Главная Случайная страница


Полезное:

Как сделать разговор полезным и приятным Как сделать объемную звезду своими руками Как сделать то, что делать не хочется? Как сделать погремушку Как сделать неотразимый комплимент Как противостоять манипуляциям мужчин? Как сделать так чтобы женщины сами знакомились с вами Как сделать идею коммерческой Как сделать хорошую растяжку ног? Как сделать наш разум здоровым? Как сделать, чтобы люди обманывали меньше Вопрос 4. Как сделать так, чтобы вас уважали и ценили? Как сделать лучше себе и другим людям Как сделать свидание интересным?

Категории:

АрхитектураАстрономияБиологияГеографияГеологияИнформатикаИскусствоИсторияКулинарияКультураМаркетингМатематикаМедицинаМенеджментОхрана трудаПравоПроизводствоПсихологияРелигияСоциологияСпортТехникаФизикаФилософияХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника






Трудная осень 1 page





Несмотря на неудачи в прорыве советской обороны на перевалах Главного Кавказского хребта, германское командование, реализуя указания Гитлера, вновь и вновь пыталось прорваться в Закавказье. Очередная попытка наступления через хребет по железной дороге, идущей в Туапсе, была предпринята в период с 25 сентября по 23 октября 1942 года (первый из нескольких этапов Туапсинской оборонительной операции). При этом военное германское командование, как уже говорилось, использовало в этой операции линейные части горнопехотных дивизий, 79-й и 94-й горно-вьючные артиллерийские полки, 1-й высокогорный батальон, 48-й саперный батальон, переброшенные на новый участок из районов Клухора и Эльбруса. Теперь командование группы армий «А» для выполнения задачи по овладению Туапсе в составе 17-й полевой армии вермахта генерал-полковника Руоффа создало две ударные группировки: первая — в районе южнее Нефтегорск, Хадыженская в составе 46-й пехотной, 97-й (204, 207 егп, артиллерийские, саперные части и др. подразделения) и 101-й (228, 229 егп, артиллерийские, саперные части и др. подразделения) егерских дивизий и дивизионной группы горнопехотных войск «Ланц» под командованием генерал-лейтенанта Г. Ланца; вторая — в районе н/п Горячий Ключ в составе 1-й мобильной словацкой дивизии, 198-й и 125-й пехотных дивизий вермахта. Все эти соединения образовали так называемую ударную группу «Туапсе».

14 сентября командир 49 гпк генерал Конрад был вызван в Ставку фюрера в Виннице, где Гитлер лично давал ему указания о сроках готовности наступления на Туапсе (25 сентября. —Примеч. авт.)

Переброска подразделений 1-й и 4-й горнопехотных дивизий из районов Клухора, Маруха и с других перевалов этой части Кавказского хребта на туапсинское направление подтверждала и то, что егеря, остановленные нашими войсками на южных склонах этих перевалов, отказались от дальнейших попыток прорваться в районе Сухуми к морю.

Об этом свидетельствуют и мемуары уже известного читателям генерала Конрада:

«… 18 сентября я поставил задачу командиру 4-й горнопехотной дивизии генерал-лейтенанту Эгельзееру на оборону западного нагорья Кавказа (район Туапсе. — Примеч. авт.)



Дивизия под командованием Ланца, скомплектованная из солдат и офицеров 1-й и 4-й горнопехотных дивизий, продвигалась несколькими походными колоннами и 19 сентября вышла в район Майкопа…

В течение последующих дней я проводил рекогносцировку местности на автомашине, с самолета и пешком. Здесь Западный Кавказ выглядел совсем иначе…»

