Главная Случайная страница



Полезное:

Как сделать разговор полезным и приятным Как сделать объемную звезду своими руками Как сделать то, что делать не хочется? Как сделать погремушку Как сделать неотразимый комплимент Как сделать так чтобы женщины сами знакомились с вами Как сделать идею коммерческой Как сделать хорошую растяжку ног? Как сделать наш разум здоровым? Как сделать, чтобы люди обманывали меньше Вопрос 4. Как сделать так, чтобы вас уважали и ценили? Как сделать лучше себе и другим людям Как сделать свидание интересным?


Категории:

АрхитектураАстрономияБиологияГеографияГеологияИнформатикаИскусствоИсторияКулинарияКультураМаркетингМатематикаМедицинаМенеджментОхрана трудаПравоПроизводствоПсихологияРелигияСоциологияСпортТехникаФизикаФилософияХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника







Парцифаль





 

Во́льфрам фон Э́шенбах (oк. 1170 – ок. 1220) – один из крупнейших эпических поэтов немецкого средневековья. Происходил из знатного (титул «hêr»), но обедневшего рода, вёл жизнь служилого рыцаря и миннезингера. Перу Вольфрама фон Эшенбаха принадлежит самый известный немецкий роман средних веков – «Парцифаль».

Уже в первой из дошедших до нас обработке – незаконченном «Сказании о Граале» Кретьена де Труа – роман представляет сложное многочленное фабульное целое, в котором соединяются две сюжетные линии: 1) история «простеца» Парцифаля, воспитанного в лесном уединении, юноши, одаренного рыцарскими доблестями, но лишенного рыцарской куртуазии, переживающего ряд полукомических приключений и с трудом усваивающего «вежество» подлинного рыцаря; 2) история поисков святого Грааля – загадочного талисмана, хранящегося в таинственном замке, с владетеля которого Парцифалю суждено снять заклятие, тяготеющее над ним.

В романе Вольфрама, как и у его французского предшественника Кретьена де Труа, легенда о святом Граале сливается с историей Парцифаля (у Кретьена де Труа <в русских переводах – Л.К.> – Персеваля), ищущего духовно-нравственного совершенства. Несмотря на довольно большую близость некоторых частей «Парцифаля» к его французскому прототипу, отразившийся в нем перелом в идеологии средневекового рыцарства – замена идеала чисто светской куртуазии мистическими устремлениями – и высокое поэтическое мастерство Вольфрама делают роман произведением вполне оригинальным. Жажда чуда, любование чудесным – основные мотивы творчества Вольфрама. Отсюда не только патетика Грааля и дивного замка Монсальвата, но и склонность ко всему редкому, легендарному (фантастическая флора и фауна: единорог, стерегущие золото грифы, крылатые драконы, птица феникс, обладающие скрытыми силами травы и пр.). В XIX веке историю Парцифаля драматизировал в своей одноименной музыкальной драме Рихард Вагнер.

 

 

Краткое содержание «Парцифаля»

(в изложении Д.В. Борисова)



 

Анжуйский король погибает на поле битвы. По древнему обычаю трон переходит к старшему сыну. Но тот милостиво предлагает младшему брату Гамурету разделить наследство поровну. Гамурет отказывается от богатства и отправляется в чужие края, чтобы рыцарскими подвигами прославить имя короля. Гамурет предлагает свою помощь властителю Багдада Баруку и одерживает победу за победой. После многих приключений морские волны прибивают корабль Гамурета к берегам королевства мавров под названием Зазаманка. Повсюду юноша видит следы военного поражения. Чернокожая королева Зазаманки – красавица Белакана – просит у него помощи. Рыцарь доблестно сражается с врагами мавров, одерживает победу, добивается любви Белаканы и становится королем Зазаманки. Но вскоре в нем снова просыпается жажда военных подвигов, и он тайно покидает супругу. В его отсутствие у Белаканы рождается сын Фейрефиц, тело которого наполовину черное, наполовину – белое. Гамурет прибывает в Испанию. Королева Герцелойда, желая выбрать себе достойного супруга, посещает рыцарский турнир. Побеждает Гамурет. После долгих и мучительных колебаний он соглашается обвенчаться с Герцелойдой при условии, что она не станет удерживать его в королевстве. Он отправляется в очередной поход и погибает.

