Главная Случайная страница


Полезное:

Как сделать разговор полезным и приятным Как сделать объемную звезду своими руками Как сделать то, что делать не хочется? Как сделать погремушку Как сделать так чтобы женщины сами знакомились с вами Как сделать идею коммерческой Как сделать хорошую растяжку ног? Как сделать наш разум здоровым? Как сделать, чтобы люди обманывали меньше Вопрос 4. Как сделать так, чтобы вас уважали и ценили? Как сделать лучше себе и другим людям Как сделать свидание интересным?


Категории:

АрхитектураАстрономияБиологияГеографияГеологияИнформатикаИскусствоИсторияКулинарияКультураМаркетингМатематикаМедицинаМенеджментОхрана трудаПравоПроизводствоПсихологияРелигияСоциологияСпортТехникаФизикаФилософияХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника






Организация незаконного вооруженного формирования или участие в нем





 

Организация незаконного вооруженного формирования или участие в нем (ст. 208 УК). Создание незаконных вооруженных формирований в условиях политической, социальной и экономической нестабильности в стране представляет значительную общественную опасность. Такие формирования могут быть использованы в политических целях для захвата власти в регионах, для дестабилизации ситуации, а также в конфликтах, возникающих на национальной или религиозной основе.

Незаконные вооруженные формирования могут сливаться и с общеуголовными преступными организациями.

УК РФ в ст. 208 предусматривает ответственность за создание незаконного вооруженного формирования и за участие в нем. Статья 208 состоит из двух частей. В первой предусмотрена ответственность за создание вооруженного формирования (объединения, отряда, дружины или иной группы), не предусмотренного федеральным законодательством, а равно руководство таким формированием.

Часть 2 ст. 208 устанавливает ответственность за участие в вооруженном формировании, не предусмотренном федеральным законом.

Объектом преступления является общественная безопасность. Незаконно созданные вооруженные формирования независимо от целей их создания (охранные функции в политических или коммерческих структурах, тренировка молодежи и подготовка для службы в армии и др.) создают объективную угрозу безопасности населения. В любое время такое формирование или отдельные его члены могут применить оружие. Само появление в общественных местах вооруженных людей создает угрозу безопасности граждан, оказывает на них психическое воздействие.

Небезынтересно вспомнить, что с создания таких формирований, отрядов (штурмовики) начиналась борьба за власть фашистами в Германии.

Объективная сторона преступления состоит из следующих действий: создание вооруженного формирования, а равно руководство им и участие в таком формировании.

Незаконным вооруженным формированием является всякое не предусмотренное федеральным законодательством объединение обладающих оружием людей независимо от их численности, не преследующих цели совершения уголовных преступлений в отличие от банды.

Численность такого формирования может быть от нескольких лиц (группа) до весьма значительного числа участников (объединение, отряд, дружина).

Вооруженность предполагает наличие у членов объединения огнестрельного или холодного оружия, т. е. предметов, специально предназначенных для поражения живой или иной цели. Особую опасность представляет наличие у незаконного формирования тяжелого оружия или бронетехники.

Наличие у группы лиц предметов, не являющихся оружием, но могущих быть использованными в качестве оружия, признаком данного преступления не является. В этом случае незаконная деятельность группы не может квалифицироваться по ст. 208 УК.

Создание незаконного вооруженного формирования заключается в вербовке членов, разработке его структуры и устава, приобретении оружия, подготовке мест дислокации формирования, хранения оружия, полигонов для тренировочной работы и т. д.

Руководство незаконным вооруженным формированием выражается в разработке направлений деятельности формирования, назначении командиров отдельных подразделений (пятерок, отделений, взводов, групп), организации контроля за деятельностью членов формирования, поддержанием дисциплины и т. д.

Создатели и руководители незаконного вооруженного формирования являются или единоличными лидерами и командующими этим формированием, или могут образовывать командирский совет, штаб, состоящий из нескольких лиц.

Участие в незаконном вооруженном формировании состоит во вступлении в такое формирование в качестве рядового члена, бойца или младшего командира, в получении от руководителей или приобретении самостоятельно оружия, в выполнении заданий руководителей, в прохождении тренировочного обучения, соблюдении дисциплины и т. д.

Оконченным преступление в форме создания незаконного вооруженного формирования будет с момента привлечения в формирование двух или более лиц и приобретения оружия. Руководство будет оконченным с момента назначения лица командиром формирования или начальником штаба или иным руководителем, например начальником политической службы.

Оконченным участие в вооруженном формировании будет с момента вступления в эту организацию (принятие присяги, дача подписки, получение оружия, формы).

Субъектом преступления может быть лицо, достигшее 16-летнего возраста.

Субъективная сторона преступления заключается в наличии прямого умысла на создание незаконного вооруженного формирования, руководство им или участие в таком формировании. Сознанием субъекта должны охватываться: 1) незаконность формирования, 2) вооруженность формирования. Субъект должен желать создать такое формирование или участвовать в нем.

Мотивы и цели деятельности незаконного вооруженного формирования на квалификацию преступления не влияют, но могут учитываться при определении меры наказания.

По поводу же вооруженности преступной группировки в настоящее время имеются лишь разъяснения Пленума Верховного Суда РФ, данные им в постановлении от 17.01.1997 г. "О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм", согласно которому "банда признается вооруженной при наличии орудия хотя бы у одного из ее членов и осведомленности об этом других ее членов".

