Главная Случайная страница


Полезное:

Как сделать разговор полезным и приятным Как сделать объемную звезду своими руками Как сделать то, что делать не хочется? Как сделать погремушку Как сделать неотразимый комплимент Как сделать так чтобы женщины сами знакомились с вами Как сделать идею коммерческой Как сделать хорошую растяжку ног? Как сделать наш разум здоровым? Как сделать, чтобы люди обманывали меньше Вопрос 4. Как сделать так, чтобы вас уважали и ценили? Как сделать лучше себе и другим людям Как сделать свидание интересным?

Категории:

АрхитектураАстрономияБиологияГеографияГеологияИнформатикаИскусствоИсторияКулинарияКультураМаркетингМатематикаМедицинаМенеджментОхрана трудаПравоПроизводствоПсихологияРелигияСоциологияСпортТехникаФизикаФилософияХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника






Глава двенадцатая. Парамоновские склады





 

Мчались по черным от дождя улицам, как сумасшедшие. Не разбирая пути, забив на ПДД и водительскую совесть. Другого бы тормознули в секунду, но желтый «Рэнглер» Шорохова‑младшего знали все менты в городе, так что трогать Макара никто из силовиков бы в жизни не рискнул. Обычно Макар этой форой не пользовался – и так в Управлении закрыли глаза на то, что восемнадцать будет только в феврале, и оформили потихоньку права, но сейчас ситуация была особенная.

– Держись. В шашечки поиграем, – предупредил он Карину и вдавил педаль в пол.

Джип шел резво, проскакивая на желтый, оскальзываясь на крутых виражах. Дворники скрипели по стеклу, едва справляясь с потоками воды, щелкал, не затыкаясь, поворотник. Направо. Прямо. Обогнать фуру. Вынырнуть перед мордой грузовой «Газели». Извиниться перед офигевшим водилой, мигнув пару раз фарами. Налево. Прямо. Направо. Быстрее. Еще.

Макар вел машину одной рукой, вторую держал на рычаге коробки. Карина сидела рядом. Молчала.

За окном мелькали дома – быстрые, тусклые. По тротуарам, перепрыгивая через лужи, бежали такие же тусклые люди, спрятавшись под зонтами. Почему‑то все зонты были черными или блеклыми, словно весь город сегодня сговорился и решил надеть траур.

Боммм, бомммм...

Карина дернулась, услышав слева бой церковных колоколов, опустила чуть‑чуть стекло и, подставив лицо потоку перемешанного с дождем ветра, закрыла глаза.

– Боишься? Помедленнее? – Макар переключил скорость и, сняв руку с рычага, прикрыл ей Каринину ладонь.

– Нет. Не боюсь. Ты уверенно ведешь. Я же такое сразу чувствую.

– Ага...

Ударить по тормозам. Перейти в левый ряд. Снова на газ.

– Минут через десять мы на месте. Дальше вниз, а там, как решили.

– Да.

– Да.

– Макар. А если ничего не выйдет? Или... выйдет только хуже? – Повернув руку ладонью кверху, Карина сжала его пальцы изо всех сил.

– Хуже некуда, Карин. Поэтому мы или все исправим... – Он ответил на рукопожатие и улыбнулся первый раз за последние три дня. – Или все исправим!



Карина хотела сказать, что еще недавно тоже так считала, но выяснилось, что эта долбаная пропасть не имеет дна. Стоит однажды сорваться с края, и дальше катишься, летишь, падаешь вниз, и нет твоему падению конца. Но, посмотрев на Макара, девушка поняла, что ничего такого не скажет и что пойдет вместе с ним куда угодно: в прошлое, в будущее, в преисподнюю, на виселицу или на костер. Лишь бы рядом.

– Главное – не промахнуться со временем. Дед говорил, что это тысяча девятисотый. Что как раз тогда Шорохов... ну, твой прапрадед зарезал в драке деда Вазгена...

– Зарезал? – потрясенно переспросил Макар.

– Так с этого все и началось... – Она запнулась. – У него сынишка остался маленький совсем и больше ни одного мужчины в семье. Так и получилось, что смотрительницей стала сестра Вазгена – Ануш. Там не ясно, вроде бы она замуж собиралась как раз. По любви большой. А из‑за Шороховых ей пришлось все бросить и встать смотрительницей на лабиринт. Дед сказал, это она тогда поклялась мстить Шороховым... вам то есть.

