Главная Случайная страница


Полезное:

Как сделать разговор полезным и приятным Как сделать объемную звезду своими руками Как сделать то, что делать не хочется? Как сделать погремушку Как сделать неотразимый комплимент Как сделать так чтобы женщины сами знакомились с вами Как сделать идею коммерческой Как сделать хорошую растяжку ног? Как сделать наш разум здоровым? Как сделать, чтобы люди обманывали меньше Вопрос 4. Как сделать так, чтобы вас уважали и ценили? Как сделать лучше себе и другим людям Как сделать свидание интересным?

Категории:

АрхитектураАстрономияБиологияГеографияГеологияИнформатикаИскусствоИсторияКулинарияКультураМаркетингМатематикаМедицинаМенеджментОхрана трудаПравоПроизводствоПсихологияРелигияСоциологияСпортТехникаФизикаФилософияХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника






Глава 9. Ты собираешься жениться на Вилии, Иона?





 

Ты собираешься жениться на Вилии, Иона? — Гай Просперо был ошеломлен этой новостью. — Почему? Она уже немолода.

— Я делаю это для вас, мой господин, — ответил ему ближайший советник. — Хотя вы были очень добры к ней, однако, несмотря на все ваше великодушие, она стыдится того, что вы прогнали ее, чтобы жениться на прекрасной госпоже Шифре. А теперь, когда вы объявили, что собираетесь сделать Шифру императрицей Хетара, стыд госпожи Вилии медленно превращается в ненависть. Мы должны поставить плотину на пути ее гнева, и сделать это быстро.

— Но как замужество с бывшим рабом успокоит гнев Вилии? — удивился император. — Она гордая женщина и родилась в одной из самых древних и родовитых семей Хетара.

— Мой господин! В юности я действительно служил вам в качестве раба, но разве вы никогда не интересовались моим происхождением? Я сын благородных родителей. Может быть, я не так знатен, как госпожа Вилия, но, заверяю вас, ей не придется стыдиться меня.

— Ты знаешь, кто твои родители? — спросил император с интересом и любопытством. — Кто же они?

— Моим отцом был сэр Руперт Кровавая Секира, Доблестный Рыцарь. Как вы знаете, он уже давно умер. А моя мать — госпожа Фара, хозяйка Дома удовольствий. В свое время сэр Руперт заплатил хозяйке Дома удовольствий, у которой тогда служила моя мать, за право быть с ней вместе целый год.

Когда я родился, меня отдали на попечение кормилицы, услуги которой оплатил мой родитель, и моя мать вернулась к своим обязанностям. Как вы знаете, она стала известной женщиной для удовольствий, а со временем хозяйкой того Дома, где служила. Вы можете спросить ее. Моя мать не отречется от меня, мой господин, и я из хорошего рода.

— Но почему ты был рабом? — захотел узнать император.

— Сэр Руперт умер, когда мне было шестнадцать лет. Незаконные дети Доблестного Рыцаря принадлежат ему на тех же основаниях, что и любая его собственность. Обычно Доблестные Рыцари включают в свое завещание пункт, в котором освобождают всех детей, которых могли произвести на свет вне брака. Иногда Доблестный Рыцарь делает это, даже если не знает, зачал ли таких детей. К несчастью, мой отец просто забыл об этом пункте.



Так я стал частью имущества в его поместье. А жена сэра Руперта была ревнивой. Она родила своему мужу пять дочерей, но ни одного сына. Это мешало моему отцу продвигаться по службе, и он был недоволен.

Мои несчастные сводные сестры далеко не красавицы. Наш отец потратил целое состояние на их приданое, чтобы найти им подходящих женихов. А меня отправил учиться в академию. В тот день, когда его похоронили, в класс пришел солдат и увел меня с урока. Меня продали на рынке рабов. Моя мать, разумеется, была в ярости, но меня продали не куда-то, а в ваш дом, мой господин. И я попросил ее молчать, потому что хотел служить человеку, которым восхищался.

Император просиял от удовольствия, услышав подобный комплимент в свой адрес.

— Именно это я стараюсь делать и теперь — служить вам, как служил всегда.

— Вилия знает о твоем происхождении? — спросил Гай Просперо.

— Да, мой господин, знает, — ответил Иона.

— И она возьмет тебя в мужья?

— Ее сердце всегда будет принадлежать вам, мой господин, — солгал Иона, пустив в ход свое обманчивое обаяние. На самом деле Вилия целиком и полностью принадлежала ему, а Гай Просперо ничего для нее не значил. — Несмотря на вашу щедрость, начались довольно неприятные разговоры о вашем поведении по отношению к ней. Быстро выйдя замуж снова, она опровергнет эти сплетни. А мы, разумеется, не можем позволить ей найти себе мужа из честолюбивой семьи. Он использовал бы ее как средство для своего продвижения вверх и стал бы угрозой для вашего трона. Я не могу допустить этого! Поэтому предложил себя в мужья госпоже Вилии. Но она не согласится стать моей женой без вашего личного разрешения и одобрения. Поэтому я пришел к вам и на коленях прошу: окажите милость, благословите, мой император.

— Мы с Шифрой разрешаем вам вступить в брак! — внезапно воскликнул Гай Просперо. — Пусть весь Хетар увидит, как я щедр к матери моих детей. Но сначала нужно сообщить народу о твоем происхождении. Я не хочу, чтобы люди подумали, будто я оскорбил Вилию, заставив ее выйти замуж за бывшего раба. Может быть, делу поможет, если вы оба объявите, что после нашего с ней развода понравились друг другу. Потом придете ко мне, и я благословлю вас. Да! Да! Именно так мы и сделаем, Иона. Идеальное решение. Оно покажет людям, что у меня доброе сердце. — Гай Просперо широко улыбнулся при этой мысли.

— Это блестящее решение, мой господин. Благодарю вас! — сказал Иона и поцеловал руку своему повелителю.