Между тем, это положение не применимо к составу преступления, предусмотренного ст. 208 УК РФ, так как искажается его истинное содержание и теряется смысл выражения "незаконное вооруженное формирование".

Вооруженность формирования, как минимум, должна быть такой, чтобы хотя бы несколько вооруженных его членов, пусть и при поддержке не имеющих оружия участников формирования, были способны провести операцию по типу воинской (боевой), а не просто нападение на гражданина или организацию, как это предусмотрено для состава преступления о бандитизме. Это утверждение, однако, касается лишь видов оружия, предусмотренных Законом "Об оружии" от 13.12.1996 г. Наличие же в незаконном вооруженном формировании хотя бы одной единицы военной техники (бронетранспортера, танка, ракетной установки и т.п.) либо оружия более мощного, чем боевое стрелковое (артиллерийская пушка, миномет, гранатомет и др.), годных для использования по своему назначению, само по себе может оказаться достаточным для признания формирования незаконным и вооруженным.

При этом следует иметь в виду, что вооруженная группа может считаться бандой при наличии в ее составе как минимум двух членов. Этого нельзя сказать про незаконное вооруженное формирование, о чем уже говорилось выше. Таким образом, на наш взгляд, если признак вооруженности в банде означает наличие оружия хотя бы у одного из ее членов и осведомленность об этом других, то признак вооруженности у незаконного вооруженного формирования логически проистекает из наличия осведомленности оружия у каждого из членов такого формирования.

Такой точки зрения, которую мы разделяем, придерживается профессор В. Мальцев. Однако В.С. Комиссаров считает, что вооруженность здесь присутствует и в том случае, если хотя бы у одного члена НВФ имеется оружие, а остальные его члены осведомлены об этом. Таким образом, он не проводит различий между вооруженностью банды и НВФ, с чем согласиться нельзя. Каким именно оружием (огнестрельным, холодным и т.д.) владеют члены формирования, считает он, для квалификации значения не имеет.

Такая точка зрения также вызывает сомнение. Представим себе, что есть некая группа, имеющая на вооружении один охотничий нож на 5 - 6, даже десять или более членов. Мнение В.С. Комиссарова тем более спорно, что субъективная сторона состава преступления, ответственность за которое предусмотрена ст. 208 УК РФ, не предусматривает ни цели, ни мотива организации НВФ не в пример бандитизму, применительно к которому понятие вооруженности, совпадающее с мнением указанного автора, приводится в постановлении Верховного Суда РФ от 17.01.97 г. "О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм". Заметим одновременно, что указанное постановление в пункте 5 имеет в виду банду и только банду.

Как уже было отмечено, мотивация участия в незаконных вооруженных формированиях статьей 208 УК РФ не предусмотрена. Тем не менее сложность обнаружения подлинных мотивов данного преступления связана с тем, что у него имеется два аспекта - рациональный и иррациональный (положительный и отрицательный). При этом стоит заметить, что типология мотивов участия в незаконных вооруженных формированиях роднится с типологией большинства преступлений террористической направленности. Среди мотивов, в частности, называются: "идейный абсолютизм", "железные убеждения в обладании истиной и рецептом спасения своего народа"; самоутверждение; желание доминировать и т.д.

Что касается объективной стороны этого преступления, то она более или менее ясна и не вызывает сомнений. Так, под созданием незаконного вооруженного формирования следует понимать любые действия, результатом которых стало его образование. Эти действия, в частности, могут быть аналогичны тем, которые предшествуют образованию банды, и выражаться в сговоре, приискании соучастников, финансировании, приобретении оружия и т.п. Вместе с тем полной аналогии здесь проводить все же не следует. Руководство таким формированием предполагает такие действия, которые направлены на его организацию и функционирование. Неоднозначным представляется понятие участия в НВФ, особенно если это участие связано с самостоятельной деятельностью отдельных его структурных подразделений, а также групп по проведению отдельных преступных акций, как это было в случае подготовки террористических актов в регионе Кавминвод группой Муласанова М.Т., осужденного вместе с другими участниками в том числе по ч.2 ст. 208 УК РФ. Думается, что в данном случае решающее значение в доказательственной базе такого участия может служить личное признание в совокупности с объективными его признаками (наличие оружия, планов, подготовительные действия и т.п.).

За последнее время в Чечне был задержан ряд участников незаконных вооруженных формирований, показания которых позволили пролить свет на самые нашумевшие преступления. Так, работникам прокуратуры удалось раскрыть преступления, касающиеся гибели вертолета с офицерами и генералами Генштаба, а также вертолета под Ханкалой и уничтожения военно-транспортного вертолета Ми-26, в результате чего погибло свыше 120 военнослужащих. В настоящее время проводится работа и оперативно-розыскные мероприятия по задержанию участников нападения на правоохранительные и другие органы в Ингушетии.

