Главная Случайная страница


Полезное:

Как сделать разговор полезным и приятным Как сделать объемную звезду своими руками Как сделать то, что делать не хочется? Как сделать погремушку Как сделать неотразимый комплимент Как сделать так чтобы женщины сами знакомились с вами Как сделать идею коммерческой Как сделать хорошую растяжку ног? Как сделать наш разум здоровым? Как сделать, чтобы люди обманывали меньше Вопрос 4. Как сделать так, чтобы вас уважали и ценили? Как сделать лучше себе и другим людям Как сделать свидание интересным?

Категории:

АрхитектураАстрономияБиологияГеографияГеологияИнформатикаИскусствоИсторияКулинарияКультураМаркетингМатематикаМедицинаМенеджментОхрана трудаПравоПроизводствоПсихологияРелигияСоциологияСпортТехникаФизикаФилософияХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника






СЕМИНАР 3





ВЕЛИКИЕ МЫСЛИТЕЛИ ЭПОХИ ПРОСВЕЩЕНИЯ

 

Обсуждаемые вопросы:

1. Общие черты просветительского движения. Концепция Дж. Локка (М: 17–20).

Формулирование просветительских идей в Англии. Крупнейшим английским мыслите­лем ХVII в., одним из основоположников Просвещения по праву считается Джон Локк (1632–1704). Он отстаивал принципы веротерпимости (но не для католиков и атеистов), отделения церкви от государства. Дж. Локк по-своему интерпретировал естественное право: в эпоху изначального состояния общества частная собственность возникла благо­даря труду, и начался полезный обмен излишками продуктов. Отсюда крупный собственник представлялся Дж. Локку самым полезным членом общества.

В анализе Дж. Локком функций государства были заложены исходные идеи либера­лизма: охрана частной собственности, безопасность и свобода её владельца, невмешатель­ство в его деловую активность. Дж.Локк стоял на принципах народного суверенитета и общественного договора, в силу которых, считал он, парламент наделён верховной вла­стью и контролирует исполнительную власть короля и кабинета.

Под впечатлением происшедшей в Англии в 1688–1689 гг. «Славной революции» Дж. Локк пришёл к убеждению о допустимости сопротивления подданных монарху-тирану и даже его свержения. В 1689 г. он написал «Два трактата о правительстве», где обосновал превосходство конституционной монархии перед всеми прочими формами политического устройства, а также развивал учение о разделение властей – законодательной, исполни­тельной, федеративной (по внешним делам).

Среди деятелей английского Просвещения было много материалистов. Среди них вы­делялся Джон Толанд (1670–1722). В своём антицерковном трактате «Христианство без тайн», написанном в 1696 г. и преданном властями сожжению, Дж.Толанд близко подо­шёл к атеизму, за что его позднее весьма почитали марксисты. В отличие от большинства просветителей, восхвалявших современную им конституционную монархию в Англии, Дж. Толанд был сторонником республики, неустанно её пропагандируя.



Рядом с республиканцем Дж. Толандом выступал Генри Боллингброк (1678–1751) – просвещённый аристократ, блюститель интересов тори-лордов. Г. Боллингброк нарисовал своего рода утопию – идеал монархии, во главе которой стоит «король-патриот», моральный реформатор. В знаменитых «Письмах об изучении истории» (1735) Г. Боллингброк доказывал, что в основе исторического прогресса лежит этический принцип. В своих трудах он представал религиозным скептиком, талантливо критиковавшим теологию.

Глубокий след в английском Просвещении оставила полемика между двумя моралиста-ми – Энтони Шефтсбери (1671–1713) и Бернаром Мандевилом (1670–1733). Концепция Э. Шефтсбери ярко воплотила просветительский оптимизм. Он всецело благословлял современный ему порядок. Б. Мандевил же в аллегорической «Басне о пчёлах» (1705), оставаясь на почве либерализма, оценивал его трезво. Движущими силами этого порядка он называл эгоизм, корысть и другие пороки.

 

2. Критика последующими просветителями концепции Локка и дальнейшее развитие просветительских идей (М: 20–24).

3. Французские энциклопедисты. Течения внутри французского просвещения (ВЧ: 473–477).

Взлёт общественной мысли во Франции. С 30–40-х годов ХVIII в. идеи Просвеще­ния начинают бурно развиваться в королевстве Людовика ХV, где это движение достигло своего наивысшего расцвета. Главные причины этого – наиболее полное (чем где бы то ни было) проявление феодализма в стране, победа католичества над протестантизмом, что привело в ХVII в. к закоснению общественной мысли.

В условиях подавления инакомыслия и неспособности господствующей церкви внятно объяснить новые жизненные реалии здесь потребовались более яркие, чем в либеральной Англии, мыслители для борьбы с отживающим Средневековьем. К тому же, нельзя забы­вать и о высоком уровне развития французской науки того времени.

Историки-марксисты, верные классовому подходу в оценке явлений и процессов, протекавших в прошлом, выделяют во французском Просвещении три направления: буржуазное, мелкобуржуазно-эгалитарное и плебейско-коммунистическое. Все они имели общие черты: антифеодальная и антиклерикальная направленность, развитие идеи естественного права. Французских просветителей различных направлений объединяло признание несостоятельности существующего строя.

Мыслители эпохи Людовика ХV много внимания уделяли разработке теории естественного права. По их мнению, природа изначально обладает естественными законами, распространяющимися на всё сущее. Она наделяет человека своими естественными права-ми – свободой и равенством. По поводу остальных прав шли дискуссии между представителями различных течений французского Просвещения. Неслучайно, в среде просветите­лей возник культ дикаря – справедливого от природы и естественного в своих действиях. В дикаре многие из них видели идеал для человечества.

По мнению французских просветителей, когда возникли государства, потребовалась конкретизация в сфере отношений между людьми: законы, суд, имущественное право, государственные институты и т.п. С появлением новых, гражданских, законов в обществе наметился отход от естественных законов. Человек перестал быть естественным.



Прежде всего, нарушились принципы свободы и равенства. Всё это необходимо восстановить, руководствуясь разумом, свободным от религиозных догматов. Он же является высшим регулятором в сфере отношений между людьми. Часть просветителей считала третьим неотъемлемым естественным правом человека обладание собственностью.

В 50–60-е годы ХVIII в. во Франции господствующим в сфере экономической науки стало течение физиократов. Слово φυσιοκρατία в переводе с греческого означает «власть природы». Французские физиократы (Ф. Кенэ, А. Тюрго и др.) выступали за установление такого общественного порядка, который соответствует «велениям природы».

