Главная Случайная страница


Полезное:

Как сделать разговор полезным и приятным Как сделать объемную звезду своими руками Как сделать то, что делать не хочется? Как сделать погремушку Как сделать неотразимый комплимент Как сделать так чтобы женщины сами знакомились с вами Как сделать идею коммерческой Как сделать хорошую растяжку ног? Как сделать наш разум здоровым? Как сделать, чтобы люди обманывали меньше Вопрос 4. Как сделать так, чтобы вас уважали и ценили? Как сделать лучше себе и другим людям Как сделать свидание интересным?

Категории:

АрхитектураАстрономияБиологияГеографияГеологияИнформатикаИскусствоИсторияКулинарияКультураМаркетингМатематикаМедицинаМенеджментОхрана трудаПравоПроизводствоПсихологияРелигияСоциологияСпортТехникаФизикаФилософияХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника






Работа с телом 8 page





Я слышал:

Один немец попал на небеса и постучал в двери. Святой Петр открыл небольшое окошечко и выглянул. «Сколько тебе лет?» — спросил он. Посмотрев свои записи, он был очень озадачен, потому что немец ответил, что ему семьдесят. Он сказал: «Этого не может быть. Согласно записи твоих рабочих часов, тебе должно быть не меньше ста сорока восьми!»

Немец постоянно работает. Немецкий ум представляет квинтэссенцию западного ума, как и индийский — квинтэссенцию восточного. Индус всегда сидит в молчании, ничего не делая, в ожидании того, пока придет весна и трава вырастет сама собой. И она действительно растет!

Маленький Джоуи сидел под деревом. Вдруг он услышал, что его мама кричит из дома:

— Джоуи, что ты делаешь?

— Ничего, мама, — ответил он.

— Нет, правда, Джоуи, что ты делаешь?

— Я же сказал, ничего.

— Не лги мне! Скажи, что ты делаешь!

На это Джоуи издал глубокий вздох, поднял камень и бросил его под ноги.

— Я кидаюсь камнями! — сказал он.

— Так я и думала! Сейчас же перестань!

— О боже! — сказал Джоуи сам себе. — Теперь никто не даст тебе ничего не делать!

Что-то нужно делать... Никто не верит — ты мне не поверишь, если я тебе скажу, что Вималкирти ничего не делает, он просто есть.

В тот день, когда у него было кровоизлияние, я немного беспокоился за него и поэтому попросил своих санньясинов-врачей помочь ему оставаться в теле, по крайней мере, семь дней. У него все было так хорошо и красиво, что внезапно прервать работу, когда она еще не окончена... Он был на самой грани — небольшой толчок, и он стал бы частью запредельного. Фактически, по этой причине я хочу, чтобы в этой коммуне был самый современный медицинский центр. Если кто-то на грани и ему можно помочь оставаться в теле хотя бы несколько дней, то ему не придется больше возвращаться к жизни.

Я получаю много вопросов о том, что я думаю о методах искусственного продления жизни. Он дышит при помощи искусственных методов. Иначе он умер бы в тот день — он почти умер. Без этих искусственных методов он был бы уже в другом теле, вошел бы в другую матку. Но тогда... к тому времени, как он придет, меня здесь уже не будет. Кто знает, сможет ли он снова найти мастера — и такого сумасшедшего, как я! И если кто-то был так глубоко связан со мной, никакой другой мастер не подойдет. Они будут казаться такими плоскими, тупыми, мертвыми! Поэтому я хотел, чтобы он помедлил еще немного. Прошлой ночью ему это удалось: он пересек границу между смертью и бессмертием. «Что-то», что в нем оставалось, отброшено. Теперь он готов, теперь мы можем проститься с ним, теперь мы можем праздновать, теперь мы можем устроить ему проводы. Пошлите ему экстатичное «счастливого пути»! Проводите его песней, танцем!