Признательные показания некоторых из задержанных, свидетельские показания говорят о том, что большинство преступлений, совершаемых членами вооруженных формирований связаны с подрывом колонн федеральных сил и убийством военнослужащих, причем не только на территории Чечни, но и в соседних регионах. Однако преступная деятельность таких формирований в ряде случаев довольно обширна - это совершение разбоев, захватов заложников с целью их выкупа, торговля людьми и т.п. Думается, что во всех этих случаях преступления, совершенные членами НВФ, требуют совокупной квалификации. Следует также подчеркнуть, что для осуществления организационных начал руководители указанных формирований обращаются к зарубежной помощи с целью поиска внешних покровителей, использования наемников, перемещения за границу, минуя запреты, для получения оружия, боеприпасов, наркотиков, валюты, продовольствия. Однако ни в средствах массовой информации, ни в отчетах правоохранительных органов нет сведений о возбуждении уголовных дел, предусматривающих ответственность за эти деяния, например, за наемничество и т.д.

Безусловно, незаконные вооруженные формирования представляют реальную угрозу общественным и государственным интересам. Поэтому вполне понятна попытка законодателей дать полное и точное определение условиям ответственности за это преступление.

Незаконные вооруженные формирования в настоящее время - это преступления, для которых характерен высокий уровень организованности и сплоченности его членов, поэтому эти качества должны находить адекватное отражение в разработке мер борьбы с ними, в том числе уголовно-правовых. При этом надо отметить, что работа по доказыванию признаков состава о незаконном вооруженном формировании сложна и для уголовных дел этой категории характерна такая ситуация, когда установлены отдельные его признаки, но отсутствуют достаточные доказательства их совокупности.

Проблема усложняется также отсутствием четких критериев признака "незаконности", что должно быть устранено законодательно либо соответствующим органом, прокомментировано компетентными органами, например, Пленумом Верховного Суда РФ.

Усложняют и делают расследование таких дел опасным особые меры, предпринимаемые организаторами либо руководителями НВФ на случай разоблачения, планируется тактика поведения его участников на следствии и в суде, принимаются различные виды воздействия вплоть до лишения жизни участников процесса. Подобную незащищенность, в первую очередь, испытывают потерпевшие и свидетели. Имеет место страх простого обывателя (и не без оснований) сообщить сотрудникам правоохранительных органов известные обстоятельства, связанные с НВФ. Более 30% опрошенных на вопрос об их действиях в случае, если они станут свидетелями преступления, ответили, что в правоохранительные органы о случившемся не сообщат. Думается, что в случае совершения преступлений участниками НВФ, этот процент может быть еще выше.

На наш взгляд, существенную уголовно-правовую помощь следствию могло бы здесь оказать включение в ст.35 УК РФ специальной формулировки, характеризующей незаконные вооруженные формирования и банду именно как специфические организованные группы.

Было бы более логичным такое деяние, как "Организация незаконного вооруженного формирования или участие в нем" отнести к категории преступлений против государства, определив место этой нормы в главе 29 раздела 10 "Преступления против государственной власти", что позволило бы повысить ее статус и одновременно пересмотреть меру ответственности за это преступление.

В перспективе можно было бы вести речь о включении в ст. 208 УК РФ такого конститутивного признака состава преступления, как цель создания незаконного вооруженного формирования. На наш взгляд, конкретная формулировка такой цели должна быть адекватна, с учетом правоприменительной практики тем целям, которые преследуются в настоящее время незаконными вооруженными формированиями: совершение террористических актов, насильственное изменение основ конституционного строя и другие.

 

1.2 Субъект и субъективная сторона состава преступления

 

Субъективная сторона характеризуется наличием у организатора (создателя), руководителя и активного участника незаконного вооруженного формирования прямого умысла. Мотивы и цели могут быть различными: политические, социально - бытовые (например, "защитить" город или населенный пункт от криминальных посягательств), националистические и т.д. Не влияя на квалификацию, они учитываются при вынесении меры наказания.

Субъектом может быть любое вменяемое лицо, достигшее шестнадцатилетнего возраста.

Организация незаконного вооружённого формирования, независимо от того, в чём она выражается - в создании, руководстве или финансировании НВФ, - наказывается лишением свободы на срок от двух до семи лет.

Участие в незаконном вооружённом формировании наказывается ограничением свободы на срок до трёх лет, либо арестом на срок до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до пяти лет.

В примечании к ст. 208 УК РФ сформулирована поощрительная норма, которая предусматривает специальное основание освобождения от уголовной ответственности участника незаконного вооруженного формирования, если он:

·добровольно прекратил участие в незаконном вооруженном формировании;

·сдал оружие и в его действиях не содержится иного состава преступления.

Добровольность означает, что в момент прекращения участия в вооруженном формировании лицо сознает возможность своего дальнейшего пребывания и участия в нем.

Сдача оружия своим адресатом имеет широкий диапазон органов власти и должностных лиц, поскольку в Законе это не оговаривается. Это могут быть правоохранительные органы и их должностные лица, командование воинских частей, представительные и исполнительные органы власти и т.д.

Если в действиях виновного содержатся признаки иного состава преступления, то полного освобождения от уголовной ответственности не будет и субъект подлежит ответственности за данное преступление.

Необходимо также отграничить незаконные вооружённые формирования от родственных составов преступлений.

От вооруженного мятежа (ст.279 УК РФ) данное преступление отличается по объективной стороне и направленности умысла. Данный состав не предусматривает совершения активных действий, связанных с вооруженным выступлением против власти и целей свержения или насильственного изменения конституционного строя. В тех случаях, когда организация незаконных вооруженных формирований перерастает в вооруженный мятеж, действия виновных рассматриваются как реальная совокупность преступлений и квалифицируются по ст. 208 и 279 УК РФ.