Таким «естественным» порядком физиократы считали господство частной собственно­сти и полную свободу экономической деятельности. Им принадлежит знаменитая формула „Laissez, faire laissez passer” («Предоставьте свободу действовать»).

Течения внутри французского Просвещения. Серьёзные расхождения существовали между французскими просветителями в трактовке понятия «свобода». Наиболее яркий представитель «буржуазного» (я бы лучше назвал его либеральным) направления – Франсуа Мари Аруэ – Вольтер (1694–1778) заявлял: «Свобода – это значит быть зависимым только от законов гражданского общества». Отсюда проистекали идея равенства всех перед законом и необходимость введения широких демократических свобод.

Вольтер и его последователи требовали только юридического равенства, признавая неизбежность экономического неравенства. При этом все просветители (каждый по-своему) верили в то, что после претворения в жизнь их планов преобразования общества повсюду установится царство справедливости.

Вольтер был философом, социологом, историком и специалистом в других смежных областях. В одном из своих сочинений («Опыт о всеобщей истории, о правах и духе народов») он подчёркивал, что общество не может существовать без разделения на бедных и богатых. Государство должно обеспечить свободу каждому продавать свой интеллект или рабочие руки. Эта свобода заменит беднякам собственность. При этом Вольтер откровенно заявлял, что батрак и рабочий должны быть доведены до необходимости работать.

Лидером эгалитарного (от фр. égalité – равенство) направления был Жан Жак Руссо (1712–1778). Он признавал собственность изначальным законом природы и требовал не ликвидации, а уравнения её. «Ни один человек не должен быть настолько богат, чтобы купить другого», – заявлял Ж.Ж.Руссо. При этом он категорически осуждал насилие и ратовал за обложение богатых людей повышенным подоходным налогом.

Получило своё продолжение и развитие коммунистическая (или социалистическая) мысль, которая, в отличие от эгалитарного направления, отстаивала идеи полного равенства людей, т.е. создания общества, в котором вааще не будет бедных и богатых. Подробнее это крайностное течение рассматривается в следующей лекции.

 

4. Просвещение в Шотландии, Испании, Италии и Венгрии .

Шотландское Просвещение. Ликвидация автономии Шотландии в 1707 г. и безуспешность попыток её патриотов вернуть стране былую независимость привели шотландских интеллектуалов к убеждению в том, что политическими средствами они не могут исправить положение. Это заставило их глубоко пересмотреть принципы взаимоотношений между личностью и обществом, а также гражданином и государством. Согласно гуманистической традиции, нравственная свобода человека была возможна лишь при условии подлинно гражданского поведения – обязательного участия в делах государства и защите его конституции.

Шотландские просветители дали более широкое истолкование условий реализации нравственной свободы и гражданской доблести. Они первыми глубоко обосновали вывод, что того же можно достигнуть участием в хозяйственном развитии, общественной деятельности, интеллектуальных занятиях. Разработанная ими гражданская этика и представляла собой специфический вклад Шотландии в европейское Просвещение. В своём окончательном виде она сложилась к началу 60-х годов ХVIII в.

Она многим обязана философу Эндрю Флетчеру, которого называют отцом шотландского Просвещения. Считая «зависимость» от Англии причиной всех бедствий Шотландии, он показал, что рассчитывать на возвращение «свободы» не приходится. Она безвозвратно ушла в прошлое вместе со всем «готическим» укладом жизни в Средние века, одним из проявлений которого она являлась. Остаётся лишь надеяться на расширение самостоятельности в составе Великобритании или, по терминологии Э. Флетчера, «независимости» от власти королевского правительства в Лондоне.

В идеале он представлял себе Британию как свободное государство, состоящее из четырёх самостоятельных провинций, включая Шотландию. Каждая из них сохраняла бы свою милицию, самобытные политические, общественные и культурные институты. Мечтая о восстановлении шотландского парламента и других органов власти, Э. Флетчер связывал успех этого плана с экономическим возвышением родины. В противном случае он предвидел массовую эмиграцию жителей и ещё большую зависимость от Англии.

Под влиянием воззрений Э. Флетчера в просветительских кругах распространялось мнение, что для будущего Шотландии гораздо большее значение имеет экономика и культура, чем политические символы. Это стимулировало поиски альтернативных политике способов исполнения людьми своего гражданского долга перед отечеством.

В этих поисках шотландское просвещение опиралось на мощный интеллектуальный потенциал, которым располагали университеты Эдинбурга, Глазго и Абердина. В благоприятной для интеллектуального роста атмосфере, создававшейся в Шотландии благодаря университетам и разнообразным формальным и неформальным клубам и обществам, только и могла появиться плеяда замечательных учёных.

Среди них выделялась фигура Дэвида Юма (1711–1776), который внёс свой заметный вклад в развитие таких наук, как философия, этика, экономика. Д. Юм организовал в Эдинбурге философское общество, деятельности которого шотландская столица обязана культурному расцвету, который она пережила во второй половине ХVIII в. На заседаниях философского общества главное внимание уделялось роли права, политических институтов в развитии многообразных общественных связей.

Темы дискуссий часто бывали подсказаны Д. Юмом. Под его же влиянием члены общества избегали таких политических определений, как «монархия», «республика», «аристократия», и предпочитали оперировать понятиями «нация», «страна», «народ». Это явно свидетельствовало об их более широком, чем чисто политическое, видении общественной жизни.

Испанское Просвещение. Приход к власти в начале ХVIII в. в Испании династии Бурбонов способствовал распространению здесь идей Просвещения. Испанские просветители защищали от нападок католической церкви французских просветителей. Однако при этом они чрезмерно преклонялись перед всем французским, нигилистически относились к национальным традициям и достижениям национальной культуры.

У истоков испанского Просвещения стоит Бенито Фейхоо (1676–1764) – монах-бене­диктинец, профессор университета в Овьедо. В начале ХVIII в., когда в испанской науке ещё было сильно влияние схоластики, Б. Фейхоо провозгласил высшими критериями ис­тины разум и опыт.

В отличие от других испанских просветителей, Б. Фейхоо высоко оценивал традиции и достижения национальной культуры. Он решительно осуждал сословные и религиозные предрассудки, выступал за всеобщее образование для народа. Б.Фейхоо стал основопо­ложником идеологического направления в испанском Просвещении.

