Главная Случайная страница


Полезное:

Как сделать разговор полезным и приятным Как сделать объемную звезду своими руками Как сделать то, что делать не хочется? Как сделать погремушку Как сделать неотразимый комплимент Как сделать так чтобы женщины сами знакомились с вами Как сделать идею коммерческой Как сделать хорошую растяжку ног? Как сделать наш разум здоровым? Как сделать, чтобы люди обманывали меньше Вопрос 4. Как сделать так, чтобы вас уважали и ценили? Как сделать лучше себе и другим людям Как сделать свидание интересным?

Категории:

АрхитектураАстрономияБиологияГеографияГеологияИнформатикаИскусствоИсторияКулинарияКультураМаркетингМатематикаМедицинаМенеджментОхрана трудаПравоПроизводствоПсихологияРелигияСоциологияСпортТехникаФизикаФилософияХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника






Универсальные грамматики и типологические универсалии





Лекция 2. Проблема типологических универсалий. Язык-эталон.

План:

Универсальные грамматики и типологические универсалии.

Язык–эталон и его характеристики.

Проблемы построения языка-эталона. ЕСМ А. Вежбицкой как одна из моделей языка-эталона.

Основные понятия: универсальные грамматики, лингвистические универсалии, эмпирическая область действия универсалий, язык-эталон, естественный семантический метаязык, семантический примитив.

Универсальные грамматики и типологические универсалии.

Мысли об универсальности языковых явлений появились еще в средние века и получили свое воплощение в попытке создать единую для всех тогда известных языков универсальную грамматику, ставившую перед собой задачу изучить те логические принципы, которые лежат в основе всех языков. При этом неправильно отождествлялись логические и языковые категории. Эта ошибочная концепция имела следствием взгляд на развитие языка как на его порчу, как на отклонение от идеального стандарта, каким на Западе считалась классическая латынь. Так родилась мысль о необходимости предохранить язык от порчи путем его фиксирования в нормативных словарях (словарь Итальянской академии делла Круска, 1612 г.; словарь Французской академии, 1694 г.; словарь Сэмюэла Джонсона, 1755 г.).

Исторически, идея универсальной грамматики восходит к идеям таких философов как Роджер Бэкон и Рене Декарт, но в современном контексте она практически всегда ассоциируется с теориями американского лингвиста Ноама Хомского. Хомский выдвинул гипотезу о том, что дети обладают врождённым механизмом усвоения языка (англ. Language Acquisition Device), действующим на протяжении определённого критического периода (примерно до 12 лет). Главным аргументом Хомского стала «бедность стимула» (poverty of stimulus

): ребёнок не получает негативной информации о языке (родители практически никогда не поправляют своих детей), что делает процесс усвоения языка невозможным без наличия какой-то заранее заданной информации.

Универсальная грамматика ограничивает количество гипотез, в противном случае ребёнок должен будет выбирать из бесконечного количества возможностей. Главную задачу лингвистики Хомский видел в формальном описании универсальной грамматики, для этой цели им была предложена трансформационная порождающая грамматика, опирающаяся в первую очередь на синтаксис.



Теория Хомского стала первой попыткой описать язык в рамках когнитивной парадигмы: бихевиоризм отвергал существование внутренних ментальных состояний и опирался на изучение поведения. Хомский же продемонстрировал несостоятельность бихевиористкого подхода к языку и сосредоточил внимание науки на изучении способности человека к языковой деятельности (linguistic competence), а не на самой этой деятельности (linguistic performance). Теория Хомского приобрела огромную популярность в американской лингвистике и стала фундаментом для целого ряда других генеративных (порождающих) теорий языка.

Современное исследование универсалий началось в 1957 году на 8 международном конгрессе лингвистов в Осло. Роман Якобсон сделал доклад о значении типологических исследований для сравнительно-исторического языкознания. Касаясь вопроса об универсалиях, Р. Якобсон подчеркнул, что типология призвана вскрывать и предугадывать явления, лежащие в основе различных уровней структуры языка.

Наиболее важный этап разработки проблемы лингвистических универсалий – конференция по языковым универсалиям, состоявшаяся в Нью-Йорке 13-15 апреля 1961 года.

На этой конференции было заслушано выступление Р. Якобсона с докладом о значении лингвистических универсалий для языкознания, а также на обсуждение был вынесен «Меморандум о языковых универсалиях», подписанный Джозефом Гринбергом, Джеймсом Дженкинсом и Чарльзом Осгудом.