Подробного рассмотрения требует отграничение организации незаконного вооружённого формирования от бандитизма (ст. 209 УК РФ).

В п.3 постановления Пленума Верховного Суда разъясняется, что банда от иных организованных групп отличается сочетанием двух обязательных признаков: вооруженностью и преступными целями (совершение нападений на граждан и организации).

В Уголовном Кодексе банда, как устойчивая группа, подпадает под понятие устойчивой группы лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений (ч.3 ст.35УК). Совершение преступления в составе такой группы является квалифицирующим признаком некоторых составов преступлений, предусмотренных Особенной частью УК.

Некоторые общие признаки имеются у бандитизма с преступлением, предусмотренным ст. 208 УК РФ. В этой статье установлена уголовная ответственность за создание вооруженного формирования, не предусмотренного федеральным законом и за участие в таком формировании.

Как видно из формулировки закона, и в случае бандитизма, и в случае совершения преступления, предусмотренного ст. 208 УК, речь идет о совместном участии нескольких лиц, имеющих в своем распоряжении оружие, в некоторой организации.

Используя термин "незаконность" законодатель имеет ввиду такое вооруженное формирование, которое не предусмотрено федеральным законом. В п.9 ст.1 Федерального закона от 21 мая 1996 г. "Об обороне" сказано, что запрещается и преследуется по закону создание и существование формирований, имеющих военную организацию и военную технику, либо в которых предусматривается прохождение военной службы, положения которых не урегулировано федеральными законами. Таким образом, отличительным признаком незаконного вооруженного формирования является, прежде всего, то, что оно представляет собой разновидность военного формирования, создаётся и функционирует с целью осуществления задач военного характера.

Говоря о целях, необходимо заметить, что эти цели могут быть и общественно полезны, но в представлении какой-то определенной группы лиц. Например, вооружённые формирования могут создаваться с целью защиты населения от возможных боевых или иных провокационных проявлений экстремистки настроенных групп, но всё же их противозаконность заключается в том, что они создаются вопреки положениям Закона "Об обороне".

Вооруженная банда всегда создается только с противоправной целью, для совершения нападений на организации и граждан. Таким образом, в основу разграничения двух анализируемых преступлений должна быть положена прежде всего цель их создания.

Неоднозначна проблема создания вооруженных формирований, не предусмотренных федеральными законами, в районах, граничащих с Чечней. Так, в результате вооруженных столкновений федеральных войск в августе 1999 года с незаконными вооруженными формированиями "ваххабитов", проникших с территории Чечни в Дагестан, в ряды ополченцев по всей Республике Дагестан вступило, по некоторым оценкам, около 3 тыс. человек. Госсовет Дагестана разрешил ношение оружия, которое должно было быть зарегистрировано в МВД Республики. Проблему поддержания общественного порядка на административной границе Ставрополя с Чечней летом-осенью 1999 года министр внутренних дел В. Рушайло предлагал решить и путем привлечения казачества, их вооружения в определенной законом форме, а именно через вступление в охотничьи общества. Необходимость создания и функционирования таких вооруженных частей и отрядов в отсутствии надлежащей правовой базы (хотя фактически и в условиях крайней необходимости, необходимой обороны) вызывает большие сомнения и опасения. Думается, следует исходить из аксиомы, что вопросы обеспечения обороны и безопасности, в том числе и в регионах с острой социальной и межэтнической напряженностью, путем создания там негосударственных вооруженных формирований (военизированных организаций различной организационной формы: отрядов самообороны, ополчения, дружин и т.д.) могут быть положительно разрешены только в рамках Конституции РФ и только на уровне федерального законодательства.

Участники незаконного вооруженного формирования, не предусмотренного федеральными законами, могут совершать отдельные насильственные действия в отношении граждан: убийства, поджоги, хищения и прочие преступления против личности и её прав, но они являются как бы побочными последствиями деятельности отдельных участников такого незаконного формирования и не вытекают из тех задач, которые ставит перед собой вооруженное формирование. В таких случаях действия виновных должны квалифицироваться по ст. 208 УК и соответствующим статьям Уголовного Кодекса о преступлениях против личности.

В тех случаях, когда члены незаконного вооруженного формирования принимают непосредственное участие в нападении на военные арсеналы, дежурные части органов внутренних дел или на другие объекты с целью захвата, например, оружия или других материальных ценностей, их действия должны быть квалифицированы в том числе и по ст. 209 УК РФ, поскольку в данном случае незаконное вооруженное формирование частично трансформируется в банду и все действия этой преступной группировки не охватываются составом ст. 208 УК РФ.

Так, активное участие в деятельности незаконных вооруженных формирований на территории Чеченской республики принимал Кайсаев Т.М., который в декабре 1996 года добровольно вступил в НВФ под названием "Департамент шариатской государственной безопасности", Кайсаев с целью преступной деятельности получил от руководителя этого формирования огнестрельное оружие - пистолет калибра Эмм и боевые припасы к нему, а также автомат системы Калашникова и патроны к нему. Им и другим участником боевых действий против федеральных сил в 1994 - 1996 годах Елхоевым была создана устойчивая организованная группа, вооруженная различным стрелковым оружием и гранатометами в количестве 50 человек для нападения на граждан и организации, совершения других тяжких и особо тяжких преступлений. Этим незаконным формированием, а затем и созданной на его основе бандой был совершен ряд разбоев, угонов автотранспорта, захватов заложников. Выявленные участники этой группы, в том числе Кайсаев и Елхоев, были осуждены Ставропольским краевым судом, в том числе за участие в НВФ, бандитизм и совершенные преступления.

