Главная Случайная страница



Полезное:

Как сделать разговор полезным и приятным Как сделать объемную звезду своими руками Как сделать то, что делать не хочется? Как сделать погремушку Как сделать неотразимый комплимент Как сделать так чтобы женщины сами знакомились с вами Как сделать идею коммерческой Как сделать хорошую растяжку ног? Как сделать наш разум здоровым? Как сделать, чтобы люди обманывали меньше Вопрос 4. Как сделать так, чтобы вас уважали и ценили? Как сделать лучше себе и другим людям Как сделать свидание интересным?


Категории:

АрхитектураАстрономияБиологияГеографияГеологияИнформатикаИскусствоИсторияКулинарияКультураМаркетингМатематикаМедицинаМенеджментОхрана трудаПравоПроизводствоПсихологияРелигияСоциологияСпортТехникаФизикаФилософияХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника







ВВЕДЕНИЕ. С тех незапамятных времен, когда на юной еще Земле возникло первое человеческое общество - племя ли





С тех незапамятных времен, когда на юной еще Земле возникло первое человеческое общество - племя ли, родовая община или даже просто семья, - и по сей день ее мыслящие обитатели неизменно разделены на лидеров и подчиненных, на хозяев и слуг, на господ и рабов, на элиту- и толпу, на угнетателей и угнетен­ных и т.д. и т.п. И, по нашим сведениям, примерно столько же времени власть предержащие, кем бы они себя ни объявляли, стремятся манипулировать сознанием своих подданных (и не только подданных), используя для этого всевозможные психические прие­мы и технологии, которые, в буквальном смысле, стары, как этот мир. Египетские жрецы Сета, арийские брахманы, тибетские нал&жорпа и таинст­венные колдуны Бон, толтеки центральной Америки, древнеиранские поклонники мрачного Ахримана - их молено долго перечислять, тех людей силы, что ве­ками и целыми эпохами накапливали сокровенные зна­ния о человеческой природе и не боялись ими восполь­зоваться, когда видели в том необходимость.

Если вы полагаете, что в наши дни эта тема бо­лее не актуальна или же не столь актуальна, как лет, этак, четыреста назад, то, поверьте, вы опас­но заблуждаетесь. Не так давно нам показали не­взрачную с виду брошюру, изданную в 1936 году. Она называлась «Как задавать вопросы. Пособие для следователей НКВД». Бегло ее пролистай, мы были .^удивлены. Во-первых, книжица составлялась очень щкяголковым и грамотным - даже и по современным меркам - психологом (или группой таковых). Во-вторых, само ее появление в пролетарской России того периода, когда отнюдь ле каждый следователь НКВД умел грамотно писать, свидетельствует о серьезном внимании сановных большевиков (поверь­те, весьма искушенных в психологии людей) к искус-ству манипулировать сознанием человека (любой классовой принадлежности). Наконец, некоторые приемы, описанные в брошюре, мало чем отличают­ся (разве что ритуалом) от тех, что были приняты на вооружение, допустим, Святейшей Инквизицией или древнеегипетским советом жрецов.

Пожалуй, в современном мире всевозможных ма­нипуляторов сознанием развелось несоизмеримо больше, нежели их было четыре столетия назад. В России, например, помимо государственного аппа­рата, православной Церкви и нескольких сектант­ских сообществ этим высоким искусством промыш­лял тогда в основном всякий сброд - горстка астро­логов с алхимиками в придачу и, конечно, цыгане да малограмотные колдуны. Теперь лее к традицион­ным у нас манипуляторам сознанием присоединилось множество новых и весьма искусных: политические лидеры си своими партиями, всевозможные тота­литарные секты и «духовные» школы, отечествен­ные и иноземные, специальные государственные службы с аббревиатурами вместо названий (КГБ, ФСБ, ГРУ, ЦРУ и т.д.)... Это не говоря уже о рек­ламных организациях и многочисленных средствах массовой информации - безобидных лишь на самый неискушенный взгляд. Наконец, каждый из нас всю свою жизнь в той или иной форме пытается мани­пулировать теми, кто его окружает. Только у одних - к этому врожденные способности, а другие выну­ждены обходиться без таковых.



В общем, приступая к работе над небольшой се­рией книг об управлении человеческим сознанием, мы

ставили перед собою одновременно три задачи (без­условно, демократичные по сути). Во-первых, «сде­лать тайное явным» (со всеми вытекающими из этого последствиями), во-вторых, слегка уравнять шансы человеков мыслящих во взаимном манипули­ровании и, в-третьих, предоставить кому-то воз­можность совершить начальные шаги в овладении древним высоким искусством управления сознанием (сначала собственным, а потом и чужим).

