Главная Случайная страница


Полезное:

Как сделать разговор полезным и приятным Как сделать объемную звезду своими руками Как сделать то, что делать не хочется? Как сделать погремушку Как сделать неотразимый комплимент Как противостоять манипуляциям мужчин? Как сделать так чтобы женщины сами знакомились с вами Как сделать идею коммерческой Как сделать хорошую растяжку ног? Как сделать наш разум здоровым? Как сделать, чтобы люди обманывали меньше Вопрос 4. Как сделать так, чтобы вас уважали и ценили? Как сделать лучше себе и другим людям Как сделать свидание интересным?

Категории:

АрхитектураАстрономияБиологияГеографияГеологияИнформатикаИскусствоИсторияКулинарияКультураМаркетингМатематикаМедицинаМенеджментОхрана трудаПравоПроизводствоПсихологияРелигияСоциологияСпортТехникаФизикаФилософияХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника






ГЛАВА 7. "Беда тому, кто не отвел глаза"...

 

Белая лошадь время от времени подходила к костру, вздыхала, фыркала и снова уходила в темноту. У палатки Командора, Генрих и Рудигер вполголоса препирались по поводу какого-то заковыристого аккорда, периодически переходя на повышенные тона.

Потом, спохватившись, дружно замолкали и косились на Ларри, дремавшую на плече у Вальтера.
- Я не сплю – сказала она, открывая глаза - Можете спорить дальше.
- Это бесполезное занятие – вздохнул Рудигер, откладывая гитару. И спросил: - Сварить тебе кофе?
– Не сейчас, мастер Патер. Я, пожалуй, спущусь вниз. Самое время, посмотреть, что творится в Приюте. Если хочешь, можешь составить мне компанию. Только, пожалуйста, не забывай о том, что на белую половину нам с тобой пока нельзя заходить.
Они спустились по Черной лестнице и остановились у парапета. Тысячи звезд горели в небе, плавно переходя в тысячи огней на земле.
- Такое ощущение, что между ними нет четкой границы – сказал Рудигер.
- Обычное дело – ответила Ларри. – Как между тьмой и светом. Или жизнью и смертью. Никто не знает, где кончается прошлое и начинается настоящее.

Где радость переходит в грусть, а дружба – в любовь. Между вымыслом и реальностью тоже нет четкой границы. Иногда достаточно услышать мелодию или шум дождя за окном. И душа отправляется гулять по тропинкам, которые ведомы только ей одной.
- В Отражения? – спросил Рудигер. – А как туда попадают? Ну, те, которые по эту сторону Лестницы – понятно. А живые души?
- Живые люди – поправила его Ларри. - Души бессмертны. Просто каждый возвращается на Землю своим путем. И в свой срок. А попасть в Отражения можно по-разному. Чаще всего через старинные зеркала. Ведь они хранят в своей памяти всех, кто в них когда-то погружался. И, как в разных океанских глубинах проживают разные рыбы, так и в зеркальных – разные отражения души. И, если долго в них вглядываться – картинка меняется. И себя видеть там перестаешь. А еще бывает, что в одно и то же зеркало ты заглядываешь в совершенно разных жизнях. Но у Времени, как и у морской стихии, случаются свои шторма – и тогда его течения перемешиваются. И ты можешь встретить себя самого...
- А нас встретить никто не хочет? – спросил Джим, появляясь на площадке со спящим Питером на руках.
Ларри охнула. И рванулась к ним навстречу.
- Не спеши– сказал Рудигер, придержав ее за плечо и забирая сына. – Разбудишь! Я сам отнесу его наверх.



Джим устало опустился на каменный пол.
- Еле дотащил – сказал он, доставая из кармана цепочку с Ключом и возвращая его Ларри. – Принесешь мне кружку эля?
И вопросительно посмотрел на бабушку. В другое время она много бы чего сказала по этому поводу капитану «Хроноворота». Но сейчас просто молча пошла в сторону Приюта. Когда через пару часов Рудигер спустился сверху, он застал Ларри и Джима, в окружении десятка пустых кружек.
- А вы не теряете времени даром. По какому поводу банкет?
- Во-первых, мальчики благополучно вернулись. А во-вторых, мне поступило одно интересное предложение, от которого трудно отказаться. Не мог бы ты побыть тут еще немного? Мне как-то внезапно понадобилось в Гатчину. А Командор слегка задерживается…
- Конечно, дорогая – улыбнулся Рудигер. - Питер будет только рад, если я останусь.