Вскоре по городу распространилась новость. Ближайший советник императора, проведший десять лет в рабстве, на самом деле сын сэра Руперта Кровавая Секира и знаменитой хозяйки Дома удовольствий, госпожи Фары. Дочери сэра Руперта подтвердили это. Их мать уже умерла, и они могли признать, что Фара — любовница их отца — сделала его счастливым в последние годы жизни. Это она убедила его увеличить их приданое. Таким образом, каждая из них стала более желанной для потенциальных женихов. Они в один голос заявили, что не одобряли свою мать, когда та продала несчастного мальчика в рабство.



Услышав об этом, Иона улыбнулся, на самом деле его сводным сестрам тогда было совершенно наплевать на него. Но он побывал у каждой с визитом и поел у каждой за столом. Все они были замужем за влиятельными людьми, и ему было бы совсем не вредно привлечь их мужей на свою сторону, когда придет время. Родственники Вилии тоже красноречиво одобрили ее будущий брак с Ионой. Наконец Иона отправился с визитом к своей матери.

Госпожа Фара в присутствии многих людей приветствовала сына перед дверью своего Дома удовольствий, а потом отвела его в свои личные комнаты, хорошо укрытые от посторонних глаз.

— Какой ты умный, Иона, — сказала она и тепло улыбнулась сыну. — А твое терпение просто поражает. Сколько времени ты подготавливал эту свадьбу?

Мать Ионы была очень красивой. Свои черные волосы, длинные и прямые, она зачесывала назад. Ее темные, немного раскосые глаза походили на бордовые вишни.

На лице Ионы мелькнула улыбка, и он ответил:

— Немало.

— Я надеюсь, сын, что ты влюбил ее в себя.

— Она предана мне, и как мужчина я ее более чем удовлетворяю, — ответил он. — Очевидно, я унаследовал твою страстность.

— Это великолепно! У тебя есть главное, чтобы держать ее под контролем. Если она будет довольна и счастлива, то ее семья тоже будет довольна и счастлива. Полагаю, однажды они будут тебе очень полезны.

Иона ничего не ответил, по его темным непроницаемым глазам вообще ничего нельзя было угадать о замыслах и чувствах. «Да есть ли они у него вообще?» — подумала госпожа Фара и сразу же посмеялась над собой. Конечно, у него есть замыслы. Иона с самого рождения был спокойным и задумчивым. В глубине души Фара знала, что он, как и она, честолюбив. И она сказала:

— Я помогу тебе, когда ты попросишь.

— А я попрошу, — ответил он с едва заметной улыбкой.

Мать угостила сына фрином, они немного поговорили о светских новостях, а потом Иона покинул Дом удовольствий. Он подумал, что должен узнать имя владельца этого дома и купить его для матери. Он будет щедрым, и владелец продаст дом, чтобы заслужить благосклонность ближайшего советника императора. Иона знал, что его мать — честная женщина и не может хранить верность и сыну, и хозяину Дома удовольствий, у которого служит. Но после продажи дома она будет вправе отдать всю свою верность ему. А когда госпожу Фару выберут новой Старшей госпожой гильдии женщин для удовольствий, власти у него станет еще больше. Иона поспешил домой, где ждала Вилия. Она нетерпеливо бросилась к нему в объятия, он улыбнулся в ответ.

— Я зашел в гости к своей матери. Ей приятно, что мы поженимся, — сказал он.

— Я могу встретиться с ней? — спросила Вилия. — Мы могли бы пригласить ее сюда.

— Великолепное предложение! — одобрил ее Иона.

— Я так горжусь тобой! — тихо сказала Вилия. — Какой ты честолюбивый, не то что Гай! Его нам пришлось толкать к трону на каждом шагу.

— А теперь мы с тобой вместе сбросим его с этого трона, — ответил Иона. — Война с Терой будет последней кап лей, народ Хетара потеряет терпение.

— Тера действительно нам не опасен? — спросила Вилия.

— Судя по тому, что я видел, когда был там послом Хетара, теране хотят только одного — жить спокойно. Они обязательно будут защищаться от нас, если мы нападем. Но только защищаться. Они отобьют нападение Хетара и оставят нас зализывать раны. А пока император будет руководить этим обреченным на неудачу походом, мы подорвем его власть.

— Мы убьем его? А его девчонку-императрицу? — взволнованно спросила Вилия.

— Его, конечно, убьем, — ответил Иона. — У него до самого конца будут друзья среди знати, но, как только мы его убьем, они перейдут к нам. Магнаты никогда не забывают о собственных интересах. Нельзя, победив в войне, оставить врага живым, чтобы он копил силы. Это безумие.

— Некоторые люди назовут тебя жестоким, — вполголоса сказала Вилия.

— Они не посмеют сказать это вслух. И не в их власти подкрепить эти слова, — ответил ей Иона и перевел разговор: — Хватит рассуждать о стратегии, моя дорогая. Я ку пил тебе подарок на рынке рабов.

Он хлопнул в ладоши, и в комнату тут же ввели молодого, совершенно обнаженного раба.

Он был высок и хорошо сложен. Вилия не могла отвести взгляд от его члена: такого большого она в жизни не видела. Наконец она повернулась к Ионе и вопросительно взглянула на него.

— Он тебе нравится, дорогая? — спросил Иона.

Вилия медленно кивнула в ответ.

— Осмотри его и потрогай, дорогая!

Она обошла вокруг раба, подняла рукой его почтительно опущенную голову. Красивое лицо, глаза глубокого коричневого цвета. Но их взгляд ничего не выражал. Когда она отпустила его голову, он снова склонил ее. Вилия провела рукой по твердому бицепсу раба, погладила ягодицы, а потом, не удержавшись, дотронулась до огромного члена.

Вилия подняла взгляд на Иону. На губах советника возникла едва заметная улыбка, и он ободряюще кивнул своей возлюбленной.

Вилия провела по члену, взяла в руку большой семенной мешок. Источник семени был прохладным — значит, раб силен. Она почувствовала, как волна жара заливает ее тело. Когда член раба начал напрягаться от ее прикосновений, Вилия тихо ахнула и снова взглянула на Иону, но не убрала руку.

— Почему? — спросила она.