Языковые универсалии в данном меморандуме определяются как обобщенные высказывания о свойствах и тенденциях, которые характерны для любого языка, и разделяются всеми говорящими на этом языке.

В меморандуме рассматривались различные типы универсалий: фонологические, грамматические, синтаксические, семантические, была описана сфера приложимости универсалий к языковым уровням, а также выдвинута программа дальнейшего исследования универсалий.

Дж. Гринберг разработал и описал 45 грамматических универсалий (например: «Если язык исключительно суффиксальный, то это язык с послелогами, если язык префиксальный – то это язык с предлогами»; 1 тип – монгольские, тюркские, японский, 2 тип – индонезийские языки).

Абсолютные универсалии как закономерности, свойствен­ные всем языкам, благодаря своему всеобщему языковому характеру могут быть использованы для выделения универ­салий, свойственных только языковым системам в отличие от любых других систем, например различных семиотических систем. Поэтому мы можем говорить о лингвистических и об экстралингвистических универсалиях, например об универ­салиях, свойственных той или другой системе знаков в отличие от системы знаков языка; ср.: универсалия «2.1. Вокально-слуховой канал. Канал для любой языковой коммуникации является вокально-слуховым», в отличие от животных, у ко­торых коммуникация может быть слуховой, но не голосовой.



Однако поскольку абсолютные универсалии не дают воз­можности выявить специфические признаки отдельных языков или групп языков, то приходится признать, что большее значение для типологии приобретают те явления и факты линг­вистического характера, которые представлены не во всех, а в подавляющем большинстве языков. Так, в ряде индоевро­пейских языков существует система падежей, начиная с 8 па­дежей, как в языке маратхи в Центральной Индии, и кончая двумя падежами, как в скандинавских языках — шведском, датском, норвежском. С другой стороны, в составе индоевро­пейских языков имеется ряд языков, в которых не существует склонения в системе существительных. Это болгарский, фран­цузский, испанский, английский языки. Группировка индоевропейских языков по критерию нали­чия — отсутствия системы склонения является важным типо­логическим признаком классификации языков.

В данном случае факт наличия системы склонения, признак, общий для значительного числа языков, может рассмат­риваться как языковая универсалия. С другой стороны, от­сутствие системы склонения, черта, также общая для ряда языков, может быть воспринято как языковая универсалия. Таким образом, можно получить классификационный показа­тель, основанный на оппозиции — языки, имеющие систему склонения - языки, не имеющие системы склонения.

Наряду с универсалиями, имеющими описательный, или статический, характер и определяющими типологию языка в синхронном плане, необходимо говорить об универсалиях диахронических, характеризующих процесс движения или развития в языке. Логическая структура этих универсалий формулируется так: «Для всех x и всех у, где х есть более раннее, а у — позднейшее состояние того же языка...» х. Это означает, что некоторое состояние языка х изменяется в со­стояние у; и этот процесс имеет общие черты в ряде языков, как генетически родственных, так и неродственных. Это можно показать на ряде конкретных примеров:

Наблюдения над развитием фонем [к] > [t∫] безусловно носят характер универсалии. Так, в древнерусском языке фонема [к] перед гласным переднего ряда [э] систематически переходила в [ч]; ср.: пеку — печешь — печет, но пекут; крепкий — крепче и т. д.

В древнеанглийском языке согласный [к] изменялся в [t∫] в течение IX—XI вв.; ср.: да. сēоsаn > са. сhеsеn > на. choose. В шведском языке мы находим тот же процесс, причем шведская орфография сохранила следы этого изменения; ср.: швед, кőра [‘çǿ:pa] покупать < лат. саuро. То же явление мы наблюдаем в итальянском языке; ср.: лат. сеntum ['kеntum] > итал. сеto ['t∫ento] — сто и т. д.

Не менее интересными могут считаться и морфологические универсалии, такие, как редукция окончаний в неударных слогах (наблюдается в английском, нидерландском, русском, французском языках), а также исчезновение форм двойствен­ного числа, бытовавшего в большей части известных нам древ­них индоевропейских языков.

Приведенные примеры позволяют дополнить определение языковых универсалий, данное выше, и принять как более полное определение языковой (лингвистической) универсалии, предложенное Б. А. Серебренниковым, которое звучит так: «Языковая универсалия — это единообразный, изоморфный способ выражения внутрисистемных отношений языковых эле­ментов, или однотипный по своему характеру процесс, даю­щий одинаковые результаты, проявляющиеся с достаточно вы­сокой степенью частотности в различных языках мира».