Твое « в Париж по делу срочно» меня давно уже не удивляет.
И, попрощавшись с Джимом, шагнул на Черную Лестницу.

 

Ларри подошла к гроту, и присела на камешек.
- С чего это я так волнуюсь? – сказала она и достала из кармана пачку «Винстона». За спиной у нее кто-то вежливо кашлянул. Ларри от неожиданности выронила сигарету. И медленно обернулась.

Император стоял, прислонившись к стене грота, и внимательно на нее смотрел. Она вскочила и попыталась поклониться.
- Ваше Величество!
- Здравствуйте, госпожа Пиратка – сказал Павел. – Я рад, что вы откликнулись на мое приглашение.
- ЭЭЭ… Как вы меня узнали?
- Ваши юные родственники описали мне вас достаточно подробно.
- Джим и Питер?
- Да. Чудесные мальчики!
- Эти чудесные мальчики едва дом на Невском не сожгли! – фыркнула Ларри.
Павел улыбнулся. - Но ведь не сожгли! Не сердитесь на них! Лучше озорничать в Нижнем Мире, чем годами бродить по Отражениям – не зная, кто ты и как туда попал?
- Я должна поблагодарить вас за Питера, Ваше Величество! Ведь это вы показали ему дорогу в Небесный лес.
И Ларри шагнула к Павлу, поймав себя на желании его обнять.
- Дьявольщина! Хоть по рукам вяжите – пробормотала она, остановившись от императора в паре шагов.
- Что-то не так? – спросил Павел. И снова улыбнулся.
Ларри смущенно подняла на него глаза.
- Я хотела вас обнять. Но, наверное, это нарушает правила этикета?
- К черту правила! Обнимайте! И давайте пройдем ко мне в кабинет.

Там намного уютнее. Мальчики говорили, что вы можете рассказать о «Хроновороте»…

- Ну вот, Ваше Величество – сказала Ларри, закончив свой рассказ. – Теперь вы знаете о нас все.
И сжала старинную кофейную чашечку так, что тончайший фарфор хрустнул в ее руке.
- Спасибо, сударыня – ответил Павел. – То, что вы рассказали мне о Корабле Времени – очень интересно. Впрочем, экскурс в российскую историю тоже был достаточно познавательным. Жаль только, что многие жертвы были напрасными. Мы с вами чем-то неуловимо похожи. Только я не могу расстаться с Прошлым, а вам не удается обрести Будущее. У меня не получается навсегда покинуть этот дворец. А вы не можете расстаться ни со своим сыном, ни с его отцом.
- И это разрывает мне сердце! Я думала, что в Нижнем Мире меня уже ничего не держит. И искренне верила, что построив Приют на Стыке Двух миров, обрету покой. Смерть отняла слишком много дорогих для меня людей. Я надеялась, что вернув их себе таким необычным способом, я стану немного счастливее.



Но поняла, что все они не могут заменить мне одного единственного человека. И даже наш сын не может этого сделать! Я же не предполагала, что отвечая на вопрос Рудигера: «кто мы?», я настолько промахнусь! Я всего лишь хотела объяснить ему назначение Приюта. И как-то перед ним оправдаться за то, что бросаю его в Нижнем Мире. А Прошлое вцепилось в нас – и не захотело отпускать. И теперь мы оба не знаем – что нам делать с нашей любовью? Патер со своими песнями нужен там – внизу. И, поэтому не может навсегда остаться со мной на Лестнице Двух Миров. А я – не могу к нему спуститься…