— У тебя большой аппетит в любви, — объяснил Иона. — Настанет время, когда груз государственных дел не позволит мне постоянно быть с тобой. Я не хочу, чтобы ты была несчастна, но также не хочу, чтобы ты наставляла мне рога, как Гаю. Раб обучен услаждать женщин любовью. Это его единственная функция. Он идеально подойдет для тебя, моя дорогая. Он немой, но будет понимать и выполнять твои команды. И, как мне сказали, дорогая Вилия, у него очень умелый член и язык. Если тебе не понравится, я верну его назад и найду тебе другого. Вилия была потрясена.

— Ох, Иона, мой дорогой! Как тебе удалось так хорошо узнать меня? Мы действительно хорошая пара. Я осталась бы тебе верна, даже если бы иногда это было мне трудно. То, что ты подумал о моих потребностях и подарил мне красивого раба, — доброта и любезность свыше всякой меры. — Вилия взяла Иону за руку, поднесла его ладонь к своим губам и горячо поцеловала. — Спасибо!

— Посмотрим, понравится ли он тебе, — лукаво сказал Иона.

— Здесь? Сейчас? — Вилия не знала, смущаться ей или нет.

— Почему бы и нет, моя дорогая? Если он не понравится тебе, то чем скорее я его верну, тем лучше.

— Иона, я не думаю, что…

— Я хочу увидеть, как ты пользуешься им, Вилия. Мне нужно знать, что ты счастлива, — твердо сказал ей Иона. — А теперь подними подол платья и перегнись через подлокотник этого дивана. — Он показал, какого именно. — Посмотри на Дорана — это его имя. Его огромный член уже жаждет войти в тебя. Если ты собираешься быть моей женой, дорогая, ты должна охотнее подчиняться моим желаниям. Я высоко ценю твои мудрые советы, но так же высоко ценю твое послушание. — И, немного понизив голос, скомандовал: — Идем!

Иона подвел Вилию к дивану и, когда она наклонилась, сам поднял подол ее платья, обнажив красивые белые бедра. Затем он сделал знак Дорану и приказал:

— Выполни свою обязанность с новой хозяйкой!

Доран подошел к ожидавшей его Вилии, направил свой огромный длинный член, сжал ее бедра сильными пальцами и мощным рывком вошел в нее.

Вилия почувствовала, что вход во влагалище широко растянулся. К своему удивлению, она обнаружила, что может уместить этот невероятный стержень в своем влагалище. Никогда за всю свою жизнь Вилия не пробовала такого гиганта. У Гая член средних размеров, у Ионы большой, но у этого Дорана просто громадный. Доран начал пронзать ее сначала медленно, потом все быстрее. Она достигла вершины наслаждения раз, второй, третий. Стонала все сильнее и наконец почти заплакала.

— Хватит! — приказал рабу Иона, и Доран мгновенно вышел из нее.

— Нет! — крикнула Вилия. — Нет! Нет! Нет! — И тогда она почувствовала, как Иона умело привел ее и себя к идеальному завершению.

— Ох, мой дорогой! — шумно вздохнула она от величайшего и полного удовлетворения. — Спасибо тебе!

Иона вышел из нее, повернул к себе, чтобы видеть лицо, и серьезно спросил:

— За раба или за другое?

— За все! — горячо ответила она.

Иона опустил подол платья, поставил ее на ноги и спросил:

— Значит, раб тебе нравится, дорогая?

— Да, но ты нравишься больше, — призналась она.

Он кивнул в ответ и спросил:

— Ты будешь пользоваться им, когда он тебе понадобится, Вилия?

— Да. Это был очень хорошо обдуманный подарок, мой господин, — с улыбкой ответила Вилия.

— Я рад, что ты в восторге от подарка, моя дорогая, — сказал Иона и поцеловал ее. Затем повернулся к рабу: — Иди в ту часть дома, где живут рабы, Доран. Твоя госпожа позовет тебя, когда ты будешь нужен. Ты сегодня хорошо поработал, и я доволен тобой.

Раб повернулся и выбежал из комнаты. Иона взял Вилию за руку и подвел ее к большому креслу, на котором хватало места для обоих.

— Император хочет сам устроить нашу свадьбу. Это его подарок, — сказал он.

— Я устрою так, чтобы этот праздник был как можно более роскошным и причудливым, — ответила она.

Иона громко засмеялся.

Вилия вдруг поняла, что за все годы, которые она знает Иону, всего один или два раза слышала его смех. Сегодня она увидела своего возлюбленного по-новому. С первых дней их знакомства она поняла, что Иона умен и честолюбив. Но до сегодняшнего дня не знала, как он опасен. От страха у нее по спине пробежала дрожь. Иона, может быть, знает ее слишком хорошо, правда, несмотря ни на что, ей от этого скорее радостно, чем тревожно. Но кое-чего о ней он не знает и, возможно, не узнает никогда. Пока самая лучшая линия поведения — осторожность. Она действительно любит Иону, а Гая Просперо никогда по-настоящему не любила.

— Не позволяй Гаю потратить много денег, иначе наша свадьба будет вульгарной. И мы должны помнить, что, если я собираюсь сменить его у власти, я, разумеется, должен быть больше, чем он, похож на человека из народа и меньше на магната, — посоветовал Иона Вилии, поцеловал ее в щеку, встал с кресла и сказал: — Мне надо идти на встречу с хозяином Дома удовольствий, у которого служит моя мать. Я хочу купить этот дом.

— Какое мудрое решение! — крикнула Вилия и захлопала в ладоши от восторга.

— Я думаю, так будет разумнее для нас обоих, — заметил Иона и ушел.

Оставшись одна, Вилия подумала, не позвать ли снова Дорана, но потом решила этого не делать. Этот раб для секса — дорогое удовольствие, которое надо использовать экономно. Он должен много работать только в то время, когда рядом с ней нет Ионы. Лучше вместо этого послать по магической связи фей письмо госпоже Шифре, чтобы они смогли встретиться и вместе обсудить подготовку к свадьбе Вилии.