Его последователями были будущие деятели испанского «просвещённого абсолю­тизма». Особое место в испанском Просвещении занимает Гаспар Мельчор де Ховельянос-и-Рамирес (1744–1811). Как и многие его современники, он видел ключ к решению проблем своей страны в создании процветающей экономики.

Самое значительное его сочинение – «Доклад об аграрном законе» (1795). Написанный с позиций физиократов, «Аграрный закон» был направлен против крупного помещичьего землевладения, прежде всего против майоратов (наследования имений только старшими сыновьями). В «Аграрном законе» также содержались требования ликвидации привилегий Месты, отмена неотчуждаемости церковных земель, укрепление мелкого крестьянского хозяйства как важнейшего условия развития промышленности и торговли.

Итальянские мыслители эпохи Просвещения. Неаполитанец Пьетро Джанноне (1676–1748) в изданной им в 1723 г. «Гражданской истории Неаполитанского королевства» смело обрушился на засилье церковников во всех сферах жизни, показал роль церкви как носительницы мракобесия. Он призывал монархию лишить церковь всех привилегий и прав в мирских делах и оставить за ней лишь духовную власть. П. Джанноне был отлучён от церкви, подвергся гонениям и умер в тюрьме, где просидел 12 лет, но его книга, переведённая на ряд европейских языков, долго служила орудием идеологической борьбы против диктатуры церкви.

Одним из наиболее ярких деятелей итальянского Просвещения был уже известный вам Джамбаттиста Вико (1688–1744). Главный научный вывод Дж. Вико, сформулированный им в трактате «Новая наука» (1725) и взятый на вооружение итальянскими патриотами: историческому развитию свойственны определённые закономерно­сти, в частности, возникновение единых национальных государств. Исходя из этого, Дж.Вико высказал мысль о неизбежности создания такого государства в Италии.

В Неаполе главой просветителей стал Антонио Дженовези (1712–1769), занявший специально созданную для него в 1754 г. в Неаполитанском университете первую в Европе кафедру политической экономии. А. Дженовези, Гаэтано Филанджиери (1752–1788) и другие неаполитанские просветители доказывали, что феодальный порядок является анахронизмом, что монополия сеньоров на землю, порождая безземелье крестьян, обрекает сельское хозяйство на деградацию, а деревню – на страшную нищету.

В Милане просветители создали «Кулачное общество», название которого символизи­ровало намерение его участников «мочить» феодальные порядки. Ведущую роль в нём играл Чезаре Беккариа (1738–1794), призвавший в своём сочинении «О преступлениях и наказаниях» (1764) к установлению равенства всех перед законом. Считая причиной большинства преступлений нищету, он призывал к гуманному отношению к заключённым. Ч. Беккариа прямо исходил из концепции общественного договора Ж.-Ж.Руссо, считая, что люди отказались от естественной свободы и создали гражданское общество по взаимному согласию. Но, объединившись в общество, они не отвергли свободу вообще. Они «пожертвовали лишь долей свободы, чтобы затем спокойно и в безопасности наслаждаться основной её частью».

Венгерское Просвещение. Идеи французских просветителей проникают в Венгрию через Вену, ставшую во второй половине ХVIII в. крупнейшим центром передовой общественной мысли Центральной Европы. Здесь, в лейб-гвардии императрицы Марии Терезии (1740–1780), служили многие венгерские юноши, отпрыски аристократических родов и представители среднего дворянства.

Именно из их среды вышли первые венгерские литераторы, достойно развивавшие идеи Просвещения на венгерской почве. Родоначальником венгерского Просвещения является поэт, драматург и автор философских сочинений Дёрдь Бешеньеи (1747–1811). В 1772 г. появляется его «Трагедия Агиса», и эту дату принято считать началом венгерского Просвещения.

В своих произведения Д. Бешеньеи ратовал за создание свободной, просвещённой Венгрии. Он ставил вопрос о необходимости развития национального языка и науки на родном языке. Вместе с тем он понимал необходимость поднятия материального уровня жизни простого народа.

За вольнодумство писатель был лишён пенсии и с 1782 г безвылазно жил в своём имении, создавая оригинальные философские произведения. За ним был установлен контроль, цензура запрещала печатать его сочинения, многие из которых увидели свет лишь в ХХ в.

Из философских трудов, в которых Д. Бешеньеи вплотную подошёл к материализму, особый интерес представляет утопический роман «Путешествие Таримена», в котором он высмеивает современное ему общество, изобличал господство попов, выступал против захватнических войн и рисовал общество, в котором правит конституционный монарх.

Вокруг Д. Бешеньеи ещё в Вене сложилась группа единомышленников. Позднее он попытался объединить учёных и поэтов в Патриотические венгерское общество, а после неудачи этого предприятия он в 1779 г. выдвинул идею Венгерской академии наук. Эта идея, хотя её и подхватили современники, была осуществлена лишь почти через полстолетия.

 

5. Консервативное направление в Просвещении

Складывание трёх направлений европейской общественной мысли Нового времени. Несмотря на то что идеи просветителей были наиболее популярными в Европе второй половины ХVIII в., ими далеко не исчерпывался идеологический спектр того времени. Более того, решительная борьба «властителей умов» с отживающей церковной идеологией и средневековыми традициями вызвала их критику как «справа», так и «слева».

Мыслители, придерживавшиеся правых взглядов, увидели в идеях просветителей угрозу для «освящённого Богом» миропорядка. Те же, кто критиковал просветителей «слева», считали их теории недостаточно радикальными, не обращёнными к чаяниям беднейших слоёв общества.

В результате в европейской общественной мысли второй половины ХVIII в. явственно обозначились три главных направления: либеральное, которое представляли просветители; консервативное, объединявшее сторонников сохранения средневековых политических традиций; социалистическое, продолжавшее теоретическое развитие идей утопистов прежних эпох.

Аналогичная ситуация сложилась и в Северной Америке, общественная мысль которой испытывала сильное влияние европейских мыслителей. Просветители считали, что идеальное общество можно построить путём поступательного развития капитализма, социалисты же осуждали капитализм за то, что он опирается на неравенство различных слоёв населения, а значит, не способен помочь людям достичь общественной гармонии. Социалисты переняли у просветителей революционный пафос отрицания существующих порядков, направив его на столь превозносимый просветителями капитализм.

Истоки консерватизма. Напуганные разгулом вольнодумия в Европе, консерваторы стремились сохранить старые традиционные ценности: сословные привилегии, преданность династии и т.д. Однако наиболее дальновидные из них не исключали и использова­ния крайне ограниченных реформ.