У королевы рождается сын Парцифаль. Вместе с ним и несколькими подданными безутешная Герцелойда покидает королевство и уединяется в лесу. Пытаясь уберечь Парцифаля от отцовской участи, она запрещает слугам упоминать имя отца и все, что связано с его происхождением, войнами и рыцарскими подвигами. Мальчик растет на лоне природы, проводя время в невинных забавах. Годы проходят незаметно. Однажды во время охоты Парцифаль встречает в лесу трех всадников. Восхищенный великолепным снаряжением рыцарей, юноша принимает их за богов и падает на колени. Те поднимают его на смех и скрываются. Вскоре перед Парцифалем предстает еще один рыцарь; он так прекрасен, что юноша и его принимает за божество. Граф Ультерек рассказывает Парцифалю о том, что он преследует троих злоумышленников. Они похитили девушку и, презрев рыцарскую честь, скрылись. Юноша указывает ему, в каком направлении поскакали всадники. Граф увлекает простодушного юношу рассказами о рыцарских подвигах и о жизни при дворе короля Артура и говорит, что Парцифаль тоже может поступить к королю на службу. Юноша приходит к матери и требует коня и доспехи, чтобы отправиться в Нант, к королю Артуру. Встревоженная Герцелойда выбирает для сына старую клячу и шутовской наряд в надежде, что в таком виде упрямого и неотесанного мальчишку не допустят ко двору. На прощание она дает ему наказ: помогать добрым, не знаться с плохими, а если уж он полюбит девушку, то пусть возьмет у нее кольцо. И еще он должен запомнить имя их лютого врага, злодея Леелина, который разорил ее королевство. Обрадованный Парцифаль уезжает, а безутешная мать вскоре умирает от горя.

В лесу юноша видит шатер, а в нем – прекрасную спящую девушку. Недолго думая, он снимает с нее кольцо и целует в губы. Та в ужасе просыпается и прогоняет дерзкого юнца. Вскоре возвращается ее муж – Орилус, видит следы незнакомца и в гневе обвиняет ее в измене. Тем временем Парцифаль спешит дальше. Он встречает девушку, рыдающую над убитым женихом, и клянется расправиться с убийцей, герцогом Орилусом. Из рассказа Парцифаля девушка догадывается, кто он, и раскрывает ему тайну его происхождения. Оказывается, что она – его двоюродная сестра, Сигуна, юноша снова пускается в путь и встречает Итера Красного, двоюродного племянника короля Артура. Тот рассказывает ему, что король лишил его владений; Итер же взял в залог золотой кубок короля и отдаст его лишь при одном условии: он сразится с любым рыцарем из свиты короля, чтобы вернуть себе право на свои земли. Юноша обещает рыцарю передать королю Артуру его просьбу.



Представ перед королем в своем шутовском наряде, Парцифаль требует, чтобы его приняли в королевскую свиту, наивно считая себя готовым для рыцарского служения. Он рассказывает о встрече с Итером Красным и передает королю, что тот жаждет честного единоборства. Чтобы избавиться от докучливого чудака, советник короля предлагает тому отправить его на поединок. Опасаясь за его жизнь и вместе с тем не желая обидеть честолюбивого Парцифаля, король неохотно соглашается. Юноша вступает в поединок и чудом одерживает победу. Надев доспехи убитого рыцаря, юноша отправляется дальше.

Парцифаль приезжает в город, где его радушно принимает князь Гурнеманц. Узнав его историю, он решает обучить неискушенного юношу правилам рыцарского поведения. Он объясняет Парцифалю, что рыцарь не должен позволять себе глупые выходки и без конца задавать никчемные вопросы. Усвоив эти полезные советы, Парцифаль отправляется дальше. Он подъезжает к осажденному городу, которым правит племянница Гурнеманца, королева Кондвирамур. Парцифаль побеждает ее врагов и дарует им жизнь при условии, что они отныне станут служить королю Артуру. Добившись любви королевы, Парцифаль женится на ней. Став королем, он живет в счастье и достатке, но тоска по матери заставляет его снова пуститься в путь.

