Главная Случайная страница


Полезное:

Как сделать разговор полезным и приятным Как сделать объемную звезду своими руками Как сделать то, что делать не хочется? Как сделать погремушку Как сделать неотразимый комплимент Как сделать так чтобы женщины сами знакомились с вами Как сделать идею коммерческой Как сделать хорошую растяжку ног? Как сделать наш разум здоровым? Как сделать, чтобы люди обманывали меньше Вопрос 4. Как сделать так, чтобы вас уважали и ценили? Как сделать лучше себе и другим людям Как сделать свидание интересным?

Категории:

АрхитектураАстрономияБиологияГеографияГеологияИнформатикаИскусствоИсторияКулинарияКультураМаркетингМатематикаМедицинаМенеджментОхрана трудаПравоПроизводствоПсихологияРелигияСоциологияСпортТехникаФизикаФилософияХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника






Глава 12. – Просто ловил попутку, и вот он я





– Как ты тут очутился?

– Просто ловил попутку, и вот он я.

– Ну да. В пижаме?

– Я торопился.

Фильм «Автостопом по галактике»

– Господин маркиз, эта ведьма призналась в своих злодеяниях и показала свою ведьмовскую силу, избежав огня! – виновато затараторил Фабиано.

– Погодите, погодите, – на ходу обуваясь, возмутилась я. – Если огонь очистительный и должен был спасти мою душу, то теперь с меня должны быть сняты все обвинения! Все видели, что я горела!

– Ты горела дьявольским огнем! – В присутствии маркиза толстый монах стал вести себя по-другому: с одной стороны, подобострастно к феодалу, с другой – еще более уничижительно ко мне. – Это Сатана спас тебя!

– Что ж, по-вашему, получается? – ехидно усмехнулась я, ухватившись за ошибку, которую монах пока не осознал. – Что меня, находящуюся в СВЯТОЙ обители, где все стены пропитаны вашими молитвами, где земля дышит истиной верой, – толстяк согласно кивал головой, слушая мои слова, – где такое количество мужчин, посвятивших себя служению Богу, спас от неминуемой смерти пробравшийся сюда, невзирая на святость этого места, дьявол? – Фабиано замер, обдумывая мою тираду. – И не было для него преград, как вы ни старались?

Я загнала его в элементарную логическую ловушку. Пусть теперь объяснит маркизу и своим братьям-монахам, что же здесь произошло. То ли дьявол так благоволил мне, что сунулся в святую обитель, то ли Бог очистил мою душу, оставив тело в неприкосновенности. Ежу понятно, что оба варианта монаху были неугодны.

Фабиано молчал, обдумывая ответ и мрачнея на глазах. Маркиз, напротив, смотрел на меня с интересом, стараясь скрыть за кривой ухмылкой довольную улыбку. У него вообще было очень примечательное лицо. Если можно так выразиться, на нем лежала печать высшего образования. И признаков вырождения не наблюдалось. Правда, местных аристократов я видела мало, но внешность маркиза неуловимыми чертами не вписывалась в коллективный портрет среднестатистического жителя этого мира. Особенно глаза. Умные, хитрые, беспощадные… и бесстрашные. Да, именно отсутствие страха в его лице меня и насторожило. Сам же всадник явно забавлялся этой ситуацией.



Чего радуется, спрашивается? Надеется, что настоящую ведьму поймал? Ну поймал. И что дальше? И почему у Вольфа такое недовольное выражение лица? Сидит на своем коне и даже не желает подъехать ко мне поближе, уж не говоря о том, чтобы кинуться и задушить в своих объятиях.

Я бросила на него несколько вопросительных взглядов, разбившихся о его каменное равнодушие.

Понимаю, демонстрировать горячие чувства к ведьме не совсем благоразумно, но мог бы смотреть на меня хотя бы заинтересованно, как маркиз!

– Она очистилась, – прервал мои раздумья молодой голос. Все обернулись к юному монашку, протягивающему на ладони сверкающий крест. – Очистилась сама и очистила крест…

– Не лезь, Кристиано! – зашипел на него толстяк. – Она ведьма!