В этой операции противнику противостояла Черноморская группа войск Закавказского фронта (18, 47, 56-я армии), оборонявшаяся на фронте в 250 км. Для усиления соединений Красной армии, действовавших на этом направлении, Ставка ВГК приняла решение организовать два оборонительных района: Пшадский и Туапсинский. В район боевых действий были переброшены 328-я и 408-я стрелковые дивизии, 10-я и 119-я стрелковые бригады и танки. Подступы к Туапсе обороняли бойцы 83-й горнострелковой Туркестанской дивизии — одного из старейших соединений Среднеазиатского военного округа, переброшенной по приказу Ставки ВГК из иранского города Мешхед в состав Черноморской группы войск. Командовал 83 гсд ветеран Среднеазиатского военного округа полковник A. A. Лучинский. В состав 83-й горнострелковой дивизии входили 45, 100, 150, 428-й горнострелковые полки, 67-й артиллерийский полк, 86-й отдельный истребительно-противотанковый дивизион, 42-й кавалерийский эскадрон, 139-й саперный батальон, 137-й отдельный батальон связи, 40-й медико-санитарный батальон, 555-я отдельная рота химической защиты. Но 83 гсд непосредственно стала участвовать в боевых действиях только в конце ноября (22.11) 1942 года.

В Туапсинской оборонительной операции боевые действия развернулись в полосе обороны 18-й армии. Она была готова к 25 сентября встретить 17-ю полевую армию противника. Для поддержки соединений 18-й армии выделялась 5-я воздушная армия под командованием генерал-лейтенанта авиации С. К. Горюнова.

Пшадский и Туапсинский оборонительные районы были укреплены и усилены войсками 18-й армии. На внешнем и внутреннем обводах этих оборонительных районов командование Черноморской группы войск создало 26 батальонных районов обороны и 17 отдельных ротных опорных пунктов[29]. Перед началом Туапсинской оборонительной операции 18-й армией командовал генерал-лейтенант Ф. В. Камков, членом Военного совета армии был бригадный комиссар Я. В. Гольденштейн, начальником штаба — полковник П. М. Чирков.

Еще в начале сентября 1942 года, учитывая возможность удара противника на прибрежном лазаревском направлении с целью отвлечь часть сил 18-й армии с основного туапсинского направления, по указанию командующего Закавказским фронтом была создана группа войск лазаревского направления под общим командованием генерал-майора В. А. Гайдукова. Для армий Черноморской группы войск (командующий — генерал-полковник Я. Т. Черевиченко, член Военного совета — дивизионный комиссар С. Е. Колонии, начальник штаба — генерал-лейтенант А. И. Антонов) с конца сентября 1942 года туапсинское направление стало главнейшим.



После массированной двухдневной авиационной обработки боевых порядков и коммуникаций 18-й армии немецкие войска 25 сентября перешли в наступление (операция под кодовым наименованием «Аттика»), однако встретили упорное сопротивление Красной армии. В задачи противника входило: раздробить оборону 18-й армии, окружить ее основные силы и уничтожить их по частям. С этой целью, отказавшись от фронтального удара, не увенчавшегося успехом, германское командование решило взять в клещи соединения наших войск. Осью этих «клещей» являлось Туапсинское шоссе. Но и этот маневр не имел успеха. Противник вынужден был отказаться от «клещей» и перешел к нанесению локальных ударов с целью захватить важнейшие узлы сопротивления частей 18-й армии вдоль железной и шоссейной дорог Хадыжевская — Туапсе, Однако и на этот раз не добившись выполнения поставленной задачи, 27 сентября противник ввел в бой против 18-й армии дивизионную группу генерала Ланца. Цель этого удара — прорыв на направлении г. Гунай, в обход позиций 32-й гвардейской и 236-й стрелковых дивизий, оборонявшихся на этом направлении.

Четыре дня 383-я стрелковая дивизия под командованием Героя Советского Союза генерал-майора К. И. Провалова героически отражала яростные многократные атаки врага. 10 дней стойко отбивала атаки противника 32-я гвардейская стрелковая дивизия под командованием генерал-майора М. Ф. Тихонова. Гвардейцы 32-й дивизии, о которой с восхищением отзывались даже немцы, сковали значительные силы противника из 44-го егерского корпуса и лишь на одиннадцатый день, после тяжелых боев с превосходящими силами противника, вынуждены были оставить станицу Хадыженская.