Когда я пришел его навестить, это было передано между ним и мною. Я ждал у его постели с закрытыми глазами — он был безмерно счастлив. Тело больше нельзя использовать... Хирурги, нейрохирурги и другие врачи были обеспокоены; они постоянно спрашивали, что я затеваю, почему я хочу, чтобы он оставался в теле, потому что это очевидно бессмысленно — даже если ему удастся выжить, его мозг не сможет нормально функционировать. И я не хотел бы, чтобы он был в таком состоянии, — будет лучше, если он уйдет. Они беспокоились, почему я хотел, чтобы он продолжал получать искусственное дыхание. Даже его сердце время от времени останавливалось и его приходилось искусственно стимулировать. Вчера у него отказали почки; ему пришлось просверлить череп — внутри была такая опухоль. Это было нечто врожденное — так и должно было быть, это было запрограммировано в его теле.

Но он прекрасно справился; прежде чем это смогло случиться, он использовал свою жизнь для предельного цветения. Оставалось лишь немного; вчера вечером исчезло и это. Вчера вечером я сказал ему: «Вималкирти, теперь ты можешь уйти в запредельное со всеми моими благословениями». И он почти закричал от радости: «Кла-а-а-сс!» «Не открывай так широко рот», — сказал я и рассказал ему историю... Ворона пришла к лягушке и сказала:

— На небесах устраивается большая вечеринка!

— Кла-а-а-сс! — сказала лягушка, разинув свой большой рот.

— Будет много еды и питья! — продолжала ворона.

— Кла-а-а-сс! — ответила лягушка.

— Там будет играть «Роллинг Стоунз» и будет много красивых женщин!

— Кла-а-а-сс! — сказала лягушка, разинув рот еще шире. Но ворона добавила:

— Тех, у кого большой рот, не пускают! Лягушка плотно сжала губы и сказала:

— Бедный аллигатор! Ему будет так обидно!

С Вималкирти все просто прекрасно. Ему не придется возвращаться в тело; он уходит пробужденным, он уходит в состоянии будды.

Поэтому все вы должны праздновать, танцевать и петь! Вы должны научиться праздновать жизнь и праздновать смерть. Жизнь, в самом деле, не так великолепна, какой может быть смерть — но смерть может быть великолепна, если человек достиг четвертого состояния, турийи.

Обычно трудно разотождествиться с телом, мозгом и сердцем, но с Вималкирти это случилось легко. Ему пришлось разотождествиться, потому что тело было почти мертво, — оно было мертво несколько дней, — мозг был почти потерян, сердце было далеко. Этот несчастный случай несчастен для людей снаружи, но для самого Вималкирти он был скрытым благословением. Нельзя отождествиться с таким телом: почки почти не работают, дыхание не работает, сердце не работает, мозг совершенно разрушен. Как можно отождествляться с таким телом? Невозможно. Лишь немного бдительности — и ты становишься отдельным. И бдительности ему хватило, бдительность он развил достаточно. Поэтому он мгновенно осознал: «Я не тело, я не ум, я даже не сердце». А когда ты проходишь через все три стадии, достигается турийя, твоя настоящая природа. Однажды достигнутая, она никогда не теряется.



Он очень любил мои шутки, и для него эта лекция будет последней, поэтому вот две шутки для него:

Итальянская пара спешила в больницу, потому что жена должна была вот-вот родить. По дороге произошла ужасная автокатастрофа, и, в конце концов, муж оказался в больнице в коме. Когда он наконец пришел в себя, ему сказали, что он был в коме три месяца, его жена в порядке, она родила и он стал гордым отцом близнецов, мальчика и девочки.

Как только он смог покинуть больницу, он вернулся к семье, и пробыв некоторое время дома, он спросил жену, какие имена она дала детям. Жена ответила:

— Чтобы поддержать итальянскую традицию, я их не называла. Называть новорожденных — мужское дело, и поскольку ты был без сознания, поэтому я пошла к твоему брату.

Услышав это, муж очень расстроился и сказал:

— Мой брат идиот! Он ничего не понимает! И как он их назвал?

— Девочку он назвал Дениза.