Вилия вызвала служанку и послала ее за писцом, чтобы он написал письмо под ее диктовку.

 

Это письмо было доставлено госпоже Шифре, когда та сидела перед зеркалом, а любимая служанка расчесывала ее темно-золотые волосы. Шифра взяла письмо в руки и с удивлением увидела на этом сложенном листке пергамента печать Вилии.

— Чего она может хотеть от нас? — подумала она вслух, потом сломала восковую печать, развернула письмо и прочла его медленно и внимательно. Дочитав, Шифра вызвала другую служанку и приказала ей: — Иди и скажи моему господину императору, что я должна как можно скорее поговорить с ним.

— Да, госпожа, — ответила служанка и быстро вышла из комнаты.

— Вотри мне в волосы немного масла лилии, — велела Шифра Тании, которая снова принялась расчесывать ее волосы. — Ты знаешь, как он любит этот запах.

— А! Вы чего-то от него хотите, — догадалась Тания.

— Не просто чего-то. Госпожа Вилия выходит замуж за господина Иону. Она пишет мне, что император в качестве подарка сам устраивает их свадебный праздник, и просит, чтобы я помогла ей спланировать свадьбу.

— Конечно, он должен был предложить себя как устроителя для такой свадьбы. Это умный шаг с его стороны, — сказала Тания.

— Почему? — полюбопытствовала Шифра.

— Потому что народ посчитает это великодушием и щедростью.

— Устроить свадьбу своей бывшей жены со своим же бывшим рабом — великодушие и щедрость? — не поняла Шифра. — Разве эта госпожа не получает мужа ниже происхождением, чем она сама? Мне говорили, что ее семья — старинная и гордая.

— Она действительно такая, госпожа, — подтвердила Тания. — Но у Ионы почти такая же хорошая родословная, и то, что он десять лет служил в этом доме в качестве раба, не уменьшает его знатности. Его отцом был известный Доблестный Рыцарь, а его мать — хозяйка Дома удовольствий. Даже ходят слухи, что, когда госпожа Джиллиан выйдет в отставку, мать Ионы, госпожа Фара, будет избрана Старшей госпожой гильдии женщин для удовольствий. Кроме того, она родственница сквайра Дараха.

— Откуда ты знаешь все это? — удивилась Шифра.

— Когда Иона оказался в доме Просперо, он в одну из очень редких минут слабости рассказал мне об этом, а потом заставил поклясться, что я буду хранить его слова в тайне. Поскольку знание этой тайны не причиняло вреда моему господину Гаю, я поклялась. Я уже тогда видела, что Иона вернет себе свободу и когда-нибудь станет большим человеком. Так и случилось. Эта свадьба — умный поступок с его стороны, потому что сделает его родственником нескольких очень знатных семей.

— Это не сделает его опасным для моего дорогого господина? — догадливо спросила Шифра.

Тания вздрогнула и ответила:

— Я никогда не сомневалась в верности Ионы. Император тоже никогда не сомневался в ней, моя госпожа и повелительница. Вы тоже не должны сомневаться, — предостерегла она.

В этот момент в комнату Шифры вошел Гай Просперо. Как только он взглянул на Шифру, его глаза заблестели, а лицо просияло.

— Моя дорогая! — позвал он.

Шифра немедленно пришла в его объятия и подставила ему губы для поцелуя. Он поцеловал ее и, наморщив нос, жадно втянул ее запах.

— Лилии! Ты пахнешь лилиями, моя дорогая. Когда ты позвала меня, я сразу же ушел с заседания Совета, потому что выполнить любое твое желание для меня удовольствие.

Шифра усадила императора на широкий диван, сама села рядом.

— Я получила письмо от госпожи Вилии. Она пишет, что ты дал свое согласие на ее брак с господином Ионой.

— Дал, — подтвердил Гай Просперо, — и узнал о моем дорогом Ионе кое-что поразительное. — Затем император стал пересказывать Шифре то, что узнал о своем советнике.

Шифра, слушая его, притворялась, что поражена.

— Я всегда подозревал, что он не простого происхождения. Иона никогда не был похож на простого хетарианца.

— Мы должны обдумать подготовку к их свадьбе, — сказала Шифра.

— Конечно должны! — горячо согласился император. — Разве это не великолепно, моя дорогая? Мы вместе будем хозяевами на этом празднестве.

— Нет, — заявила Шифра, — я не смогу быть на нем хозяйкой.

Тания открыла рот, готовясь ахнуть, но тут же подавила свой порыв. Что случилось с этой глупой девчонкой? Почему она бросает вызов Гаю Просперо и мешает его грандиозному замыслу показать себя самым добросердечным и терпимым правителем?

— Нет? — удивленно повторил император. — Почему ты отказываешь мне, Шифра? Ты никогда ни в чем мне не отказывала, дорогая. В чем же дело теперь?

— Мой господин, ты женился на мне в тот самый день, когда было закончено законное оформление твоего развода с Вилией. Наша свадьба была тихой и скромной, но я была счастлива уже от одного того, что стала твоей женой. Но, мой господин, я еще не коронована как императрица. А разве ты не обещал мне это? Как мы сможем оказать должный почет господину Ионе, который так верно служил тебе все эти годы, и госпоже Вилии, которая тоже преданно тебе служила и родила детей, если я буду стоять с тобой рядом только как твоя жена, а не как императрица Хетара?

При этих словах своей хозяйки Тания широко раскрыла рот от изумления, но сразу же закрыла его и перевела взгляд на Гая Просперо.

Император помолчал, усваивая слова Шифры. А потом сказал:

— Ты права, моя дорогая! Перед тем как Иона и Вилия поженятся, ты должна быть коронована. После этого мы устроим праздник в честь их свадьбы уже как верховные правители Хетара. Все будут считать, что оказать такую честь ему и ей — невероятное благородство с нашей стороны. — Он вскочил со своего места рядом с Шифрой. — Я сейчас же пойду готовить твою коронацию!

— Еще я хочу, чтобы госпожа Вилия прислуживала мне во время коронации! — промурлыкала Шифра. — Пусть несет за мной шлейф, а потом служит подставкой для моих ног, а Иона — для твоих, когда мы вместе сядем на трон в коронах перед нашим народом.