Относя организацию или участие в НВФ к преступлениям террористического характера, следует отграничить их от собственно терроризма.

Федеральным законом от 24 июля 2002 г. "О внесении дополнений в законодательные акты Российской Федерации" в Особенную часть УК включена ст. 205.1, устанавливающая ответственность за вовлечение в совершение преступлений террористического характера или иное содействие их совершению. В перечне таких преступлений, содержащемся в ч.1 статьи, наряду с другими указано деяние, предусмотренное ст. 208, - организация или участие в незаконном вооруженном формировании (НВФ). Между тем возникает вопрос: правомерно ли относить преступления такого рода к названной категории? Представляется, что подобный подход неоправдан, поскольку не находит подтверждения в признаках состава преступления, закрепленного в той же ст. 208, и не согласуется с трактовкой понятия "преступление террористического характера", которая дается в Федеральном законе от 25 июля 1998 г. "О борьбе с терроризмом".

Как следует из п.5 ст.3 этого закона, к преступлениям террористического характера могут быть отнесены любые преступные деяния в случае их совершения в террористических целях. Иными словами, если опираться на понятие "терроризм", изложенное в ст.3, которое используется здесь в широком смысле и соответствует по своему объему понятию "преступления террористического характера", охватывая, таким образом, не только собственно "терроризм", в его строго уголовно-правовом значении, сформулированном в ст. 205 УК, но и ряд других преступлений, - в целях, о которых говорится в статьях 205 (ч.1) (нарушение общественной безопасности, устрашение населения либо оказание воздействия на принятие решений органами власти), 277 (прекращение государственной или иной политической деятельности государственного или общественного деятеля либо месть за такую деятельность), 360 (ч.2) (провокация войны или осложнение международных отношений) Уголовного кодекса РФ.

Достигаются такие цели путем применения насилия, нападений (на лиц либо учреждения, которые пользуются международной защитой), совершения действий, направленных на лишение жизни, а также создающих опасность гибели людей, причинения значительного имущественного ущерба или наступления иных общественно опасных последствий, угрозы совершения указанных действий.

Таким образом, положения российского законодательства и нормы указанного международного договора свидетельствуют о том, что преступлениям террористического характера свойственны применение насилия либо посягательство на жизнь определенных субъектов, обладающих соответствующим статусом, создание обстановки, опасной для жизни неопределенного круга лиц, использование общеопасных способов совершения преступлений, в том числе в случае нанесения ущерба материальному объекту, а также обязательный признак - цель, составляющие которой ранее уже приводились (применительно к понятию "террористические цели").

незаконное вооруженное формирование уголовный

Бандитизм

 

Бандитизм (ст. 209 УК). Бандитизм в его различных формах — это чрезвычайно опасное преступление, известное в России с древнейших времен. Состав бандитизма предусматривался и первым после 1917 г. Уголовным кодексом РСФСР 1922 г. (ст. 76) и последующими УК РСФСР — 1926 г. (ст. 593), 1960 г. (ст. 77). Характерно, что в УК РСФСР бандитизм рассматривался как государственное преступление. Может быть, поэтому в судебной практике доперестроечного периода дел о бандитизме было мало, так как руководство государства и коммунистической партии стремилось скрыть действительное состояние преступности и ее наиболее опасных видов. Поэтому в судебной практике многие случаи бандитизма квалифицировались как групповой разбой.

Однако за последние годы в связи с общим ростом преступности увеличилось и число банд, создаваемых с целью совершения различных преступлений.

В УК РФ бандитизм предусмотрен ст. 209, состоящей из трех частей. В ч. 1 предусматривается ответственность за создание устойчивой вооруженной группы (банды) в целях нападения на граждан или организации, а равно руководства такой группой (бандой). В ч. 2 предусматривается ответственность за участие в устойчивой вооруженной группе (банде) или в совершаемых ею нападениях. Часть 3 содержит определение специального квалифицированного вида данного преступления.

Основным объектом бандитизма является общественная безопасность, поскольку создание вооруженной банды и нападения на учреждения и граждан способны не только причинить серьезный физический и материальный вред организациям и частным лицам, но. и противодействовать органам правопорядка, вызвать тревогу среди населения, нарушить нормальную жизнедеятельность региона. Достаточно вспомнить, как терроризировали население Москвы различные банды в первые послевоенные годы, когда в органах внутренних дел были созданы специальные отделы по борьбе с бандитизмом (ОББ).

Дополнительным объектом бандитизма могут быть жизнь и здоровье граждан, отношения собственности, нормальная деятельность органов власти и управления.

Нельзя согласиться с мнением Ю. Б. Мельниковой и Т. Д. Устиновой, предлагающих поместить состав бандитизма в главе о преступлениях против собственности вследствие его корыстной направленности*.