Как только советское командование выявило немецкое наступление вдоль дороги на Туапсе, оно сразу же подвело сюда дополнительные резервы. С 28 по 30 сентября эсминец «Незаможник» и сторожевик «Шторм» доставили из Поти в Туапсе 8 тыс. человек из 408-й стрелковой дивизии.

К исходу дня 30 сентября немецким войскам удалось на отдельных участках вклиниться в оборону 18-й армии на 5–10 км в глубину. Для отражения ударов дивизионной группы «Ланц» советское командование создало ударные группы за счет войск, действовавших в стороне от туапсинского направления. Это решение было продиктовано необходимостью не ослаблять войска, оборонявшие туапсинское направление. К этому времени противник захватил н/п Маратуки, Гунай, Котловина. 4–6 октября соединения 18-й армии отразили все атаки войск противника и 7 октября контратаковали его вклинившиеся части. В результате к 9 октября враг был остановлен на всех направлениях. Итак, первая попытка войск противника прорваться к Туапсе была сорвана именно благодаря стойкости и самоотверженности воинов 18-й армии.

В этот период в соединениях группы армий «А» противника и особенно в дивизиях 17-й полевой армии и 49-го горнопехотного корпуса постепенно происходило дальнейшее снижение дисциплины и боеспособности. Германское Верховное главное командование и командование группы армий «А» уже не помышляло о широких наступательных операциях. Еще 3 октября начальник оперативного отдела Генерального штаба сухопутных сил нацистской Германии генерал-майор Хойзингер сообщил по телефону начальнику штаба 1-й танковой армии «об известном беспокойстве в Генштабе сухопутной армии относительно того, удастся ли дальнейшее наступление 1-й танковой армии». Начальник штаба 1-й танковой армии в свою очередь заявил Хойзингеру, «что и штаб группы армий также, ввиду постоянных потерь, считает войска слишком слабыми для достижения решающего успеха…»[30]. На вопрос Хойзингера, как развертываются события на туапсинском направлении, начальник штаба 1-й танковой армии сказал, что 17-я полевая армия «в состоянии осуществить прорыв к побережью». Но когда речь зашла непосредственно о захвате Туапсе, ответ был следующим: «Едва ли можно ожидать, что армия (17-я. — Примеч. авт.) сможет осуществить наступление на Туапсе и Геленджик»[31].

К 10 октября 1942 года положение войск 17-й полевой армии и 49-го горнопехотного корпуса противника стало крайне напряженным. Это вызвало тревогу германского командования за свои войска, которые находились на перевале Санчаро и на других перевалах Главного Кавказского хребта, на туапсинском и грозненском направлениях.

10 октября начальник штаба группы армий «А» генерал Г. Грайффенберг отправился в г. Микоян-Шахар (впоследствии Карачаевск) на совещание. На это совещание был вызван и бывший командир 4-й горнопехотной «тирольской» дивизии генерал-майор Эгельзеер, который отвечал за оборонительные позиции сводной горнопехотной группы вермахта на перевалах. Здесь решался вопрос о размещении на зиму частей 4-й дивизии на перевалах Главного Кавказского хребта, а также о возобновлении наступательных операций весной 1943 года. Из Микоян-Шахара Грайффенберг направился в Пятигорск, в штаб 1-й танковой армии, где на совещании обсуждались планы дальнейших действий армии на грозненско-махачкалинском направлении[32].

В тот же день подобное совещание состоялось в штабе 17-й полевой армии, где обсуждалась обстановка в районе ударной группы «Туапсе». На этом совещании мнения резко разошлись. Начальник оперативного отдела штаба группы армий «А», не зная истинного положения на туапсинском направлении, утверждал, что «до сих пор противник придерживался принципа ведения боя — немедленно бросать на фронт все имеющиеся в распоряжении силы» и что «он считает более вероятным, что противник в настоящее время просто не в состоянии проводить более или менее крупные операции». А начальник штаба 17-й полевой армии, непосредственный участник боевых действий на туапсинском направлении, познавший силу ударов советских войск и трезво оценивавший дальнейшие события, заявил, «что он считает не исключенной возможность, что русские снова перейдут зимой к значительным наступательным операциям: предположительно и на новороссийском направлении», не говоря уже о туапсинском.