После выхода в свет первой книги этой серии, озаглавленной «Психодинамика колдовства, или вве­дение в паралогию», у ее читателей возникли вопро­сы, самые разные по смыслу и эмоциональной окра­ске, что, впрочем, и не удивительно. Чтобы отве­тить на них более или менее вразумительно, нам пришлось бы написать, по меньшей мере, еще одну книгу на ту же тему (чего мы до некоторых пор де­лать не собираемся). В то же время, сам характер некоторой части этих вопросов мог бы нас смутить и заставить признать, что с «Паралогией» мы не­много поспешили. Возможно, было бы логичнее предпослать ей более доступную книгу - допустим, ту, что вы раскрыли сейчас. Только, работая над «Паралогией», о логике мы заботились менее всего и адресовали свою книгу отнюдь не большинству, но именно меньшинству человеков мыслящих (о кото­ром, увы, авторы зачастую не заботятся вовсе).

Что же касается большинства, то на него неук­лонно, хотя и в тайне, «работает» фундаменталь­нейший закон мироздания - закон компенсации. Со­гласно этому закону, любое негативное явление во вселенной автоматически становится позитивным. Проще говоря, все, что свершается в мире, в конеч' ном счете, служит во благо. Не будь закона компен­сации, тогда бы и нас с вами, и планеты Земля, и вселенной вообще давно бы уже не существовало.А потому, сохраняя приятную надежду на то, что предыдущая наша работа все-таки для кого-то яви­лась своевременной и даже полезной, мы приступили к новой книге, адресованной, по нашему замыслу, бо­лее широкому кругу читателей. В ней мы постара­лись по возможности следовать логичному принци­пу: от простого - к сложному.



Итак, «Искусство доминировать». Стремление к превосходству, к самоутверждению, к психологиче­ской экспансии, чуть ли не к обожествлению собст­венной воли, или же, если угодно, гордыня, которая почему-то всеми вероучениями «списывается» на происки Диавола, - это, тем не менее, исконное че­ловеческое качество, правившее людьми и миром еще до потопа. Нравится нам это или нет, но тяга к преобладанию над собратьями является одним из основных человеческих инстинктов. Он в равной ме­ре присущ и младенцам, неумело дерущимся из-за мячика на игровой площадке, и зрелым мужам, ве­дущим корректную полемику, касающуюся числа ка­пель в мировом океане, и их женам, обоюдно не со­гласным с методами соседки вести хозяйство.

И даже старость не исцеляет человека от его потаенной страсти к превосходству. Только в пре­клонном возрасте страсть эта, как правило, трансформируется и прокладывает себе новое рус­ло. К примеру, вот вам превосходный критерий са­мооценки, пригодный для любых возрастов и ситуа­ций, - степень нашей личной духовной близости к Богу; этот критерий остается в нашем распоряже­нии даже тогда, когда большинство прочих уже не актуально, - допустим, в случае нашей физической и интеллектуальной немощи. И подобных систем от­счета, подходящих для любого нашего «я», можно изобрести - и, конечно, уже изобретено - превели­кое множество.

Если вы сумеете посмотреть непредвзятым и не­замутненным взором на всю людскую кутерьму, пи­таемую страстью к превосходству, то вам непре­менно станет очень смешно, смешно до отчаяния. Самозабвенно волтузят друг друга политики и биз­несмены, остервенело кусаются - в переносном, а то и в прямом смысле - спортсмены и люди искусства. А на мусорных кучах с не меньшим энтузиазмом сражаются между собой менее удачливые персоны. Последние, вроде бы, уже лишились всего - и дела, и крова, и совести, - но не стремления доминировать над ближними.

Сегодня в обществе бытует миф о якобы врож­денном бескорыстии и буквально ангельской чисто­те детей. Его питает, вероятно, наше естествен­ное к ним отношение. Тем не менее, буквально с пер­вых оке мгновений своего существования на свете будущий человек начинает яростно требовать от еще не знакомого мира все, что ему необходимо: пищу, чистые пеленки, внимание окружающих... При этом он не способен принимать в расчет никакие внешние обстоятельства, мешающие ему мгновенно получать желаемое. Примерно так же ведет себя гусеница, жадно пожирающая листья. Ей просто невдомек, что, когда вся крона будет обглодана, по­гибнет не только дерево, но и она сама.

И спустя несколько лет - допустим, в пяти-семилетнем возрасте - ребенок все еще ощущает себя центром мироздания. Правда, ему уже теоре­тически известно, что прочие люди тоже что-то чувствуют и чего-то хотят, но это формальное знание никак не вписывается в его систему миро­ощущения. Нас умиляет, когда малыш с наивной жадностью тянется к соске или, допустим, к ябло­ку. И чудесно! Но тигрица, вероятно, тоже по-своему умиляется, когда ее полосатик рвется к

свежей туше оленя или - что еще лучше само­стоятельно задавит какого-нибудь крольчонка.