* См.: Мельникова Ю. Б., Устинова Т. Д. Уголовная ответственность за бандитизм. М., 1995. С. 9.

 

Объективная сторона преступления заключается в активных действиях в различных формах. Формы бандитской деятельности следующие: 1) создание банды, 2) руководство бандой, 3) участие в банде, 4) участие в нападении, совершаемом бандой.

Для правильного понимания состава бандитизма прежде всего следует определить понятие банды. Закон указывает на три признака банды: группа, устойчивость и вооруженность. Однако эти признаки требуют раскрытия, которое дано в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 января 1997 г. "О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм"*.

* БВС РФ. 1997. № 3. С. 2-3.

 

"Под бандой следует понимать организованную устойчивую группу из двух или более лиц, заранее объединившихся для совершения нападений на граждан или организации. Банда может быть создана и для совершения одного, но требующего тщательной подготовки нападения" (п. 2 постановления).

Таким образом, банда может состоять минимально из двух человек. Группа, составляющая банду, должна заранее объединиться для совершения нападений на граждан или организации, т. е. действовать по предварительному сговору. От других преступных групп с предварительным сговором банда отличается устойчивостью и вооруженностью.

"Об устойчивости банды могут свидетельствовать, в частности, такие признаки, как стабильность ее состава, тесная взаимосвязь между членами, согласованность их действий, постоянство форм и методов преступной деятельности, длительность ее существования и количество совершенных преступлений" (п. 4 постановления). Таким образом, уже в момент создания банды предполагается ее устойчивость, т. е. более или менее длительное существование и занятие преступной деятельностью или совершение хотя бы и одного, но сложного преступления, требующего большой и длительной подготовки, например ограбление банка.

Обязательным признаком банды, предусмотренным ст. 209 УК РФ, является ее вооруженность, предполагающая наличие у участников банды огнестрельного или холодного, в том числе метательного, оружия как заводского изготовления, так и самодельного, различных взрывных устройств, а также газового и пневматического оружия.

Использование участниками нападения непригодного к целевому применению оружия или его макетов не может рассматриваться в качестве признака их вооруженности.

При решении вопроса о признании оружием предметов, используемых членами банды при нападении, следует руководствоваться положениями Федерального закона от 13 ноября 1996 г. "Об оружии", а в необходимых случаях и заключением экспертов.

Банда признается вооруженной при наличии оружия хотя бы у одного из ее членов и осведомленности об этом других членов банды (п. 5 постановления).

В этом указании Пленума Верховного Суда РФ надо обратить внимание на то, что оружием признается газовое и пневматическое оружие. Современное пневматическое оружие имеет дальность поражающего действия до 100 м.

Также важно иметь в виду, что для состава бандитизма не требуется фактического применения оружия, а достаточно его наличия хотя бы у одного члена банды.

Статья 209 УК РФ прежде всего предусматривает ответственность за создание банды и руководство ею. Создание банды предполагает совершение любых действий, результатом которых стало образование организованной устойчивой вооруженной группы в целях нападения на граждан либо организации. Они могут выражаться в сговоре, приискании соучастников, финансировании, приобретении оружия и т. п.

Создание вооруженной банды является в соответствии с ч. 1 ст. 209 УК РФ оконченным составом преступления независимо от того, были ли совершены планировавшиеся ею преступления. В тех случаях, когда активные действия лица, направленные на создание устойчивой вооруженной группы, в силу их своевременного пресечения правоохранительными органами либо по другим не зависящим от этого лица обстоятельствам не привели к возникновению банды, они должны быть квалифицированы как покушение на создание банды" (п. 7 постановления).

"Под руководством бандой понимается принятие решений, связанных как с планированием, материальным обеспечением и организацией преступной деятельности банды, так и с совершением ее конкретных нападений" (п. 8 постановления).

Таким образом, по ч. 1 ст. 209 УК квалифицируется деятельность организаторов, главарей банды, лиц, руководящих всей деятельностью банды или ее отдельных структурных подразделений.

Третья форма совершения бандитизма — участие в банде. "Участие в банде представляет собой не только непосредственное участие в совершаемых ею нападениях, но и выполнение членами банды иных активных действий, направленных на ее финансирование, обеспечение оружием, транспортом, подыскание объектов для нападения и т. п." (п. 9 постановления).

В банде может иметь место четкое распределение ролей: наводчики, подыскивающие объекты нападения, выясняющие.систему их охраны, место нахождения ценностей и т. д.; хранители "общака", т. е. лица, не участвующие в нападениях, но сохраняющие ценности и деньги и обеспечивающие финансирование деятельности банды и ее членов; лица, отвечающие за обеспечение транспортом, в том числе водители автомашин, которые подвозят членов банды к объектам нападения и увозят их и похищенное имущество после завершения бандитского нападения.

Так, братья К., организовавшись в банду и совершив ряд жестоких нападений на граждан с целью завладения их имуществом, вовлекли в банду М., сожительницу одного из братьев, которая сбывала похищенные вещи; у нее на квартире происходил дележ похищенного, обсуждались совершенные и планируемые нападения. М. была осуждена как участник банды*.

*Пример взят из книги: Мельникова Ю. Б., Устинова Т. Д. Указ. соч. С. 20.