Ларри уткнулась в царский мундир и расплакалась, как маленькая девочка. Император ничего не ответил. Просто погладил ее по рыжей голове да достал из кармана носовой платок.
- Я бы очень хотел взглянуть на Приют и Небесный лес. Мне кажется, что я готов заменить вас на вашем посту, сударыня. Тем более, что с Питером мы уже подружились. Так что я мог бы за ним присматривать. К тому же там, наверху достаточно желающих проделать то же самое, если я правильно понял.
Ларри утвердительно кивнула и вытерла платком слезы.
- Вы, правда, готовы поменяться со мной местами?
- Думаю, да – ответил Павел. – Ваш Угол Невского и Большой Морской просто обязан стать вашим домом. Не зря же он дожидался вас целых сто лет!
И добавил – А мне пора наверх. - Надо же когда-то сдаться «девушке с косой». Тем более, что мне кажется, что мой отказ от Вечного покоя как-то влияет на историю моей страны.
- А вы не боитесь встретить в Верхнем Мире тех, кого вам будет видеть….эээээ….не слишком приятно?
- Теперь уже нет. Потому, что я давно всех простил. И готов встретиться с ними. И очень надеюсь, что потомки меня тоже простили.
- А как же ваш любимый дворец?
- Ну, я думаю, что иногда смогу сюда возвращаться.

Ведь мы можем поставить Смерти свои условия?
- Очередной раз, пообещав ей не трогать Ключи Времени? – улыбнулась Ларри.
- Мы же с вами умные люди – сказал Павел. - Придумаем что-нибудь в процессе. Ведь для того, чтобы вы смогли спуститься вниз, мне все равно придется подняться наверх.
- Сначала надо дождаться возвращения Командора - вздохнула Ларри - Обмен должен быть два на два – таковы правила.
- Ну, что же – не станем их нарушать. Но, может быть, вы погостите у меня какое-то время? У вас же есть волшебный браслет – и вашего присутствия во дворце никто не заметит.
- А вы покажете мне все лестницы, ходы и закоулки? Ведь никто лучше вас не расскажет мне обо всех тайнах этого дворца...
- Конечно, сударыня! С какого этажа начнем?

 

Мимо окон моих всё бегут и бегут поезда. И под грохот колёс, просыпается в сердце тревога. А с полночных небес смотрит в душу шальная звезда, что уводит бродяг навсегда от родного порога. Я уйду налегке и с собой ничего не возьму.

Яркой точкой в ночи загорится моя сигарета. Лишь стихи побредут вслед за мной в непроглядную тьму, чтобы место найти, где весна превращается в лето. У ночного костра до утра я опять просижу. Новой песни глотну – как воды из лесного колодца. И на дальнее небо с любовью опять погляжу. И пойму, наконец, для чего нам дорога даётся. Как звезда на ладонь, упадёт мне чужая строка. Обожжет моё сердце красивым, отточенным словом. И чуть слышно вздохнут уходящие в вечность века, и о прошлом напомнят, и канут в закате багровом. Я отправлюсь искать на земле тот задумчивый край, где поэты и воины вместе уходят на битву. И, когда моё сердце отыщет потерянный рай, я пойму, что Господь наконец-то услышал молитву! Будут сосны шуметь, будут кони бродить над рекой. И глаза моих пращуров глянут печально и строго. И душа обретёт, наконец, долгожданный покой. И у отчего дома закончится эта дорога…


ЧАСТЬ 3. Под парусом неба…

ГЛАВА 1.

Я не звала вас, сударь. Не надо паник. Для беспокойства вашего нет причины. Мы промахнулись оба - и наш "Титаник" тихо ушел, гадюка, на дно пучины. Если боитесь плавать - найдите сушу! Или скафандр купите себе хотя бы. Я вам за просто так предложила душу, вы ж от нее отпрыгнули - как от жабы. Так что идите мимо - а лучше к черту! Надо ли мне сказать - где таких видали? Лучше бы мне относиться к любви, как к спорту - ведь там за труды хотя бы дают медали. Все эти игры мелочны и опасны! И я столько шишек за годы себе набила! Вы не нужны мне - поскольку не сопричастны. Я не звала вас. И, видимо, не любила...

Ларри в бешенстве металась по квартире и собирала вещи.
- Дьявольщина! Ну, где зарядка от ноутбука??? Вечно в этом доме ничего не найдешь! Все, что не приколочено гвоздиком к этому чертову менестрелю, обнаружить потом невозможно!
Она обвела взглядом комнату: ящики стола вывернуты, шкаф распахнут настежь, на полу что только не валяется!

Махнула на это безобразие рукой и пошла на кухню за порцией рома.