Германское командование и после ощутимых ударов советских войск в сентябре — начале октября 1942 года все еще не имело реального представления о силах и возможностях Красной армии и продолжало недооценивать их. За редким исключением, представители высшего командования вооруженных сил нацистской Германии считали, что Красная армия на Кавказе истощена и командование советских вооруженных сил не в состоянии планировать сколько-нибудь серьезные контрнаступательные операции. Исходя из этого, командование группы армий «А» предполагало создать «тыловую оборонительную позицию на зиму». Об этом начальник оперативного отдела штаба группы армий «А» сообщил на совещании в штабе 17-й армии. Он заявил, «что фронт 1-й танковой армии в этом случае будет простираться до Черкесска, где должна быть установлена непосредственная связь с 17-й армией».

Германское командование в этот период прилагало все усилия, чтобы удержать в своих руках хотя бы захваченные участки высокогорных перевалов Главного Кавказского хребта как плацдармы для весенних наступательных операций группы армий «А». Планируя зимовку альпийских войск 49-го горнопехотного корпуса на высокогорных перевалах, немцы стремились создать сплошной фронт севернее высокогорного хребта, связывающий линией обороны соединения 1-й танковой армии с войсками 49-го горнопехотного корпуса и вплоть до района Туапсе с соединениями 17-й полевой армии, через Черкесск. 10 октября 1942 года генерал Йодль затребовал от начальника оперативного отдела подробного донесения о размещении на перевалах частей сводной горнопехотной группы генерала Эгельзеера. На вопрос начальника штаба группы армий «А» о том, «как будет организовано зимой снабжение остающихся в горах частей, начальник штаба 17-й армии ответил, что в этом направлении должно быть еще много сделано, в частности, предусматривается сооружение многочисленных канатных дорог».

В результате проведенных в октябре 1942 года совещаний был составлен план размещения войск группы армий «А» и их снабжения на зиму 1942–1943 годов. Такой же план составило командование 17-й полевой армии, который 12 октября по телефону был передан в штаб группы армий «А» и в тот же день получен и передан в оперативный отдел Генерального штаба.

На 180-км высокогорном фронте от каждой германской горнопехотной дивизии осталось по одному полку, которые с наступлением зимы были еще уменьшены. Командовал этими силами полковник Ле-Сюр.

Позиции горных егерей располагались от 2 до 4 тысяч метров, тогда как граница лесов доходила только до 1800 метров. Северные склоны гор обрываются очень резко, южные — более покаты. Позиции проходили по пикам, скалистым гребням, ущельям, ледникам и осыпям. Самыми высокогорными были немецкие позиции Кара-Кайа (3893 м), Аксаут (3908 м), на перевале Аманаус на Белала-Кайа (3919 м), Домбай-Ульгене (3915 м) и Нахарском перевале с Гвандрой (3988 м). У эльбрусской гостиницы «Приют Одиннадцати» на высоте 4300 м были оборудованы самые высокие позиции в немецкой военной истории. Под Азау-Баши на высоте 3800 м находилась артиллерийская позиция.

Однако наши бойцы не оставались «в долгу» у фрицев. С перевала Донгуз-Орун по «Приюту Одиннадцати» с позиции высотой около 3000 м вели огонь два 76,2-мм орудия 769-го артполка под командованием лейтенанта Пархоменко. Особенно удачной была стрельба в ясную погоду, когда представлялась возможность корректировать огонь с выдвинутого вперед наблюдательного пункта. Впоследствии, 25 октября, орудия открыли огонь по колонне из 30 лыжников, следовавшей от перевала Хотю-Тау к «Приюту Одиннадцати», и уничтожили 20 немцев, а 11 ноября, обстреливая «Приют Одиннадцати», истребили еще около 30 вражеских солдат.