Очутившись в лесу, на берегу озера, Парцифаль видит в окружении рыбаков человека в расшитом золотом королевском одеянии, и тот предлагает ему переночевать в его замке. К изумлению Парцифаля, жители приветствуют его радостными криками. В роскошной зале он видит хозяина замка, Анфортаса. По его виду Парцифаль догадывается, что тот тяжело болен. Внезапно начинают происходить необъяснимые вещи. В зал вбегает оруженосец с окровавленным копьем, и все начинают стонать и плакать. Потом появляются прекрасные девы со светильниками, а за ними – королева, которая вносит священный камень Грааль, от которого исходит чудесное сияние. Когда она ставит его перед Анфортасом, на столах вдруг появляются изысканные кушанья. Парцифаль потрясен всем происходящим, однако он не решается задавать вопросы, помня поучения Гурнеманца. На следующее утро он обнаруживает, что замок опустел, и едет дальше.

В лесу он встречает девушку и узнает в ней свою двоюродную сестру Сигуну. Услышав, что он побывал в Мунсальвеше – так называется замок – и при виде всех чудес не задал королю ни одного вопроса, она осыпает Парцифаля проклятиями. Оказывается, одним своим вопросом он мог исцелить Анфортаса и вернуть былое процветание королевству. Парцифаль в отчаянии продолжает свой путь и встречает ту самую красавицу, с руки которой когда-то дерзко снял кольцо. Ревнивый муж проклял ее, и она скитается по свету, нищая и одетая в рубище. Парцифаль возвращает кольцо и доказывает невиновность девушки.

Тем временем король Артур отправляется в поход и по пути расспрашивает всех о доблестном рыцаре Парцифале, чтобы причислить его к героям Круглого стола. Когда Парцифаля приводит к королю, племянник Артура Гаван, внезапно появляется волшебница Кундри. Она рассказывает всем о том, что Парцифаль не воспользовался возможностью исцелить Анфортаса. Теперь для Парцифаля остается одно средство спасти Анфортаса: искупить свою вину подвигами. Кундри рассказывает о замке Шатель Марвей, где томятся четыреста прекрасных дев, которых взял в плен враг Анфортаса, злодей Клингсор.

Пристыженный и опечаленный, Парцифаль покидает короля Артура. По дороге в Мунсальвеш он встречает богомольцев. В этот святой день – в Страстную пятницу – они призывают молодого рыцаря присоединиться к ним. Но он отказывается, утратив веру в Бога после стольких злоключений и неудач. Но вскоре он раскаивается и исповедуется в своих грехах отшельнику Тревриценту. Оказывается, что этот отшельник – брат Анфортаса и Герцелойды. Он рассказывает Парцифалю историю Анфортаса. Унаследовав чудесный камень Грааль, он жаждал еще большей славы, но в поединке получил рану, которая с тех пор не заживала. Однажды на святом камне появилась надпись: исцелить Анфортаса может рыцарь, который, исполнившись сострадания, задаст ему вопрос о причине его мук. Парцифаль узнает, что после исцеления Анфортаса хранителем Грааля станет тот, чье имя появится на камне.

Тем временем Гаван после многих приключений прибывает в замок Шатель Марвей. Об этом замке рыцарям рассказывала волшебница Кундри. Пройдя все испытания, которые устраивает ему хозяин замка Клингсор, он освобождает пленных красавиц. Теперь Гавану предстоит бой с его давним врагом Грамофланцем. По ошибке он принимает за него своего друга Парцифаля, и они сражаются. Парцифаль начинает одолевать незнакомого ему рыцаря, но внезапно узнает, что это его друг Гаван. Завтра Гаван должен сразиться с Грамофланцем, но он обессилен поединком с Парцифалем. Под видом Гавана Парцифаль втайне от него бьется с Грамофланцем и побеждает.

Парцифаль снова пускается в путь. В чужих краях он вступает в единоборство с повелителем мавров Фейрефицем. Не подозревая о том, что это его сводный брат, сын Гамурета, Парцифаль бьется с ним не на жизнь, а на смерть. Но силы противников равны. Узнав, что они братья, они бросаются в объятья друг другу и вместе отправляются к королю Артуру. Там Парцифаль снова видит волшебницу Кундри, и та торжественно объявляет всем о том, что молодой рыцарь прошел все испытания и искупил свою вину. На камне Грааль появилось его имя. Небеса избрали Парцифаля: отныне он становится хранителем Грааля. Парцифаль с Фейрефицем прибывают в Мунсальвеш, и Парцифаль наконец задает Анфортасу вопрос, которого все так долго ждали. Анфортас исцеляется. В это время в замок приезжает супруга Парцифаля, Кондвирамур, с двумя сыновьями. Фейрефиц принимает святое крещение и женится на сестре Анфортаса. Все в замке празднуют избавление от бедствий, некогда постигнувших королевство.