К слову, от нашей идеализации детства зачастую страдают именно дети. Взрослые ждут, а потом и требуют от них чего-то особенного, а они ничуть не лучше - но и не хуже! - своих пап и мам.

Некоторым двуногим удается психически закон­сервироваться в мироощущении семилетнего ребен­ка и провести всю свою жизнь, вплоть до могилы, взаперти, в малюсеньком собственном «я», тесно­ватом, зато привычном, совершая там разве что незначительные телодвижения и не высовывая носа в грандиозный и пугающий реальный мир. Правда, они тщательно маскируют данное обстоятельство - и от окружающих, и, прежде всего, от самих себя. Им даже кажется, что из этого всего у них получа­ется нечто вполне пристойное.

Другие люди на каком-то этапе своей жизни вдруг пронзительно осознают, что они подобны ту­пой и жадной гусенице, которая бездумно губит ис­точник собственного существования. Таких людей мы можем условно поместить на следующую сту­пень развития - ступень волка. Дело в том, что се­рый разбойник в период выведения потомства ведет себя исключительно лояльно в отношении любой живности, появляющейся вблизи его логова. Жители окрестных деревень зачастую даже не подозрева­ют, что где-то по соседству подрастает грозная волчья стая. Сами же волки, вероятно, чувствуют, что, покуда они прикованы к логову, какая-нибудь драная кошка может стоить им жизни, и действу­ют соответствующим образом.

Наконец, очень немногие люди пробуждаются к осознанию всеобщей тотальной взаимосвязанности. Но не о них и не для них эта книга, адресованная.

как мы уже сообщили, относительно широкому кру­гу читателей.

Однако вернемся к человеческому стремлению доминировать, из которого соткана вся наша жизнь. Оно может принимать разнообразные фор­мы: величественные и смешные, притягательные и отталкивающие, совершенные и нелепые... Иногда просто отвратительные. Вспомним классического «раба, что стал царем», или же нашего российского официанта из анекдота - того самого, что на досу­ге отправляется в соседний ресторан, чтобы там самоутвердиться в меру своего разумения.

Совершенно очевидно, что человеческий ин­стинкт превосходства опирается на эгоизм, или же, как сказали бы буддисты, на неведение. Впрочем, на­звание не меняет сути явления - в нашем случае, весьма негативного. Но где-то, на участке прямой связи между чистым эгоизмом и порожденным им стремлением доминировать, включается уже упо­мянутый нами вселенский закон трансформации, преображающий все дурное во благо. И изначально порочная потребность в самоутверждении стано­вится наиболее мощным движителем нашего разви­тия, нашего совершенствования. Как ни парадок­сально это звучит, но только благодаря эгоизму, ин­стинкту самоутверждения, стремлению доминиро­вать, потребности в экспансии и может в итоге сформироваться пробужденный к восприятию все­общего единства человек.

У Природы есть одно неоспоримое достоинство последовательность. Сказав «А», она всегда произ­носит «Б». А потому, обременив человека врожден­ным стремлением к превосходству. Природа пре­доставила в его распоряжение достаточно средств, чтобы такового достигать, во всяком случае, что­бы за него бороться.

 

Возможно, вам уже знакома эта притча. Давным-давно, когда Мир был еще очень юн, в ще­дром девственном лесу, а может, в саванне или же в горах, обитало Племя. И был в этом Племени Вели­кий Охотник. Он лучше всех выслеживал огромного, по очень осторожного дикого буйвола и первым бро­сал в него дротик; больше всех прочих охотников вместе взятых налавливал он силками жирных вкус­ных куропаток, которые так нравились детям и женщинам. Великий Охотник правильнее всех умел заранее угадать, когда хлынет дождь, и когда при­дет засуха. А если случалась беда - объявлялся ли поблизости саблезубый тигр-людоед, или же воин­ственные соседи устраивали на Племя набег, • Вели­кий Охотник первым поднимал острое боевое копье и тяжелую палицу. Нечего и говорить, что все в Племени беспрекословно слушались Великого Охот­ника. И конечно же, самые красивые, самые молодые и жизнеспособные женщины доставались ему.

