Главная Случайная страница


Полезное:

Как сделать разговор полезным и приятным Как сделать объемную звезду своими руками Как сделать то, что делать не хочется? Как сделать погремушку Как сделать неотразимый комплимент Как сделать так чтобы женщины сами знакомились с вами Как сделать идею коммерческой Как сделать хорошую растяжку ног? Как сделать наш разум здоровым? Как сделать, чтобы люди обманывали меньше Вопрос 4. Как сделать так, чтобы вас уважали и ценили? Как сделать лучше себе и другим людям Как сделать свидание интересным?

Категории:

АрхитектураАстрономияБиологияГеографияГеологияИнформатикаИскусствоИсторияКулинарияКультураМаркетингМатематикаМедицинаМенеджментОхрана трудаПравоПроизводствоПсихологияРелигияСоциологияСпортТехникаФизикаФилософияХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника






Глава 2. Наступил самый долгий день в истории Дальноземья — Вартану надлежало отбыть в Небесную канцелярию





 

Наступил самый долгий день в истории Дальноземья — Вартану надлежало отбыть в Небесную канцелярию. В ясном голубом небе нельзя было разглядеть ни единого облачка. И весь день, пока чествовали Вартана, ярко светило солнце. На прощании присутствовало почти столько же народу, сколько бывало на ежегодном Собирании, и Лара осознала, что почтить ее мужа приехали люди даже из других кланов. Весь день она ходила среди гостей вместе с сыном, заговаривала с теми, кого знала, и принимала соболезнования от незнакомых ей людей. Ее стараниями у всех были еда и питье и даже убежище от горячего солнца.

Люди говорили между собой о том, каким повзрослевшим выглядит юный сын Вартана и Лары. Это особенно было заметно, когда он направился к погребальному костру, возглавляя похоронную процессию. Мальчик весь день сопровождал мать, словно хотел защитить ее. Лара тихо разговаривала с ним, показывая на людей из других кланов и знакомя с теми, кто впоследствии мог чем-то ему помочь. Диллон пожимал руки ним мужчинам и смотрел в их глаза прямым взглядом Вартана. Всех потрясало такое серьезное, недетское поведение. Но сын Вартана чувствовал, что после смерти отца он больше никогда уже не будет маленьким мальчиком.

Вскоре после полудня прибыла делегация принцев-теней; ее возглавлял Калиг, давний наставник Лары, обучавший ее любви. При виде его Лара чуть не заплакала. И не отстранилась, когда Калиг нежно заключил ее в объятия. Она услышала слова утешения, которые он мысленно послал ей. Эти слова предназначались только для нее. Ее мать Илона прибыла со своим супругом Таносом и их сыном Сирило. Лара до сих пор ни разу не виделась со своим единоутробным братом, и он ее совершенно очаровал. Сирило мало отличался от других мужчин рода фей, хотя больше походил на мать, чем на Таноса. Он приветственно улыбнулся старшей сестре и поцеловал в щеку легчайшим поцелуем, напоминавшим прикосновение крыла бабочки.

В этот момент Лара вспомнила, что братьев у нее двое. Интересно, как там Михаил. В последний раз она видела его семь лет назад. Ему сейчас уже почти восемь, но вряд ли он напоминает золотоволосого Сирило.



Когда солнце стало клониться к горизонту, все приготовления к прощальному ритуалу были завершены. Жители Дальноземья встали вокруг похоронного костра, образуя почти полный круг. Разрыв был оставлен лишь в одном месте, чтобы ничто не мешало видеть солнечный закат. В небе засияло великолепное многоцветье. На лицах скорбящих заиграла целая палитра оттенков — от синего и розового до сиреневого и фиолетового, от красного и оранжевого до салатного и золотого. Лара и Диллон стояли перед костром, рядом с ними — Лиам и Рендор. Осунувшаяся от горя Бера вручила вдове и осиротевшему мальчику зажженные факелы. Наступила абсолютная тишина, не чувствовалось ни малейшего дуновения ветерка. Когда солнце стало опускаться за горизонт, Лара с сыном подожгли погребальный костер. Солнце исчезло за горизонтом как раз в тот самый миг, когда тело Вартана объяло пламенем. И в тот же момент над Дальноземьем пролетела комета, рассыпав за собой рой серебристых звезд. Люди ахнули.

Лара поймала на себе взгляд Калига. «Спасибо», — поблагодарила она без слов. Его магия добавила красок к легенде, начало которой положил Вартан из Фиакра — человек, встретивший на равнинах девушку-полуфею и привезший ее домой, где она стала благословением для всего Дальноземья. Пламя костра высоко взметнулось вверх, взревело. По прекрасному лицу Лары потекли слезы. Диллон стоял рядом, держа ее за руку своей маленькой ручкой. Они стояли до самого конца, пока пламя костра не зашипело, превращаясь в груду мерцающих углей и серого пепла. Когда костер погас, прилетевший ветер рассеял пепел по равнинам, оставив на месте костра лишь почерневшее пятно. И Лара поняла, что должна поблагодарить мать за этот заключительный акт благодати. Стоявшие рядом Лиам и Рендор повели ее домой. Но дороге Лиам подхватил на руки уставшего Диллона. Когда они вошли в дом, мальчик уже спал.

Танос и Сирило заглянули попрощаться и ушли, а Илона осталась поговорить с дочерью. Принцы-тени тоже ушли — все, кроме Калига. Представители других кланов вернулись к своим подданным. Беры нигде не было видно. Еду поставили на высокий стол, и Лара, отпустив слуг, пригласила оставшихся гостей к столу. Здесь было жаркое из мяса и птицы, овощи, хлеб, масло, сыр и свежие фрукты. И вдосталь вина и пива. Все ели молча, но, когда с пищей было покончено, начались вопросы.