Гай Просперо повернулся к ней и улыбнулся во все лицо:

— Какое прекрасное зрелище ты придумала, дорогая! Я не мог выбрать ни одну из своих прежних жен императрицей. Они не были достойны этой чести, поскольку не обладали твоей величавой осанкой и дальновидностью, — похвалил он Шифру и ушел.

Оставшись одна, она довольно улыбнулась.

Вилия же при шла в ярость, когда узнала, почему отложена ее свадьба.

— Как она смеет! — Она почти орала на Иону.

Советник быстро шагнул вперед и закрыл ей рот ладонью.

— Не кричи о своих чувствах перед всеми, — предостерег он Вилию. — Я постараюсь смягчить этот удар. Но если император желает короновать свою жену как императрицу до того, как устроит нашу свадьбу, ему нельзя мешать.

Вилия оторвала его ладонь от губ и прошипела:

— Я не буду скамейкой под ее ногами. Я буду нести шлейф этой маленькой сучки и улыбаться во весь рот всем, кто будет это видеть. Но служить скамейкой для ног — это уж слишком.

— Я тоже не буду скамейкой, — успокоил ее Иона. — Верь мне, Вилия. До коронации Шифры я добьюсь отмены этого. Обещаю.

— …А мне нравится эта мысль. Ты и Вилия у нас под ногами! Это хорошо символизирует мою абсолютную власть надо всем, — сказал своему ближайшему советнику Гай Просперо, когда тот заговорил на эту тему за несколько дней до коронации Шифры.

— Вы правы, мой господин, но разве это не будет немного вульгарно и банально? Кроме того, может повредить моему авторитету, когда я стану говорить от вашего имени. А я знаю, — лукаво добавил Иона, — что вы этого не хотите. Вам не нужно класть меня под ноги, чтобы доказать хетарианцам, какой вы великий император и что я верен вам и вашему делу. А задумались ли вы над тем, что, если положите Вилию под ноги молодой императрице, это может показаться людям жестокостью? Молодая новая жена топчет брошенную прежнюю жену, которая старше? Народ любит Вилию. Она не заслуживает такого обращения с вашей стороны, мой господин.

— В чем дело, Иона? Ты начинаешь любить Вилию? — тихо спросил император.

— Мой господин, она будет моей женой. Я всегда буду относиться к ней достойно и с уважением, это создаст хорошее впечатление обо мне как ее муже и о вас тоже как о моем повелителе. Ведь это вы научили меня этикету, став для меня примером.

— Да, ты прав, этому научил тебя я, — ответил ему Гай Просперо. — Хорошо, Иона! Я согласен с тобой. Я потерял голову от любви к Шифре и вел себя неразумно.

— Я не хотел бы стать причиной ссоры между вами и молодой императрицей, — тихо сказал Иона.

— Чепуха! — засмеялся император. — Шифра поймет и уступит.

Однако Шифра заупрямилась. Она уступила лишь после того, как ее муж пообещал ей вместо одетой в шелк спины Вилии золотую скамейку, украшенную драгоценными камнями.

— Но это не будет и наполовину так эффектно и символично, как то, что предложила я! — расстроилась она и капризно надула губы.

— Даже такие люди, как мы, иногда должны идти на уступки, дорогая. Вилия в восторге оттого, что будет нести твой шлейф, — сказал император своей молодой жене…

— А я буду нести скипетр императора, — сказал Иона Вилии, когда вернулся домой и сказал ей, что добился успеха у Гая Просперо.

— Эта молодая жена Гая создаст ему больше неприятностей, чем я и Анора, вместе взятые! — фыркнула Вилия.

— А разве это нам не выгодно, моя дорогая?

— Думаю, выгодно, — согласилась Вилия. — Пока он сходит с ума от любви к ней, начнет совершать ошибки, ничего не будет замечать вокруг себя, и в конце концов сам подготовит собственное падение.

— Вот именно! — сказал Иона.

— А когда мы нападем на Теру? — спросила Вилия. — Чем дольше мы ждем, тем опаснее для нас эти теране. Или, по крайней мере, народ должен верить, что это так.

— Самое выгодное для нас время — конец будущей весны. Тогда море будет спокойным, и наши корабли легко пересекут море Сагитта. Тера — великолепная страна, хотя, может быть, и примитивная. Но она не похожа на Хетар. Люди живут вдоль берегов семи фьордов — так называются узкие морские заливы. У этих заливов есть названия — Доминус, Шелк, Юлвери, Океан, Звездан, Зеленый и Свет. Фьорды глубоко врезаются в сушу, а по обеим сторонам каждого из них высятся крутые зеленые горы. По другую сторону гор земли так много, что даже сами теране не знают размеров этого края. Этот край разделен на две части горным хребтом, который называется Изумрудные горы. Кто знает, что находится за ними? Возможно, доминус, но он никогда не говорил мне о том, что ему известно.

— А та девушка-фея, Лара, по-прежнему его жена? — полюбопытствовала Вилия.

— Да. Она стала великой и благородной женщиной.

— Девочка, которая выросла в квартале солдат? Полукровка, дочь феи? — с презрением спросила Вилия: ей не понравилось восхищение, которое она услышала в голосе Ионы.

— Ты много лет не видела ее, Вилия. Она стала красивее и более умелой в магии. Народ любит ее так же, как наш любит тебя. Она мудра, и доминус сильно зависит от нее, моя дорогая. Но она воспользуется своей магией против Хетара только в том случае, если Хетар нанесет удар по Тере. Я думаю, Вилия, ты знаешь так же хорошо, как я, что Тера на самом деле не представляет угрозы для Хетара. Война, которую планирует император, — всего лишь средство, которое позволит нам достичь нашей цели. Он потерпит неудачу, и многие хетарские молодые мужчины будут убиты. Тогда народ повернет против него и станет кричать, что стране нужен новый правитель. Наши люди всегда так делают. Помнишь, как он наугад бросился в зимнюю войну против Дальноземья? Ему понадобилось пять лет, чтобы вернуть себе доверие граждан Хетара. Тогда это ему удалось, но второй такой возможности у него не будет.