Так вот, в каждом из нас, ныне живущих, дрем­лет ген этого Великого Охотника. Наверное, данный тезис не требует доказательств. Правда, нам мо­гут возразить сторонники прочих мифов, допустим, космического: не верим, дескать, мы в вашего Охотника; в те счастливые времена на Земле прави­ли ясноокие мудрые гуманоиды, посланцы великой галактики. Что ж> тем более. В таком случае вам достался ген самого ясноокого и самого мудрого из ваших гуманоидов. Кто бы он ни был, этот самый-самый, мы все - его потомки.

Только нам все же более по душе история с Охотником, потому что сама по себе охота есть величайшее из человеческих действий, или, если хо­тите, из состояний души. С ним и сегодня связано так или иначе любое продуктивное явление в жизни. Ученый охотится за открытием, бизнесмен - за деньгами, артист - за успехом, а мудрец - за силой. Мы и намерены разобрать в этой книге некоторые приемы и методы охоты за силой из арсенала муд­реца.

Подобно любой иной охоте, выслеживание силы с целью ее добычи требует специальных угодий, или особого пространства, в котором оно может про­водиться. Необходимые же угодья для данной охоты - это психическое пространство, или человеческое сознание; причем, во-первых, сознание самого охот­ника, и лишь во-вторых, сознание прочих живых су­ществ, па которых последний стремится воздейст­вовать.

Здесь будет уместен еще один пример отлажен­ной «работы» вселенского закона трансформации. Чтобы обрести силу для проникновения в чужое сознание, охотнику необходимо прежде досконально исследовать собственное психическое пространст­во, что автоматически приведет его в состояние эмоционального равновесия, то есть, по меньшей мере, избавит от необоснованной агрессивности. Иными словами, выслеживание самого себя дает нам силы доминировать и одновременно действует наподобие предохранительного клапана в паровом котле.

Вообще, внутреннее состояние охоты, постоян­ной готовности к восприятию и действию, или же психическая позиция «охотник», есть столь же не­обходимая компонента нашей жизни, как, скажем, воздух или вода. Посмотрите, что происходит, ко­гда обычный человек утрачивает в жизни цель, а вместе с нею и эту готовность. Вокруг нас полно тому примеров. Допустим, провожают на пенсию директора крупного предприятия. Мужику уже к семидесяти, но он еще очень силен, динамичен и да­же - поговаривают у него за спиной подчиненные -не по возрасту сластолюбив. А уже через год это -немощный старик, тоскливо «дотягивающий» жизнь. В недавние беспокойные деньки он любил «попыхтеть»: мол, не цените, мол, загоните в гроб, мол, уйду на отдых, тогда... А настало это «то­гда», оставили его, наконец, в покое люди с их дела­ми и пустыми «заморочками», так вдруг откуда-то вылезла эта старуха с косой... Все очень просто: человек лишился цели, которая его удерживала в этой пусть беспокойной, но животворной для него психической позиции, суть которой - вечный поиск и обновление.

В написанном Игорем Северяниным на склоне лет стихотворении «Весна» есть такие строки:

«Весна - единственная цель

Существованья здесь!»

Чувствуете, это уже не Северянин начала века, не тот горластый и опьяненный собственным те­норком петушок, которому ужасно нравилось эпа­тировать свой культурный курятник «Ананасами в шампанском», но помудревшии в страданиях и очень усталый человек. Теперь его стихи по-настоящему хороши. Так вот, «весна» у Северянина - это поиск, это - обновление, это - трансформация и одновре­менно суть и цель жизни.

К слову, о словах, то есть о символах, аллегориях и прочих особенностях человеческой речи, благодаря которым она обычно больше маскирует, нежели пе­редает. (Мы уже разъясняли свою точку зрения на сей счет в предыдущей книге, только, судя по вопро­сам читателей, неважно в этом преуспели.) Так вот, на сей раз категорически заявляем: при объяс­нении тех или иных психофизических явлений ника­кими аллегориями мы не пользуемся вообще! Наши слова всегда следует понимать буквально.

 

Почему-то людям труднее всего это принять. В Самых простых вещах они привыкли искать скры­тый смысл и потому постоянно не понимают друг друга. Возьмем к примеру уже изложенную нами в предыдущей книге формулу; человек есть то, что он о себе думает. (Наверное, еще правильнее было бы сказать: кем он подсознательно себя ощущает.) Данная формула справедлива только в самом пря­мом, в самом буквальном смысле, но в переносном -ни в коем случае. На уровне мышления человек мо­жет сколь угодно долго почитать себя героем и ге­нием, но преспокойно оставаться трусом и безда-рью. В то же время, если он сумеет подсознательно ощутить себя трехметровым гигантом, то непре­менно начнет расти - именно в прямом значении слова «расти». Или же, ощутив себя волком, он и станет постепенно в такового превращаться - не в том смысле, что усвоит какие-то звериные принци­пы, а в самом прямом - с густой шерстью и воем на луну. Вспомните леденящие кровь истории об обо­ротнях. Возможно, не все они - порождения суевер­ной фантазии. В традиции толтеков сила, позволяю­щая осуществлять подобные трансформации, назы­вается намерением; сами .же толтеки заявляют о своей способности ею управлять.