Основные идеи консерваторов ХVIII в.: то, что можно не менять, следует сохранить; мудрость предков и мудрость вековых обычаев предпочтительнее индивидуальных и самочинных решений и суждений; любые меры должны рассматриваться не по немедлен­ным результатам, а по ожидаемым в отдалённой перспективе.

Консерваторы рассматриваемого времени подчёркивали, что человек по своей натуре несовершенен, поэтому совершенный общественный порядок невозможен. Однако при правлении, опирающемся на традицию, всегда возможны улучшения даже в несовершен­ном обществе.

Историки-марксисты во многом правы, утверждая, что консерваторы ХVIII в. боялись прежде всего потерять исключительные права и привилегии, полученные их предками. Если мы посмотрим на социальное положение мыслителей, развивавших консервативные идеи, то практически все деятели этого направления были аристократами «голубых кровей».

Э. Бёрк – родоначальник консерватизма. «Вы принесли пользу всем нам. Нет человека, который называл бы себя джентльменом и не считал бы себя обязанным вам за то, как вы поддержали дело джентльменов», - сказал английский король Георг III об Эдмунде Бёрке (1729–1797) – признанном теоретике консерватизма.

Главный элемент воззрений Э. Бёрка – преклонение перед святостью традиций. Соблюдать традиции – значит действовать в соответствии с естественным ходом вещей, т.е. с природой, с вековой мудростью. Воплощением традиции, по его мнению, стала английская конституция – драгоценное наследие предков.

Она обеспечивает равновесие и стабильность в обществе. Очень важно, чтобы в дальнейшем это равновесие не нарушалось. Тот, кто заинтересован в сохранении спокойствия и порядка, должен, подобно садовнику, время от времени бережно удалять с вечнозелёного дерева конституции старые, засохшие побеги, пестовать новые. Так, медленное, постепенное изменение сочетается с принципом сохранения.

Э. Бёрк понимал, что реформы неизбежны, так как сам «естественный ход вещей» связан с изменениями. Однако реформы не должны нарушать традиционные устои. «Честный реформатор», утверждал Э. Бёрк, не может рассматривать свою страну как всего лишь чис­тый лист, на котором он может писать всё, что ему заблагорассудится. Государственному деятелю должны быть свойственны «предрасположенность к сохранению и способность к улучшению, взятые вместе».

Особым признанием Э. Бёрка пользовались реформы, нацеленные на восстановление традиционных прав и принципов. Идеальным образцом такой реформы он считал «славную революцию» 1688 г. в Англии, в ходе которой «все изменения были сделаны на основе принципа уважения к старине». Другим приемлемым для Э. Бёрка типом консерватив­ной реформы были преобразования, направленные на предупреждение революций.

Хотя Э. Бёрка считают отцом-основателем консерватизма, некоторые его взгляды полностью совпадают с идеями Ш. Моньескьё. Оба они выступали рьяными защитниками гражданских прав и свобод. Э. Бёрк осуждал стремление короля к единоличной власти, вёл кампанию против злоупотреблений колониальной администрации в Индии, требовал уважения прав Ирландии и североамериканских колоний, добивался гласности дебатов в парламенте и расширения свободы печати.

Политические идеи Ж. де Местра. Савойский граф, ставший иезуитом, Жозеф де Местр (1753–1821) был аскетом по характеру, осуждавшим развращённые нравы придворного мира. В молодости он благожелательно относился к революции, уповая на её очистительную силу, но в зрелые годы стал активным её противником.

Граф-иезуит предпринял попытку опровергнуть основные положения теории «естественного права» и восстановить католическое учение о государстве и праве. Критикуя французских просветителей, исходивших из представления о всесилии человеческого разума, в соответствии с требованиями которого они предлагали создать новый общест­венно-политический строй, Ж. де Местр утверждал, что человек вследствие «грехопаде­ния» имеет «искажённую волю» и поэтому бессилен сотворить что-либо.

Политические учреждения, по мнению Ж. де Местра, создаются Богом и не могут быть изменены к лучшему человеческим разумом. На этом основании мыслитель выступал против конституций, вводящих «новшества», и считал, что только древние учреждения имеют право на существование, т.к. они воплощают в себе «божественный разум».

Ж. де Местр не преклонялся перед старым порядком во Франции, полагая, что революция стала заслуженной карой морально разложившейся аристократии. Путь к спасению общества он усматривал в усилении роли религии, причём не только в духовной, но и в светской области.

Ж. де Местр выдвигал идею создания общеевропейской теократической монархии во главе с папой Римским, власть которого «всегда консервативная». Папа внесёт порядок в отношения между европейскими государями, обеспечит им власть над подданными и убедит последних в том, что подчинение не исключает свободы и даже предполагает её. В связи с этим Ж. де Местр осуждал массовое изгнание иезуитов просвещёнными монархами (см. следующую лекцию), поскольку этот орден обеспечивал верховенство Святого престола над европейскими государями.

«Естественные права» человека, по мнению Ж. де Местра, не могут существовать, т.к. «человека вообще нет, а есть люди различных наций, для которых Бог создал различные учреждения». Равным образом, писал он, неосуществимы требования свободы, равенства и братства, т.к. люди по своей природе не равны и созданы рабами. Напуганные ужасами Великой французской революции обыватели разделяли идеи Ж. де Местра.

Консервативное направление общественной мысли в Венгрии. Политическая ситуация в восточной половине империи Габсбургов в ХVIII в. способствовала тому, что и здесь внутри Просвещения выделилось два противоборствующих направления – прогрессивное и консервативное. При этом второе направление враждебно относилось к идеям французских просветителей, хотя и протестовало против гнёта империи Габсбургов.

Его приверженцы идеализировали «добрую старую Венгрию» и решительно выступали за сохранение дворянских привилегий. Характерными представителями этого направления являются Андраш Дугонич (1740–1818) и Йожеф Гвадани (1725–1801), главные произведения которых были написаны в конце 80-х годов ХVIII в. Профессор-пиарист Дугонич в 1788 опубликовал первой венгерский псевдоисторический роман «Этелка», привлекший внимание к древней истории Венгрии.

Ещё большей популярностью пользовалась поэма отставного генерала Йожефа Гвадани «Поездка деревенского нотариуса в Буду» (1790). В этом произведении, написанном в стиле комического эпоса, поэт создал сатирическую картину общественных устоев, быта и нравов имущих классов Венгрии. Весёлые, полные сочного юмора сцены приключений героя насыщены острой сатирой.