Бутылка была припрятана хорошо. И поэтому «огненной воды» в ней оставалось еще порядочно. Ларри забрала ром и вернулась в комнату.

И попыталась аккуратно просочиться к креслу, стоящему у окна. Но все-таки на что-то наступила. Стекло на деревянной рамке с большой фотографией жалобно хрустнуло у нее под ногой. Но Ларри даже не стала смотреть – что там и насколько плохо. Потому, что плохо было все.

Ничего не вышло у них с Патером из очередной попытки построить семейную жизнь. Все те годы, пока Ларри занималась Приютом, Рудигер неплохо жил в этой самой квартире на углу Невского и Большой Морской.

Когда один, а когда и не очень. И привык к свободе не меньше, чем Ларри на своем корабле.

Да, он частенько поднимался к ней в Приют – но, это были всего лишь «гости». Как говорится в известном анекдоте: «почувствуйте разницу между туризмом и эмиграцией».
К тому же, то далекое путешествие в прошлое он проделал скорее с Настей, чем с Ларри. Вернувшись на сто лет назад. В дом, где все напоминало ему о прошлом. И где их любовь еще не успела уйти из этих стен. И каждый предмет хранил на себе отпечаток этой любви…
А вот жить с Ларри ему нужно было здесь и сейчас. В другом веке и в другой жизни. И, хотя стены были те же, ТОЙ любви в них уже не было. Да и женщина рядом была уже совершенно другая. Помните Эмилию из «Обыкновенного чуда» - не юную девушку, а тетку с трубкой – изрядно побитую молью и жизнью? Ну, так вот сейчас Ларри напоминала именно ее. Интересно, сколько бы сказочный Эмиль протянул со своим «чудом» в реальной жизни?
Вот и у них с Патером ничего не получилось. Конечно, она его любила. Но очень по-своему. Четыреста лет она старалась видеть в нем друга – и запрещала себе видеть в нем мужчину. А он все-таки им был. Но, в отличие от нее, жил обычной жизнью – сообразно веку, в который он попадал. Не задумываясь ни о чем, и просто отдаваясь своим чувствам. И, наверное, был этим вполне счастлив. По крайней мере, творчеству это нисколько не вредило.
А Ларри так и осталась капитаном пиратского судна. И о своем женском начале почти не вспоминала. Иначе она никогда не справилась бы со своей командой! Все-таки в бою надо думать исключительно головой! Хорошо у нее получалось только обходить рифы, стрелять и штопать Время. Да гонять внуков и команду. А баба из нее была никакая! Вот и не вышло из их «ремейка» ничего хорошего. Да и инцидент с Агафоновым все-таки сказался.
И, хотя этот гаденыш так и не успел ничего с ней сделать, ей все время казалось, что он все еще жив – и где-то рядом. А в старом зеркале над камином, ей постоянно мерещилась его тень. И стоило только Рудигеру прикоснуться к Ларри, как у нее перед глазами вставала декабрьская Ялта. И переступить через это никак не получалось.

- «Я стала злобной. Я курю матросский табак – адское зелье» - вспомнила Ларри и усмехнулась.

И отхлебнула из бутылки приличный глоток рома. Стать снова Настей она так и не смогла. Да и как ей станешь? Если даже в Приюте ей приходилось торчать на капитанском мостике. Ведь какая разница – кем командовать? Пиратами или толпой «путешественников во времени»? В Небесном лесу тоже должен быть полный порядок.
А менестрелю хотелось обычного женского тепла и уюта. И он его искал, где только мог. Сначала оглядываясь на Ларри, и придумывая какие-то отговорки. А потом просто пропадая из дома. Иногда, впрочем, возвращаясь. Но, не забывая при этом напиться. Потому, как совесть его все-таки мучила. И так – почти десять лет. Нет, он хорошо к ней относился. И заботился о ней – как мог. И сколько мог. Но женщину в ней уже не видел.
- Лучше бы я завела кота – вздохнула Ларри. – Он тоже может спеть песенку. И не пьет к тому же. И никогда не станет интересоваться – с какой целью я его обнимаю? И чего я при этом хочу? Хотя, с другой стороны – куда бы я его сейчас дела? Это от Патера можно уйти – совершенно не заботясь о том, как он будет жить один. Да и один ли?

