, не переставая смотреть Эдварду в глаза, а потом шагнула ближе и прижалась к его груди.
– Не бойся, – шепнула я. – Мы созданы друг для друга.
И тут же сама осознала всю истинность своих слов. В такой момент, когда все вокруг идеально, в них не могло быть и тени сомнения.
Руки Эдварда сомкнулись у меня за спиной, он подтянул меня поближе, и мы застыли, обнявшись, – зима и лето. По моим нервам как будто ток пропустили.
– Навсегда, – подтвердил он и осторожно потянул меня за собой в океан.

------------------ * * * * * --------------------------

Мы плыли вдоль лунной дорожки, все больше удаляясь от берега. Не знаю, куда Эдвард намеревался заплыть, но спрашивать я не собиралась. Уверена, он не дал бы мне утонуть.

Он молчал, и я тоже. Лишь изредка он посматривал на меня испытующе. Может, искал сомнения на моем лице?

Ну уж нет, я не собиралась давать ему повод пойти на попятную! Уверенно и спокойно я отвечала на его взгляды, хотя мое сердце колотилось нервно и сбивчиво - он был бы рад узнать, что инстинкт самосохранения все-таки не полностью у меня отсутствует. Впрочем, может, это был просто страх перед неизвестностью, или волнение, ничего более. Я даже попыталась улыбнуться ему единожды, чтобы он понял, что я не отступлюсь, и успокоился. Только сердце меня выдавало. Интересно, слышит ли он его сквозь толщу воды?

Пока я задавалась этим вопросам, что-то изменилось. Эдвард одним взмахом преодолел расстояние между нами - так быстро, что я почти испугалась - и поймал мою руку под водой. Секунда - и я оказалась закинутой на его спину.

У меня перехватило дыхание. Его кожа прижалась к моей, вызывая во мне трепет, и я судорожно вцепилась в шею Эдварда, окунув лицо в его шевелюру за ухом. Его чарующий аромат не исчез даже в океанской воде, и я с жадностью вдыхала его.

А потом он поплыл.

Никогда не могла себе представить, что в воде можно развить такую скорость. Вокруг нас завихрились бурунчики, и волны расходились по обе стороны. Я даже не видела, как двигаются его руки и ноги - просто мы неслись вперед на скорости, превышающей мое воображение. Я была настолько очарована этим, что на время даже забыла, зачем мы здесь. Так вот что Эдвард имел в виду, говоря, что плавание для них не проблема, когда рассказывал, как Карлайл пересек Ла-Манш! Теперь я видела это воочию!

Когда мы почти обогнули остров и мне открылся его вид с обратной стороны, я ахнула. Длинный, белоснежный в свете луны, песчаный мыс выдавался далеко в океан острой стрелой. Освещенный серебристым светом, он казался ожившей картиной художника-сюрреалиста. Раскидистые пальмы, наклоненные к воде, придавали образу готичности и сказочности. Я просто не могла сдержать возгласов восхищения, срывающихся с губ.

- Нравится? - тихо спросил Эдвард, слушая мои восклицания.
- Да, - честно ответила я, очарованная прекрасным ночным пейзажем.

Я почувствовала руки Эдварда на своих ногах - он ободряюще провел ладонями по ним сверху вниз. Не подумав, я сцепила свои ноги вокруг его талии.

Он заметно вздрогнул, и его голова скрылась под водой. Затаив дыхание, я ждала, что будет - то ли он утянет меня на глубину, то ли он так пытается прийти в себя. От страха я и не подумала разомкнуть колени, наоборот, еще сильнее прижалась к спине Эдварда.

Наконец, он вынырнул, встряхнув мокрыми волосами так, что брызги полетели вокруг. И сразу же развернулся в обратную сторону. У меня засосало под ложечкой. Могу поспорить, Каллен слышал мое сердце, забившееся сразу как безумное. Я сжала губы, не собираясь уступать, даже если он решит заговорить со мной об этом. К счастью, он ничего не сказал.

Обратно Эдвард плыл гораздо медленнее, почти с человеческой скоростью. Теперь мне были видны его руки, мощными гребками рассекающие воду. Я любовалась отблесками луны на его белоснежной коже, влажной и блестящей, завороженно смотрела, как играют его мускулы...

Не знаю, для чего Эдварду была нужна эта водная прогулка, но она подействовала на меня умиротворяюще. Все страхи куда-то испарились, вместо этого появилось ожидание - когда же начнется то, ради чего мы сюда прибыли? Глядя на его красивые сильные руки, я уже представляла себя в его объятиях, грезила о поцелуе, который не закончится через минуту, как обычно. Боже, да даже просто мысль об этом была такой возбуждающей, что я мечтала поскорее это осуществить. Наконец-то, Эдвард не будет отстраняться о меня, когда уже так сильно хочется продолжения! Не остановится!

Конечно, я испытывала толику страха, но то, как долго я ждала этого дня, делало меня смелой.

А Эдвард, как назло, поплыл еще медленнее. Он молчал, а меня охватило нетерпение. Я знала правила. Ради своей безопасности, и чтобы ему было легче, я должна оставаться осторожной и не делать первых шагов.

Не желая торопить Эдварда в чем бы то ни было, я наклонилась и щекой прижалась к его затылку, глядя, как мимо проносится остров. Расцепив ноги, я позволила течению струиться вокруг себя. Я еще ни разу в жизни не купалась обнаженной, и это оказалось невероятно приятное ощущение, оно действовало как-то... освобождающе. Делать это вместе с любимым вдруг показалось мне таким естественным. Я остро чувствовала близость наших тел, не разделенную теперь одеждой, и это было интимно и волнующе. По-новому. Но в то же время казалось удивительно правильным.

Date: 2015-09-26; view: 288; Нарушение авторских прав; Помощь в написании работы --> СЮДА...



mydocx.ru - 2015-2024 year. (0.009 sec.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав - Пожаловаться на публикацию