— Когда ты собираешься уехать из Камдина? — спросила у дочери Илона.

— Перед началом осени, — ответила та. — Я не могу оставить детей так скоро, они только что потеряли отца. Ануш еще ничего не понимает, но Диллона я должна еще подготовить. Что-то он понимает, но не все. И он должен многое осознать до моего отъезда.

— Куда ты поедешь? — поинтересовался Калиг.

— К морю, — пояснила она.

Он улыбнулся и поймал взгляд Илоны.

— Значит, пришло время.

Лара не сдержалась и усмехнулась:

— Не веди себя так таинственно. Ты ведь знаешь, что мне это не нравится.



— Ты слишком долго жила с обычными смертными, — серьезно ответил он. — Не в обиду вам сказано, лорды. — Он кивнул Рендору и Лиаму.

— Я тоже обычная смертная, — возразила Лара.

— Ты лишь наполовину смертная, — возразил Калиг, — а другая твоя половина пронизана магией, поскольку в твоих жилах течет кровь фей. И ты хорошо понимаешь, что должна уехать на побережье, потому что твоя судьба не позволит тебе оставаться здесь. Она снова призывает тебя, и ты подчинишься этому зову. Если бы Вартан не погиб, ты бы все равно услышала этот голос. У тебя нет иного выбора.

— И что я должна сделать на побережье? — требовательно спросила Лара.

— В нужное время ты сама все поймешь, — ответил Калиг.

Лара кинула в него виноградом.

— Ты все сильнее действуешь мне на нервы. — Она засмеялась. — Правда, в последний раз, когда ты призвал меня следовать судьбе, я нашла Вартана. Интересно, что меня будет ждать на этот раз?

— Куда бы ты ни пошла, ты всегда будешь находиться под нашей защитой, — заметила Илона. — И твоя магия тебе поможет, дочь моя. Помни об этом. Сколько бы тебя ни одолевали страхи, отринь их и вспомни мои слова. Ты всегда под нашей защитой.

— Я должна вернуть твоего коня, — вдруг вспомнила Лара, обращаясь к Калигу. — Я ведь не могу взять Даграса с собой на побережье.

— Не можешь, — согласился Калиг. — Ты не можешь взять его с собой, но можешь оставить его в Фиакре. Поручи его заботам своего сына, Лара. — И он обратил взгляд на Лиама: — Роан постарается выманить у вас Даграса. Не отдавайте его, сколько бы золота и других сокровищ он вам ни сулил. Если вы предадите меня, Лиам Фиакр, я сразу же об этом узнаю, и вас мгновенно настигнет кара. Вы меня понимаете?

— Ваш конь останется в Фиакре, и мы защитим его от любых посягательств, — пообещал Лиам, ничуть не обидевшись.

Калиг вновь повернулся к Ларе.

— Всегда держи при себе Андрасте и Верику, — посоветовал он. — Верика будет тебе хорошим советчиком, а Андрасте всегда тебя защитит. Никогда с ними не разлучайся, но, если такое все же случится, просто позови их, если они тебе понадобятся, и они придут тебе на помощь.

— А теперь ты меня интригуешь, — заинтересовалась Лара. — Это ведь будет не обычный визит к королям Прибрежной провинции, да, Калиг?

Тот улыбнулся своей чарующей улыбкой, но ничего не ответил. Лара засмеялась.

— Значит, мне предстоит неожиданный поворот судьбы, — заключила она и посерьезнела. — Калиг, расскажи, что происходит в городе. Я знаю, у вас есть свои представители в Совете.

— Это верно, — откликнулся тот и начал рассказ: — Все те пять лет, что прошли с зимней войны, Гай Просперо очень старается восстановить свою популярность в глазах народа и вернуть авторитет у членов гильдий и караванщиков. Можно только догадываться, сколько золота он на это истратил. Впрочем, он в свое время много награбил в Дальноземье. Сейчас город растет и расширяется. Солдаты с Доблестными Рыцарями прохлаждаются, время-то мирное. Богатые продолжают свою вольготную жизнь: те, кто поумнее, ведут себя осторожно и не высовываются, а остальные спускают баснословные суммы на крикливые и вульгарные вещи. А бедные просто существуют.

Всеобщего голода Просперо пока что удается избежать. Он выбрасывает на рынки зерно из своих личных зернохранилищ и откупается роскошными празднествами. Потакая своим амбициям, он делает все возможное, чтобы ситуация не менялась.

— Я слышала, что Центроземье расширилось за счет земель лесных лордов, — сказала Лара.

— Верно, — согласилась Илона. — Сначала они брали совсем чуть-чуть. Пара деревьев там, пара здесь, а потом люди Центроземья захотели возделывать новые поля взамен своих истощившихся. Без новых полей они не смогут накормить город, и тогда неизбежно грянет анархия. Люди многое стерпят, но голод станет очень сильным стимулом для беспорядков.

— Они отхватили земли и по краям нашей Провинции пустынь. Там, где почва позволяет хоть что-то выращивать, — добавил Калиг. — Но наши земли менее плодородны, их надо орошать, а это значит — брать воду у лесных лордов.

— И они сумели договориться? — удивилась Лара.

— Похоже, что Просперо получил над ними какую-то власть, — пояснила Илона.

— Наверное, он узнал о проклятии, которое моя бабушка наложила на лесных лордов, — предположила Лара. — Энда не отдал бы ни пяди лесных земель, если бы не боялся разоблачения своей главной тайны. Если Хетар узнает, что их кровь уже не так чиста, это будет означать для лесных лордов полный крах. Мама, а как обстоят дела у лесных фей? Вам не угрожает вторжение?

— Мы живем в самой глубине леса, — ответила Илона. — И, кроме того, находимся на другой ступени бытия по сравнению со смертными. Но если мы лишимся нашего леса, нам придется бежать, как и всем остальным жителям других магических провинций. Помолимся Небесному распорядителю, чтобы этого никогда не случилось, — добавила она.