– Все видели, – не унимался паренек, – что огонь, зажженный от лампады, не тронул ее! Бог ее простил!

– Уведите его! – потребовал Фабиано у братьев. – Он не в себе!

– Так что́ вы решили, святой отец, – надменный голос маркиза заставил монаха вздрогнуть, – оправдана эта женщина или нет? От вашего решения зависит ее судьба.

Лицо Фабиано озарилось такой гаденькой улыбкой, что, будь я чуть впечатлительней, испугалась бы за свою жизнь. Я уже не сомневалась в его ответе, но и у меня в запасе был один козырь. Он думает, что победил в этом раунде, радуется своему решению, которое должно меня погубить… Что же, пусть выскажется!

– Она избежала смерти при помощи дьявольской силы! – возвестил свое решение толстый монах, самодовольно потирая руки.

Половина монахов с ним согласилась. Другая половина, что меня удивило, была на моей стороне. Мне стало жаль их, но они взрослые люди и сами должны разобраться с тем, кто прав, а кто виноват.

– Вы арестованы! – сообщил мне маркиз.

– Как скажете, – равнодушно посмотрела на феодала и оглянулась на Фабиано, кардинально меняя выражение лица. Ехидный оскал вкупе с пляшущими в глазах молниями заставил его занервничать. – Значит, СВЯТОЙ отец… хы, дьявола я оставляю вам…

Не думала, что мужчины умеют так дружно охать.

– Связать ее! – приказал маркиз.

– Что?! Опять?! – завопила я искренне. Если меня снова будут безжалостно стягивать веревками, то я гарантирую им эпидемию диареи!

К моему удивлению, связывать меня вызвался Вольф. Заранее, что ли, приготовился, коли веревка была у него прикреплена к седлу?

Муж подошел ко мне с тем же каменным выражением лица и довольно грубо повернул к себе спиной, выворачивая назад мои руки.

– Терпи, – коснулось затылка его дыхание. – Помнишь, где портал? – Я легонько кивнула, соединяя это движение с возмущенным передергиванием плечами и шипением. – Забудь.

Забыла… Что мне, трудно изобразить амнезию? Только вот поведение Вольфа насторожило. Чего он опасается? От чего пытается предостеречь? Какие неприятности нам угрожают?

Да, совсем не так я представляла нашу встречу. Уж на поцелуй-то рассчитывала. А тут обращаются как с малознакомой… совсем незнакомой девицей, видеть которую не рады. Ох, как же я не люблю такие ситуации, когда разум раскалывается надвое, заставляя спорить с собой! И всегда такие разговоры заканчиваются одинаково: «Дура!» – «Сама дура!»



Э-э-э… Так не пойдет! С самого начала, пожалуйста!

«Вольф стал чужим! Какой ужас! Я шла через леса, через поля, чтобы спасти его, а он!..»

«Он только притворяется! Ему тоже тяжело сдерживать себя, видя меня так близко и не смея прикоснуться! Вон как желваки играют!»

«Да, играют… Только от злости, а не от страсти! Он не желает меня видеть! Ему тут понравилось!»

«И совсем он не злится! Прежде чем предъявлять претензии, надо разобраться в обстановке. Не мог же он за пять дней так измениться!»

«Еще как мог! Сама-то на третьи сутки сломалась, хотя знала, как выбраться из этого паршивого мира! А он понятия не имел, где находится, куда идти… И надежды на спасение нет. Вспомни, как искали Пентагерон, да всё без толку!»

«Вольф не мог так быстро пасть духом! Он мужчина!»

«Вот именно – мужчина! Слинял подальше от жены, пошел по бабам!»

«По каким бабам? Ты видела этих баб? Они же все страшные!»

«А Мартина?»

«Все равно я ему верю!»

«Дура!»

«Сама дура!»

Вот и поговорила.

 

Мало того что меня связали, так еще и на привязи вели за конем, как собачонку. Я надеялась, что издевательства закончатся, как только мы покинем монастырь, но ничего не изменилось в поведении мужчин даже тогда, когда мы вошли, а кое-кто и въехал, в соседний лесок. Конечно, конвоировать одну женщину меньше чем шестью здоровыми мужиками никак нельзя.

