Главная Случайная страница



Полезное:

Как сделать разговор полезным и приятным Как сделать объемную звезду своими руками Как сделать то, что делать не хочется? Как сделать погремушку Как сделать неотразимый комплимент Как сделать так чтобы женщины сами знакомились с вами Как сделать идею коммерческой Как сделать хорошую растяжку ног? Как сделать наш разум здоровым? Как сделать, чтобы люди обманывали меньше Вопрос 4. Как сделать так, чтобы вас уважали и ценили? Как сделать лучше себе и другим людям Как сделать свидание интересным?


Категории:

АрхитектураАстрономияБиологияГеографияГеологияИнформатикаИскусствоИсторияКулинарияКультураМаркетингМатематикаМедицинаМенеджментОхрана трудаПравоПроизводствоПсихологияРелигияСоциологияСпортТехникаФизикаФилософияХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника







Первое, самое простое и очевидное, мы узнаем, как на вопрос о смысле истории отвечали в течение последних трех веков





Поставив эту задачу, мы сразу заметим, что в ее формулировке есть двусмысленность, заложенная уже в самом слове «история». Оче­видно, что это слово имеет множество значений от «попасть в исто­рию» до «войти в историю». Что касается житейских историй, в кото­рые можно «попасть», то о них здесь речь не идет. А вот в какую историю можно «войти», «оставить свой след». С одной стороны, это сам «реальный исторический процесс». Почему в кавычках? Да пото­му, что для нашего сознания он существует только в виде историчес­ких представлений, исторического знания и, наконец, исторической науки. И то, каким образом историческая наука ослшсливает истори­ческую реальность, и придает истории смысл.

Затем вы вправе спросить: а почему только в течение последних трех веков — разве раньше люди не задумывались над этим вопросом? Конечно, задумывались. Но современный тип мышления европейца, основной чертой которого по праву считается историзм, сложился в XVII в., начиная с Галилея и Декарта, и проявился в своей истори­ческой составляющей в XVIII.Именно поэтому те типы историческо­го научного знания, которые сложились в XVIII—XXвв., продолжают сохранять актуальность. Современное научное историческое знание

1 Блок М. Апология истории, или Ремесло историка: Пер. с фр. 2-е изд., доп. М., 1986. С. 6.

укоренено в веке XVIII, в эпохе Просвещения, и сформировавшиеся тогда подходы не только не утратили своего исторического значения, но и продолжают господствовать не только в обыденном сознании, но и в умах многих историков. Например, такие распространенные «современные» заблуждения, что исторический факт объективен и самоценен, что историческое объяснение создается путем обобщения фактов, благополучно бытуют начиная именно с XVIII в.

В формулировке первой нашей задачи есть еще одна словесная ловушка. «Современный» — а где границы нашей современности? Уже не только в научную, но и в обыденную лексику вошли понятия «по­стмодернизм», «состояние постмодерна». В понимании того, что на рубеже XX—XXI вв. (или, выражаясь более возвышенно, на рубеже тысячелетий) мы находимся в ситуации перехода от исторического типа культуры (по крайней мере европейской) к иному типу культу­ры — и этот переход и есть состояние постмодерна, утверждают и существенные трудности языка. Ощущается непреодолимое противо­речие в высказывании: «современная ситуация — это ситуация пост­модерна». Особенно если мы вспомним, что modem в английском языке и moderne во французском — это и есть современный. Это противоречие описывает, например, Н. Н. Козлова. Размышляя о возможности по­дыскать адекватный смысловой перевод понятию «модерн», она пи­шет:



Понятно, что Модерн представляет собой кальку с европейских язы­ков. К сожалению, адекватного русского языкового выражения пока не найдено. Перевод английского Modernity словом «современность» вводит в заблуждение. По-русски современность — то, что происхо­дит здесь и теперь»2.

Мне представляется, что суть проблемы не терминологическая, а ментальная. И в европейских, и в русском языках «модерн» или «со­временность» — это то историческое пространство, в котором чело­век себя идентифицирует.

Основной характеристикой состояния постмодерна является не­доверие к метарассказу, т.е. недоверие к тому целостному историчес­кому знанию, которое предлагают историки. О причинах и послед­ствиях кризиса метарассказа мы еще будем подробно говорить. Но из признания его как фактора современной реальности вытекают наши следующие задачи.

Поскольку мы с вами, как и значительная часть наших современ­ников, не склонны доверять той готовой исторической картине, ко­торую могут предложить историки, и без излишних размышлений «принять на вооружение» ту теорию исторического процесса, которая

Козлова Н. Н. Социально-историческая антропология. М., 1999. С. 100.

будет объявлена «единственно верной», то вторая наша задача по­нять, как и почему именно так, а не иначе писали историю, выстраи­вали свои теории историки и философы прошлого.