— Сохранение для Хетара статус-кво зависит от того, довольны ли люди своим положением, — сказал Калиг. — Это значит, у них должны быть еда и работа. Нет работы — нет денег, чтобы купить даже самую дешевую пищу. И это касается не только бедных, но и богатых, поскольку их благосостояние зависит от предлагаемых ими товаров и услуг. И это еще не все. Если ничего не сделать, люди восстанут против своих хозяев. А главный торговец Гай Просперо очень хочет стать императором. Он заявляет, что времена меняются и Хетар тоже должен измениться. Что он возродит Хетар и решит его проблемы, но только в том случае, если взойдет на трон и возьмет всю власть в свои руки. Хетар должен расширить границы, чтобы избежать хаоса, и, поскольку город уже присоединил к себе приграничные территории двух провинций, самое логичное — это войти в Дальноземье с его обширными землями.

— Мы будем с ними сражаться! — заявил Рендор.

— Их много, а ваших кланов мало, — возразил ему Калиг. — Вы не устоите перед мощью гильдии солдат вкупе с Доблестными Рыцарями. Они завоюют ваши народы и заберут себе все. Мы, представители магических провинций, не можем этого допустить. Большая война принесет много проблем — как для магов, так и для смертных. Мы уже помогли вам в зимней войне и сейчас хотим помочь снова, до того, как разразится новая война. Но мы не можем защищать вас всегда, — спокойно сказал Калиг. — Лара прибыла к вам с определенной целью — предупредить об опасности. И еще показать, что не стоит бояться мира магов, потому что мы можем помочь друг другу, когда понадобится. Но сейчас Ларе нужно оставить вас. Если она будет следовать своему предназначению, в один прекрасный день во всем Хетаре наступит мир.

— Но как такое возможно, если у Хетара слишком много людей и не хватает земли, а у нас есть земля, но нас слишком мало? — спросил Рендор. — Если мы поделимся землей с Хетаром, то они, конечно, примут ее, а потом захотят еще и еще, пока не заберут все. Они не испытывают к нам уважения, принц. Считают нас варварами, они хотят стереть из истории то немногое, что осталось от наших кланов, желая остаться в ней единственными.

Калиг улыбнулся:

— Ты рассуждаешь очень мудро, Рендор Филан, глава Высшего совета Дальноземья.

— Но каким образом вы сможете нам помочь? — настаивал тот.

— Мы окружим Дальноземье магическими барьерами, чтобы никто не смог проникнуть на ваши земли с дурными намерениями.

Рендор кивнул.

— А что нам делать после этого?

— Жить своей обычной жизнью, заниматься каждодневными делами.

— А Лара? Куда она отправляется и вернется ли еще к нам? — спросил Рендор.

— Не задавай вопросов, на которые он не сможет ответить. Или не захочет, — фыркнула Лара. — Он будет отвечать загадками — он всегда так делает, когда я спрашиваю о том, о чем он не желает мне сообщить. У тебя от них только голова заболит, уж я-то знаю. Я не против того, чтобы уехать, ведь я знаю, что моему любимому Дальноземью не будет грозить опасность в мое отсутствие. Я уезжаю не навечно. Я вернусь. В конце концов, мои дети — дальноземцы.

— Думаю, мы уже обо всем договорились, — обратился Калиг к собравшимся. — Илона, вы хотите сообщить еще что-нибудь, прежде чем мы оставим Лару и ее друзей?

— Рендор, вы заняли место Вартана, Лиам, вы взяли на себя заботу о моих внуках, поэтому вы оба можете призывать меня, если вам понадобится моя помощь. Это мой вам дар и редкая привилегия, которой я удостаиваю немногих, особенно смертных, — сказала Илона.

Лорды Дальноземья низко поклонились королеве фей и поблагодарили за великодушие.

Илона обняла дочь.

— Мы еще увидимся перед твоим отъездом из Камдина. Я хочу, чтобы мои внуки как следует меня узнали. Тогда я смогу утешить их в твое отсутствие. Твоя Носс действительно сможет позаботиться о Диллоне и Ануш? Я помню, она была такой пугливой девочкой, что казалось, боится собственной тени.

Лара улыбнулась и ласково погладила мать по щеке.

— Теперь она уже выросла, сама стала мамой маленького сынишки. И еще один на подходе. Мои дети будут жить с ней в безопасности. Я всегда боялась того момента, когда должна буду их покинуть, но думала, что они останутся со своим отцом. — Лара вздохнула. — Но у них есть ты. А еще Бера, Лиам, Носс и весь клан Фиакр, который будет за ними присматривать, ведь они потомки Вартана.

— Беры тебе лучше остерегаться, — посоветовала Илона.

— Почему? — удивилась Лара. — Она всегда хорошо ко мне относилась, и она просто обожает Диллона и Ануш.

— Память о смерти сыновей и братоубийстве навсегда останется в ней. Она не простит Адона за убийство Вартана. Но и не забудет, что это ты убила Адона. В конце концов, она придет в себя, но никогда уже не станет прежней. Переживания привнесли безумие в ее душу. Она будет растить Кэма, стараясь воспитать его мужественным героем, как Вартана, но в этом ребенке живет зло, которое ничем не искоренить. И однажды он падет от чьей-то руки — тоже на благо Фиакра. Лучше бы он вообще не рождался, — яростно заявила Илона.

— Тогда научи моих детей остерегаться его, — попросила Лара.

Илона кивнула.

— Мне пора уходить. Я еще вернусь перед твоим отъездом.

Они обнялись, и мужчины с восхищением заметили, что они скорее напоминают сестер, чем мать с дочерью. Послышался раскат грома. Илона, королева лесных фей, махнула рукой и растворилась в фиолетовой дымке.