Й. Гвадани изобличает нравственное и духовное оскудение венгерского дворянства, его преклонение перед иностранной модой и культурой. При этом наиболее опасным продуктом культуры Запада Й. Гвадани считал произведения французских просветителей.

В исторической науки Венгрии господствующее положение занимали иезуиты. В духе апологетики Габсбургов написал работу по истории королей Венгрии профессор университета, иезуит Иштван Катона. Но при этом его монументальный труд содержал большой фактический материал и имел несомненное значение для развития венгерской историографии.

 

6. Крайние левые течения в Просвещении

Левый фланг просветительского движения. Ж. Мелье. Наиболее ярким представителем коммунистического (или социалистического) направления во французском Просвещении был священник Жан Мелье (1664–1729), прославившийся после смерти благодаря своему «Завещанию», где он покаялся перед прихожанами за то, что много лет обманывал их с помощью «слова Божьего».

Если жизнь Ж. Мелье оказалась тихой и незаметной, то его книге была предназначена великая судьба. В ХVIII в. «Завещание» многократно переписывалось, передавалось из рук в руки. Его списки уничтожали, тех, у кого их находили, привлекали к суду, и всё же книгу читали многие и не только французы. Списки её обнаружены в Нидерландах и Пруссии.

Не было другого такого произведения во Франции ХVIII в., где бы давалась такая яркая картина безысходного положения крестьян, угнетаемых дворянами и духовенством, такая сильная критика церкви и освящающей социальную несправедливость религии. Ж. Мелье ратовал за установление общества, где не было богатых и бедных, угнетателей и угнетаемых. Он считал необходимым уничтожить частную собственность на землю, установить общность имуществ.

«Завещание» Ж. Мелье оказало огромное влияние на просветителей либерального направления, хотя они не разделяли многие его взгляды. В 1742 г. Вольтер составил краткое «Извлечение» из труда Ж. Мелье, которое распространялось в рукописных копиях. В 1761 г. он же отпечатал это «Извлечение» (два издания за год!) в женевской типографии и разослал бесплатно по многим адресам. На этот раз «Извлечениям» было дано название «Избранные мнения Жана Мелье, адресованные его прихожанам по поводу некоторых из злоупотреблений и заблуждений вообще и в частности».

Другой замечательный французский просветитель, Поль Анри Гольбах (1723–1789), в 1772 г. опубликовал книгу «Здравый смысл кюре Мелье». Эта книжка многократно переиздавалась и в том же году, и в последующем, – правда, уже без имени Мелье: слишком опасным оно стало. Недаром книга П. А. Гольбаха была приговорена парижским парламентом к сожжению.

Г. Б. де Мабли. Другим видным мыслителем-социалистом был Габриель Бонно де Мабли (1709–1785) – священник и дипломат, отказавшийся в середине жизни от духовной и придворной карьеры и полностью посвятивший себя науке. Он так же, как и Ж. Мелье, продолжил развитие идей утопического социализма.

Четырёхлетняя служба вблизи королевского двора сделала Г. Б. де Мабли яростным противником абсолютизма. Идеальное государство он искал в Древней Греции и считал, что только «коммунистические порядки древности вполне соответствует, по его мнению, «природе человека» и «естественным законам». Самыми известными произведениями Г. Б. де Мабли являются «О законодательстве или принципы законов» (1776), «Сомнения, предложенные философам-экономистам по поводу естественного и необходимого порядка политических обществ» (1768), «О правах и обязанностях гражданина». Последнее произведение было написано в 1758 г., но по цензурным условиям эта книга не могла быть опубликована при его жизни. Она вышла в свет только в 1789 г.

Следующая цитата из сочинения Г. Б. де Мабли «О законодательстве или принципы законов» показывает, на чём основывалась его убеждённость в необходимости установления всеобщего равенства имуществ:

«Чем больше я об этом размышляю, тем больше я убеждаюсь, что неравенство имуществ и состояний разлагает, так сказать, человека и изменяет естественные влечения его сердца, ибо бесполезные потребности вызывают у него бесполезные для его истинного счастья желания и заполняют его уж самыми несправедливыми и нелепыми предрассудками или заблуждениями. Я считаю, что равенство, ограничивая наши потребности, сохраняют в мой душе мир, противящийся возникновению и развитию страстей».

Морелли. Одним из провозвестников утопического коммунизма ХIX в. был французский писатель эпохи Просвещения Морелли. У нас нет никаких биографических данных об этом человеке, возможно даже, что это – чей-то псевдоним. Самое значительное произведение Морелли – «Кодекс природы», вышедшее в Амстердаме в 1755 г., – современники приписывали Дени Дидро.

Как бы то ни было, за сравнительно короткий срок, с 1745 по 1755 г., в Париже и Амстердаме вышло полдюжины сочинений, автором которых считается Морелли. Наиболее значительные из них – «Базилиада» и «Кодекс природы», или истинный дух её законов».

В первом из названных трудов (Морелли выдаёт его за «перевод с индийского») даётся картина коммунистического общества, якобы существующего в одной из дальних стран. А во втором в развёрнутом виде излагаются философские и социальные идеи автора, раскрывается структура коммунистического общества так, как её представлял себе Морелли.

Одна из главных идей: люди забыли старинные законы родственной привязанности и любви, а ведь по ним жили когда-то древние скифы и до сих пор живут ещё племена индейцев в Северной Америке. Только просвещённое и разумное законодательство способно возвратить человечество к «золотому веку», утраченному вследствие распространения частной собственности. Преодолеть пороки существующего общества можно только при условии, если ничто не будет принадлежать отдельно кому бы то ни было, если каждый гражданин будет «должностным лицом, обеспеченным работою и получающим содержание на общественный счёт», если все без исключения будут трудиться на пользу общества «сообразно своим силам, дарованиям и возрасту».

Г. Бабёф. Настоящим именем Гракха Бабёфа (1760–1797) было Франсуа Ноэль. Он назвал себя Гракхом в начале 90-х годов в память о двух братьях, народных трибунах Древнего Рима. В детстве и юности Г. Бабёф пережил страшную нужду. К двадцати годам ему удалось стать чиновником, занимавшимся приведением в порядок феодальных архивов. Эта служба дала возможность Г. Бабёфу хорошо постигнуть ту механику, посредством которой дворянство во главе с королём нещадно угнетало трудовой народ – крестьянство, рабочих мануфактур, городскую бедноту.