 

За бандитизм несут ответственность также лица, не входящие в постоянный состав банды, но участвовавшие хотя бы в одном нападении, совершенном бандой. При этом эти лица должны сознавать, что участвуют в нападении, совершаемом бандой.

Оконченным преступлением является формальное вступление в банду (дача согласия на участие в ее деятельности, клятва, согласие на выполнение конкретных обязанностей в составе банды и т. п.).

В случаях, когда лица, не входящие в состав банды, оказали ей или отдельным ее членам эпизодическую помощь в преступной деятельности, например предоставили оружие, автомашину для совершения нападения, они должны нести ответственность за соучастие в бандитизме, на это указано в п. 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ.

Так, банда, организованная С. для завладения личным имуществом граждан, из-за неисправности автомашины была вынуждена подыскать другого водителя с машиной, которым оказался К. Он был осведомлен о том, что бандиты едут совершать нападение на квартиру гр-на Ш., так как они переодевались в машине, принадлежащей К., надевали на лицо маски, резиновые перчатки и еще раз обговаривали, кто и какие действия будет совершать. К. ждал их в машине и потом с похищенным имуществом отвез домой. Суд правильно усмотрел в действиях К., который больше к участию в бандитских нападениях не привлекался, состав пособничества бандитизму*.

* БВС РФ. 1994. № 4. С. 9.

 

Если лицо, фактически оказав содействие банде в совершении нападения, не сознавало, что оно оказывает помощь именно банде, в его действиях отсутствует состав соучастия в бандитизме.

Так, члены банды Я. и Е., подготовив нападение на квартиру кооператора, склонили к участию в преступлении Р., который должен был подвезти их к дому, где проживал потерпевший, на своей машине и дожидаться указанных лиц с похищенным имуществом в соседнем дворе. При этом Р. было сказано, что Я. и Е. идут "грабить". В такой ситуации Р. не предполагал и не мог предполагать, что перед ним члены банды, совершающие очередное бандитское нападение. Курский областной суд, рассмотревший дело, а впоследствии и Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ не усмотрели в действиях Р. состава бандитизма, квалифицировав его действия как соучастие в разбое*.

* См. там же. С. 8-9.

 

Понятие нападения также определено в п. 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ: "Под нападением следует понимать действия, направленные на достижение преступного результата путем применения насилия над потерпевшим либо создания реальной угрозы его немедленного применения.

Нападение вооруженной банды считается состоявшимся и в тех случаях, когда имевшееся у членов банды оружие не применялось".

Таким образом, термин "нападение", используемый законом, отождествляется с понятием "насильственное посягательство".

С объективной стороны для состава бандитизма не требуется наступления каких-либо вредных последствий, причинения кому-либо ущерба. Поэтому состав бандитизма является формальным.

Если устойчивая преступная группа занимается торговлей оружием, наркотиками, контрабандой, но не ставит целью совершение нападений на граждан или организации, однако при попытке задержания члены этой группы оказали вооруженное сопротивление работникам правоохранительных органов, их действия нельзя квалифицировать как бандитизм. Такого рода преступления должны квалифицироваться как незаконный сбыт оружия (ст. 222 УК) или наркотиков (ст. 228 УК) с применением насилия в отношении представителя власти (ст. 318 УК) или как посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа (ст. 317 УК) по совокупности.

Субъектом бандитизма может быть лицо, достигшее 16-летнего возраста. Несовершеннолетние в возрасте от 14 до 16 лет, входившие в состав банды и участвовавшие в нападениях, несут ответственность за фактически совершенные ими преступления, за которые ответственность наступает с 14 лет, например грабеж, разбой, изнасилование, убийство.

Субъективная сторона бандитизма выражается в прямом умысле на создание банды, руководство ею или участие в банде, а также в целях совершения нападений на граждан или организации.

Лица, не входящие в состав банды, но принявшие участие в отдельном нападении, совершенном бандой, должны сознавать, что действуют совместно с вооруженной устойчивой группой (бандой), и желать участвовать в нападении. Мотив преступления для квалификации бандитизма значения не имеет. Чаще всего бандитские нападения совершаются по корыстным мотивам, но в практике встречались случаи бандитизма по иным мотивам.

Так, группа лиц, вооруженных холодным оружием, совершала нападения на женщин, возвращавшихся поздно из города и вынужденных идти от железнодорожной станции до дома через лес, с целью изнасилования. Группа совершила ряд таких нападений, сопровождавшихся причинением потерпевшим телесных повреждений, а в нескольких случаях и убийством. Все участники группы были осуждены за бандитизм.

В тех случаях, когда один или несколько членов банды совершают преступление, не входившее в намерение банды, имеет место эксцесс исполнителя. В этих случаях за такое преступление, например изнасилование во время вооруженного ограбления, ответственность будет нести только лицо, непосредственно совершившее его. Остальные члены банды, которые не договаривались о совершении изнасилования и не принимали участия в его совершении, ответственности за это преступление нести не будут.

Квалифицированный вид бандитизма предусмотрен ч. 3 ст. 209 УК. Ответственность по этой части статьи несет специальный субъект, а именно лицо, использующее свое служебное положение.

Особую опасность представляют случаи, когда в банде участвуют работники милиции или охранных служб, имеющих табельное оружие на законных основаниях. Используя форменную одежду и служебные удостоверения, эти лица облегчают совершение преступления, вводят в заблуждение потерпевших, которые не оказывают сопротивления.