В октябре 1942 года подразделения германских егерей трижды пытались захватить перевал Донгуз-Орун. Но его гарнизон, возглавляемый лейтенантом Н. П. Кузьмичевым, стойко удерживал свои позиции и отражал немецкие атаки.

Готовясь к зиме на высокогорных участках Кавказа, германское командование даже ввело 30 сентября 1942 года «особые надбавки для пехотных частей, действующих в особых условиях» (высокогорной и горно-лесистой местности)[33]. Видимо, из-за больших потерь в горнопехотных частях немецкое руководство планировало заместить их егерями из легкопехотных дивизий или обычными пехотинцами.

11 октября 1942 года решением Ставки Верховного Главнокомандования на должность командующего Черноморской группой войск Закавказского фронта вместо генерал-полковника Я. Т. Черевиченко был назначен генерал-майор И. Е. Петров, командовавший до этого 44-й армией Северной группы войск того же фронта.

Наступила кратковременная пауза между боями. В эти дни командующий 18-й армией генерал-лейтенант Ф. В. Камков докладывал Военному совету Черноморской группы войск об обстановке, сложившейся на фронте перед армией. По состоянию на 13 октября 1942 года перед фронтом 18-й армии действовали немецкие 1, 4, 97-я и 101-я горнопехотные и егерские, 46-я пехотная дивизии, 1-я моторизованная дивизия словаков. Эта группировка противника была усилена специальными батальонами из корпуса особого назначения «Ф»[34].

Главный удар германское командование решило нанести в юго-западном направлении — гора Лысая, гора Гейман, населенный пункт Шаумян. Одновременно противник планировал короткими ударами «выйти к шоссе (Туапсинскому. — Примеч. авт.) в районах южнее Куринская, Сосновка, Островская Щель, с целью „разрезать“ части левого крыла армии и уничтожить их по частям». Командующий 18-й армией докладывал: «Вспомогательный удар противник наносит с направления Куринская, стремясь вклиниться в наши боевые порядки и действовать вдоль шоссе». В этом же докладе говорилось о том, что действия немецких войск на протяжении 20 суток наступления поддерживала авиация (200–400 самолето-вылетов в день), которая наносила удары по боевым порядкам наших частей, органам управления и путям подвоза и эвакуации. «В непрерывных трехнедельных боях, — докладывал командующий 18-й армией, — противник понес значительные потери в живой силе и технике и его наступательные способности в последующие 3–5 дней ослабли; на отдельных участках противник перешел к обороне (Котловина, Шубинка, Сосновка)».

Сняв часть войск с клухорского направления, противник к 13 октября перешел к обороне на вожетском направлении и усилил свою группировку в районе Гунайкиа. Здесь он создал несколько специальных батальонов, направив их на туапсинское направление. Командование Закавказского фронта к этому времени усилило войска Черноморской группы за счет 353-й стрелковой дивизии 56-й армии. Кроме того, к району Туапсе в качестве резерва были подтянуты 83-я морская стрелковая бригада и 137-й полк морской пехоты из состава 47-й армии. На усиление 18-й армии из резерва фронта были переданы 107-я отдельная стрелковая бригада и четыре артиллерийских полка. В состав 5-й воздушной армии поступило еще 36 самолетов.