Она вспомнила, как некстати вернулась домой вчера вечером, опоздав на последнюю электричку…
Тихо выругалась и поискала в кармане сигареты. Но их там не оказалось. Потому, что Рудигер коварно уволок последнюю пачку.
Потом с сожалением отставила в сторону бутылку и снова подумала о том, что зарядку она не нашла. И начала тихо ржать.
- Господи! Ну, за каким «иксом» мне ТАМ – зарядка??? И ноутбук? Можно подумать, я в Москву собираюсь!
Ларри встала и начала запихивать вещи на свои места. Не забыв вытряхнуть все из рюкзака. И тоже убрав его на полку. Подняла с пола рамку с раздавленным стеклом и безо всякого сожаления бросила ее в камин. На свадебной фотографии она и Рудигер стояли, держась за руки, и ласково смотрели друг на друга.
- А ведь так хорошо все начиналось! Ну и ладно – плюнули и забыли! Единственное, что мне сейчас надо – это найти браслет. И вернуться. Сначала в Небесный лес. А потом – на «Хроно».
Она представила, как обнимет Командора и Императора – и на душе у нее потеплело.
- А уж как обрадуется Питер, когда я скажу, что забираю его с собой! Правда, опять придется поторговаться со Смертью. Но, ведь я могу попросить Джу или Мышку поменяться с ним местами? Надеюсь, что они согласятся – в Нижнем Мире жить им стало слишком хлопотно. Пусть кто-нибудь из них немного отдохнет от суеты. Ларри вспомнила, как последний раз они втроем гостили у Командора. Когда каждое утро начиналось с вопроса: что девочки хотят? А каждый вечер заканчивался посиделками у костра. И было им в той компании тепло и уютно. Потому как в каждом из тех, с кем они соприкасались, даже не искра божья, кострище пылало. Отогрелись душой на полгода вперед.

Она улыбнулась. Потом тряхнула головой, и потянулась за заветной шкатулкой. Через пять минут она уже стояла у раскрытого окна в своем любимом «камуфляже» и проверяла карманы: все ли на месте? Трубка, табак, нож, несколько зажигалок, томик Габриэля…

На мгновение задумалась, оглянувшись на звук повернувшегося в замке ключа, надела браслет – и шагнула в бездну…

 

ГЛАВА 2.

Сумерки синие - синие. время замедлило бег. улиц косые линии белый заносит снег. Мысли летят, как вороны, делают в небе круг. Нам с тобой в разные стороны, мой ненадежный друг. Осень вернется негаданно и постучит в окно. Прошлое - не разгадано. Будущее - темно. Есть лишь одно настоящее - взявшее нас в тиски. Да тишина звенящая, рвущая мир в куски...

Сквозняк, пронесшийся по квартире, захлопнул дверь в комнату с такой силой, что с вешалки в коридоре слетели шляпы. А с потолка отвалился кусок штукатурки и больно стукнул Рудигера по макушке.
- Твою ж дивизию – выругался менестрель и быстро прикрыл голову руками. Но больше ничего ниоткуда не упало.
- Ларри, ты дома?- спросил он на всякий случай. Запирая дверь, и не решаясь войти в комнату. Но никто ему не ответил. Только слышно было, как где-то громко капает вода. Он прошел на кухню, завернул кран и открыл холодильник. С пустой верхней полки на него скептически глянула пластмассовая мышь.
- Опять ты? – грустно спросил Рудигер.
И вспомнил, что Ларри уже неделю просила его дойти до магазина.

А у него все не находилось на это времени. Зато выскочить за коньяком и сигаретами в ближайшую забегаловку почему-то всегда успевалось.
Он тоскливо пошарил по полочкам в шкафу – восемь пакетиков лаврушки, пачка соли и остатки какой-то неопознанной крупы.
- Это даже на суп из топора не тянет – вздохнул Патер, повертев в руках пакет с крупой. - Выкинуть что ли?
В ответ на его слова на уличном подоконнике шумно и возмущенно завозились голуби. Намекая на крупу. Менестрель попытался приоткрыть окно – и еле удержал в руках узкую створку. Сквозняк снова хлопнул дверью. И что-то опять упало – на этот раз в комнате. Патер кое - как вернул раму на прежнее место и отправился смотреть: что это было? В распахнутое настежь окно тихо заползали серые питерские сумерки. Он оглянулся по сторонам. Комната была чисто убрана. Даже на письменном столе не лежало ничего кроме старого ноутбука. И только небольшая горка налетевшего на подоконник мартовского снега создавала иллюзию легкого беспорядка. Да в камине что-то валялось. Рудигер подошел поближе. И уже собрался это поднять и посмотреть, как зеркало над камином внезапно наклонилось. И начало падать ему навстречу…
- Твою же мать! – завопил Патер, еле успев подхватить тяжеленную раму. – Что ж все сегодня рушится-то?
Потом поставил ее на пол и пошел закрывать окно и включать свет. В принципе, ничего сверхъестественного не случилось:

просто на зеркале перетерлась старая веревка. И оно с грохотом встало на каминной полке.
- Ну, конечно – сказал Рудигер. – Я же сам ее аж в десятом году к нему прикручивал. Причем – тысяча девятьсот. А тут еще такой сквозняк! Вот оно и рухнуло.
Он отвязал остатки веревки, потом выдвинул нижний ящик письменного стола и поискал глазами моток медной проволоки.

Но вместо нее наткнулся на старый браунинг. Тихо скучающий в столе - между плоскогубцами и набором окаменевших акварельных красок. Пришлось навести порядок, прежде, чем он нашел то, что ему было нужно. Патер зачем-то положил браунинг на диван, повесил зеркало на прежнее место и отправился на кухню выбрасывать мусор. И обнаружил в пустой корзинке зеленую бутылку, в которой еще плескалось некоторое количество рома.
- Господи! Ларри пила ром – тихо выдохнул он, роняя мусор рядом с корзинкой. – Это же равносильно «штормовому предупреждению»!!! Или объявлению: «Эта сторона улицы опасна при артобстреле»…
Он бросился в комнату, схватил с полки резную шкатулку и открыл ее, уже зная, что старинного браслета он в ней не увидит. И не ошибся. Браслета не было. И второго, кстати, тоже. Менестрель обреченно сходил за бутылкой, вернулся в комнату и достал, наконец, из камина их свадебную фотографию.
- А так все хорошо начиналось! – вздохнул он, повторив слова Ларри.
Откинулся на диванные подушки и попытался заглушить муки совести изрядным глотком рома.
– Теперь остается только напиться и попытаться уснуть. Рому, правда, для этого маловато. А жаль…
Патер не успел уточнить – чего же ему жаль? Того, что Ларри от него ушла? Или того, что рома в бутылке не так много? Ром был настоящий. А «принятое» благодатно упало на «старые дрожжи» - и он сам не заметил, как заснул. Вернувшись во сне на сто лет назад.

 

Вот что ты делаешь??? – возмутилась Ларри, пытаясь выбраться из его объятий, и застегивая рубашку. - Свожу тебя с ума – улыбнулся он и снова попытался ее поцеловать. Но Ларри удачно увернулась. - Но почему??? – спросил Патер. - Мы же должны замкнуть Круг! - Потому, что мне не нравится слово «должны» - устало произнесла Ларри. И изумленно уставилась на менестреля.