Есть один «бородатый» анекдот. Психиатру с превеликим трудом удается убедить пациента, что тот - не рыбка, а человек. Но и тогда, вроде бы уже излечившись от помешательства, пациент этот продолжает бегать от кошек. Доктор серди­то спрашивает его:

- Зачем ты это делаешь? Теперь-то ты знаешь, что ты - вовсе не рыбка, а нормальный человек... И слышит в ответ:

- Я-то знаю, но знают ли о том кошки?

 

 

Быть может, как анекдот эта история и годит­ся. Но принять ее в качестве возможности челове­ческого сознания мы никак не можем. С позиций психиатрии, это - чистейшей воды бред, вымысел, фантастика! Или же просто злостная симуляция. Да, потому что, если у человека в подсознании ка­ким-то образом столь жестко закрепится и станет доминировать над прочими некая установка, то не-избежна трансформация самого человека в соот­ветствии с этой установкой. Данный закон доход­чиво сформулирован в пословице «Назвался груздем, полезай в кузов». В общем, если бы у пациента из анекдота вдруг отрос хвост в чешуе, то это не по­казалось бы нам более фантастичным.

Кстати, о чудесах (разумеется, в контексте этой книги). По нашему убеждению, незачем за ними охотиться в исторически чуждых нам угодьях йоги, буддийских школ или суфийских сект. Наверное, проще (и, наверняка, надежнее) всерьез обратиться к психологии и поискать с ее помощью эти самые чудеса в собственной психике. Поверьте, их там сыщется немало. Среднестатистический житель планеты Земля использует возможности своей пси­хики (заметьте, вполне нормальные возможности} не более, чем на 7 процентов- А основной психиче­ский потенциал, данный ему Природой, что называ­ется, по праву рождения, так и остается не рас­крытым. И это не говоря уже о наших сверхвоз-можностях, которые действительно безграничны. А потому человеку, этому воистину чудесному суще­ству, нет ни малейшей нужды отправляться за чу­дом в мистицизм. Во всяком случае, ему не повредит сперва разобраться в себе самом.

Заканчивая эту вводную часть книги, мы сочли полезным малость посетовать на специфические не­приятности, связанные с публикацией подобного

материала, да и вообще с работой в этой области знания, все еще числящейся где-то на стыке мисти­цизма всевозможного толка, околонаучных или же наукообразных описаний и реально подтвержденно­го, но не всеми признаваемого практического искус­ства. Именно за последним мы и вынуждены «ны­рять» порою в мистику и добывать его там, словно жемчужину на дне моря. В итоге мистики различ­ной окраски, а заодно и просто религиозные люди обвиняют нас в рационализме и безбожии, а побор­ники западной науки, которая зиждется на логике, и прочие атеисты - в мистицизме. Этот досадный казус побуждает нас сознаться: в действительно­сти мы приверженцы логики и рационализма, причем настолько, что готовы полностью отвергать и то и другое всякий раз, когда это, с нашей точки зре­ния, логично и рационально.

 

Глава 1. Не прописные истины

Начнем с того, что при некотором навыке нетрудно ма­нипулировать практически любым нормальным биологи­ческим объектом, за исключением отдельных лиц с тяже­лыми психическими расстройствами, наркоманов после «дозы», а также некоторых фанатиков, религиозных или политических. Кстати, перечисленные категории живых существ психологически весьма схожи. Возможно, кого-то покоробил сам термин «биологический объект», коим обо­значен нами «венец творения». И напрасно. Представьте себе хирурга, роняющего горькую слезу на пациента, что распростерт перед ним на операционном столе. Да, такой сердобольный эскулап запросго что-то не то бедняге отре­жет и не туда пришьет, а то еще грохнется в обморок, а в придачу напорется на собственный скальпель... Хирургу нужна отрешенность - быть может, даже в большей степе­ни, чем мастерство. Точно так же и при выполнении пси­хической операции совершенно необходимы безэмоцио­нальность и максимальная отстраненность. Запомните: в момент осуществления психологического воздействия вы не должны быть подвластны никаким эмоциям, даже желанию добиться результата. Иначе у вас попросту ничего не полу­чится. Нужная степень отрешенности возможна лишь в том случае, когда вы относитесь к лицу, с которым работаете, как к некоему безличному биологическому объекту. Примерно так люди обыкновенно взирают на какую-нибудь улитку или стрекозу: не испытывают к ней ни особой симпатии, ни ан­типатии - вообще ничего. К счастью, такая отрешенность потребуется вам лишь на то время, покуда вы проводите психологическую операцию. Закончив же ее, можете вновь запылать любыми страстями, какими пожелаете.