— Ага! Не так плохо! — сказал муж. — А бамбино?

— Мальчика он назвал племянником*.

* Игра слов: Дениза, Denisa, звучит как английское слово «племянница», the niece, сказанное с итальянским акцентом: de niece-a; когда жена говорит «da nephew», племянник, это становится очевидным. — Прим. перев.

Эйб Эйнстайн владел в Огайо компанией, которая выпускала гвозди. Его дела шли так хорошо, что он мог позволить себе провести зимний отпуск в Майами. Единственная проблема была в том, что он не верил, что у его сына Макса достаточно здравого смысла, чтобы вести бизнес в его отсутствие. Его друг Мойше убедил его провести зиму в отпуске, отметив, что его сын все равно однажды унаследует бизнес, поэтому нужно дать ему небольшой шанс показать, на что он способен.

Эйб безмятежно наслаждался отдыхом в Майами, пока не получил по почте номер ежеквартальной газеты «Гвозди». В газете он увидел цветную рекламу на всю страницу, которая изображала Иисуса Христа, прибитого к кресту. Заголовок гласил: «Они пользовались гвоздями Эйнстайна».

Тут же он позвонил Максу и сказал: — Никогда больше так не делай!

Макс заверил отца, что он все понял. Эйб приободрился и чувствовал себя прекрасно, пока не получил следующий номер, в котором обнаружил рекламу, изображающую Иисуса, лежащего на земле под крестом, и заголовок: «Они не пользовались гвоздями Эйнстайна!»

В моей филосии есть три L: life, love, laughter*. Жизнь — это только семя, любовь — это цветок, смех — это аромат. Просто родиться недостаточно, человек должен обучиться искусству жить — это «А» медитации. Затем он должен обучиться искусству любить — эта «Б» медитации. Затем он должен обучиться искусству смеяться — это «В» медитации. И в медитации есть только три буквы: А, Б, В.

Сегодня вы должны устроить Вималкирти прекрасные проводы. Проводите его великим смехом. Конечно, я знаю, вам будет его не хватать — его будет не хватать даже мне. Он стал такой частью этой коммуны, был так глубоко вовлечен в каждого. Мне будет не хватать его еще больше, чем вам, потому что он был стражем моей двери — и каждый раз такой радостью было выходить из двери и видеть Вималкирти, который всегда улыбался. Теперь это будет невозможно. Но он будет вокруг меня в ваших улыбках, в вашем смехе.

*Жизнь, любовь, смех.

Он будет здесь в цветах, в солнце, в ветре, в дожде, потому что ничто никогда не теряется — никто на самом деле не умирает, человек становится частью вечности.

Поэтому, даже если вы чувствуете слезы, пусть это будут слезы радости — радости того, что он достиг. Не думайте о себе, о том, что вам будет его не хватать, думайте о нем, о том, что он состоялся. И именно так вы научитесь, потому что рано или поздно многие другие санньясины отправятся в путешествие к дальнему берегу, и вам нужно научиться делать им прекрасные проводы. Рано или поздно и мне придется уйти, и так вы научитесь провожать меня — смехом, танцем, песней.

Весь мой подход — подход празднования. Религия есть не что иное, как весь спектр празднования, вся радуга, все цвета празднования. Сделайте это для себя великой возможностью, потому что, празднуя его уход, многие из вас достигнут высших высот, новых измерений существа; это будет возможно. Это мгновения, которые нельзя упускать; это мгновения, которые должны быть использованы на полную мощность.

Я доволен им... многие из вас готовятся таким же образом. Я действительно доволен своими людьми! Не думаю, что когда-нибудь был мастер, у которого были такие прекрасные ученики. В этом смысле Иисус был очень беден — ни один из его учеников не стал просветленным. В прошлом богаче всех был Будда, но я намерен превзойти Гаутаму Будду!

 






Date: 2015-06-06; view: 85; Нарушение авторских прав

mydocx.ru - 2015-2019 year. (0.006 sec.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав - Пожаловаться на публикацию