Стоп! А откуда ТЫ про это знаешь? Я же ничего тебе о Круге не говорила! - Наверное, ты слишком громко о нем думала – вздохнул Рудигер. - В таком случае, мог бы услышать, что я еще ничего для себя не решила… Ларри встала и вышла на кухню, оставив Патера сидеть у камина. С трудом открыла окно и подставила холодному ветру разгоряченное лицо. - Самое время напиться – пробормотала она. И заплакала. Рудигер молча потоптался на пороге. Потом ушел в комнату и вернулся с курткой и фляжкой коньяка. - Не сходи с ума! – сказал он, закрывая окно. И набрасывая куртку ей на плечи. – Здесь же холодно. Ларри шмыгнула носом и ничего не ответила. Просто уткнулась лбом в холодное стекло, продолжая плакать. - Это не поможет? – спросил Патер и поставил фляжку на подоконник. - Разве там что-то еще осталось? – удивилась Ларри. - ТАМ – не осталось. Я просто решил проверить – нет ли в гитаре стратегического запаса? Оказалось, что есть. Еще и шоколадка нашлась. - А сигарет там не было – для полного счастья? - Только пара штук – сказал Рудигер, протягивая ей мятую пачку. – От сердца отрываю… Ларри улыбнулась, вытерла рукавом слезы и, устроившись на широком подоконнике, блаженно затянулась. - Мне уйти? – спросил Патер. - Как хочешь. Пить ты мне не мешаешь. И плакать – тоже. - Где я накосячил на этот раз? – спросил он, усаживаясь рядом и забирая у Ларри фляжку. – В прошлом или настоящем? - Скорее – в грядущем. И не ты, а я – вздохнула она. – Национальный российский спорт – хождение по граблям. Хотя мы с тобой вроде бы ирландцы… - В чем же заключаются «грабли»? – спросил Патер и отхлебнул из фляжки. - В том, что у меня опять не получится с тобой расстаться. Если я все-таки решусь замкнуть Круг. В прошлый раз наше «вместе» ни чем хорошим не закончилось… - В прошлый раз мы просто не были готовы к тому, что попадем в жернова истории – вздохнул Рудигер. - Мы и сейчас ни к чему не готовы. Слишком много обязательств и обстоятельств, которые нас держат там, куда придется вернуться… - Твой чертов Корабль!!! - И он – тоже. Но согласись, если бы не Корабль Времени, у нас с тобой вообще бы ничего не было. Да и нас с тобой – давно бы уже не было. И твоих песен. А с ними мир стал немного лучше – разве нет? - А как же «простое человеческое счастье»? - У нас оно было. Правда, не очень долго. Здесь – на Углу Невского и Большой Морской. И ты был готов заплатить жизнью за то, чтобы шагнуть в прошлое.

И снова в него погрузиться. Помнишь, когда я спросила – хочешь ли ты вернуться? - Я и сейчас хочу – вздохнул Рудигер. – Только уже не уверен, что я тебе нужен. - Ты мне нужен. Просто я боюсь опять тебя потерять. Поэтому пытаюсь выключить чувства. И включить голову. Должен же кто-то из нас двоих подумать о последствиях? Я не смогу оставить Корабль.

И с тобой не смогу расстаться. И что мне тогда делать? Не могу же я быть в двух местах одновременно! К тому же на Корабле я постаралась забыть, что я - женщина. А ты заставляешь меня об этом вспомнить… - И что в этом плохого? Ради тебя я готов бросить все! - И уйти в пираты??? – Не смеши мои тапочки! Максимум через месяц ты поймешь, что эта жизнь не для тебя. И начнешь тихо меня ненавидеть. Да и команда меня откровенно не поймет – если я притащу тебя на «Хроно». Причем явно не в гости.

Может, я и смогу оставить Корабль – но не раньше, чем подыщу себе замену. А это случится не завтра. Я же не могу отдать Ключи Времени в чужие руки… - А что особенного в этих ключах? Кроме того, что они помогают перемещаться в пространстве. Я так и не понял – почему Смерть ими интересуется? - Видишь ли, дорогой, не каждая душа попадает в Небесный лес. Некоторым вход туда запрещен. Все мы – не ангелы. Но количество пролитой крови на душу населения все-таки определяет возможность реинкарнации. Точнее – ее невозможность. - И то место, куда они попадают, запирают на ключ? - Именно! Получается что-то на подобии ящика Пандорры. А кто знает – что придет в голову старой дуре? И не только ей. Поэтому Ключи должны храниться у вменяемого человека. А в идеале – лежать в сейфе. - И этот человек – ты? А как же твои пиратские дела? За четыреста лет и на твоих руках крови, наверное, не меряно? - Это другая кровь. Карателей, охотившихся за ключами. Да и индульгенция у меня на это имеется. - Как в «Трех мушкетерах»? - «Сделано по моему приказу и на благо государства»? - Типа того. Так что в компанию к Агафонову я точно не попаду! - А гарантия того, что он попадет куда следует, существует? - Вроде бы да. - Но Круг все-таки лучше замкнуть? Ларри кивнула. И с сожалением посмотрела на пустую фляжку.








Date: 2016-07-25; view: 20; Нарушение авторских прав

mydocx.ru - 2015-2018 year. (0.01 sec.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав - Пожаловаться на публикацию