— Тогда Высший совет был сильнее, — напомнила своему возлюбленному Вилия. — И члены Совета всегда хорошо правили Хетаром. Что, если народ захочет снова поставить во главе страны Высший совет? И вспомни, Иона, тебя прозвали правой рукой императора. Ты очень сильно связал себя с его политикой. Как ты в таких обстоятельствах сможешь завоевать доверие народа?

— Предоставь это мне, дорогая. Я не ошибусь, — тихо ответил Иона.

Вилия взглянула ему в лицо, улыбнулась и сказала:

— Да, думаю, ты справишься с этим, дорогой. А теперь скажи мне, на какой день назначена коронация Шифры?

— Тебе так хочется увидеть ее в короне?

— Нет, но мне очень хочется как можно скорее стать твоей женой. Раз это может произойти только после того, как на нее наденут корону, то, пожалуй, да, мой дорогой, мне не терпится, чтобы это сделали. Пусть это закончится как можно раньше. — Вилия улыбнулась и объяснила: — Я хотела бы родить ребенка — твоего ребенка. Твоего наследника, мой дорогой. И я очень хочу, чтобы он родился как можно раньше после нашей свадьбы, до того, как Шифра родит императору сына. Я хочу, чтобы народ считал Гая дураком, который прогнал плодовитую жену, чтобы жениться на бесплодной девчонке.

Иона на мгновение онемел, так удивили его эти слова. Он всегда хотел жениться на Вилии, потому что ему было важно породниться с ее семьей. Конечно, он постоянно думал и о том, что в будущем ему станет нужен наследник. Конечно, ему нужен сын!

— Вилия, дорогая! — Он обнял ее. — Это так велико душно с твоей стороны! Спасибо тебе, что подумала об этом. Да! Мы должны иметь общего ребенка. — И Иона крепко поцеловал ее в губы.

Вилия пришла в восторг от такой реакции на ее решение. Она знала, что ей больше не следует зачинать детей, потому что ей уже больше тридцати лет и последний раз она рожала почти двадцать лет назад. Кроме того, ей не хотелось провести всю оставшуюся жизнь в тени мужа. Она родилась для величия. Ее мать предсказала ей это еще при рождении.

Вилия ответила поцелуем на поцелуй Ионы, отодвинулась от него и сказала:

— Я сделаю все, что должна, чтобы ты смог достичь своей цели, любимый.

— Это безопасно для тебя? — спросил он. — Мне не хочется потерять тебя, моя дорогая Вилия. — Сейчас она и ее благополучие были для него важнее, чем ее семейные связи.

— Я вышла замуж за Гая, когда мне было тринадцать лет. И родила нашего сына в четырнадцать, — ответила она. — Теперь он уже взрослый, а мои дочери замужем. Но я еще достаточно молода, мой любимый, и меня можно оплодотворить. Я могла бы родить тебе нашего сына — это будет именно сын — к концу будущего года.

Вилия улыбнулась Ионе: ей было приятно, что он беспокоится о ней.

— Если так, я должен убедить императора, что коронация Шифры должна произойти до наступления самых холодных месяцев, чтобы люди смогли прийти в город посмотреть на церемонию. Потом я договорюсь о том, что наша свадьба состоится через неделю после коронации. Этот праздник запомнят надолго, не то что коронацию этой наглой девицы, — сказал он.

— А после того, как ты сбросишь Гая Просперо с трона, я надену корону? — промурлыкала Вилия.

— Мы будем коронованы вместе, дорогая, — пообещал Иона. — Только вместе. И коронация будет великолепнее, чем у любого из наших предшественников. Это я тебе обещаю, моя умная и плодовитая Вилия.

Она подняла взгляд, всмотрелась в лицо Ионы и улыбнулась. Когда-то, в первый раз увидев Иону, она сразу поняла, что он станет великим. И инстинктивно чувствовала, что, если их свяжет общий ребенок, Иона никогда не бросит ее, как сделал Гай Просперо. Иона смотрит вперед. Ему, как и ей, нравится секс, но еще больше нравится власть. Она и он — идеальная пара. Может быть, такая же идеальная, как доминус и домина Теры.

Иона сдержал свое слово: уговорил Гая Просперо короновать Шифру как можно быстрее. Сам он в течение нескольких следующих недель составлял брачный договор вместе с дядей Вилии, Кубертом Агасферусом. С этим богатым магнатом, хитрецом, прийти к соглашению было непросто.

— Она теперь богатая независимая женщина, — медленно говорил Куберт, сидя вместе с Ионой за стаканом вина со своих виноградников в Дальноземье. — Что вы можете ей предложить в обмен на ее богатство и родственные связи?

Иона осторожно ответил вопросом на вопрос:

— Что мужчина может предложить такой женщине?

Дядя Вилии широко улыбнулся и тихо сказал:

— Власть. Вы не такой, как наш любимый император. Этот дурак, как все старомодные мужчины, считает, что женщины мало на что годятся, кроме любовных утех. А вы цените ум моей племянницы.

— Конечно, она в качестве моей жены будет пользоваться уважением, и я действительно высоко ценю ее ум.

Куберт Агасферус громко засмеялся:

— Не пытайтесь обмануть меня, господин. Вы честолюбивы, думаете, я этого не вижу?

— Император тоже когда-то был честолюбивым, — ответил Иона.

— Он хотел стать императором и наслаждаться любовью с красивыми женщинами, — усмехнулся его собеседник. — Но вы, господин, видите дальше своего носа. И хотите большего. Я должен быть уверен, что, когда вы получите то, чего желаете, она получит равную с вами долю в вашей славе. Гарантируйте мне это, и я подпишу ваш брачный контракт.

Иона обдумал эту просьбу и ответил:

— Разве у меня есть возможность сделать это, господин? Если мы напишем на бумаге хоть что-нибудь об этом, то, какими бы невинными ни были наши намерения, эти слова можно будет неверно истолковать как измену. Подобное соглашение между нами может подвергнуть опасности не только мою жизнь и жизнь Вилии, но и всю семью Агасферус.