Кризис метарассказа, очевидно, ведет к предельной индивидуали­зации исторической памяти, что нарушает ее функционирование в ка­честве основы социокультурной идентичности со всеми предсказуемы­ми и непредсказуемыми последствиями. Отсюда третья наша задача — наметить возможные пути преодоления кризиса метарассказа.

До сих пор речь шла преимущественно о метарассказе. Под мета-рассказом (метанарративом) мы понимаем экспликацию целостных исторических представлений, как научных, так и ненаучных. Теория истории — это целостное, отрефлексированное (осмысленное) опи­сание исторического процесса, выполненное на научных принципах. Из этих «рабочих» определений следует, во-первых, что понятие ме­тарассказа шире, чем теория исторического процесса. Любая теория истории — это метарассказ, но не любой метарассказ обладает свой­ствами теории. Во-вторых, очевидно, что обыденные исторические представления взаимодействуют с теорией сложным способом: лю­бой профессиональный историк или философ — создатель теории — человек своего времени и в качестве такового не избавлен от обыден­ных исторических представлений своей эпохи. С другой стороны, на­учное знание в конечном счете, чаще через сложную систему опосре­довании, воздействует на массовое историческое сознание, хотя бы через школьный учебник.



Итак, суммируем наши задачи:

* получить систематическое знание об основных теориях истори­ческого процесса, сформулированных в новое время, в XVIII—XX вв., об их социокультурной обусловленности, задачах, структуре и эти­ческих и политических следствиях;

* на этой основе выработать понимание ментальных и теоретико-познавательных оснований различных исторических воззрений;

* научиться осмысливать теоретическую основу любого истори­ческого исследования (в том числе и собственного), и даже в том случае, когда автор не осмысливает, в какой теоретике-познаватель­ной системе он работает; научиться проводить эпистемологическую экспертизу исторического метарассказа;

» предложить один из возможных способов преодоления кризиса метарассказа на основе источниковедческой парадигмы гуманитарно­го знания;

* и наконец, продемонстрировать возможности предлагаемого метода в сравнительно-исторических исследованиях.

В соответствии с этими задачами в первом разделе учебного посо­бия рассматриваются цели и принципы построения теорий истори­ческого процесса; во втором — анализируются классические теории,

созданные в новое время и не утратившие своего значения; в тре­тьем — обосновывается источниковедческая парадигма сравнитель­но-исторических исследований и демонстрируются ее возможности в преодолении кризиса метарассказа.

В конце каждой главы приводится список литературы, включаю­щий, во-первых, произведения, анализируемые в разделе; во-вторых, литературу, помогающую усвоить материал раздела, и, в-третьих, литературу дополнительную, позволяющую шире взглянуть на обсуж­даемые в разделе проблемы. При этом из всей литературы настоятель­но рекомендуется знакомиться с теми произведениями, на основе которых описываются теории исторического процесса, поскольку это позволит читателю выработать свою точку зрения и тогда уже осоз­нанно, со знанием дела либо согласиться, либо оспорить приводимые автором учебного пособия интерпретации. Ведь предлагаемая вам кни­га — это именно учебное пособие, т.е. то, что должно помогать, спо­собствовать самостоятельной мысли.

Вопросы в конце глав имеют целью проконтролировать степень освоения материала. Ответы на поставленные вопросы вы сможете найти как в тексте главы, так и в рекомендуемой и дополнительной литературе. Излишне говорить о том, что эти ответы могут не совпа­дать друг с другом.

Задания делятся на две группы. Первая группа заданий подготав­ливает к работе над материалом следующих разделов. Вторая группа носит по преимуществу творческий характер (они помечены *) и при­зывает к самостоятельной исследовательской работе.

Настоящее учебное пособие — результат многолетнего чтения ав­тором лекционных курсов по теории и методологии истории на ка­федре источниковедения и вспомогательных исторических дисцип­лин Историко-архивного института Российского государственного гу­манитарного университета. Приношу свою благодарность за творческое сотрудничество и конструктивную критику моих построений профес­сорско-преподавательскому коллективу кафедры, и особенно Игорю Николаевичу Данилевскому, Роману Борисовичу Казакову, Ольге Ми­хайловне Медушевской, Виктору Александровичу Муравьеву, Си-гурду Оттовичу Шмидту, Юлии Эдуардовне Шустовой, а также докто­ру философских наук Наталье Никитичне Козловой. И отдельно — всем студентам Российского государственного гуманитарного университета и Переелавль-Залесского университета, в общении с которыми автор имела возможность не раз апробировать этот курс. Часть работы вы­полнена при поддержке РГНФ: Проект № 96-01-00422.








Date: 2015-04-23; view: 373; Нарушение авторских прав



mydocx.ru - 2015-2021 year. (0.01 sec.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав - Пожаловаться на публикацию