14 октября 1942 года немецкие войска из группы «Туапсе» нанесли по сходящимся направлениям одновременно два удара по обороне 18-й армии: из района Гунайка — гора Гейман и из района восточнее Фанагорийское на Шаумян, Садовое. Цель этих ударов состояла в том, чтобы окружить основную группировку 18-й армии и выйти на Туапсе. Одновременно часть сил противника нанесла удар по левому флангу 56-й армии, прорвала оборону 395-й стрелковой дивизии и, оседлав хребет Гойтх, вышла в долину р. Хатыпс. 15 октября для усиления обороны шоссе на Туапсе у железной дороги приказом командующего Черноморской группой войск была выдвинута 383-я стрелковая дивизия к перевалу Гойтхскому, а 26-й полк НКВД — за перевал Елисаветпольский. Вдоль шоссе было приказано создать опорные противотанковые пункты. На туапсинском направлении сложилась крайне напряженная ситуация: возникла угроза нашим последним черноморским военно-морским базам Поти и Батуми. Именно в середине октября 1941 года турецкие вооруженные силы, полностью отмобилизованные и развернутые вдоль советско-турецкой границы, были готовы к вторжению на территорию Советского Союза и к оккупации Закавказья.

В этот период Ставка Верховного Главнокомандования придавала серьезное значение туапсинскому направлению и событиям в полосе боевых действий Черноморской группы войск Закавказского фронта, в частности, 18-й армии. Ставка потребовала от командующего Закавказским фронтом генерала армии И. В. Тюленева коренным образом переоценить значение роли Черноморской группы войск и немедленно усилить оборону туапсинского направления. В своем приказе Ставка требовала в эти дни «принять все меры к немедленному усилению войск Черноморской группы и создать на Черноморском побережье сильные резервы, для чего: немедленно перебросить в состав 18-й армии три гвардейские стрелковые бригады из числа резерва Северной группы; взамен их одновременно перебросить и передать в состав войск Северной группы 34, 164-ю и 165-ю стрелковые бригады из Баку». Из 46-й армии Ставка требовала перебросить на туапсинское направление 63-ю кавалерийскую дивизию. В Черноморскую группу войск передавалась уже упомянутая ранее 83-я горнострелковая дивизия. Командованию Закавказского фронта разрешалось доукомплектовать шесть стрелковых дивизий. В распоряжение фронта были направлены четыре истребительных противотанковых артиллерийских полка, два полка ПВО и один зенитный дивизион.

Командующий 18-й армией генерал-лейтенант Ф. В. Камков был снят со своего поста. Новым командующим с 19 октября был назначен генерал-майор A. A. Гречко (членом Военного совета 18 А был бригадный комиссар П. В. Кузьмин, а начальник штаба — генерал-майор A. A. Харитонов).

Немецкое командование продолжало бросать в наступление против 18-й армии горнопехотные и егерские дивизии 17-й полевой армии. Направлением наступления противника был избран населенный пункт Шаумян. Однако особых успехов у немцев не было.

Несмотря на большие потери, германское командование не отказалось от захвата Туапсе и выхода на Черноморское побережье. В боевом распоряжении командующему 18-й армией говорилось: «Противник, стремясь добиться решающего успеха на туапсинском направлении, группой до четырех дивизий (46 пд, 1 гпд, 97, 101 егд) вышел на фронт Перевальный, Шаумян. Вспомогательный удар силою до двух дивизий (198, 125 пд) наносит в направлении Фанагорийское, Садовое. Главные усилия противника сейчас направлены с целью прорваться через главный хребет и овладеть Георгивское»[35]. Перед нашей 18-й армией командующий Черноморской группой войск поставил следующие боевые задачи: «Основная задача 18-й армии с дополнительно приданными 383, 353-й стрелковыми дивизиями, 10-й стрелковой бригадой не допустить форсирования противником главного хребта и контрнаступлением отбросить главную группировку противника за р. Пшиш, восстановив фронт армии по рубежу Сеже, выс. 977, 0; 618, 7; (южн.) раз. Пшиш, Шаумян, рассматривая этот рубеж как исходное положение для последующих контрнаступательных операций»[36].

Для усиления обороны на туапсинском направлении советское командование перегруппировало войска Черноморской группы. Части, обороняющие район северо-западнее Шаумян, были отведены на новый рубеж. Тем самым был сокращен фронт обороны и оперативное положение войск Черноморской группы значительно упрочено. Таким образом, Ставка и командование Закавказского фронта осуществили целый ряд мероприятий, создавших условия для нанесения контрудара по группировке германских войск, рвавшихся к Туапсе.