Г. Бабёф становится непримиримым врагом феодально-абсолютистских порядков. И где бы потом он ни бывал, где бы ни проживал – в провинциальных городках или в самом Париже, он не прекращал борьбу против деспотов и угнетателей. Ещё до революционных событий 1789–1794 гг., Г. Бабёф приходит к коммунистическим идеям, известным ему из сочинения Г. Б. де Мабли. Он выступал за коллективное ведение хозяйства («коллективные фермы»), в защиту «самого низшего класса человеческого рода».

Г. Бабёф был активным участником Великой французской революции. Он издал книгу «Постоянный кадастр», требуя уничтожения дворянского землевладения и осуществления «аграрного закона» – уравнительного разделения всех земель. Термидорианский переворот 1794 г. заметно осложнил положение Г. Бабёфа, который не вписывался в постреволюционную политическую ситуацию во Франции. Его неоднократно арестовывали, но отпускали на свободу.

После очередного пребывания в тюрьме в феврале – октябре 1795 г. Г. Бабёф всю свою энергию отдаёт на создание конспиративной централизованной организации, которая осуществит новую революцию, установит диктатуру трудящихся, что в конце концов приведёт к подлинному равенству: в будущей республике не будет частной собственности; более того, в ней будет запрещено всё, что не может быть предоставлено каждому…

Однако тайное «Общество равных» Г. Бабёфа было раскрыто полицией. В мае 1796 г. начались аресты «бабувистов». Судебное разбирательство шло более года. Г. Бабёф и его ближайший соратник Дарте были гильотинированы 27 мая 1797 г. В предсмертном письме жене и детям Г. Бабёф писал: «Я не видел иного способа сделать вас счастливыми, как путём всеобщего благополучия…».

 

7. Историческая мысль Европы XVII–XVIII вв. до Вико

Влияние теорий первых просветителей. В ХVII в. философское осмысление человеческой истории было связано прежде всего с учением о естественном праве и общественном договоре. Самыми выдающимися адептами этого учения были тогда голландский юрист Гуго Гроций (1583–1645) и английский философ Томас Гоббс (1588–1679). Т.Гоббс перевёл на английский язык «Историю» Фукидида. Г.Гроций издал Тацита и сам был автором нескольких исторических произведений о древности Голландской республики, о Нидерландской революции и др.

Поскольку важнейшее сочинение Г. Гроция «О праве войны и мира» вышло в 1625 г. и относится к предшествующей исторической эпохе, остановлюсь на труде Т. Гоббса «Левиафан», вышедшем в 1651 г. Основное внимание в нём Т. Гоббс уделил проблемам социологии, политологии, права и религиоведения. Как историк он проявил себя в характеристике Священного писания.

Т. Гоббс не критиковал легенду о сотворении мира, хотя некоторые другие библейские мифы он подвергал убедительному критическому анализу. Нельзя признать, читаем мы в «Левиафане», что Пятикнижие Моисея действительно целиком им написано. Иначе как бы в него попало сообщение, что «никто не знает места погребения его даже до сего дня», т.е. до того дня, когда эти слова были написаны. «Было бы странно думать, что Моисей, когда он ещё был жив, говорит о месте своего собственного погребения».

Попытки связать теорию общественного договора с теорией божественного происхождения государства. Состояние общественных наук, и в частности трудов по истории, в значительной мере зависит от социально-экономических и социально-политических особенностей страны, в которой они создаются. Нет поэтому ничего удивительного, что голландские и английские теоретики естественного права порывали в ХVII в. более решительно со старыми феодальными и церковными теориями, чем их французские, немецкие и русские собратья.

Это, в частности, относится к французскому католическому священнику Жану Бениню Боссюэ (1627–1704), написавшему «Рассуждение о всемирной истории», «Историю заблуждений протестантских церквей» и «Политику, извлечённую из подлинных слов Священного писания». Благодаря превосходному языку и стилю этих сочинений они пользовались широкой известностью в конце ХVII в. и в первые десятилетия ХVIII в. не только у себя на родине, но и в других европейских государствах, в том числе и в России.

Подобно Г. Гроцию и Т. Гоббсу, Ж. Б. Боссюэ считал, что государственная власть возникла в результате свободного общественного договора, который необходимо было заключить, так как только государственная власть способна сдерживать пагубные страсти людей. Но Ж. Б. Боссюэ сочетал это рационалистическое объяснение возникновения государства со старой теорией божественного происхождения. Признавая общественную природу человека и его естественное стремление к общей выгоде, Ж. Б. Боссюэ тут же сворачивал на промысел Божий и предписания религии, которые считал более важными и основополагающими причинами исторических событий, чем природу людей и их стремление к собственной пользе.

Чтобы как-то преодолеть неразрешимые противоречия, вытекавшие из одновременного обращения к обветшалым средневековым и передовым теориям ХVII в., Ж. Б. Боссюэ подразделял причины исторических событий на первичные и вторичные. Естественная природа и качества людей и целых народов – вторичные причины исторических событий. Первопричина этих событий – воля Бога.

Непосредственно она проявляется в виде исключения и выражается в чудесах, обычно же незаметна. Но в действительности роль Творца – первичная и определяющая, так как Бог наделяет людей и народы теми свойствами, качествами и характером, которые выступают в качестве вторичных. Делая историю и думая, что действуют самостоятельно, люди только осуществляют замысел провидения.

В период господства абсолютизма во Франции естественно было его прославление и обоснование в общественных теориях. Недаром в «Политике» Ж. Б. Боссюэ уверял, что монархическая власть близка к власти божественной и в то же время является наиболее естественной, поскольку имеет своим прообразом власть отца в семье.

Католические историки-эрудиты ХVII в. Между философами и профессиональными исследователями прошлого в раннее Новое время существовало своеобразное «разделение труда». Если первые мыслители эпохи Просвещения занимались историософией, то виднейшие историки-эрудиты целиком погружались в дело собирания, публикации и критики исторических источников, а также установления исторических фактов. Все они в ХVII в. были людьми, тесно связанными с религией и церковью.

Эрудированные католические монахи-историки, отвергая проводимую просветителями секуляризацию исторической мысли, были заняты оправданием римско-католической церкви и видели свою главную задачу в приведении в известность как можно большего числа документов, способных противостоять критике и разоблачениям.