Со «здоровыми» в настоящий момент я не погорячилась. Положим, четверо стражников, хоть и имели приличный по местным меркам рост, все равно были ниже меня. А вот муж и маркиз… Господин Фармазотти имел в вышину, хм, длину… не меньше метра восьмидесяти. Определила его рост на глаз по размеру обуви – сорок пятый, а то и больше.

Вся мужская компания гордо ехала на конях, а я плелась на веревке, костеря свою судьбу.

Телепортироваться, что ли, прямо в седло к Вольфу? Никогда не пробовала это делать на движущиеся объекты.

Представила реакцию окружающих и отказалась от эксперимента. Вольф в этот момент повел плечами, как мне показалось, недовольно, словно почувствовал мои намерения. Когда поравнялись с местом, в котором спрятала свои вещи, я резко затормозила, добавив к своей силе немного гравитации. Вольф оглянулся, мимикой выражая свое негодование.

Хм…

– Я замерзла! – ответила на его немой вопрос.

Это была чистейшая ложь, так как кровь после соединения с огнем кипела во мне, позволяя еще как минимум час обходиться без верхней одежды. Вольф это прекрасно знал, но выдавать меня не стал.

– Чего ты хочешь? – развернул в мою сторону своего коня маркиз.

– Одеться, чего же еще? – возмутилась я недогадливости феодала.

– У нас нет лишней одежды для тебя, – заявил он так надменно, что мне вдруг стало смешно.

Ну, маркиз, я покажу тебе высокородную гордость, дай только срок! Я выпущу на свободу герцогиню… нет, принцессу Леманскую, нет, все-таки герцогиню Олмарк! Уж мы с тобой потягаемся в презрительных взглядах и разговорах через губу.

– Я на вашу и не рассчитываю, – пробурчала обиженно. – Здесь, – мотнула головой в сторону леса, – мои вещи припрятаны. Дозвольте забрать, Ваша Светлость!

– Проводи, – кивнул маркиз одному из стражников, скривив губы в полуулыбке.

Вольф кинул тому конец веревки, а меня одарил предостерегающим взглядом.

Сама знаю. Смотрит он на меня, знаки подает…

Я углубилась в лес, показывая дорогу ехавшему за мной стражнику. Приметный куст шиповника, пять шагов до дуба, в корявых корнях которого дожидались меня рюкзак, плащ и щедрый дар Мартины: чепчик и юбка.

– Развяжи руки.

– Не велено, – огорчил меня стражник.

– Тогда слезь с коня и возьми мои вещи! – Приказной тон мне удался хорошо, но на мужчину впечатления не произвел. А жаль. – Что, так и будем здесь стоять? – после трех минут игры в гляделки осведомилась я у него.

Стражник пробежал по мне оценивающим взглядом, потом нагнулся и посмотрел на вещи, извлеченные мной из-под опавшей листвы путем пинания последней, снова на меня и нехотя слез. Но вместо того чтобы взять мою поклажу, двинулся ко мне, пялясь на расстегнутый ворот рубашки. Бурлившая во мне кровь вскипела еще больше. Я замешкалась, решая, как буду с ним поступать, из-за чего пропустила момент, когда он по-хозяйски схватил меня за грудь. Удар грубым башмаком в пах был для него большой неожиданностью. Стражник согнулся, сквозь стоны поминая меня ведьмой.

– Не велено! – повторила я ему его же фразу.

Эх и надоели мне здешние мужики, которые так и норовят поиметь женщину, тем не менее обвиняя ее в похоти! Вот режьте меня, я этого мужика не хотела! Ни под каким соусом! А он меня ведьмой…

Быть связанной мне надоело. Я поднапряглась и пережгла веревки, благо сейчас мне этот фокус был доступен. Стражник на мои магические штучки внимания не обратил, продолжая стонать на земле. Я неторопливо оделась, нацепив на голову чепец. Рюкзак снова надела под плащ, превращаясь в горбунью.

– Эй… – слегка постукала мужика в бок носком сапога, – я пошла.