Но вернемся к тому, с чегомы начали эту главу. Итак, воздействовать можно практически на любого человека, только на каждого — по-своему. Из классической психоло­гии большинству наших читателей, наверное, уже извест­но, что по своему отношению к окружающему миру и ощущению в нем себя всех людей можно условно поде­лить на две большие категории: экстравертов и интровер-тов. В свою очередь каждая из них также условно подраз­деляется на активный и пассивный подтипы. Таким обра­зом, можно выделить четыре группы человеков мыслящих. Лиц, объединенных в первую из них, называют активны­ми экстравертами.

Это наиболее деятельные люди, внимание которых преимущественно поглощено окружающим миром. При этом обычно им присуще стремление что-то в жизни по­менять, исправить и как можно прочнее в ней утвердиться, или же - на уровне интеллекта - осчастливить мир своими идеями (впрочем, обычно не совсем своими). Импульсив­ные и напористые, экстраверты активного типа - это при­рожденные лидеры. У них нет психических комплексов. Они живут сегодняшним днем и превосходно его чувству­ют. Рассчитывать, прогнозировать, строить долгосрочные планы - это не их стихия, Именно они руководят предпри­ятиями и политическими партиями, религиозными объе­динениями и неформальными силовыми структурами. Президенты и криминальные авторитеты получаются ис­ключительно из этой категории лиц.

Что касается пассивных экстравертов, то и для них в жизни припасен неплохой кусок пирога. Чаще всего этих холодноватых и довольно-таки приземленных созерцате­лей бытия можно увидеть на вторых ролях, но непременно рядышком с лидерами. Это прирожденные помощники, соратники, доверенные лица, заместители всевозможных мастей и рангов. Именно они, пассивные экстраверты, со­ставляют основу неистребимого чиновничьего племени. Пассивный экстраверт, как черт ладана, боится серьезных решений. Поменять что-то коренным образом, рубануть с плеча, сняться с насиженного места — все это для него не­посильный подвиг. Зато он умеет досконально разобраться в любой ситуации, обожает вычислять и систематизиро­вать, запоминать на всякий случай все, что угодно, и вооб­ще вести учет и подводить итоги. Без такого помощника активный экстраверт, человек обыкновенно не очень-то собранный, как без рук. Пассивные экстраверты бывают хорошими собеседниками, чудесными супругами и дотош-нейшими фининспекторами. Преобладающее их качество - здравый смысл. Как правило, им всего хватает, за исклю­чением звезд с неба...

Теперь об активных интровертах. Этих можно назвать вечными студентами жизни. Как и подобает вообще всем интроверсированным субъектам, активные интраверты с удовольствием фокусируются на собственном внутреннем мире, но при этом не боятся его дополнять и даже перио­дически осуществлять в нем перестановки. Они готовы учиться чуть ли не до могилы. Активные интроверты не­превзойденные генераторы неосуществимых идей, мечта­тели и фантазеры. Именно среди них - всевозможные со­чинители, музыканты, художники и, как ни странно, среди них же - математики, изобретатели, философы. В общем, активные интроверты занятые люди. К тому же они неред­ко бывают симпатичны - если только их психическая кон­струкция не осложнена каким-нибудь неприятным радика­лом, вроде истероидного.

Наконец, пассивные интроверты. Этих питомцев ду­шевной лени полным полно среди фанатиков всех мастей, особенно же среди религиозных фанатиков. Это они гото­вы до одурения щебетать во след своим гуру «Харе Криш­на!» или «Вся власть - советам!», (Заметьте, сами их лидеры никогда не относятся к данному психическому подтипу.) Что же касается обычных, так сказать, не идеологизирован­ных пассивных интровертов, то в большинстве своем люди они незлые, покладистые и даже душевные. Впрочем, до той лишь поры, покуда вы не попытаетесь насильственно вывести их из привычной психической позиции, весьма близкой к дремоте.

Наверное, достаточно о психотипах - они подробно описаны во множестве книг по психологии. В крайнем случае, чтобы ^окончательно .прояснить для себя этот во­прос, попробуйте самостоятельно соотнести предложен­ную систему классификации с традиционной, берущей за основу соотношение возбудимости и способности к тор­можению нервной системы человека, или же так называе­мые «темпераменты» - сангвинический, флегматический, холерический и меланхолический. Вероятно, сделать это будет нетрудно.