Служебное положение могут использовать и работники банков, коммерческих предприятий, которые разрабатывают план нападения, информируют других членов банды о системе сигнализации и охраны, месте расположения ценностей, режиме работы с деньгами и иным способом обеспечивают успешное совершение бандитского нападения.

Пленум Верховного Суда РФ в п. 11 указанного постановления разъяснил, что "под совершением бандитизма с использованием своего служебного положения (ч. 3 ст. 209 УК РФ) следует понимать использование лицом своих властных или иных служебных полномочий, форменной одежды и атрибутики, служебных удостоверений или оружия, а равно сведений, которыми оно располагает в связи со своим служебным положением, при подготовке или совершении бандой нападения либо при финансировании ее преступной деятельности, вооружении, материальном оснащении, подборе новых членов банды и т. п.".

За создание банды, руководство ею и участие в ней, совершенные лицом с использованием своего служебного положения, закон устанавливает особо строгое наказание — лишение свободы на срок от 12 до 20 лет.

Важное значение дли практики имеет решение вопроса о квалификации бандитизма по совокупности с другими составами преступления.

Был период, когда теоретически обосновывалось, что состав бандитизма охватывает совершение любых преступлений и причинение любого вреда, в том числе и убийства, и поэтому квалификация по совокупности не требуется. Такое мнение было поддержано и Верховным Судом СССР. Однако эта позиция вступала в противоречие с принципом индивидуализации ответственности и наказания. Поэтому Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 22 декабря 1992 г. "О судебной практике по делам об умышленных убийствах" указал, что совершение умышленного убийства при бандитском нападении должно квалифицироваться.по совокупности как бандитизм и умышленное убийство*.

* БВС РФ. 1993. № 2. С. 3.

 

В п. 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 1993 г. "О судебной практике по делам о бандитизме" было сказано: "Судам следует иметь в виду, что ст. 77 УК РСФСР, устанавливающая ответственность за организацию вооруженных банд, участие в них и в совершаемых ими нападениях, не предусматривает ответственность за возможные последствия преступных действий вооруженных банд, в связи с чем требуют дополнительной квалификации преступные последствия нападений, образующие самостоятельный состав тяжкого преступления"*.

* БВС РФ. 1994. № 3. С. 3.

Это указание вызвало критику со стороны научной общественности, так как создало парадоксальную ситуацию, когда, например, применение огнестрельного оружия во время бандитского нападения, причинившее тяжкое телесное повреждение, требует квалификации по совокупности, а причинение при тех же обстоятельствах телесного повреждения средней тяжести (не тяжкое преступление) охватывается составом бандитизма.

В п. 13 нового постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 января 1997 г. "О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм" дано следующее разъяснение: "Судам следует иметь в виду, что ст. 209 УК РФ, устанавливающая ответственность за создание банды, руководство и участие в ней или в совершаемых ею нападениях, не предусматривает ответственность за совершение членами банды в процессе нападения преступных действий, образующих самостоятельные составы преступлений, в связи с чем в этих случаях следует руководствоваться положениями ст. 17 УК РФ, согласно которым при совокупности преступлений лицо несет ответственность за каждое преступление по соответствующей статье или части статьи УК РФ"*.

* БВС РФ. 1997. № 3. С. 3.

 

Таким образом, не только совершение убийства, но и причинение вреда здоровью, изнасилование, вымогательство, разбой и другие преступления, совершенные бандой, требуют квалификации по совокупности как бандитизм и соответствующий состав преступления.

Бандитизм следует отличать от других преступлений, совершаемых группами лиц с применением оружия.

От организации незаконного вооруженного формирования или участия в нем бандитизм отличается по целям и направленности деятельности. Незаконное вооруженное формирование не преследует цели нападения на граждан или организации. Цели этого формирования — или охрана отдельных лиц и объектов, или военно-спортивная подготовка людей для использования в будущем в политических, социальных, национальных или религиозных конфликтах.

Отличие бандитизма от разбоя, совершенного группой лиц по предварительному сговору с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия (ч. 2 ст. 162 УК) заключается в следующем: банда — это сплоченная устойчивая группа лиц, а при групповом разбое преступники могут договориться о совершении только одного ограбления граждан или учреждения, т. е. должен отсутствовать признак устойчивости; для состава бандитизма требуется наличие оружия хотя бы у одного члена банды, а при разбое необходимо применение оружия, а не только его наличие; при разбое могут быть использованы в качестве оружия предметы, собственно оружием не являющиеся, а для состава бандитизма необходимо наличие оружия в прямом смысле слова, т. е. предметов, социально предназначенных для поражения живой цели; состав бандитизма является оконченным с момента создания банды, тогда как разбой считается оконченным с момента нападения с целью хищения чужого имущества, совершенного с применением насилия, опасного для жизни или здоровья, либо с угрозой применения такого насилия.

От вымогательства, совершенного организованной группой с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего (п. "а" и "в" ч. 3 ст. 163 УК), бандитизм отличается наличием оружия.

Date: 2015-09-02; view: 14566; Нарушение авторских прав; Помощь в написании работы --> СЮДА...



mydocx.ru - 2015-2024 year. (0.005 sec.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав - Пожаловаться на публикацию