Свои открытия неизвестных материалов и хроник, скрупулёзный и тонкий источниковедческий анализ монахи-эрудиты проводили «для возвеличивания славы Господа Бога». Но именно из-за тщательности поиска, скрупулёзности и тонкости анализа они, вопреки своим религиозным убеждениям, входили иногда в противоречие с интересами церкви.

Эрудиты опубликовали многотомные коллекции исторических документов, прежде всего по истории монастырей. Историки до сих пор не могут до конца изучить эти собрания источников. Особо следует отметить труды библиотекаря Сен-Жерменского монастыря Жана Мабильона (1632–1707), который справедливо почитается основоположником новой вспомогательной исторической дисциплины – дипломатики, специально изучающей акты, и, в частности, дипломы, полученные церковью и монастырями на пожалованные земли и доходы.

Ж.Мабильон и другие историки-эрудиты продвинули вперёд разработку таких вспомогательных исторических дисциплин, как палеография и хронология. А овладение вспомогательными историческими дисциплинами позволило поднять на небывалую до того времени высоту формальную критику источников, определения их состава и подлинности.

Историческая мысль Германии. Немецкие учёные Самуэль Пуфендорф (1632–1694) и Христиан Вольф (1679–1754), как и Ф. Боссюэ, уступали Т. Гоббсу и Г. Гроцию в оригинальности мысли и радикализме идей. Они были эклектиками и заботились о примирении новых научных теорий со старыми теологическими, о приспособлении новых, по существу своему либеральных, теорий к нуждам старой знати.

Перу С. Пуфендорфа принадлежала книга, носившая характерное наименование «Политическое рассуждение о согласии политики истинной с религиею христианскою», а также «Введение в историю знатнейших европейских государств» и «О должности человека и гражданина». Последние два труда были переведены на русский язык в царствование Петра Великого и под его собственным наблюдением. «Введение в историю знатнейших европейских государств» включалось в литературу, предназначенную для учебной подготовки царевича Алексея Петровича.

По мнению С. Пуфендорфа, утверждение, будто Бог непосредственно назначает или определяет царей, противоречит разуму и является суеверием. Люди сами «составили между собой общества» и создали государства путём общественного договора, они руководствовались при этом соображениями собственной пользы, спасаясь от насильств и бедствий, неминуемых в жизни поодиночке и «вне гражданского состояния».

Но, в отличие от Т. Гоббса, С. Пуфендорф объяснял возникновение государства не только человеческими потребностями и человеческим разумом: учредителем гражданских обществ и основоположником верховной власти провозглашался «всеблагий Бог». Божья воля действует не непосредственно, но именно Бог дал людям потребность и внушил мысль создавать государства.

С. Пуфендорф считал требованием «истинной политики» заботу правителей о благосостоянии народа, защиту его от обид и притеснений сильных, злых и несытых и введение законов, согласных с естественным правом (или «законом натуральным», в терминологии русских переводчиков С. Пуфендорфа). Но пафос этих рассуждений был направлен прежде всего не на порицание насилий и преступлений, имевших место, по признанию самого автора, в реальной жизни государств.

Сравнивая насилия и преступления, совершаемые в государствах, «с теми бедствиями, которые сопровождали бы нас безотлучно, если бы мы жили поодиночке – вне гражданского состояния», С. Пуфендорф признавал их незначительными и не долженствующими вызвать недовольство и протесты. Конформизм С. Пуфендорфа особенно ясно проявлялся в том, что он оправдывал самые крайние формы социального неравенства, даже рабство.

Старался примирить теорию естественного права с германской действительностью и Х. Вольф. Исходя из известного представления о том, что в догосударственном состоянии люди использовали свободу себе во вред, Х. Вольф полагал, что для преодоления зловредной свободы они заключали частные договоры об отказе от личной свободы и переходе в рабское состояние. Так антифеодальные и антитеологические концепции передовых мыслителей ХVII в. (применительно к региону «второго издания крепостничества») приспосабливались для оправдания феодальных привилегий.

Петру I очень понравилась теория полицейского государства, которую сформулировал Х. Вольф. Суть этой теории заключалась в том, что первейшим признаком заботы государства об общем благе является постоянная и неусыпная правительственная регламентация жизни подданных, опека над их поступками. Производственная и вообще хозяйственная деятельность, имущественные отношения, брачная связь и воспитание детей, религия, наука, поэзия, музыка, театр – всё это должно направляться и управляться государством, и прежде всего органами полицейской власти под руководством просвещённого абсолютного монарха.

 

8. Вклад Вико и Гиббона. Особенности просветительской историографии в Германии. Первые попытки дать историографии материалистическую основу

Вклад в историческую науку Дж. Вико. Особое место в истории исторической мысли первой четверти ХVIII в. занимал итальянский мыслитель, профессор Неаполитанского университета Джамбаттиста Вико (1688–1744). Его книга «Основания новой науки об общей природе наций», вышедшая в 1725 г., обессмертила имя Дж.Вико как одного из наиболее глубоких историософов эпохи Просвещения.

Предвосхищая идеи И. Г. Гердера, Ж. А.. Кондорсе и Г. В. Ф. Гегеля, Дж.Вико пытался сформулировать законы истории на основе сравнительно-исторического изучения религии, быта, нравов, социально-политического строя народов в Древности и Средние века. Главное положение Дж. Вико – история человеческого рода подчиняется таким же незыблемым, вечным законам, как и мир природы.

Все народы, независимо от расы и географических условий, проходят одни и те же ступени развития. В изменениях форм семьи и собственности, производства и политического строя, языка и мышления разных народов существует полный параллелизм.

Исходный пункт развития – первобытное «звериное состояние», когда ещё нет истории. За этим следуют три исторических фазы: «век богов» – догосударственный строй, когда возникает семья, религия, письменность, зачатки права; «век героев» – господство аристократии и феодальных отношений, кровавой классовой борьбы знати и плебейства; «человеческий век» – эпоха народных республик и «гуманной монархии», расцвета городов, господства разума.

За восхождением по этим трём ступеням следует упадок, возвращение к варварству, и исторический процесс начинается снова. Но круговорот истории у Дж. Вико не походит на пессимистическую античную теорию циклизма, т.к. развитие каждого нового цикла начинается на более высоком уровне, чем предыдущий. Движущая сила этого развития – человек с его страстями и пороками, которые, вопреки его намерениям, служат прогрессу.