Нас же, стремящихся во всех случаях извлекать из тео­рии реальную пользу, в данном вопросе более всего инте­ресуют именно ключевые психические позиции перечис­ленных психотипов, или же их основные психо-эмоци-ональные состояния. Как ни странно, чтобы в этом разо­браться - опять же не формально, а практически, — нам придется обратиться к очень древнему и, по представлени­ям большинства наших современников, чрезвычайно ту­манному мистическому учению о первосязихиях. Припомним четыре первичные составляющие всего сущего в трудах по магии и алхимии., приписываемых Гермесу Трисмегисту. Вот они; земля, вода, воздух и огонь. Так вот, с точки зрения иррациональной психологии, все это суть ключе-кые состояния человеческой психики, различные сочета­ния которых и образуют весь спектр наших психо­эмоциональных возможностей. (На досуге соотнесите принцип первостихии с представлениями толтеков о четырех сторонах света или о четырех ветрах.)

Чтобы опробовать их «на ощупь», или «примерить» на себя, мы должны предварительно освоить одно, казалось бы, нехитрое действие. Но, между прочим, именно к нему сводится в конце концов любой реальный психологиче­ский метод. Следовательно, вовсе не случайно этому дейст­вию придается огромное значение всеми мистическими школами, восточными или западными, и в их числе столь популярной сегодня традицией толтеков. Мы говорим о сознательном вхождении в состояние умственной тишины,о намеренной остановке непрерывной деятельности рас­судка, об умении освободить свой ум ото всех мыслеформ. В книгах Карлоса Кастанеды это называется остановкой умст­венного диалога; в буддийской традиции Махамудры — реа­лизацией великого символа и постижением своей истин­ной природы; мы же привыкли говорить о сознательном вхождении в состояние умственной тишины, или в состоя ние пустоты.

На протяжении тысячелетий различными мистическими традициями изобретено множество психотехник, подчи­ненных основной цели — реализации состояния умствен-ной тишины. На наш взгляд, в своем подавляющем боль­шинстве они чрезмерно громоздки, трудоемки, неоправданно усложнены ритуальной атрибушкой и вообще мало пригодны для современного человека. Имея определенный опыт психологической подготовки специалистов некото­рых категорий, мы можем утверждать, что сегодня быстрее и надежнее прочих «работает» весьма простой метод «раз­двоенного внимания», которому мы и намерены вас обу­чить.

Если вы читали книги Кастанеды, то можете припом­нить нечто подобное, а именно особый способ ходьбы с одновременным обзором всего пространства перед собою периферийным зрением; этот прием дон Хуан настойчиво рекомендовал своему ученику, как основной способ «оста­новки внутреннего диалога». В принципе наш метод анало­гичен, только он еще проще.

Но прежде примите к сведению; будучи в своем обыч­ном состоянии сознания, человек способен фиксировать внимание лишь на двух объектах одновременно, и не более того. Теперь проделаем опыт. Вытяните перед собою обе руки и посмотрите на них. Сосредоточьтесь одновременно на ощущениях обеих кистей и постарайтесь чувствовать их одинаково отчетливо. При этом вынепроизвольно входите и особое сосюяние, при котором у вас в голове не остается никаких мыслей, никаких посторонних образов. Вы как бы повисаете в какой-то наполненной пустоте. Это и есть остановка внутреннего диалога. Если вам не сразу удастся «нащупать» искомое состояние, попробуйте поэксперимен­тировать со своим вниманием самостоятельно. К примеру, продолжая удерживать его на обеих кистях, немного ими покачайте: левая рука медленно идет вниз, и одновременно правая поднимается, затем наоборот. Подобных упражне­ний, или «ловушек» для внимания можно выдумать сколько угодно. Важно, чтобы с их помощью вы почувствовали со­стояние пустоты. Не ищите его где-то вне себя; оно, можно сказать, буквально у вас «в руках». Наверняка с вами уже та­кое случалось: вроде бы, вы о чем-то задумались, и тут вас кто-то окликает и спрашивает: «О чем ты думаешь?» Вы че­стно пытаетесь это уяснить и никак не можете, потому что на самом-то деле вы ни о чем и не думали вовсе. Было та­кое? Конечно же, было много раз. Так что ничего нового в этом состоянии безмыслия для вас нет. Нужно лишь хоро­шенько его прочувствовать и научиться свободно в него погружаться всякий раз, когда это требуется для наших особых целей.