Со строго логической точки зрения универсалии можно определить как любые высказывания о языке, относящиеся ко всем языкам вообще следующего вида: «Для всех х , где х есть язык, имеет место…»

Эти высказывания подразделяются на несколько логических подтипов: первые три могут быть названы «Универсальные высказывания о существовании», вторые три – «Статистические универсалии».

Универсальные высказывания о существовании:

1. Универсальные свойства языка, которые не являются чисто выводными на основе логических посылок (дедукции):

- во всех языках имеются гласные;

- количество фонем в языке колеблется от 10 до 70 и т.д.

Данные положения могут претерпевать изменения как результат получения новых данных: например, сейчас описаны языки абхазо-адыгской группы, в которых насчитывается 85 фонем.

2. Импликационные универсалии предполагают наличие связи между 2-мя языковыми явлениями и строятся по формуле: если в языке есть явление А, то есть и явление В (если в языке есть двойственное число, то есть и множественное число).

Данные универсалии особенно многочисленны на фонологическом уровне.

3. Ограниченная эквивалентность – взаимные импликации между 2-мя неуниверсальными свойствами языка: если в языке есть некоторая неуниверсальная характеристика А, то есть также и В, и наоборот.

Все языки, в которых прослеживаются подобные явления, относятся к узкой группе языков Ю. Африки. Эквивалентные отношения между частотно встречающимися, логически не зависимыми характеристиками трудно обнаружить, поэтому такие связи вызывают особый интерес как показатель важнейших необходимых связей между различными свойствами конкретных языков.

Статистические универсалии.

1. Строятся по формуле: «Для любого языка свойство А более вероятно, чем некоторое другое (часто свойство не-А)».

Предельный случай таких универсалий так называемы «почти универсалии»: среди языков мира носовые согласные отсутствуют только в индейском языке килеут и нескольких соседних с ним языков→выводится универсалия: «Вероятность того, что в языке есть хотя бы 1 носовой выше, чем предположение о его отсутствии».

2. Статистические корреляции – универсальные высказывания вида: «Если в языке есть явление А, то вероятность того, что в нем есть явление В значительно выше, чем вероятность обратной связи». Например: если в языке есть различие по роду во 2 лице ед. ч., то имеется также и различие по роду в 3-ем л.

Однако уже сейчас выделяется язык в Центральной Нигерии, где отсутствует различие в 3 л. ед.ч. при наличии различий во 2 л.ед.ч.

3. Универсальные законы распределения

Существуют некоторые количественные оценки (например, избыточность), которые могут быть получены для любого языка. Например: 32 фонемы английского языка требуют 5 бинарных дифференциальных признаков, но данных признаков 9. Соответственно, английский язык в фонологическом отношении избыточен на 56%.

Эмпирическая область действия универсалий.

Для того чтобы четко разграничить среду действия языковых универсалий и универсалий, относящихся к другим знаковым системам, необходимо было определить область действия универсалий. Эмпирическая область была описана в статье Ч. Хокетта «Проблемы универсалий в языке»:

1. Для любой языковой коммуникации существует голосослуховой канал.

2. Все языковые сигналы могут быть переданы по радио и всегда воспринимаются непосредственно (во времени).

3. Все языковые сигналы существуют в пределах слу­ховой досягаемости и во время произношения.

4. Все участники речевой коммуникации могут быть и передающими речевые сигналы и получающими их.

5. Производитель речевого сигнала сам в то же время является получателем этого же сигнала.

6. Прямой энергетический эффект языковых сигналов несуществен, важен только триггерный (т.е. относящийся к кибернетике) их эффект.

7. Функция языковых сигналов состоит в организации жизни общества, поскольку они (языковые сигналы) пред­ставляют собой ассоциативные связи между сигнальными элементами и явлениями мира. Лингвистические формы есть называния (denotations).

8. Связь между значимыми элементами языка и тем, что они называют, не зависит от психического или внешнего (геометрического) сходства между ними, т.е. семантические отношения арбитрарные, а не иконические.

9. Все возможные высказывания в любом языке состоят из дискретных единиц.

10. Языковые сообщения могут относиться к предме­там, которые не представлены в том пространстве и времени, в котором происходит коммуникация.

11. Язык, как набор предложений, есть открытая си­стема. Новые языковые предложения создаются свободно и легко. В языке новые высказывания могут быть образо­ваны путем создания аналогичных форм или путем преобра­зования старых. В языке как новые, так и старые элементы могут получить новое семантическое наполнение благодаря бытовому и речевому контекстам.