Из «Парцифаля»(перевод Л. Гинзбурга) Спешу заверить тех из вас,Кому наскучил мой рассказ,Что расскажу в дальнейшемО чуде всепервейшем.Но перед тем, как продолжать,Позвольте счастья пожелатьСыну Гамурета –Причина есть на это.Сейчас ему как никогдаГрозит ужасная беда:Не просто злоключенья,А тяжкие мученья.Но я скажу вам и о том,Что все закончится потомПолнейшею удачей:Не может быть иначе!..К нему придут навернякаПочет и счастье... А покаОн скачет по лесу, томимыйРазлукою с женой любимой.Сегодня путь его пролегСреди нехоженых дорог,Средь мхов, средь бурелома...Чем дальше он от дома,Тем больше топей и болот...Он бросил повод. Конь бредетСквозь чащу еле-еле...Ну, а на самом делеСиница, взмыв под облака,Не перегонит седока,Который, сам того не зная,Несется, ветер обгоняя,И коль предание не врет,Еще быстрей спешит вперед,Чем он летел туда, в Бробарц,Покинув княжество Грагарц.Уж вечер... Скоро месяц выйдет.Но что сквозь заросли он видит?Там озера блеснула гладь.Ладью на озере видать.И рыбаков. А посередке,В кругу мужчин, сидящих в лодке,Он замечает одного,Кто не похож ни на кого:В плаще роскошном, темно-синем,Расшитом золотом... С павлиньимПлюмажем... Будь он королем,Пышней бы не было на немИ драгоценнее наряда.Герой с него не сводит взглядаИ спрашивает рыбака:Что, далека или близкаДорога в здешнее селенье?Но что он видит в удивленье?Сколь опечалился рыбак!В его очах – могильный мрак.Он грустно молвит: «Милый друг,На тридцать – сорок верст вокругЖилья не сыщете людского.Здесь нет селенья никакого...А впрочем, добрый господин,Тут замок – слышал я – одинНевдалеке виднеется...Вам есть на что надеяться!Спешите же скорей туда,Где скал кончается гряда,Но будьте крайне осторожны:Глядишь, и оступиться можно!..Чтоб в замок вас могли впустить,Вы попросите опуститьСначала мост подъемныйНад пропастью огромной.Опустят если – добрый знак...»«Что ж. Я поеду, коли так...»«Вам надо торопиться!Но бойтесь заблудиться!Я это говорю к тому,Что нынче ночью вас примуКак гостя в замке этом,С почетом и приветом.Страшитесь же прибрежных скал!..И, попрощавшись, поскакалВ тот странный замок Парцифаль...«Коль этот юноша чудесныйВдруг рухнет со скалы отвесной,Клянусь, мне будет очень жаль...» –Сказал рыбак, безмерно грустный...Но мчится всадник наш искусный,Господней милостью храним,И видит – замок перед ним...Не просто замок: чудо-крепость!Попытка взять ее – нелепость.Штурмуй хотя бы тридцать лет,Обрушься на нее весь свет,Вовнутрь ворваться невозможно:Защита больше чем надежна...Парцифаль при свете звездГлядит: подъемный поднят мост,И только ветер или птицаСпособны очутиться,Перемахнувши через ров,В одном из внутренних дворов...Вдруг страж заметил Парцифаля;И говорит: «Узнать нельзя ли,Откуда вы? Кто вы такой?Что наш тревожите покой?»Парцифаль сказал тогда:«Рыбак прислал меня сюда.С ним встретясь волею судеб,Заночевать, спросил я, где б...Он мне дорогу показалИ на прощанье наказал,Чтоб мост подъемный опустилиИ в замок чтоб меня впустили...»«О славный рыцарь! В добрый час!Все будут рады видеть вас!Все к вашим здесь услугам,Коли Рыбак зовет вас другом!»Страж мост подъемный опустилИ, как устав велит, застылПеред высокою персоной,Сюда судьбою занесенной...А Парцифаль во весь опорВо внутренний влетает двор,Угрюмой стражею допущен...Но как же этот двор запущен!Зарос крапивой и травой.Души не видно здесь живой,Давно здесь стычек не бывало,И все зачахло, все увяло.Плац с незапамятных временНе видел яркости знамен,Давно здесь рыцари не бились,Лихие кони не носились(Так делать нечего бойцуИ в Абенберге, на плацу)...