— Вы осторожны и имеете право на это, — одобрительно сказал Куберт Агасферус. — Но молва о вас идет впереди вас. Известно, что вы редко даете слово, но, когда да ете, оно подобно золоту. Возьмите меня за руку и дайте клятву на крови.

— На чьей крови я должен буду поклясться, если все-таки решу принять ваше предложение? — с любопытством спросил Иона.

Ответ ошеломил его.

— Поклянитесь мне жизнью вашего еще нерожденного ребенка, — потребовал дядя Вилии.

— Какого ребенка?

— Разумеется, того, которого вы зачнете в ее животе, мой молодой друг, — снова улыбнулся Куберт Агасферус. — Я знаю, вы сдержите данное мне слово, если поклянетесь его юной жизнью. Вы никогда не подвергнете опасности своего наследника. Я даже предполагаю, что он будет вашей единственной слабостью.

— Нет, — ответил Иона. — У меня нет слабостей.

— Но вы все же дадите клятву, верно? Поклянитесь мне на его крови, и Вилия будет ваша вместе со всем ее богатством и благосклонностью семьи Агасферус. У нас, господин, есть много друзей, вы же знаете.

Иона немного помолчал, обдумывая предложение Куберта Агасферуса.

Он хотел Вилию. В любви она была так же хороша, как другие женщины, с которыми он делил постель. Он хотел ее богатство. Он ценил ее советы. Для него были важны ее родственные связи. Если он станет императором, то коронует ее как свою императрицу. Разве все это не сделает Вилию равной ему? Но клясться жизнью своего еще нерожденного сына! Иона обдумал это предложение со всех сторон, каждый раз его мысль возвращалась к тому, что без Вилии Просперо, урожденной Агасферус, его планы никогда не осуществятся.

— Я прикажу моему секретарю написать контракты и включить в них приданое в необходимом размере. Вы знали, что моя племянница владеет четвертью нашей торговой компании? — сказал Куберт Агасферус.

— Да, знал, — ответил Иона, хотя лукавил. Ему придется поговорить с Вилией о том, что она имеет от него секреты. — Велите написать соглашения между нами и назначьте день его подписания. Если я решу согласиться на ваши условия, дам клятву в этот день, господин. — Он встал. — А теперь я должен вас покинуть. Надеюсь, вы простите меня за это, но до коронации императрицы осталось всего два дня, у меня много поручений от императора по подготовке, и я должен за всем проследить.

— Конечно, конечно! — весело ответил Куберт Агасферус и подал Ионе руку. — Контракты будут готовы на следующий день после коронации.

Иона пожал его бледную, но удивительно сильную руку, сказал: «Отлично!» — и поспешно ушел.

Едва он покинул комнату, в нее вошла по одному из внутренних коридоров Вилия.

— Ты слушала? — спросил ее дядя и сам себе ответил:

— Конечно да.

— Я слышала все, — ответила Вилия. — Разве я не говорила тебе, что он умный?

— Будем надеяться, что не слишком умный, — сказал Куберт Агасферус. — Подпишет он соглашение? Даст клятву на крови? И ты уверена, что он сможет сделать тебе ребенка?

— Уверена. И подпишет. И поклянется, — ответила Вилия. — Гай никогда не любил меня, дядя. Он любил поддержку, которую получал от моей семьи много лет. А Иона любит меня. Я в это верю, хотя у него и холодная душа.

— Может быть, и любит, — согласился дядя. — Но не давай своей любви к нему ослепить тебя, племянница. Мужчина, которого ты выбрала своим вторым мужем, холоден как лед. Будь у него лучшая возможность, он ухватился бы за нее и бросил тебя, Вилия. Не обольщайся на его счет.

— Но ты ведь защитишь меня, дядя, верно? — вполголоса спросила Вилия.

— Да, племянница, твоя семья будет защищать твои интересы, они у нас на первом месте, — твердо сказал Куберт Агасферус.

Вилия улыбнулась и ответила:

— Тогда мне не о чем тревожиться, дядя.

— Ты участвуешь в коронации императрицы? — спросил ее дядя.

— Я буду нести ее шлейф, — ответила Вилия.

Куберт Агасферус недовольно хмыкнул и проворчал:

— Какая самонадеянность!

— Дядя, если бы не Иона, я служила бы ей подставкой под ноги, когда она сидела бы на троне, а Иона был бы такой же подставкой для императора. Но мой умный возлюбленный убедил Гая, что такая сомнительная честь может подорвать его авторитет и ему станет труднее говорить от имени императора. Насколько мне известно, наша будущая императрица была этим недовольна, и скамейка, на которой теперь будут покоиться ее достойные ноги, — это дорогое изделие из золота и драгоценных камней.

— Это возмутительно! Что за наглость! — рявкнул Агасферус. — Эта особа чересчур уверена в себе, если потребовала такое от императора.

— Он безумно влюбился в нее, как только увидел на рынке рабов, — с легким оттенком обиды сказала Вилия. — Она очень красива и немного напоминает мне фею Лару, только у Шифры волосы темно-золотого цвета.

— Кто она? — полюбопытствовал Куберт Агасферус. — Кто ее семья? Есть ли у нее полезная родня?

— Она никто. По ее словам, жила со своей бабушкой на краю леса, который окружает Центроземье, — ответила Вилия. — Но я посылала своих людей найти эту бабушку и хижину, в которой она жила. Они ничего не узнали, дядя, и никто в том краю не смог им ничем помочь. Похоже, никто не знал ни Шифру, ни ее бабушку. Мои агенты обыскали всю границу леса, но не нашли никаких следов ее родни.

— Это интересно, — задумчиво произнес Куберт Агасферус.

— Тогда я разыскала работорговца Ленью, который продал ее. Он клянется, что нашел ее на том месте, которое называла и она. Он даже сказал, что видел маленькую хижину, которая, по словам Шифры, была домом ее бабушки. И видел старую женщину, но не стал говорить с ней, боялся, что она откажется продать ему Шифру. Он просто схватил девушку и ускакал. Я уверена, он говорил правду.