Лара повернулась к Калигу и поцеловала его в щеку:

— Благодарю тебя, мой дорогой друг, что ты приехал ко мне в такой день. Мы с тобой еще увидимся?

— Если захочешь.

— Ты еще меня любишь, Калиг? — с любопытством спросила Лара.

— Я всегда буду тебя любить, Лара, дочь Джона Быстрый Меч, — ответил он. И ушел, словно испарился в густой тени, которая внезапно окружила его фигуру.

Рядом с Ларой остались только ее друзья-соратники. Она повернулась к ним:

— Я устала и иду спать. Рендор, умоляю, не уезжай сразу, мне нужно поговорить с тобой наедине. — Она повернулась и вышла из главного зала.

Рендор и Лиам уселись около очага, им хотелось поговорить. Слуга принес наполненные вином кубки и снова исчез.

— Я здорово перепуган тем, что мы сегодня узнали, — начал Лиам. — У нас впереди большие перемены. — Он вздохнул. — Я никогда не стремился возглавлять Фиакр. Меня устраивало быть другом и кузеном Вартана, мужем Носс и отцом своих детей.

— Старейшины бы тебя не выбрали, если бы не считали, что ты именно тот, кто нам нужен, — сказал Рендор. — Вспомни, однажды тебе ведь это уже предлагали.

— Это было после смерти отца Вартана. Просто мой отец был лордом из той же семьи, — пояснил Лиам. — Старейшины предложили мне это исключительно из вежливости. Они тоже знали, что Фиакр должен возглавить Вартан.

— И все же сейчас они избрали тебя, — заметил Рендор. — Лиам, мне кажется, ты недооцениваешь себя и свои способности. Что же касается больших перемен и того, что они принесут, я думаю, нам стоит последовать совету принца-тени. Будем жить нашей обычной жизнью.

— Ты думаешь, магия действительно защитит нас от жадности Хетара?

— Я думаю, да. Иначе принц Калиг так бы не говорил. Правда, еще Калиг сказал, что магия не сможет защитить вас навсегда. Но, видимо, она будет защищать вас достаточно долгое время, чтобы дать Ларе время исполнить свое предназначение и спасти вас от беды. — Он опустошил свой кубок. — Сегодня был долгий день, друг, — заметил он. — Я пойду спать.

Лиам встал.

— А мне лучше вернуться домой, — сказал он. — Носс совсем скоро рожать, и она хочет, чтобы я был рядом.

* * *

 

Лара лежала без сна в своих покоях. «Вартана больше нет», — думала она. Его останки сгорели в огне, освободив душу из бренного тела. Истории о нем будут передаваться из уст в уста, барды Девина уже сейчас слагают о нем баллады. Когда же его поколение отойдет в мир иной, в памяти людей останется лишь легенда о Вартане, лорде Фиакра. Лара тихо заплакала в темноте. Она плакала по своему погибшему мужу. Вартан был хорошим человеком и величайшим предводителем клана. Он сумел сделать так, чтобы она чувствовала себя в безопасности. Будь Вартан жив, он бы сопротивлялся ее отъезду. Но прислушалась бы она к своему внутреннему зову? Хоть Илона и заявляла, что Лара не ответственна за смерть мужа, но она сама не была в этом так уверена. Лара начинала понимать, что ее судьба, о которой она даже не вспоминала последние годы, имеет для нее гораздо большее значение, чем она себе представляла. И она до сих пор точно не знает, в чем она состоит. Лара повернулась на бок, взбила кулаком подушки и попыталась уснуть.

У нее впереди целое лето, чтобы обо всем подумать. Долгие солнечные дни с ласковым ветром, которые она проведет с детьми и подготовит Диллона к жизни без родителей. Больше всего Лара жалела, что Ануш совсем кроха. Она так мала, что не сохранит в памяти ни отца, ни мать, и это очень трагично. Диллон сможет рассказывать ей о родителях, пока сам будет их помнить. Лара сама стала забывать лицо Вартана, оно словно ускользало от нее. Вряд ли память сына будет намного лучше. А что станет с Кэмом, сыном Адона? Они с Диллоном никогда не были друзьями, но Бера, безусловно, постарается улучшить отношения между кузенами. Хотя Лара не представляла, как это можно сделать. Ей тяжело было исключать Кэма из семьи, но даже собственная мать предупреждала ее, что Кэм будет трудным ребенком и вырастет опасным человеком.

Лара проснулась на восходе солнца и удивилась. Она не помнила, как заснула прошлой ночью. Потягиваясь, она подумала о грядущем дне. Рендор сегодня уезжает, а ей нужно поговорить с ним. Потом они с Лиамом и Носс должны решить, когда новоиспеченный лорд переедет в свой новый дом. «Лучше сделать это поскорее», — подумала Лара, поскольку, пока Лиам не превратит этот дом всвой, его будут считать домом Вартана — таковы уже обычаи Фиакра. Лара села на постели и свесила ноги. Сначала она примет ванну. Накинув на голое тело домашний халат, она выскользнула в маленькую дверь, что вела на улицу к перголе, густо увитой цветущим виноградом. Это был закрытый со всех сторон коридорчик к банному дому.

В главном зале уже вовсю трудились слуги. Проводив в последний путь прежнего лорда, они вернулись к своей привычной рутине. За работой они сплетничали о новом лорде, который должен был скоро сюда переехать. Правда ли это? И когда это будет? Но ответов на эти вопросы никто не знал, а затем появился Рендор, лорд Филан и новоизбранный глава Высшего совета Дальноземья. Вскоре к нему присоединилась Лара, как раз закончившая утренний туалет.

— Ты выглядишь усталой, — заметил Рендор, когда она села рядом.

— Я действительно устала, — призналась Лара. — Я ни одной ночи хорошо не спала после смерти Вартана.