– Ага, слышал. Ваша Ануш у нас вместо бабы‑яги. Семейный триллер...

– Знаешь, я всегда хотела быть как она. Всегда! Даже имя поменять думала.

– Если все получится, сможешь сама сказать ей об этом. Пусть порадуется, что у нее в двадцать первом веке – фанаты. – «Рэнглер» заскользил, съезжая к Дону. За окнами промелькнул недостроенный бизнес‑центр, потом черные обочины, вздыбившиеся бетонными плитами... – Все. Приехали. Парамоны.

Машина притиснулась к обочине. Макар повернул ключ в замке, но выходить не спешил. Откинулся в кресле, не выпуская руку Карины из своей. Уставился вперед, туда, где за призрачной изморосью дождя виднелись полуразрушенные складские коробки. По выцветшим стенам стекала ручьями вода, смешивалась с кирпичной крошкой, деревянной трухой и пылью, собиралась в грязевые пузырящиеся болотца. Зеленела короткая трава – яркими пятнами в коричнево‑серой сырости.

– Красиво... Красиво очень. Я раньше и не замечал. Как думаешь, Парамоны останутся? Ну, если мы там все сделаем, как хотели. А Публичка? А набережная? Дон?

Он поднял Каринину руку к лицу. Долго рассматривал ее тонкие пальцы. Потом прижал их к губам и так замер, продолжая думать о чем‑то своем.

– Макар... – мягко окликнула девушка и потянула руку. Осторожно, но настойчиво. – Надо идти.

– Я все‑таки еще раз спрошу – ты уверена? – Он повернулся к Карине.

– Абсолютно.

– Ты же понимаешь, что измениться может все... Совсем все. Я, ты, город? Мир может измениться навсегда. Даже исчезнуть. Вдруг мы с тобой никогда не встретимся.

Карина смотрела на него и улыбалась. Хотя от сказанного зарябило в глазах.

– А мы постараемся, чтобы этого не случилось. Сильно постараемся.

– Карин... – Макар замялся.

– Что?

– Еще я хочу пойти один... Мне так спокойнее.

– Что? Глупостей не говори, Шорохов! Или мы идем вместе, или никак. В конце концов, кто из нас главный, а кто так... на хвост упал?



– Ладно... – вздохнул Макар. – Вместе так вместе. Но пообещай меня во всем слушаться!

– Уже слушаюсь! Смотри!

Она подалась вперед, обняла Макара левой рукой за шею. Притянула к себе. Поцеловала в губы легко, уверенно. Он выдохнул счастливо, обхватил ее обеими руками, сжал.

– Пошли уже, командир. – Вывернулась так ловко, что он даже не заметил. Открыла дверцу. – Раньше сядем, раньше выйдем.

Выскочила из машины. Потянулась. Перепрыгнула лужу. Гибкая, ловкая, красивая – глаз не отвести. Макар стоял по другую сторону джипа и смотрел на Карину с восторгом и даже завистью.

– Ты все‑таки офигительная, Карина Ангурян! Нереальная совершенно, – голос стал хриплым. – И мне плевать на Дон и Парамоны. Но тебя не может не быть, понимаешь. Ты обязана быть! Моей!!! И я – не Макар Шорохов, если не добьюсь этого.

– Чокнутый!

Карина пошагала вперед, не оборачиваясь. Квакнула сигнализацией машина. Макар, прихватив из бардачка пчак и фонарик, направился следом.

 

 

* * *

 

Внутри заброшенного старинного склада стояла вода.

– Отлично... – Макар снял пиджак, повесил его на торчащий из стены арматурный стержень и соскочил с кирпичного выступа вниз, стараясь не обрызгать девушку. – В общем, утонуть не утонем, но неприятно. И холодно, черт подери. Что дальше?

– Дальше придется искать метку. Отойди, я к тебе прыгну. Ох. Правда, холодно. – Вода доставала Карине до пояса – кончик косы тут же намок и потяжелел. Она подобрала волосы под капюшон, плотно затянула кулиску. – Тут тысячу лет никто из наших не был. С двадцатых, может. Под меткой лаз в складской подвал, дальше я сориентируюсь. Сам ход в лабиринт заложен наглухо – это еще бабка Ануш своими руками делала. С Парамонов тогда всякие дебилы к нам лезли – за один год человек пятьдесят пришлось Пахаку... Ну, в общем, это все детали. Готов? Черт. Стой!