Но пестрой, праздничной картинойБыл подменен сей вид пустынный...С восторгом Парцифаль взирал,Как все, кто был здесь, стар и мал,Его приветливо встречали,И клики радости звучали.И, празднично одеты,Пажи или валеты,Готовящиеся в бойцы,Коня хватали под уздцы,Несли скамеечку для ног,Чтоб спешиться удобней могНаш юный рыцарь вдохновенный,Воистину благословенный...Он ловко спешился. И тутС почтеньем в дом его ведут.От ржавчины и пылиЕго лицо отмыли.Затем он получает в дарПлащ, что пылает, как пожар:То был арабский шелк блестящий,Шуршащий, нежно шелестящий,Тот плащ, что, по словам пажа,Носила прежде госпожа,Святая королеваРепанс – «Не Знающая Гнева»...(Признаюсь вам, что и онаБыла пораженаКрасою Парцифаля...)Все словно бы воспряли.Печаль с угрюмых лиц сползла,И словно Радости ПослаСкорбящие встречали,Забыв свои печали...И все заботятся о немИ сладким потчуют вином.С него доспехи сняли,Чтоб плечи отдыхали,И унесли копье и меч,Но все ж, страшась нежданных встреч,Он счел опасным и ненужнымВпредь оставаться безоружным...Здесь случай вышел несуразный:Ворвался некто безобразныйИ, погремушками звеня,Героя чуть ли не дразня,Сказал ему: «Поди-ка,Тебя зовет владыка!..»Герой, оставшись без меча,Ударил дурня сгорячаСвоим тяжелым кулаком.Поверженный упал ничком,Кровь из ноздрей бежала,Спина его дрожала.И рыцари все как вздохнут:«О рыцарь! Он ведь только шут!А с шуткою, пускай и вздориой,Нам легче в этой жизни черной.Мы извиненья вам приносимИ за него прощенья просим.Слова ж его толкуйте так:Вернулся с озера Рыбак.И он уже, как нам сказали,Вас ожидает в тронном зале...»И вот вступает наш гордецВ досель не виданный дворец.В роскошном королевском зале,Наверно, сотни свеч сияли,И сотней свеч освещенаБыла здесь каждая стена.И сотни в королевском залеПерин пуховых разостлали,Покрытых сотней покрывал...Вот что наш рыцарь увидал...В трех креслах восседали чинноТри неизвестных паладина,О чем-то говоря друг с другом,Вблизи стоящих полукругомТрех изразцовых очагов.Огонь, достойный и богов,Справлять свой пир не уставалИ яростно торжествовалНад деревом Aloe Lignum –Название дано из книг нам.(Но в Вильденберге у меняНельзя согреться у огня.)Вот на кровати раскладнойВнесен, усталый и больной,Дворца роскошного хозяин.Тяжелой хворью он измаян.Глаза пылают. Хладен лоб.Жестокий бьет его озноб.У очага, что посредине,Приподнялся он на перинеИ с грустью на друзей взирал.Чем жил он? Тем, что умирал,Пусть в славе, пусть в почете,Но с Радостью в расчете...И тело хворое не грелиНи печи, где дрова горелиСтоль жарким, яростным огнем,Ни шуба, что была на немС двойным подбоем соболиным,Ни шапка с пуговкой-рубином,Надвинутая на чело,Чтоб было голове тепло,Ни меховое покрывало –Ничто его не согревало...Но вопреки ужасной хвориОн, с лаской дружеской во взоре,Увидев гостя, попросилЕго присесть... Он был без сил,Но добротой лицо лучилось...И вдруг – нежданное случилось...Дверь – настежь. Свет свечей мигает.Оруженосец в зал вбегает,И крови красная струяС копья струится, с острияПо рукаву его стекая.И, не смолкая, не стихая,Разносится со всех сторонИстошный вопль, протяжный стон.И это вот что означало:Все человечество кричалоИ в исступлении звалоИзбыть содеянное зло,Все беды, горести, потери!..Вдоль стен, к резной дубовой двери,Копье оруженосец нес,А крик все ширился и рос,Но лишь за дверью скрылся он,Тотчас же смолкли крик и стонИ буря умиротворилась...Тут дверь стальная отворилась,И в зал две девушки вошли:Златые косы до земли,Прекрасны, словно ангелочки,На голове у них веночки,Одеты в праздничный наряд,В руках светильники горят.