12. Язык, его правила, передаются путем научения, а не через генетическую субстанцию.

13. Каждый язык имеет две подсистемы: семантическую и плерематическую.

14. Языковые сообщения могут быть неверными или бессмысленными в логическом отношении.

15. На языке можно высказываться о самом языке.

16. Человек, владеющий одним языком, может изучить другой.

Признаки эмпирической области сгруппированы определенным образом:

а) признаки материала:

1-5 – область устной коммуникации; описывают характеристики устной речи по ее материалу;

б) признаки знаковости:

6-8 – называют социально-знаковую природу языка;

10 – показывает возможность конструировать новую ситуацию в знаках (за пределами ситуации общения)

13 – описывает членимость языка на план содержания и план выражения;

14,15 – показывают специфику языка, его независимость от логики.

в) признаки средств анализа или признаки деятельности:

9-11 – указывают на способ интерпретации звукового языка с помощью графических средств: линейность, членимость, комбинаторика, открытость текстов;

12-16 – описывают способы передачи знаковой системы (не текста) и возможности такой передачи.

Соответственно, согласно признакам группы А, в качестве приоритетной эмпирической области действия языковых универсалий из всей области семиотического материала выделяется область устной речи.

Группа признаков Б охватывает не только эмпирическое поле естественного языка, но и весь мир знаковых систем. Для этого поля эмпирии имеет смысл следующее утверждение: при интерпретации одной знаковой системы средствами другой необходима система диакритик (знаки письменности, нотная запись и т.д.).

Признаки группы В присущи не только языку или знаковой системе вообще, но и любой форме деятельности, а т.к. сам язык – деятельность, то возникает необходимость традиций и возможности обучения языку.

Эмпиричекая область универсалий базируется на 2 принципах:

1. Эмпирической областью универсалий считать область, в которой представлены все признаки, входящие во все группы;

2. Эмпирической областью универсалий может быть хотя бы 1 признак из всех названных.

Соответственно, лингвистические универсалии выводятся из эмпирической области, где одновременно представлены все признаки; семиотические универсалии выводятся из эмпирической области, где может быть представлен хотя бы 1 признак из списка.

В России проблема универсалий вызвала большой интерес.

В 1966 г. в Москве состоялась конференция по проблемам изучения универсальных и ареальных свойств языков, на которой обсуждались вопросы теории языковых универсалий. Результаты работы этой конференции получили свое отраже­ние в сборнике «Языковые универсалии и лингвистическая типология». В нем имеется приложение, содержащее новые универсалии, предложенные докладчиками в дополнение к тем, которые даны в книге Б. А. Успенского.

Дальнейшая разработка проблемы универсалий в нашей стране связана с именами ряда советских ученых. Были уточнены такие понятия, как универсальные дефиниции, под которыми следует понимать дедуктивно выводимое знание, касающееся аналитических средств нашей науки, и лингвисти­ческие универсалии, представляющие собой обобщение на­блюдаемых фактов языка, полученные индуктивным путем (Ю. В. Рождественский).

Были предложены новые универсалии, представляющие собой выражение отношения актантов к действию и субъектно-предикатных отношений, и была показана зависимость между способом выражения названных универсалий и характером структуры слов в разных языках (В. 3. Панфилов).

Синхронный состав универсалий был дополнен диахронными универсалиями (Б. А. Серебренников).

Исследование проблем универсалий положило начало развитию диахронической типологии.

Диахроническая типология (историческая типология) — направле­ние в типологии, исследующее не сходст­во материальных компонентов сравни­ваемых языков, а их категориально-со­держательные структуры. В диахронической типологии воз­можно типологическое сходство неродственных языков и признание значит, расхожде­ний у родственных. Диахроническая типология связана с идея­ми универсалий, но выдвигает специфические универсалии.

Основным понятием диахронической типологии является идея общего для всех языков пути развития, проходя который одни языки могут опережать другие; эта идея некоторым образом соотносима с теорией стадиальности в языковом развитии. Но понятие стадиальности в целом имеет двоякую трактовку:

1) языки должны пройти определенный ряд формальных ста­дий, например, посессивный — эргативный — номинативный строй; диахроническая типология ищет фор­мальные показатели становления этих стадий;

2) языки сравниваются по кри­териям содержательно-смыслового ха­рактера, при этом не исключена оценка содержательных категорий как стадий.