– Что?

– Мобила под водой сдохнет...

– Не сдохнет. Она у меня боевая, водонепроницаемая. Если верить рекламе...

– Заодно и проверим... – нахмурилась Карина, видимо не доверяя рекламным обещаниям.

Макар быстро убрал телефон в карман, убедился, что нож, фонарик и черепаха на месте и не вывалятся, набрал в грудь побольше воздуха и нырнул.

 

 

* * *

 

Он бы в жизни не сообразил, что это какая‑то там метка. Обычный кирпич, чуть выдвинутый вперед. Облепленный тиной, скользкий и довольно омерзительный. Но Карина кирпичу явно обрадовалась, присела перед ним на корточки и махнула Макару рукой, подгребай, мол, и устраивайся рядом. Он все‑таки на всякий случай встал из воды, сделал вдох и лишь потом устроился рядом с Кариной. Она, странно вывернув пальцы, поддела за выступ. Макар даже не понял, как они провалились вниз и очутились внутри складского подвала, разумеется, заполненного водой до самого потолка.

Карина быстро плыла впереди, расталкивая руками и ногами воду, отпихивая в сторону мусор и прочую дрянь, о происхождении которой Шорох решил не думать. Макар двигался следом, ориентируясь на волну. Он хотел уже было достать и включить фонарик, но тут Карина притормозила, схватила его за шею и довольно небрежно толкнула вбок. Он почувствовал, как ее рука шарит по его карману, и порадовался, что вода чертовски холодная, а вокруг темнота, и она не увидит выражения его лица. Секунда, другая... Девушка куда‑то делась, оставив его одного. Воздух распирал легкие, жег изнури. Маленький выдох. Еще. Еще... Макар начал немного волноваться – смерть в канализационном болоте в его планы не входила, но в эту секунду Карина прижалась к нему всем телом, крепко обвила ногами и руками и буквально вдавила его в стену.

– Фу‑у‑у‑ух... Боялась, что не сработает.

Они сидели на каменном полу друг против друга и часто дышали. Макар достал фонарик и сделал вид, что не заметил, как она фыркнула.

– Что?

– Черепаха... Этому же специально учатся.

– Чему?

– Проходить через стену вдвоем. – Она рассмеялась, увидев, как он пытается стряхнуть с когда‑то белой рубашки налипшую тину и слизь. – Предмет же на одного человека рассчитан. Тут навык нужен. Короче, с тобой запросто могло и не сработать. И был бы трындец.

– Знаешь что? Ты в следующий раз все же предупреждай. Ну, типа, Макар, а сейчас мы будем пять минут плыть по уши в дерьме и не дышать. Или там – Макар, ничего, если черепаха не активируется и мы в этом самом дерьме утонем.

– Тогда я бы вытолкнула тебя, – обиделась Карина.

– А сама? Сама что?

– Ну‑у‑у, – она пожала плечами. – Видимо, трындец.

– Дура! Ты что? Ты думаешь, если тебя не будет, мне это все надо? – Он вскочил и заорал так громко, что Карина непроизвольно прикрыла уши ладонями. – Ты что из себя строишь? Амазонку типа, да? Еще раз так сделаешь...

– Не сделаю. Не ори. Пахак услышит... Вот. Уже услышал. Минут через десять нагонит. Я подержать могу, конечно, но мне его тоже жалко.

– Ну да. Песик проголодался. Бедненький.

– Не гони, а. А лучше, наоборот, погнали.

Показав подбородком куда‑то вбок, она вскочила и, сунув в руку Макара черепаху, припустила бегом.

Он еле успевал за ней, но все‑таки тренировки с отцом и «бойцовский клуб» не прошли даром – по крайней мере, он не задыхался. Она же не бежала – летела по коридорам, даже не притормаживая на поворотах, но ловко опираясь о выступы стен, отталкиваясь от них руками и ногами, похожая на кошку‑оборотня. Макар любовался ей, но порой, когда Карина взмывала по стене особенно высоко и замирала наверху, прислушиваясь к лабиринту, у него холодок шел по спине. Он представлял, как она вот так же, но только в кромешной тьме, мчит по лабиринту, а следом за ней, такой же неуловимый и стремительный, бежит демон. Потом Макар представил старого Тороса Ангуряна, мечущегося по стенам, как огромная летучая мышь, и ему совсем поплохело. В конце концов он не выдержал, пробормотал еле слышно:

– Слушай, ты не могла бы... ну, не как человек‑паук, а? А то смотреть жутко.