– Стой, – простонал сквозь зубы стражник. – Я тебя убью, ведьма…

– Угу… В следующую среду я абсолютно свободна, приходи.

Ждать, пока он встанет и пойдет за мной, не стала. Местный, дорогу знает, доберется.

Мой триумфальный одиночный выход из леса не оставил равнодушным никого, даже Вольфа. В последний момент я решила им немного отомстить. Нашла хорошую крепкую палку, ссутулилась, надвинула капюшон на лицо и дряхлой горбатой старухой явилась им на обозрение. Стражники принялись истово креститься. Маркиз оказался не робкого десятка, но побледнел заметно. Вольф наконец проявил чувство… подозрения. Он смешно выворачивал голову, пытаясь заглянуть под капюшон и убедиться, что это все-таки я, а не местная жительница, невольно оказавшаяся в ненужное время в ненужном месте.

Я с покорно опущенной головой подошла к его коню и подала полу плаща. Веревку-то я сожгла, а вести меня дальше как-то надо было. Муж порывисто схватил меня за руку, задерживая взгляд на кольце с белым и черным камушками. Я кожей ощутила его облегченный вздох.

А маркиз отчего-то расхохотался. Видно, мой маскарад пришелся ему по вкусу. В это время из леса, хромая, показался стражник. Он молча подошел к нам, но жаловаться маркизу на меня не стал. Я сделала вывод, что его поведение феодал не одобрил бы, и позлорадствовала в душе.

– Садись в седло! – через плечо бросил Фармазотти стражнику, разворачивая своего коня.

– Позвольте… я пойду пешком, – набычившись, попросил мужчина.

Маркиз снова развернул скакуна и вопросительно поднял бровь, не утруждая себя вопросом.

– Я его пытала, – разъяснила ситуацию, – теперь он сидеть не может… в седле.

Стражник явственно заскрипел зубами.

– Хм… Пытала? – Маркиз красноречиво посмотрел на мои ботинки, потом на стражника, отчего тот съежился, и снова неопределенно хмыкнул.

Я не поняла, одобряет он мой поступок или нет, но волноваться за свое поведение не стала. Одним проступком больше, одним меньше – какая разница. А вот муженек мой явно задумал что-то нехорошее для похотливого стражника. Не знал бедный мужик, что связываться со мной себе дороже. Не знал…

 

До замка маркиза добрались удивительно быстро, несмотря на то что теперь пешком топали мы вдвоем со стражником. Через полчаса моему взору предстала старинная в моем понятии крепость с величественным дворцом, увенчанным высокими стрельчатыми башнями. В наличии имелся крепостной вал и подъемный мост, в настоящий момент опущенный.

Миновав ворота, мы оказались в довольно тесном дворе крепости, показавшемся мне очень маленьким. Снаружи крепость выглядела гораздо больше. Я не стала задумываться над этим несоответствием и поспешила вслед за Вольфом, надеясь, что мне наконец объяснят, что здесь, собственно, происходит? Даже на архитектуру дворца не обратила никакого внимания. Не до того было.

Маркиз привел нас в небольшой зал, увешанный охотничьими трофеями и оружием. Уют создавал камин и глубокие кресла, расставленные вокруг низкого столика. Я, не дожидаясь приглашения, сняла плащ и рюкзак, представ перед мужем и хозяином замка в полной красе, демонстрируя достижения местной моды. Маркиз был привычен к этим фасонам и лишь хмыкнул, спрятав улыбку в кулак. А вот Вольф выпучил глаза на меня, точнее, на чепчик, хотя, помнится, мой наряд свежеоткопанного зомби не произвел на него такого впечатления. Он прыснул от смеха, который практически сразу перешел в ржание.

Я изобразила смертельную обиду, сдернула с себя чепец и юбку, и демонстративно сожгла их в камине. Подошла к зеркалу, поправила выбившуюся из косы прядь, потрогала припухшую разбитую губу.

Сойдет! Местные красавицы выглядят не лучше. По крайней мере от меня не воняет! И зубы я с утра почистила.