— У тебя впереди целое лето, чтобы отдохнуть и побыть с детьми, — заметил он.

— Я заеду в Филан в конце лета, перед Собиранием, — сказала Лара. — Ты не проводишь меня ко дворцу короля Ашерона?

— Конечно, — откликнулся Рендор. — Но что насчет Фиакра?

— Когда придет день, я уеду тихо и незаметно. Вообще, лучше всегда уезжать спокойно, без суеты, — мягко объяснила Лара. — Чтобы прибыть к вам, я воспользуюсь своей магией. Но к королю Ашерону я хочу приехать на коне, как тогда, когда мы с Вартаном впервые наносили ему визит.

— Ты возложила на меня огромную ответственность, — сменил тему Рендор.

— Ты идеальный кандидат. У тебя есть чувство собственного достоинство и харизма — и то и другое крайне важно, когда имеешь дело с Хетаром. Его жителям очень важно первое впечатление. Если ты покажешь себя сильным лидером, они будут тебя уважать. Также в тебе есть мудрость, и ты далеко не легковерен. Если же им все-таки удастся преодолеть магические барьеры принцев-теней, то будь осторожен и как можно дольше оттягивай прямые контакты. Не позволяй им давить на тебя, требовать мгновенных решений. Хетарианцы — хитрый народ, — закончила Лара и слабо улыбнулась. — Не позволяй их очарованию и изящным манерам внушить тебе ложное чувство безопасности. Им нельзя доверять.

— Если магические барьеры так сильны, как же они могут их преодолеть? — удивился Рендор.

— Принцы ведь сказали, что барьеры защищают от тех, кто идет со злыми намерениями. Иных они пропустят — тех, кто будет для вас безопасен, по крайней мере сначала. И Хетару лучше не знать, что Дальноземье защищено от них магией. Или пусть они узнают не сразу, — улыбнулась она. — Принцы могут защищать от военного вторжения, Рендор. Но вторжения бывают разные. Тебе стоит остерегаться скрытого вторжения Хетара.

— Ты мне многое рассказала, есть над чем поразмыслить, — произнес Рендор.

— Расскажи остальным лордам о подарке принцев, чтобы они больше ничего не опасались, — посоветовала Лара и добавила: — И чтобы Роан не смог напугать их войной, в которой больше нет необходимости.

Рендор засмеялся.

— Роан очень бы расстроился, если б узнал, что ты видишь его насквозь.

— Тогда лучше ему об этом не говорить, — снова улыбнулась Лара.

— Не будь у тебя необходимости следовать своей судьбе, ты стала бы превосходной леди Фиакра, — заметил Рендор. — Ты поистине удивительная женщина, и твой отъезд для нас огромная потеря.

— Пять лет я была вашей советницей. И я подарила Вартану детей. Не представляю, как бы я жила здесь без него. Но однажды я вернусь: здесь мой дом, здесь я хочу доживать свои дни, Рендор, сохрани Дальноземье для меня.

— Я постараюсь, — ответил он и поднялся на ноги. — А теперь мне пора. Путь домой будет посложнее того, каким я сюда прибыл, — усмехнулся он.

— Наверное, я могла бы вернуть вас всех и обратно, — задумчиво проговорила Лара.

Рендор засмеялся:

— Ты перепугаешь моих людей своей магией. Нет, мы поедем верхом. — Он взял ее руку и приложил к своему сердцу, потом отнял и поцеловал. — До свидания, Лара. Мы с Рахиль с нетерпением будем ждать твоего приезда осенью.

— Я предупрежу вас, когда соберусь приехать, — пообещала она и вышла его проводить.

Лара попрощалась с лордами и другими представителями кланов и произнесла слова благодарности за ту честь, что они оказали Вартану, приехав проводить его в последний путь. Раскланиваясь с каждой группой людей, она повторяла одни и те же слова:

— Я ценю уважение, которое вы оказали моему мужу, провожая его в Небесную канцелярию.

Лара смотрела, как кланы уезжают один за другим. И наконец Камдин снова стал прежним — таким, каким бывал всегда ранним летним утром. Улицы опустели и затихли. Мужчины ушли работать в поле и пасти скот. Женщины вернулись к своим детям, домашним делам и садовым работам.

Лара зашла в дом и обнаружила, что там ее ждет Бера.

— Нам надо поговорить, — ровно произнесла свекровь. Но Лара видела, что ее спокойствие дается ей с трудом.

— Проходите, садитесь, — пригласила она пожилую женщину. — Вы что-нибудь ели? — Она подвела Беру к высокому столу и жестом приказала слуге принести пищу.

— Мне сейчас вся еда кажется похожей на опилки, — проговорила Бера.

— Я знаю, — сказала Лара и налила ей вина.

Бера медленно выпила и поставила кубок на стол.

— Что же будет дальше, Лара? — жалобно спросила она. — Ты была женой Вартана. И теперь тебе придется принимать все решения вместо него.

— Я считаю, очень хорошо, что здесь будет жить Лиам, ведь этот дом столько лет был главным в Камдине. Я знаю, что и отец Вартана, и он сам жили именно в этом доме, — начала объяснять Лара. — И поскольку сейчас нашему народу гораздо чаще придется иметь дело с Хетаром, очень важно, чтобы у лорда клана был хороший дом. И если говорить честно, Лиаму и Носс просто необходим дом побольше — они будут растить четверых детей.

— Четверых? — Бера выглядела озадаченной. — Я думала, у них только один ребенок и скоро родится второй.

— Лиам и Носс берут на воспитание Диллона и Ануш, — пояснила Лара. — И я не могу допустить, чтобы они жили в одном доме с сыном Адона. Мне очень жаль, Бера. Именно по этой причине моих детей сейчас здесь нет, они остались у Носс. А вы с Кэмом переедете в дом Лиама. Вы мать Вартана, вам будут оказывать всяческое уважение. Вы не будете ни в чем нуждаться. Но моим детям лучше держаться от Кэма подальше.