20 октября, после перегруппировки войск, в бой опять была введена дивизионная группа «Ланц», которая должна была наконец достичь Туапсе. 22 октября немцами была захвачена 1038-метровая гора Семашхо, последняя естественная преграда на пути к Туапсе, в 22 км по прямой от берега моря. Через несколько часов германские солдаты были уничтожены. 23 октября немцы снова пробились к Семашхо. Внизу был виден город Туапсе, но это был один из последних успехов германских войск. Немцы «выдохлись».

С 20 по 23 октября советские крейсеры «Красный Крым» и «Красный Кавказ», лидер «Харьков», эсминцы «Сообразительный» и «Беспощадный» доставили из Поти в Туапсе 8, 9, 10-ю гвардейские отдельные стрелковые бригады: 12 600 человек, 50 орудий, 65 минометов и около 100 тонн боеприпасов. И прибытие подкреплений продолжалось.

25 октября 1942 года (несмотря на то, что с 20 по 31 октября немцы вторично пытались прорваться к Туапсе) войска из Черноморской группы Закавказского фронта перешли в контрнаступление против германской группировки «Туапсе». Основную роль играли здесь соединения 18 А. За несколько дней контрударов войска 18-й армии нанесли существенный урон егерским и горнопехотным дивизиям противника и захватили несколько важных высот в долинах рек Пшиш и Хатыпс. На правом крыле Черноморской группы немецкие войска были отброшены на 5–6 км к северу, в центре 18-я армия разгромила противника и захватила долину р. Пшиш. В горах было уничтожено несколько подразделений 97-й егерской дивизии. В районе населенного пункта Шаумян войска 18-й армии основательно «потрепали» 101-ю егерскую дивизию и очистили от противника ряд важных высот. В районе селения Горячий Ключ был разгромлен полк 125-й пехотной дивизии.

 

Боевые действия противоборствующих сторон на туапсинском направлении в сентябре — декабре 1942 года

 

В период контрнаступления в районе Шаумян — Горячий Ключ отважно сражались солдаты и офицеры 18-й армии. Здесь отличились воины 32-й гвардейской и 31-й стрелковых дивизий, 83-й морской, 119-й и 107-й отдельной стрелковых бригад, 11-й гвардейской казачьей кавалерийской дивизии, 40-й отдельной мотострелковой бригады, а также 8-й гвардейской стрелковой бригады, действовавшей во втором эшелоне.

31 октября на усиление частей 18-й армии прибыла 165-я отдельная стрелковая бригада, сформированная в Баку из курсантов 2-го и 3-го Бакинских пехотных училищ. Эта бригада успешно выполнила возложенные на нее боевые задачи и, «преодолевая упорное сопротивление противника, 1 ноября к 17.00 часам заняла частью сил юго-западные скаты Безымянной высоты, 1,5 км северо-восточнее отметки 795,8»[37].

28 октября 1942 года в наступление на туапсинском направлении перешли ударные группировки 18-й армии. 10-я стрелковая бригада, наступая на Перевальный, 3 ноября после ожесточенного боя полностью изгнала врага и овладела им. В течение 28 октября — 3 ноября 9-я стрелковая бригада вела тяжелые бои за населенные пункты Гойтх и высоту 394,7. Овладев 1 ноября этим пунктом, подразделения 9-й стрелковой бригады были контратакованы и вынуждены отойти на исходные позиции. В связи с ухудшением погоды войска 18-й армии прекратили атаки вплоть до 26 ноября.