Вольф отсмеялся и решил нас представить друг другу.

– Господин маркиз, познакомьтесь с моей УЧЕНИЦЕЙ, Алфеей Олмарк. – Причем сказал он это на языке нашего мира. Правда, поняла я это не сразу, а только тогда, когда был представлен хозяин. – Леди Алфея, познакомьтесь с господином Лотарио Фармазотти.

– Очень приятно, – присела в глубоком реверансе, кокетливо хлопая ресничками.

Маркиз лишь сдержанно кивнул. Мне показалось, что он меня изучает, решая, что от меня можно поиметь и как использовать. Я скромно потупила глазки, изо всех сил изображая из себя Жозефину. Господин Фармазотти, видимо придя к какому-то выводу, душевно улыбнулся и жестом пригласил меня сесть. Я шустро заняла место напротив Вольфа и подобострастно уставилась на УЧИТЕЛЯ.

– Алфея, вы в одиночестве прибыли в наш… мир? – Хитро улыбаясь, маркиз показал мне, что открывает все карты сразу.

Пришлось изобразить восхищение его сообразительности и уму.

– Одна, – потупилась под строгим взглядом господина профессора. – Я сбежала…

– Зачем? – Лицо Вольфа стало суровым.

– Вас… – поджала губки, посылая ему виноватый влюбленный взгляд, – искать…

– А что, более опытных поисковиков не нашлось? – слишком заинтересованно осведомился хозяин.

– Они меня не взяли с собой. – Чуть не плачу. Потом изображаю внезапное озарение, хотя этот вопрос свербел у меня на языке с того самого мгновения, когда я увидела Вольфа въезжающим в ворота монастыря. – А они что… вас не нашли?

– Нет, – озадачился господин профессор.

Да, плохо дело… Если еще и с ними что-нибудь случилось?! Хлор, почему они не взяли меня с собой? Давно бы уже сидели в Запретном месте, байки травили да вино за возвращение пили!

– А как вы нашли учителя?

Почему вы такой любопытный, господин маркиз? И почему ваши вопросы не касаются моей ведьминской сущности? Еще не время или вам и так все известно и ничто не удивляет вас?

– Я слушалась своего сердца, – вздохнула печально-печально, как лирическая героиня любовного романа. – Оно меня вело. – Виноватый взгляд на профессора, умоляющий – на маркиза, закусить нижнюю губу. Великолепно сыграно! Такая мизансцена… Жаль, что зритель всего один, ибо Вольф такой же лицедей, как и я. Вот только не пойму пока: ради чего мы дурим маркиза?

– Только сильное чувство способно привести одного человека к другому! – восхитился Лотарио. – Это просто чудо, что вы дошли до нас! Алфея, выдайте тайну, – я напряглась, еле сдерживая себя, чтобы не взглянуть на Вольфа, – как вы умудряетесь говорить на местном языке абсолютно без акцента? Даже у вашего учителя так не получается!

– Да? Я и не знала… что без акцента. – Медленно выпустила воздух из легких. – У меня талант к языкам.

Хорошо, что маркиз все время неотрывно смотрел на меня, а то бы он очень удивился реакции Вольфа, брови которого так красноречиво поползли вверх. Муж прекрасно знал, что ментальные заклинания и я – это параллельные прямые, которые никогда не пересекаются. Практически…

– И когда вы думаете вернуться назад? – вежливо поинтересовался хозяин.

Мне показалось, что таким тоном лучше всего справляться у загулявших гостей: «А не надоели ли вам хозяева?»

– Как господин профессор решит… я дороги обратной не помню. – Снова глаза в пол. – У меня топографический кретинизм.

– Что?! – Лотарио вскочил из кресла и начал быстро мерить комнату шагами. Впрочем, со своим волнением он справился довольно быстро и попытался объяснить мне свое эмоциональное поведение: – Вольфганг так надеялся, что его найдут…

– Я же нашла, – пролепетала жалобно.

– Да! Но он тоже не знает дороги назад!

– Как? – Испуг в выпученных наивных глазах.

– Так! И теперь надежда только на профессиональную поисковую группу!