С красавиц люди глаз не сводят.Но вот за ними следом входятГрафиня со своей служанкой,Лицом прелестны и осанкой.Как восхитительны их черты!Каким огнем пылают их рты!И с восхищеньем видят гостиСкамейку из слоновой кости,Что обе вносят в зал,Где Муж Скорбящий возлежал.Они смиренно поклонилисьИ к девам присоединились...Но тут под сладостный напевВступают восемь новых дев.Четыре девы в платьях темныхНесли в светильниках огромныхГромады свеч: их свет светилСветлей надоблачных светил.У четырех других был камень,Ярко пылавший, как пламень:Струилось солнце сквозь него.Яхонт, гранат зовут его...И девы устремились тожеК тому, кто возлежал на ложе.Уже поставлен перед нимСтол с украшением резным.Возникли чаши, кубки, блюда,Драгоценная посуда,И радовали взорыИз серебра приборы...Я сосчитал, что было тамПрекрасных восемнадцать дам,В шелка и бархат разодетых –Величественней в мире нет их.Но, счет закончить не успев,Я шестерых прибавлю дев,Возникших посреди другихВ двухцветных платьях дорогих...И к трапезе приготовленьеСим завершилось... И явленьеЧудесное произошло.Не солнце ли вспыхнуло так светло,Что ночь, казалось, отступила?Нет! Королева в зал вступила!..Лучезарным ликом все освещала,Чудеса великие предвещала.И был на ней, как говорят,Арабский сказочный наряд.И перед залом потрясеннымВозник на бархате зеленомСветлейших радостей исток,Он же и корень, он и росток,Райский дар, преизбыток земного блаженства,Воплощенье совершенства,Вожделеннейший камень Грааль...Сверкал светильников хрусталь,И запах благовоний пряныхШел из сосудов тех стеклянных,Где пламенем горел бальзам –Услада сердцу и глазам.... . . . . . . . . . . . .Да. Силой обладал чудеснойСвятой Грааль... Лишь чистый, честный,Кто сердцем кроток и беззлобен,Граалем обладать способен...И волей высшего царяОн королеве был дан не зря...Она приблизилась к больному(И не могло быть по-иному),Поставила пред ним Грааль...Глядит с восторгом ПарцифальНе на святой Грааль... О нет!На ту, в чей плащ он был одет...Но дело к трапезе идет...И слуги вносят для господЧаны с нагретою водою...Рук омовенье пред едоюСвершает благородный круг.И вот для вытиранья рукГостям подносит полотенцаПаж с кротким обликом младенца...Дымится в чашах угощение:Столов, наверно, сто – не менее.Четыре гостя за каждым столом(Гостей – четыреста числом).Предивно убраны столы –Скатерти что снег белы.... . . . . . . . . . . . .Владыка на исходе силСам перед трапезой омылСвои слабеющие руки.И, верен рыцарской науке,Парцифаль по зову честиСо страждущим омылся вместе,У многих вызвав умиленье...И преклонил пред ним колениКакой-то очень юный граф,Обоим пестрый плат подав...Но слушайте, что было дале!У каждого стола стоялиЧетыре кравчих... Из них двоимВменялось господам своимИ нарезать, и наливать,А двум другим – все подавать...Затем с достоинством, без спешки,Вкатили кравчие тележки,На коих не один бокалЧистейшим золотом сверкалИ, ярким светом залитая,Сияла утварь золотая...Но вот вступает сотня слуг,Чтоб совершить по залу круг.Добавим, что в руках у них –Сто белых скатертей льняных(Зачем, узнаете впоследствии).Гофмаршал возглавляет шествие...Остановились пред Граалем,И тотчас дал хлеба Грааль им.(Здесь я рассказываю вамЛишь только то, что слышал сам.)Грааль в своей великой силеМог дать, чего б вы ни просили,Вмиг угостив вас (это было чудом!)Любым горячим иль холодным блюдом,Заморским или местным,Известным исстари и неизвестным,Любою птицей или дичью –Предела нет его величью.Ведь Грааль был воплощеньем совершенстваИ преизбытком земного блаженства,И был основою основЕму пресветлый рай Христов.