В конце октября 1942 года войска правого крыла 18-й армии, нанося контрудары по противнику, разгромили несколько пехотных и егерских дивизий и специальные подразделения противника. В результате контрудара по гойтхской группировке врага соединениями правого крыла 18-й армии было уничтожено свыше 8 тысяч солдат и офицеров противника, захвачено большое количество оружия и боевой техники. Благодаря активным действиям войск 18-й армии, стойкости и отваги бойцов, командиров и политработников, умелому управлению войсками и инициативе командования армии план немцев по захвату Туапсе и прорыву к побережью Черного моря потерпел полный провал. Советские войска сорвали еще одну попытку германских войск прорваться в Закавказье с севера и установить господство на Черном море. «В конце октября (начале ноября), — отмечают немецкие историки, — нацистские войска прекратили наступательные действия. Не увенчалось успехом и продвижение в направлении на Сухуми. Немецкие горные войска, достигшие южных склонов Северного Кавказа, не смогли преодолеть горные перевалы, ведущие к Черноморскому побережью… Все попытки подойти к Туапсе вдоль берега и через Северный Кавказ разбились о сопротивление Черноморской группы Закавказского фронта»[38].

Однако командование вермахта не оставляло надежды на захват Туапсе. В первой половине ноября из отдельных групп, окруженных войсками 18-й армии в районе гор Семашхо и Два Брата, оно «сплотило» так называемую семашхскую группировку по прорыву к Туапсе в составе пяти полков с артиллерией и минометами (немецкие данные свидетельствуют о том, что эта группа была создана для предотвращения окружения. — Примеч. авт.). Уничтожение этой группировки и ликвидацию третьей попытки германских войск прорваться в Туапсе командование Черноморской группы войск Закавказского фронта возложило на 18-ю армию. Решение командующего армией было следующее: удерживая занимаемые рубежи, не допустить выхода немецких войск на гребень Главного Кавказского хребта, силами 383-й и 353-й стрелковых, 83-й горнострелковой дивизий, 8-й гвардейской и 165-й стрелковых бригад фланговыми ударами отсечь и последовательно уничтожить семашхскую группировку противника. Стремясь расширить плацдарм в районе гор Семашхо, Каменистая и восточнее горы Индюк, войска 17-й полевой армии противника неоднократно атаковали части и соединения 18-й армии, действовавшие на этом направлении. Усилив свою семашхскую группировку (две пехотные дивизии) 9-м горнопехотным полком 4-й горнопехотной дивизии, противник потеснил некоторые подразделения 9-й гвардейской стрелковой бригады и овладел горой Каменистая. В боях германские войска понесли значительные потери, а достаточного пополнения не получали и латали дыры как могли. В связи с этим, а также с наступлением глубокой осени с большим количеством осадков, противник временно отказался от наступательных действий и на ряде участков начал сооружение зимних укреплений. Войска 18-й армии в течение ноября 1942 года прочно обороняли занимаемые рубежи, прикрывая туапсинское направление.

26 ноября 1942 года ударные группы 18-й армии перешли в частное наступление, чтобы овладеть горой Семашхо. Дивизии 17-й полевой армии противника, стремясь удержать занимаемые рубежи в районе гор Семашхо и Индюк на туапсинском направлении (центральный участок фронта) и прикрыть свои коммуникации, оказывали упорное сопротивление наступающим частям 18-й армии.

На центральном участке туапсинского направления соединения и части 18-й армии — 353-я и 383-я стрелковые, 83-я горнострелковая дивизии, 8-я гвардейская и 165-я стрелковые бригады. 32-я гвардейская, 328-я стрелковые дивизии и 107-я отдельная стрелковая бригада продолжили оборонять прежние рубежи. На протяжении всего декабря артиллерия 18-й армии активно поддерживала огнем боевые действия общевойсковых соединений и частей, нанося мощные удары по живой силе, артиллерийско-минометным батареям и коммуникациям германских войск в районе действий семашхской группировки врага. К середине декабря противник стал выдыхаться[39].






Date: 2015-11-14; view: 124; Нарушение авторских прав

mydocx.ru - 2015-2018 year. (0.013 sec.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав - Пожаловаться на публикацию