— Тогда кто она такая? — попытался понять Куберт Агасферус. — Может быть, волшебное существо и может его защитить?

— Вряд ли у нее самой есть магические способности, — ответила Вилия. — Мне кажется, она только то, что она есть, — красивая простодушная девушка, которая живет лишь для того, чтобы угождать Гаю. Она действительно идеальная женщина для него. — И Вилия тихо засмеялась.

— Не такая уж она простодушная, раз попыталась унизить тебя, — заметил ее дядя.

— Но когда она не смогла этого, не слишком протестовала. Она просто уговорила Гая заказать для нее золотую скамеечку для ног, украшенную драгоценными камнями. Я не вижу в ней злобы. Может быть, в ней кроются зачатки жадности, но она не злая. — Вилия наклонилась вперед и поцеловала дядю в щеку. — А теперь тебе пора уйти.

— Да. Я хочу, чтобы ваши договоры были составлены к завтрашнему дню. Я пришлю их тебе. Проверь, не надо ли будет что-то вписать или исправить.

Вилия кивнула.

— Хорошо исполни свою роль на коронации, — посоветовал ей Куберт Агасферус. — Вся наша семья будет там. Мне с большим трудом удалось успокоить их по поводу твоего развода и решения императора короновать эту его молодую жену. Подозреваю, это он велел убить Анору, хотя такое трудно доказать. Поэтому я сказал им, нам повезло, что он не убил и тебя.

— Он никогда не собирался убивать меня, дядя, — сказала ему Вилия, — просто хотел, чтобы я исчезла из его жизни. Иона предостерег меня и сказал, что я должна просить при разводе.

— А сам стоял рядом и был готов подхватить тебя как вкусный кусок, упавший с хозяйского стола, — сухо заметил Куберт Агасферус.

— Дядя, он не смог бы меня получить, если бы я сама не хотела его. Мы с ним уже несколько лет любовники, — сказала Вилия.

На лице ее родственника отразилось полное изумление.

— Значит, вы наставляли рога Гаю Просперо? — ахнул он.

— Да, дядя, и это было так увлекательно! — засмеялась Вилия.

Он взглянул на племянницу почти с восхищением.

— И он так ничего и не узнал? И даже ни разу не оказался рядом, когда мог бы вас поймать? Хорошо сделано, Вилия! Как жаль, что ты не мужчина. Ты могла бы править миром!

— А разве женщина не может править миром, дядя? — тихо спросила Вилия.

Куберт широко раскрыл рот от изумления.

— Что из того, что у меня между ног влагалище, а у мужчин стержень? Почему считается, что он лучше? Это же смешно! — продолжала рассуждать Вилия, незаметно наблюдая за выражением на дядином лице. Быстрая смена различных чувств ее забавляла.

— Ты интересный человек, — сказал он наконец. — Я могу лишь надеяться, что твой новый муж оценит тебя по достоинству.

Потом дядя быстро поклонился племяннице и ушел.

Вилия фыркнула от смеха. Она удивила дядю, и это хорошо. Пусть ее семья отдаст ее новому мужу, потому что так положено по обычаям Хетара. Но она не хочет, чтобы дядя считал ее слабой или глупой. Когда родные выдали ее замуж за Гая Просперо, она была очень молода, но теперь ей уже почти тридцать четыре года. Она будет править, хотя и руками Ионы. Разве эта фея Лара сейчас не правит вместе со своим мужем, доминусом Теры? Дочь феи и солдата — правда, теперь Доблестный Рыцарь — правит страной, которая больше, чем Хетар.

Иона говорит, что Тера не угрожает Хетару, но разве это возможно? Сейчас, может быть, и не угрожает, но потом будет. Иона говорил, что это примитивная страна. Но Лара выросла в Хетаре. Как она может не тосковать по изяществу хетарской жизни? Разумеется, она захочет, чтобы Тера стала такой же, как Хетар. И тогда все начнется.

Тера когда-нибудь станет опасна для Хетара. Лучше завоевать ее поскорее, пока роли не поменялись и теране не принесли беду им всем. Кто-то должен убедить в этом Иону. И Вилия решила, что это сделает она. Но позже. Им обоим нужно очень много сделать, прежде чем они смогут обратить внимание на Теру. Сначала — коронация. При этой мысли воля Вилии ослабла, и ее подлинные чувства вырвались на поверхность.

Как Гай Просперо посмел отдать ее корону девчонке, которая умеет только раздвигать ноги и услаждать своим телом этого жирного дурака! Верх наглости!

Он отказался дать ей корону, которая принадлежала ей по праву. И убил Анору — Вилия знала, что это так. А с ней развелся. «Мне еще повезло, что я осталась жива», — подумала Вилия.

Ну что же, она отплатит жирному дураку тем же. Через два дня она будет достойно нести шлейф Шифры на коронации и любезно приветствовать всех, кто увидит ее и будет знать, что корона должна была бы находиться на ее голове. Потом она выйдет замуж за Иону и родит ему сына.

После этого, следующей весной, Хетар начнет войну против Теры, и она будет молиться Небесному распорядителю, чтобы теране разгромили хетарианцев. Она почувствовала легкий укол совести, но быстро заглушила в себе чувство вины. Поражение необходимо, иначе Иона не сбросит с трона Гая Просперо.

А когда он свергнет Гая, она станет императрицей Хетара. Иона любит ее и не откажется ее короновать. Она будет править вместе с ним, и когда-нибудь их сын станет императором Хетара. Хетар поглотит Теру, так же как поглотил Дальноземье.

Вилия поднесла руку к животу и мысленно поклялась себе: «Я зачну сына. Я рожу сына моему господину Ионе».

Она улыбнулась: все идет в точности, как они с Ионой планировали.

 






Date: 2015-06-05; view: 89; Нарушение авторских прав

mydocx.ru - 2015-2019 year. (0.067 sec.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав - Пожаловаться на публикацию