О, сколько в чашах золоченыхВареных, жареных, печеныхЯств у Грааля! Он готовК раздаче мяса всех сортов.Он разливал супы на диво,К жаркому предлагал подливыИ перец, обжигавший рты,Набив обжорам животы.Он кубки наполнял искристымВином, и терпким и игристым,Он, тот, пред кем склонялся мир,Справлял гостеприимства пир,И не случайно в этот залОн в гости рыцарей созвал!..Но что же с молодым героем?Он потрясен, смятен – не скроем.Спросил бы: что творится здесь?Однако скромность, а не спесьЕму задать вопрос мешаетИ права спрашивать лишает.Ведь Гурнеманц предупреждал,Чтоб Парцифаль не задавалПри неожиданных соблазнахВопросов лишних или праздных:От любопытства кровь бурлит,А вежество молчать велит!..«Нет, любопытством не унижуЧесть рыцаря!.. А то, что вижу,Мне объяснят когда-нибудь,Лишь надо подождать чуть-чуть...»Что ж, может быть иной вопросецПорой и вправду ни к чему...Но тут приблизился к немуС мечом в руках оруженосец,Меч Парцифалю преподнес,Великую радость ему принес.Сей радостный подарокСтоил бы тысячу марок:Вся из рубинов рукоять!А лезвие! Не устоятьВрагу пред этой сталью!..Тут с ласковой печальюНегромко вымолвил больной:«Был этот меч всегда со мной,Всегда служил мне верно.Теперь же дело мое скверно,Рука не в силах меч держать.И он тебе принадлежатьОтныне будет: воздаяньеЗа добрые твои деяньяИ нечто вроде возмещеньяЗа скромность угощенья...»Как речь столь странную понять?Но Парцифаль молчит опять.Молчит! Хоть все, кто были в зале,Сейчас вопроса ожидали.Он, очевидно, нужен всем.Но Парцифаль, как прежде, нем...А почему бы не спросить?(Молчанья этого проститьЯ Парцифалю не намерен!Он в послушанье неумерен:Задай вопрос он хоть один,И сразу б ожил господин,Которого мне жаль до слез.Но на губах застыл вопросУ сына Гамурета.И я не делаю секрета,Что сим – какой уж тут секрет? –Не пользу он принес, а вред:Ведь только при одном условьеМог господин вернуть себе здоровье...)Меж тем закончен странный бал,И гости покидают зал,Как бы спеша скорей отсюда.И слуги кубки и сосудыУносят с каждого стола.И кто последней в зал вошла,Уходит первой... Парцифалю,Владельцу замка и ГраалюОтвесив царственный поклон...Герой понуро вышел вон.(Ах, неспроста он так печален...)Но вот в одной из ближних спаленОн примечает старика.(Кто это? Помолчим пока.Потом, когда настанет время,Вы познакомитесь со всеми,Кто вам доселе незнаком:И с этим дивным стариком,Чья борода была,Как иней утренний, бела,И с этим королем несчастным,К моей истории причастным...)Пока же слышит наш пришелец,Как замка дивного владелецСказал: «Должно быть, вы усталиИ, мнится мне, давно не спали.Ступайте же! Уж поздний час,Постель постелена для вас...»Гость был сражен такой заботой.Но сводит рот его зевотой,И сон уже смежает очи.Хозяин молвит: «Доброй ночи!»И в спальню входит наш герой.Клянусь, что не было второйТакой роскошной спальни чудной:Блеск золотой, свет изумрудныйВолшебно падал на постель...Подумать только: неужельБогатство в мире есть такое?Не нахожу себе покоя,Дворец описывая сейПри вечной бедности моей!..Итак, он с королем рассталсяИ в комнате один остался,Сказав послушной свите:«Я спать ложусь. Вы тоже спите...»Но тут пажи вбежалиИ обувь с ног его усталых сняли,И, скинув облаченье,Почувствовал он облегченье.Но сразу обомлел, узревЧетырех прекрасных дев,Возникших на порогеВ таинственном чертоге...Он живо – шмыг под одеяло.Но так лицо его сияло,Что даже и не при свечахОн отражался в их очах.