— Но ведь они его двоюродные брат и сестра, — возразила Бера.

— Кэм — сын Адона. А Адон убил их отца, — ответила Лара.

— А ты убила и Адона, и Элин, — напомнила ей Бера. — Ты безжалостно убила родителей Кэма. — Она посмотрела в глаза Ларе.

— Верно, я это сделала, и ни на йоту об этом не сожалею, — ответила та и посмотрела на Беру в ответ. — Кэм — сын своих родителей. В его жилах течет дурная кровь. Он никогда не избавится от этого проклятия.

— У тебя ледяное сердце феи, — злобно сказала Бера.

Лара улыбнулась и кивнула.

— Верно, — согласилась она, — но это лучше для моих детей. Будь у меня человеческое сердце, я бы не смогла сделать то, что должна была. Не тратьте зря время, Бера. Я не допущу, чтобы дети Вартана подвергались опасности из-за вашего сентиментального сердца. Будь моя воля, я бы отвезла отродье Адона на равнины и бросила там умирать. Так было бы лучше для всех. Но я отдаю Кэма вам на воспитание. Просто держите его подальше от Диллона и Ануш. — С этими словами Лара оставила свекровь и пошла искать Носс и Лиама, чтобы обсудить с ними переезд в дом Вартана.

Через несколько дней состоялся обмен домами. Невзирая на протесты Носс, Лара расположилась в малых покоях, где раньше жила Бера. И открыла, что ей значительно лучше спится в закрытом со всех сторон пространстве, чем на большом ложе, которое она раньше делила с мужем. И дети были рядом, в своих детских покоях. Бера ей и двух слов не сказала после последнего разговора, и Кэма Лара совсем не видела.

Медленно потянулись летние дни. Лара сбросила с себя обязанности жены лорда, как змея кожу. Теперь леди Фиакра стала Носс, и Лара с радостью ей помогала. Ей было приятно смотреть, как Носс привыкает к своим новым обязанностям. Лара почти все время проводила с детьми. Ануш как раз начала ходить и, казалось, ничего не боялась. Диллон прилип к Ларе как репейник, задавал миллион вопросов и устраивал разные проказы. Он веселил ее, как никто другой.

Однажды после обеда Лара устроилась с детьми под деревом на травяной лужайке. Ануш спала у Лары на коленях, а Диллон, прижавшись, требовал, чтобы мать рассказала какую-нибудь историю. Лара поняла, что пришло время рассказать ему о себе.

— Однажды, давным-давно, прекрасная фея очаровала красивого парня, фермерского сына из Центроземья. Она увела его в свой лесной домик, и они много дней любили друг друга. Через какое-то время она родила прекрасную девочку, которую очень полюбила. Но потом фее пришлось оставить и своего любимого, и дочку, которая была еще совсем крошкой, ей только исполнилось несколько месяцев. И она вернула их обоих из мира фей в обычный мир.

— Почему? — удивился Диллон.

— Потому что у феи были обязательства перед матерью и всей семьей, — объяснила Лара. — Ее любимый не смог бы жить в ее мире, а она не выжила бы в его. Иногда, сын, люди ставят семейные обязательства выше всего остального. Так поступила и та фея. — Она погладила Диллона по темным волосикам.

— Что было потом с сыном фермера и их дочкой? — спросил тот.

— Он забрал свою дочку и вернулся к родителям. Но, к несчастью, за время его отсутствия его отец умер, и главой семьи стал старший брат, который не хотел, чтобы в его доме жил этот ребенок. Он сказал, что кровь феи навлечет несчастье на всю семью.

— Ну и глупо, — презрительно заявил Диллон. — Всем известно, что феи приносят удачу. Мам, по-моему, этот фермер был дураком.

Лара усмехнулась.

— Я тоже так думаю, — сказала она.

— А что было дальше?

— Дориан, этот глупый фермер, приказал брату уходить и забрать с собой ребенка. Но этому воспротивилась их мать Ида. Она сказала, что если Дориан прогонит своего брата с ребенком, она уйдет вместе с ними. Дориан не смягчился, и тогда Ида со своим младшим сыном и его малышкой переехала в город. Сын стал знаменитым солдатом, а Ида занялась воспитанием внучки. Но когда девочке было десять лет, ее бабушка умерла. И ей пришлось вести хозяйство, пока отец не нашел себе новую жену, Сюзанну, дочь фермера из Центроземья. Они поженились, и Сюзанна подарила ему сына, которого они назвали Михаилом.

Но отец девочки хотел добиться лучшего положения. А добиться этого он мог, только получив звание Доблестного Рыцаря. Ему хотелось попасть на турнир, который проводили раз в три года, чтобы отобрать новых рыцарей, но у него не было на это средств. Но затем он вспомнил, что все же владеет одной ценностью — у него была прекрасная дочь, наполовину фея. Продав ее Гаю Просперо, главному торговцу, он мог выручить достаточно денег, чтобы купить отличного боевого коня, новое оружие и лучшие доспехи. Он знал, что у него хватит умения получить желаемое место, а став Доблестным Рыцарем, он бы смог переехать вместе с семьей в прекрасный Район садов, купить там красивый дом и рабов и дать отличное образование сыну. Но такую возможность он получал, только продав в рабство свою дочь. Другого способа не было, ведь он не имел средств даже ей на приданое. Вот он и продал свою дочь. Но она была счастлива помочь отцу. И когда он стал Доблестным Рыцарем, победив на турнире, она им очень гордилась.

— И что с ней было дальше? — нетерпеливо спросил Диллон.