В книге Дж. Вико много нарочито неясного, т.к. автор страшится церкви, заподозрившей его в ереси. Немало здесь и противоречий, непоследовательности, обусловленных пережитками теологического мышления. Просветители ХVIII в. не поняли Дж.Вико и сочли его слугой реакции. Лишь в ХIX в., после перевода его труда на немецкий и французский языки, Дж.Вико приобрёл европейскую известность.

Развитие идей французских просветителей Э. Гиббоном. Одним из последователей Вольтера и Монтескье был английский историк Эдвард Гиббон (1737–1794). Его перу принадлежит семитомная «История упадка и разрушения Римской империи», охватывающая обширный период от II в. х.э., когда владычество Рима охватывало «лучшую часть земного шара и самую цивилизованную часть человеческого рода», до 1453 г., когда турки взяли Константинополь и положили конец существованию Византийского государства – наследника Римской империи.

Э. Гиббон не ограничивался рассказом о смене правителей, войнах, которые они вели, о внутренних потрясениях и законодательстве. В соответствии с программой исторических исследований, намеченной Вольтером, он повествовал о нравах римлян, идеях, которые их одушевляли на протяжении разных этапов более чем тысячелетней истории, о военной системе и положении финансов, обычаях и праве, торговле и земледелии, философии и религии. Анализируя подъём и падение государств, автор интересовался не только военными победами и поражениями, но и «внутренними тайными причинами благоденствия или нищеты, которые втихомолку уничтожают и без шума расшатывают существование и благосостояние общества».

Суммируя причины постепенного упадка Рима – Византии, Э. Гиббон показывал коварную политику цезарей и бесчинства военного деспотизма, возникновение и введение христианства, деятельность сект, основание Константинополя и раздробление монархии. Он останавливался, конечно, на вторжениях варваров, на арабских завоеваниях и на окончательных ударах турок. Но даже говоря о вражеских нашествиях и завоеваниях, историк старался выяснить особенности нравов, обычаев, мнений и идей, господствующих у воюющих сторон, чтобы вскрыть внутренние причины побед и поражений. В отличие от своих предшественников, он основывался на изучении народных обычаев, а не объяснял военные успехи или поражения искусством великих личностей.

Особенности просветительской историографии в Германии. Политическая раздробленность немецких земель, делавшая страну объектом нападений более сильных соседей, способствовала мечтаниям передовых людей Германии о сильном объединенном государстве. Для немецких историков ХVIII в. было характерно сочетание религиозных и просветительских воззрений.

Один из родоначальников «норманизма» – Август Людвиг Шлёцер (1735–1809) стал автором одной из «Всемирных историй». В этом сочинении он проводит идею о том, что политическая раздробленность – злейший враг любого народа. Будучи свидетелем распространения в Европе «просвещённого абсолютизма», он считал наиболее оптимальной его формой просвещённый деспотизм. Идеальным государством для А. Л. Шлёцера была Османская империя, а худшей формой политической организации – античная демократия.

Проблемами историософии занимался также Иоганн Готфрид Гердер (1744–1803) – протестантский пастор и теолог, который по своим религиозным воззрениям был пантеистом. Он заявлял о том, что Бог – внутри людей, он заставляет их действовать. Ход развития общества И. Г. Гердер определял как движение от животного состояния до бессмертия души, при котором происходит не только прогресс разума, но и прогресс гуманности. Современную ему культуру И. Г. Гердер признавал результатом творчества всех народов.

Первые попытки дать историографии материалистическую основу. Революции, произошедшие в Англии в середине ХVII в. и во Франции в конце ХVIII в., побудили некоторых из живших в этих странах мыслителей предпринять попытки выявить зависимость форм государства и его учреждений от распределения собственности в государстве.

Джеймс Харрингтон (1611–1677) – английский публицист, боровшийся против угрозы восстановления в Англии феодальных порядков. Он пропагандировал разработанную им конституцию буржуазно-дворянской республики как лучшей формы государства для защиты завоеваний революции от покушений на них как со стороны феодальной аристократии и Стюартов, так и простого народа.

Дж. Харрингтон прославился утопическим романом «Республика Океания» (1656), а также трактатами «Преимущества народного правления» (1657) и «Искусство законодательства» (1659). Он отвергал теорию происхождения государства из общественного договора, связывая этот процесс с распределением собственности.

В Англии ХVI–ХVII вв., утверждал Дж. Харрингтон, «готический баланс» монархии превратился в «народный баланс» вследствие перемещения земельных владений из рук короля, аристократии и церкви в руки джентри и йоменов. Задача английской революции ХVII в. состояла в создании республики, соответствующей этому балансу. Чтобы предотвратить превращение «народного баланса» в «готический», Дж. Харрингтон предлагал издать аграрный закон, который запретил бы владеть поместьями, приносящими ежегодный доход более 2 тысяч фунтов стерлингов.

Один из видных деятелей Великой Французской революции Антуан Пьер Жозеф Мари Барнав (1761–1793), ставший одной их жертв якобинской диктатуры, написал «Введение во французскую революцию» (1793). В этом сочинении А. П. Ж. Барнав высказал мысль о том, что политический строй изменяется под влиянием прогресса форм хозяйственной деятельности людей, находящейся в зависимости от географических условий их жизни.

 

ДАТЫ ИЗ ШКОЛЬНОГО УЧЕБНИКА

1664 – 1729 – Годы жизни Мелье.

1689–1755 – Годы жизни Монтескьё.

1694–1778 – Годы жизни Вольтера.

1712–1778 – Годы жизни Руссо.

1751 – Выход в свет первого тома «Энциклопедии наук, искусств и ремёсел».

 

ПЕРСОНАЛИИ

Дж. Локк, Ш. Л. Монтескьё, Ф. М. Вольтер, Ж. Ж. Руссо, Д. Дидро, д’ Аламбер, Ж. Мелье, Т. Гоббс, Г. Гроций, Ж. Мабильон, С. Пуфендорф, Х. Вольф, Дж. Вико, А. Лю Шлёцер, Дж. Харрингтон, П. Ж. М. Барнав, Б. Фейхоо, Г. М. Ховельянос-и-Рамирес, П. Джанноне, А. Дженовезе, Ч. Бекаариа, Д. Бешеньеи, Г. Бабёф, Э. Бёрк, Ж. де Местр.

 

ТЕРМИНЫ

Физиократы, циклизм.

 


 






Date: 2015-09-25; view: 162; Нарушение авторских прав

mydocx.ru - 2015-2019 year. (0.046 sec.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав - Пожаловаться на публикацию