– Я тебе говорил, – вздохнул Вольф, – что девушка не поможет. Я же знаю свою ученицу. Способная стихийница, не более. Извини, не знал, что у нее ко мне нежные чувства.

– Я скрывала…

– Ну хоть что-то она помнит? Алфея, – маркиз снова сел в кресло, взял меня за руки, внимательно вглядываясь в глаза, – что располагалось рядом с порталом?

– Что? – Я беспомощно поморгала, посмотрела по очереди на обоих мужчин и выдала приметы места: – Там был лес!

– Какой лес? – настаивал Лотарио.

– Голый… в смысле облетевший.

– А где было солнце?

– А солнца не было… совсем, – я чуть не плакала, – я ночью бежала… и шла, шла, шла…

Какими душевными усилиями я выдавила из себя слезы, лишь богам известно, но это произвело на маркиза впечатление. Он отечески погладил меня по голове и протянул носовой платочек.

– Зачем же надо было идти ночью? Это ведь очень опасно, – сокрушенно покачал головой хозяин замка.

– Днем портал охраняли. Ночью тоже, но я дождалась, когда охранник уснет, и тихонечко прошла. Господин профессор, не ругайте меня, пожалуйста! Я останусь тут с вами, если мы не найдем дорогу назад! – Я уже рыдала. – Ведь вдвоем не так страшно, правда? – Вольф сделал такое обреченное лицо, что даже мне стало его жалко. – Хотите, я супчик сварю?

– Супчик? – вынырнул из роли тоскующего чужестранца муж. – Какой супчик?

– Куриный… или грибной. Ваша Светлость, у вас есть грибы?

– Понятия не имею, – растерялся маркиз. – Но если вы желаете супа… могу приказать.

– Ой, я забыла! – всплеснула ручками. – У вас же здесь феодальный строй! Слуг полно! А мне можно служанку?.. Нет?.. А где я буду ночевать? – От моих вопросов маркиз явно решил сбежать – так я его достала. – А как вы тут моетесь? – спросила уже его спину. – Куда это он? – резко перешла на шепот.

– Приказы отдавать, – так же тихо ответил Вольф. – Ты с ним осторожнее.

– А кто он такой? Не очень похож на местного жителя.

– Он один из Пентагерона… Один из троих выживших. Все, молчи!

Когда господин Фармазотти вернулся к нам, я увлеченно строила глазки господину профессору, а он демонстративно не обращал на это внимания.

– Алфея, а где вы познакомились с Вольфгангом? – решил занять меня разговором маркиз, лишь бы я не задавала бесконечных вопросов.

– На отборе. – Скромность украшает девушку. Вот я и опускала то и дело глазки долу, успевая из-под ресниц оценить реакцию мужа. Сейчас протеста не последовало, и я продолжила: – Принц Алеард выбирал себе невесту, а господин профессор преподавал нам, пока мы жили во дворце.

– Вот как? И что, принц выбрал не вас?

– Если бы он выбрал меня, я не смогла бы пойти за господином учителем, – доверительно сообщила хозяину. – Но я подружилась с его невестой… Хлоей. Она очень хорошая.

– Подружились с принцессой… Хм, это очень полезное знакомство. Вы дальновидная девушка!

– На что это вы намекаете? – надула губки. – Она моя подруга! А к королевской семье я и так отношение имею. – Едва заметное отрицание Вольфа. – У нас корни от одних предков! – Гордо задрала подбородок.

– Да? – усмехнулся маркиз, но очень заинтересовано. – И какой у вас титул, сударыня?

Я поднялась из кресла, расправила плечи и хорошо поставленным голосом произнесла:

– Алфея Герменгильда Марта-Лис Николетта Олмарк, сударь. – Имя Петра пропустила. Почему-то не хотела его называть. Вольф это тоже заметил. – Герцогиня!

Маркиз вытаращил на меня удивленные глаза, резко бухнулся на одно колено и порывисто схватил за руку, чуть не вывихнув мне плечо. Я невольно поморщилась. А он страстно припал к моему запястью, словно хотел приклеиться. Недовольно посмотрела на Вольфа: почему он не пресекает это безобразие? Но он снова, одними губами, повторил то, что сказал при встрече: «Терпи!»