Смиренно девы попросили,Чтобы, дремоту пересиля,Он подкрепился перед сномСначала тутовым вином,Затем пленительным, прохладным,Пьянящим соком винограднымИ чтоб отведал от плодов,Из райских присланных садов.... . . . . . . . . . . . .Чуть закусив, он сном забылся.Слуга тихонько удалился,А вслед за ним и девы – прочь...Так юный рыцарь встретил ночь.Он спал... Но скверно, неуютно.Из мрака выплывало смутноОдно виденье за другим...Храпит горячий конь под нимИ все куда-то мчится, мчится,Не может приостановиться...(Я даже умереть готов,Чтоб не видать подобных сноп.)Вот он немного покачнулся:Наверно, ранен?.. И очнулся.В окно чудесный день глядел.«Эй! Кто здесь? Кто меня раздел?А слуги где? И свита?..»В ответ – ни звука. Дверь закрыта.Он ничего не понималИ тотчас снова задремал.Когда же он опять проснулся,От удивленья ужаснулся:Ярчайший полдень на дворе,А у постели, на ковре,Доспехи красные лежали,Те, что ему принадлежали,И тут же – два меча. ПричемОдин меч – был его мечом,Испытанным и старым,Зато другой был – даромВладельца замка. Вот в чем суть!..Герою в сердце вкралась жуть:«Сон, видимо, был в руку.Я обречен на муку,На испытание войной.Войну сулил мне сон ночной,И бой, возможно, грянетСкорей, чем снова ночь настанет!..Что ж, я с охотой бой приму,В надежде угодить емуИ в угождение жене,Чей дивный плащ сейчас на мне...Однако сердцем и мечтойПринадлежу не ей, а той,Кого супругою зову,Чьим светлым обликом живу,Кто красотою вешнейЕще прекрасней здешней!..»Он сделал все, что долг велел:Доспехи бранные наделИ, опоясавшись мечами,Сверкнул воинственно очами,Готовый встретиться с врагом,И вышел. Чуть ли не бегомЧерез дворцовые покои.Но диво, диво-то какое!Во всем дворце нет ни души,Все словно замерло в тиши.И за окном нет никого,Лишь быстроногий конь егоСтоит, привязанный к перилам.Все выглядит мертвым и унылым.Наш рыцарь в дом вбегает снова –Молчанье, глуше гробового.Герой спешит из зала в зал:В оцепенении молчалДом, где вчера еще шумели гости.Герой Парцифаль вскричал от злости;И с криком выбегает вон!Вдруг нечто замечает он:Распахнуты в саду ворота,Как если б распахнул их кто-то.Трава потоптана. Глядит –Да тут все сплошь следы копыт!Видать, ворота отворились,Чтобы гости удалились...Что ж, делать нечего. И онДворец покинуть принужден,Причем без промедленья.Вдруг страж, стоявший в отдаленье,От посторонних скрытый глаз,Мост опустив, сказал: «Для васПусть день померкнет ясный!Пришелец вы злосчастный,Вас злобный рок сюда занес!Вопрос! Всего один вопросЗадать вам стоило, и крутоВсе изменилось бы в минуту.Но вы не для славы рожденыИ слыть глупцом осуждены!..»Герой Парцифаль чуть не плачет:«Страж, что же это все значит?Что за вопрос? Кому? Зачем?..»Но страж молчит. Он снова нем,Как если б сон объял его...Не называет никого.И понял Парцифаль в тот миг(Хотя всего и не постиг),Что он в полной изведает мереПечали, несчастья, потери,Судьбу беспредельно злуюВ оплату за радость былую...«Ну, а пока – вперед, вперед!К тем, кто, наверно, бой ведет,Предписанный всевышним.Я там не буду лишним, иСредь тех, кого я полюбил,Обласкан кем и принят был(Мне вечер памятен вчерашний),Драться я стану еще бесстрашнейЗа дорогую госпожу,А господину докажу,Сколь я ему благодаренЗа меч, что мне им подарен...»Он разглядел следы подков,Сел на коня – и был таков,Души моей герой любимый,Бесчестья враг непримиримый.И я его не оскорблюТем, что не скрою, сколь скорблю:Пошто он в замке не остался?..







Date: 2015-09-05; view: 455; Нарушение авторских прав



mydocx.ru - 2015-2021 year. (0.009 sec.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав - Пожаловаться на публикацию