– Извини. – Она мягко спрыгнула вниз.

– Далеко еще?

– Нет. Открывай компас, бери в руки черепаху и дуй прямо на восток. А я перехвачу тебя перед самым спуском.

– Перехватишь?

– Угу. Я же раза в два быстрее бежать могу. Так что по‑любому раньше тебя на месте буду. А вместе мы намучаемся через стены лазить. Только время потратим зря.

– Мне вообще‑то понравилось... – улыбнулся Макар, старательно «не заметив» про «в два раза быстрее». Эта девчонка определенно дурно влияла на его самооценку.

– Прямо на восток. И никакой самодеятельности... – Она помолчала и добавила, посерьезнев: – Скоро у нас этой самодеятельности будет хоть завались.

 

 

* * *

 

На восток, на восток, на восток... Макар уже привычно, зажав между пальцами металлическую черепашку, двигался от стене к стене. В какой‑то момент даже перестал притормаживать за полшага до того, как раствориться в камне. Удивительное свойство человеческого мозга – быстро и навсегда привыкать к самым невероятным, абсурдным вещам. Тебя семнадцать лет учат тому, что кинетическая энергия при соприкосновении с массой твердого тела неизбежно перейдет в деформацию мягких тканей, опорно‑двигательного аппарата и проч. Ну, то есть если ты наскакиваешь на стену со всей дури, то будет ай‑ай‑ай. Семнадцать лет твое тело живет с этим знанием и принимает его за аксиому, а потом всего лишь за пять дней ты берешь и переучиваешься. И плюешь на ньютоновскую физику. И сначала идешь, потом бежишь, а потом и мчишь сквозь камень так, как будто его вовсе нет.

– Бегом. Я Пахака отвела к кормушке, минут двадцать у нас есть... – Карина перешнуровывала кеды, сидя на полу, когда он вынырнул наружу из очередной стены.

– Ого... Тут м‑м‑м... Крутой такой спуск.

– Нормально. Не разгоняйся только сильно, а то влетишь со всей дури в стену...

– Не влечу! – Он помахал перед ее носом черепахой.

– Точно! – Она больше не улыбалась. Выглядела сосредоточенной и спокойной, и Макар понял, что сейчас перед ним не просто девушка, хоть и необыкновенная, а смотрительница лабиринта Карина Ангурян. – Пошли. Теперь смотри, – Карина медленно двинулась вперед и вниз. Макар послушно направился следом, светя фонариком под ноги. – У меня есть мое смотрительское право на просьбу. Одну‑единственную. Нужно предельно точно сформулировать, что мы хотим. Иначе...

– Знаю. Трындец, – усмехнулся Макар. – Это как сделка с дьяволом, и не дай бог ошибиться в запятой. Мы хотим вдвоем попасть в тысяча девятисотый год и вдвоем вернуться обратно. Хотя это уже две просьбы. Тогда... м‑м‑м. Мы вдвоем хотим погостить у наших пращуров в тысяча девятисотом. Так лучше?

– Значительно. – Карина резко остановилась. Макар едва не налетел на ее спину. – Пришли. Здесь!

Скучный, хотя и довольно неприятный, коридор заканчивался обычным тупиком. Макар огляделся, дотронулся до глухой серой стены. Посмотрел на экран телефона – там красной линией был прочерчен путь от Парамонов и досюда. Если что, очень легко вернуться по следам. Проговорил:

– Почему обязательно нужен этот... Барбаро? Пройдем через стену. Найдем сами этот чертов портал...

– Потому что так положено. Потому что я тут не в гостях. Я – смотрительница. Потому что это моя работа и я не могу, права не имею идти туда без разрешения... – Карина выразительно посмотрела на тупик. – И тебя не пущу!

– Да? Ну да. Ага...

Он даже разбегаться не стал. Просто провалился спиной назад. И, растворяясь в известняке, услышал, как она кричит ему вслед:

– Нет! Нет! Не сме‑е‑ей! Ты же там пропаде‑е‑е‑е...

 






Date: 2015-09-19; view: 101; Нарушение авторских прав

mydocx.ru - 2015-2019 year. (0.017 sec.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав - Пожаловаться на публикацию