Изобразила негодование и попыталась осторожно отнять свою руку у сраженного маркиза. С трудом, но удалось.

– Герцогиня… – прошептал Лотарио. – Но почему вы сразу не сказали? И ты молчал! – грозно глянул он на Вольфа.

– Поработал бы на том отборе, – отмахнулся он от маркиза с недовольной миной, – сплошные баронессы, виконтессы, графини, герцогини, принцессы… А еще надо было не забывать, что одна из них – будущая жена наследника престола и королева! И все со своими капризами!

Пока Вольф посвящал Лотарио в незначительные подробности королевского отбора, я решила проанализировать, что собой представляет наш хозяин. Чтобы он не заметил умственных усилий на моем лице, переместилась к чучелу огромного кабана и стала делать вид, что меня заинтересовали его клыки, искоса поглядывая на маркиза.

Выглядел он старше своих лет, если я правильно посчитала его возраст. Из рассказа Вольфа помнила, что члены Пентагерона были выпускниками университета, следовательно, тогда им было двадцать три – двадцать четыре года, а то и меньше. Значит, сейчас господину Фармазотти чуть больше тридцати. Я же посчитала его сорокалетним мужчиной, когда он ворвался в монастырь. Сейчас-то я видела, что его старит суровая складка между бровей и седина на висках. Прямой нос придает аристократичному лицу хищное выражение. Темно-серые глаза всегда прищурены, а тонкие губы постоянно кривятся в усмешке. Красивое, но неприятное лицо опасного человека. Такое лицо было у Берты. Из них получилась бы отличная пара, взрывоопасная, как гремучая смесь.

Вольф прав, такого человека стоит опасаться. Ведь как-то он устроился в этом мире, да не просто устроился, а стал феодалом, хозяином здешних земель и вершителем людских судеб.

Кстати, а как это они оказались так вовремя в монастыре? Его же не было в городе…

– Господин Лотарио, – обратила на маркиза благодарный взгляд, отворачиваясь от кабана, – я еще не поблагодарила вас за свое спасение! Вы так вовремя приехали в монастырь. А толстый монах сказал, что вас нет в городе. Спасибо вам! – присела в реверансе.

– Ну что вы, Алфея, – польщенно приосанился хозяин, – мой долг следить за порядком в этих краях! Без моего решения не может состояться ни одна казнь! – Меня передернуло от этих слов, да еще и сказанных с такой гордостью. Заметит, что я вздрогнула, сошлюсь на собственный негативный опыт. – А сегодня утром прискакал гонец из монастыря и сообщил, что Фабиано велел сжечь ведьму! Вот я и поспешил узнать… – Ага, поспешил… На коне до монастыря скакать минут пятнадцать, как я убедилась. Аутодафе мое начали примерно в полдень. Да он рекорд скорости установил! Правда, утро у людей начинается в разное время! – Святой отец не имел права это делать! Приговор выносит светская власть, которую я и представляю, – продолжал бахвалиться маркиз, – и только от моего решения зависит, виновен человек или нет!

– Ваша Светлость, – сделала испуганные умоляющие глаза, – вы ведь меня не отдадите больше монахам? Они опять попытаются меня сжечь, – сделала паузу, а потом лукаво пояснила: – а это все равно бесполезно. Огонь – моя стихия.

– Разумеется, нет, герцогиня! – заверил меня хозяин. – Но отмазку для церковников придется сочинять…

Я заморгала глазками от недоумения, причем совершенно искренне. Ведь вопрос о монахах я задавала ему, изображая легкий флирт, а он принял все всерьез. А слова об оправдании совсем сбили меня с толку. Он что, домой возвращаться не собирается?!

«То-то и оно…» – подтвердила мои подозрения скупая мимика Вольфа.

Ангидрит твою, печально по монастырю голяком! Вот это номер…






Date: 2015-07-10; view: 111; Нарушение авторских прав

mydocx.ru - 2015-2019 year. (0.019 sec.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав - Пожаловаться на публикацию