— Ее снова продали, на этот раз лесным лордам. Но они оказались очень жестокими хозяевами, и она сбежала от них с помощью своего друга, гиганта Ога. Они с Огом добрались до пустыни принцев-теней, и у них она научилась искусству любви и сражения. Она стала отличной воительницей, унаследовав от отца способности воина. Через некоторое время принцы-тени отправили ее в Дальноземье, где она встретила прекрасного лорда одного клана. Она вышла за него замуж и родила прекрасных детей, мальчика и девочку.

— Мамочка! — воскликнул Диллон. — Это же ты про себя рассказываешь, да?

Лара засмеялась и взъерошила ему волосы.

— Ты очень умный мальчик, — сказала она. — Да, я и есть та самая фея.

— Расскажи про нее еще, — попросил он.

— В следующий раз, — пообещала Лара. — Хорошенько запоминай эту историю, Диллон. Когда я уеду, ты будешь рассказывать ее Ануш, чтобы она знала, кем была и есть ее мать.

В последующие дни она продолжила свой рассказ. Лара излагала историю, постепенно заполняя пробелы. Сначала она назвала сыну имя его дедушки — его звали Джон Быстрый Меч. Затем он узнал, что звание Доблестного Рыцаря можно получить, только если ты достойно выглядишь. В силу возраста Диллон отнесся к этому с презрением, ведь отец ему всегда говорил, что достоинство человека определяется его поступками и заслугами, а не внешним видом. Диллон заявил, что этот Хетар — странное место.

Лара рассказала сыну и о своем детстве. Как бабушка учила ее вести хозяйство и лечить раны, рассказывала, как надо торговаться и отличать хорошую ткань от плохой. У нее не было друзей-ровесников, они ее боялись. Она не помнила свою мать. Как позже она узнала, отец и бабушка запретили красавице фее видеться с дочерью. Но, оставляя дочь, мать надела ей на шею кулон-оберег, который дочь никогда не снимала. В кулоне этом жила Этне — дух, призванный охранять Лару.

Лара пояснила Диллону, что Гай Просперо позволил ей оставаться в отцовском доме до тех пор, пока отец не завоюет на турнире звание рыцаря. По настоянию пожилой соседки в последнюю ночь свободы Лара попросила отца рассказать, как он влюбился в ее мать и об обстоятельствах ее рождения.

Утром, после победы отца и посвящения его в Доблестные Рыцари, главный торговец забрал свою новую рабыню. Он хотел перепродать ее по хорошей цене в Дом удовольствий, но Старшая госпожа гильдии женщин для удовольствий этого не позволила.

— Почему? — спросил Диллон. — Они подумали, что ты недостаточно красивая?

— Они подумали, что я слишком красивая, — объяснила Лара. — Когда меня выставили на продажу для самых лучших покупателей, между ними сразу вспыхнули ссоры за право меня купить. И Старшая госпожа, чтобы восстановить мир, запретила Гаю Просперо продавать меня в городе. Поэтому меня отослали к караванщикам, чтобы они продали меня в Прибрежную провинцию.

Через несколько дней Лара продолжила свой рассказ. Мальчик узнал, что в конце концов ее купил глава лесных лордов со своим братом. А потом Ог раскрыл ей тайну лесных лордов. Оказывается, Мива, старая королева лесных фей, наложила на лесных лордов проклятие, которое не позволяло им продолжить род и получить наследника. А Лара из-за своего наследия феи не могла родить ребенка, не полюбив мужчину всем сердцем. И поскольку она не любила главного лесного лорда, они с Огом придумали план побега.

— А моего отца ты полюбила всем сердцем, — заметил Диллон.

— Верно, полюбила, — ответила Лара.

Ее изумляло, как много понимает ее маленький сынишка. Она видела понимание в его глазах, и с каждым днем ее рассказ обрастал все большими подробностями. Лара рассказала, как они с Огом сбежали из леса и добрались до пустыни принцев-теней. Как принц Калиг сделал ее своей возлюбленной, но, зная, что ее судьба состоит не только в этом, научил ее не только любить, но и сражаться. Калиг догадался, что ее мать — это Илона, наследница старой королевы лесных фей. Он помог ей встретиться с матерью и бабушкой, и Лара узнала, почему мать ее оставила — она была нужна Миве. И у Илоны не было другого выбора, кроме как вернуться в королевство фей.

Порой к Ларе и Диллону присоединялась и сама Илона, и, сидя с ними под деревом, она дополняла рассказ Лары. Иногда она приходила с Сирило, единоутробным братом Лары, который был лишь на год старше своего племянника. Женщины сидели и смотрели, как мальчики играют на лугу, и за ними хвостиком бегает Ануш.

— Они очень подружились, — однажды заметила Лара, обращаясь к матери. — Когда я только начала рассказывать свою историю, Диллон заявил, что жители Хетара глупы, потому что думают, что феи приносят несчастье. Он сказал, что феи, наоборот, приносят удачу.

Илона рассмеялась:

— Значит, мой внук считает, что в нас есть только добро? Что ж, почему бы и нет. Со временем он поймет, что и у фей есть по крайней мере две стороны, как и у смертных. — Илона посерьезнела. — Сколько еще ты здесь пробудешь? — спросила она.

— Пару-тройку недель, — ответила Лара. — Носс скоро родит, и я хочу быть рядом, чтобы помочь ей на первых порах.

— У нее разве нет слуг? — поинтересовалась Илона.

— Конечно есть, но подруга гораздо лучше служанки. Кроме того, это позволит мне еще побыть с детьми. Я даже не знаю, увижу ли я их еще когда-нибудь после своего отъезда. Мне уже сейчас больно при мысли, что мы расстанемся. — Лара тяжело вздохнула.

— Ну, твои дети, по крайней мере, будут знать, что ты их любишь и не хотела уезжать от них, — горько проговорила Илона. — А мне пришлось тебя оставить и подчиниться диктату мира фей. Твоя бабушка-смертная была жестокой женщиной. Она ревновала, не желая, чтобы я хоть как-то на тебя влияла.