В этом смысле выделяется такое направление диахронической типологии как контенсивная типоло­гия (С. Д. Кацнельсон, В. И. Абаев, Г. А. Климов). В рамках диахронической типологии проис­ходит поиск и выявление диахронических констант, т. е. доминирующих тенденций изменения реального языка (М. М. Гухман).

Одно из направлений Д. т. (Ч. Н. Ли, Т. Гивон и др.) видит причины языковых изменений в речевых установках участ­ников коммуникации. Так, в первую очередь изменяются явления, наиболее важные в коммуникации. Например, чаще всего человек говорит о себе, поэтому большая часть языковых изменений связана с мор­фологией и синтаксисом 1-го л., измене­ния во 2-м и 3-м л. происходят позже; таким образом, становление грамматической категории происходит неравномерно — в 1-м л. на каком-то этапе развития может быть иная система времен глагола, чем в 3-м л.

В коммуникации среди объектов речи че­ловеческое доминирует над не-человеческим, живое — над неживым, определен­ное, известное — над новым и т. д. Например, при глаголах с отрицанием в ис­тории русского языка возникновение вин. п. на месте родительного происходит в пер­вую очередь у одушевленных существительных, обозначающих лицо (раньше собствен­ных, чем нарицательных, раньше ед. ч., чем мн. ч., раньше муж. рода, чем жен. и ср. рода; работы А. Тимберлейка). Соответствующая шкала намечается и для изложения событий.

Диахроническая типология объединяет языковые уровни («сегодняшняя морфология есть вчераш­ний синтаксис» — Гивон). Например, пока­затели темы (топики) склеиваются с гла­гольными компонентами, становятся флексиями, при этом возможно дубли­рование грамматической информации при десемантизации флексии и опрощении фор­мы; так, в словосочетании «он делает» грамматич. субъект выражен дважды — местоимением и флексией, но в совр. рус. яз. флексия уже не воспринимается как указание на субъект.

Диахроническая типология связывает воедино изменения, происходящие во времени в разных ка­тегориях, например, соотносит, перфект, пас­сив, эргативность и посессивность: так, источником эргативности являются либо пассивные, либо перфектные конструк­ции, перфектные, в свою очередь, восхо­дят к посессивным: I have the book read реинтерпретируются как I have read the book, т. е. на месте посессивной конст­рукции возникает перфект.

Одной из ведущих идей диахронической типологии коммуни­кативного направления является деление языков на языки, в которых порядок ком­понентов соответствует непосредственно представлению ситуации (прагматический спо­соб), и языки, в которых план линейного развертывания подчинен заданным синтаксическим правилам (синтаксический способ).

Синтаксический способ, или синтактизация, отличает языки с более высокой сте­пенью развития их литературной формы, хотя в пределах синхронии могут варьиро­ваться оба способа, с преобладанием прагматического для разговорной речи, речи де­тей, плохо говорящих на данном языке иностранцев и др. В соответствии с этим делением принимается порядок SОV как начальный и порядок SVО как конеч­ный этап синтактизации. Существенно также деление языков на темо(топико)-подчеркивающие и языки с обязательным грам­матическим субъектом, субъектно-подчеркивающие; при этом грамматический субъект может не совпадать с топиком.

Диахроническая типология допускает существование явлений разной типологической хронологии в пределах одного языка, при этом языки могут отли­чаться большей или меньшей гомогенностью.

Если ряд предположений диахронической типологии верен, то по фактам определенного языка, прошедшего большее число стадий развития на универсальном пути, можно предсказать развитие языков, не прошедших этих стадий, но развивающихся в сходном направлении.

Также советскими лингвистами была выска­зана мысль о необходимости замены отношения «форма — значение» более широким отношением «форма — функция — значение», которое слагается из отношений «форма — функ­ция» и «функция — значение». Импликационные универсалии дают возможность установить некоторую сумму признаков, на основании которых можно будет установить типологическую принадлежность исследуемого языка (В. Н. Ярцева),

Разработанная учеными теория универсалий имеет ряд недостатков, к числу которых следует отнести априоризм, или недостаточную обоснованность реальными фактами методики определения языковых типов, недостаточное понимание при­чин, обусловливающих ту или иную универсалию.

Однако, несмотря на эти недостатки, теория универсалий имеет очень большое значение, так как дает возможность уста­новить, насколько правомерны и справедливы гипотезы, кото­рые выдвигаются учеными в связи с теми или иными пробле­мами






Date: 2015-08-15; view: 1029; Нарушение авторских прав

mydocx.ru - 2015-2019 year. (0.018 sec.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав - Пожаловаться на публикацию