— Бабушка не знала, что у меня есть судьба. Она готовила меня к жизни в мире смертных, поскольку сама иного не знала. Она по-своему любила меня, но, как и ты, я жалею, что мы столько лет были врозь. Сейчас мы есть друг у друга, и я этому очень рада. — Лара помогла матери встать и поцеловала ее. — Я очень люблю тебя.

— Ты унаследовала мастерство, присущее смертным: взять кусочек зла и обратить его в кусочек добра, — чуть улыбнулась Илона. — Наверное, они тоже владеют какой- то своей магией. — Она прижалась губами к руке Лары. — Ни одна мать не пожелает лучшей дочери.

Носс родила рано утром в один из последних дней лета. Мальчик родился здоровым и громким ревом заявил о своем присутствии. Его головку украшала целая шапка рыжих, как у Лиама, волос. Его назвали Элроем. Носс чуть не потеряла сознание, увидев, какой он большой, а роды были очень быстрыми. Элрой родился настоящим богатырем с потрясающим аппетитом, что доказал, когда спустя несколько часов его приложили к материнской груди. Его маленькие ручки с толстенькими пальчиками стискивали грудь Носс, нетерпеливо требуя пищи. Очарованная Носс прямо-таки преисполнилась гордости.

Всех детей в семье привели посмотреть на новорожденного.

— У него волосы, как у па, — заметил Чарлах.

— Большой, — мудро заметила Ануш.

— Он будет великим воином, — сказал Диллон.

Все с любопытством посмотрели на него.

— Я вижу это, — добавил мальчик. — Ничего не могу с этим поделать. Я просто вижу.

— Полезное умение, — улыбнулась Лара.

— Это в нем говорит кровь феи, — проговорила Эста, мать Лиама.

— Именно так! — подтвердила Лара. — Правда, замечательно? Я уже рассказала об этом матери. Она проследит, чтобы он научился пользоваться своим даром. Мой сын станет ценным пополнением клана.

— Безусловно, — согласился Лиам. — Но ему нельзя взрослеть слишком быстро, иначе его дар пострадает.

Лара с благодарностью посмотрела на него. Теперь она точно знала, что с Лиамом ее дети будут в безопасности.

Дни становились все короче. Лара понимала, что уже не может больше задерживаться. Каждую ночь, лежа в постели, она слышала голос своего оберега, убеждавшего ее отправляться в путь. День проходил за днем, и она поняла, что легче уже не станет. Приближалось Собирание дальноземских кланов, а она ведь пообещала себе, что к этому времени ее уже не будет в Дальноземье. Носс уже оправилась после родов и сама теперь занималась домашними делами, привязав к себе новорожденного сына. Очарованная Ануш ходила за ней по пятам. Ларе теперь казалось, что она стала лишней в доме, который совсем недавно принадлежал им с Вартаном.

— Ты уезжаешь, да? — спросил Диллон однажды вечером, когда Лара укладывала его спать.

— Когда ты завтра проснешься, меня уже не будет, — услышала она свой собственный голос. — Не забывай меня, не забывай, как сильно я тебя люблю. И не позволяй Ануш меня забыть. Или засомневаться, что я люблю и ее тоже. Я уезжаю, потому что так велит мне моя судьба. Ты меня понимаешь?

— И да и нет, мамочка, — ответил мальчик.

Она кивнула.

— Я бы тоже хотела, чтобы все было иначе, сынок. Я думала, что к этому моменту с нами еще будет твой отец. Но у меня нет выбора, я должна уехать.

— Мы еще когда-нибудь тебя увидим?

— Конечно, — заверила она. — Только я не знаю когда.

— Не забывай нас, мамочка, — попросил Диллон.

— Никогда! — поклялась Лара. — Ты мой сын, в твоих жилах течет моя кровь.

Диллон потянулся и коснулся ее щеки маленькими пальчиками.

— Ты вернешься, и это будет еще до того, как мы вырастем, — уверенно произнес он и закрыл глаза. Лара сидела с ним, пока его ровное дыхание не подсказало, что он заснул.

Она встала и подошла к люльке, где спала дочка. Ануш унаследовала ее изящество, но цветом кожи, как и старший брат, пошла в Вартана. «Однажды она превратится в красавицу», — подумала Лара. Она нагнулась, поцеловала дочь в нежный лобик и вышла из комнаты. Затем отправилась в главный дом, где теперь жили Лиам и Носс.

— Мне пора уезжать, — сообщила она.

— Подожди до утра, — стала упрашивать ее Носс.

— Если я сейчас не уеду, то, наверное, не уеду вовсе, — сказала Лара. — Даграс теперь принадлежит моему сыну. Я уже говорила с ним. Научи Диллона на нем ездить, и как можно скорее, — попросила она Лиама. — И помни свое обещание. Роан не должен получить Даграса, что бы он ни сулил за него.

— А ты сможешь как-нибудь с нами общаться? — спросил Лиам.

— Я постараюсь найти способ, — пообещала Лара. Она подошла к Носс и расцеловала ее в обе щеки. — Я доверяю тебе, дорогая. Не позволяй моим детям забыть обо мне.

— Клянусь, ты не пожалеешь, что оставила их на меня, — твердо сказала Носс.

Лара вышла из дома во тьму ночи. Небо над Дальноземьем переливалось мириадами звезд.

— Арал, изменись! — произнесла она и, превратившись в сову, взмыла в воздух. Описав круг над Камдином, ночная птица взмахнула крыльями и полетела в сторону побережья.

 






Date: 2015-06-05; view: 168; Нарушение авторских прав

mydocx.ru - 2015-2019 year. (0.039 sec.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав - Пожаловаться на публикацию