Допустим, вы более или менее освоили остановку умст­венного диалога методом раздвоенного внимания. Тогда вы уже способны почувствовать и несколько иное измененное состояние сознания, которое можно назвать отрицатель­ным полюсам .психической позиции безмыслия. Когда че­ловек пребывает в своем обычном состоянии сознания, «биение» его мысленного фона не утихает ни на миг. При этом он в большей или в меньшей степени отождествляет­ся со своим мысленным фоном, то есть с последним связы­вается самоощущение человека, его «я». Когда же вы реали­зуете состояние пустоты описанным выше методом, то ва­ше «я» замирает и растворяегся в наполненной пустоте. Вы как бы чувствуете свое сознание перелившимся через лоб­ные доли мозга на объекты вашего внимания.

Можно действовать и по-другому. Будучи в состоянии глубокой релаксации (здесь подходит любой из множества распространенных ныне способов его достижения), вы мо­жете отстраниться от своего мысленного фона, выделив всобственной психике некий молчаливый и бесстрастный центр и позволив ему спокойно созерцать этот самый мыс­ленный фон. Вы чувствуете свое сознание как бы отсту­пающим, точно море при отливе, через затылочную часть мозга и позвоночник. При этом мысленный диалог посте­пенно стихает, и вы то же входите в состояние пустоты, но уже как бы с другого конца. Правда, само безмыслие, реа­лизованное таким способом, будет качественно отличаться от аналогичного состояния, которого вы достигаете при помощи раздвоенного внимания. Во втором случае оно связано с шизоизацией вашей психики, или, выражаясь иначе, с разделением вашей личности на множество суб­личностей. (Не пугайтесь слов «шизоизация» и «паранои-зация»; будучи подконтрольны, и тот и другой процесс -лишь инструменты практикующего психолога.) В первом же случае остановка мысленного фона сопряжена с пара-ноизяпией психики, пли же с укреплением единства, спа­янности всех ваших субличностей. Обратите внимание на этот факт, имеющий существенное значение для некото­рых наших опытов.

Итак, состояние пустоты, или умственной тишины, обеспечивает внедрение в наше подсознание определен­ных установок, или кодов, и закрепление их там в целях последующей реализации. О самовнуитении, или самоко­дировании, мы уже подробно рассказывали в предыдущей работе. Но, поскольку данный раздел практической психо­логии весьма важен и в контексте этой книги, мы сейчас вкратце его повторим.

В книгах Кастанеды нередко упоминается искусство управления намерением, или некой безличной абстрактной силой, способной изменять нашу психическую позицию, то есть трансформировать наше мироощущение и одно­временно самоощущение. Именно с остановки внутренне­го диалога и начинается это искусство. Дело в том, что че­ловеческий разум, вполне способный нечто сконструиро­вать, является в то же время главным препятствием внедре­ния собственных конструкций в подсознание. А потому,

чтобы вывести на интуитивный уровень какую-либо новую психофизическую функцию, нам приходится временно его «остановить».

Покуда вы думаете, в вашей психике автоматически за-действуется тот же механизм, что и в известной истории с соловьевским Ходжой Насреддином и ростовщиком Джаффяром. Веселый плут - с нашей же точки зрения, превосходный психолог - засадил последнего в мешок, пообещав ему скорейшее телесное исцеление при том од­нако условии, что Джаффар, покуда сидит в мешке, ни в коем случае не будет вспоминать об обезьянах. И конечно же, получив такое предупреждение, богач ни о чем ином думать уже не мог. Так действует человеческий разум -преимущественно наперекор нашим очевидным устремле­ниям. Следовательно, чтобы перехитрить собственный ум, мы должны уметь «отключать» его в нужный момент. Это достигается путем сознательного погружения в состояние пустоты.

Перейдем к самовнушению. Эта техника также весьма проста: вы задаете себе некую установку, а затем реализуете пустоту и таким образом позволяете этой установке закре­питься у вас в подсознании. Покуда ваш мысленный диалог «включен», вы никогда не сможете себе поверить, ибо со­мневаться всегда и во всем есть неотъемлемое свойство ума. Именно состояние пустоты и вооружает нас верой, необ­ходимой для того, чтобы ввести в действие великую силу намерения.

Возвращаясь к истории о ростовщике Джаффаре, отме­тим, что главный психический механизм, лежащий в ее ос­нове, это - неспособность нашего центра образного мыш­ления (правого полушария головного мозга) «работать» с негативными формами описания того или иного явления. Допустим, вы говорите кому-то «не кури», и человек тут же представляет себе зажжешгую сигарету или же какие-то иные атрибуты, связанные с процедурой курения. Для об­разного мышления отрицание чего-либо равнозначно дек­ларации того же самого, поскольку наше правое полуша-

 

рие способно оперировать лишь позитивно выраженным!! понятиями. Следовательно, при формулировании установ­ки мы должны раз и навсегда отказаться от негативной терминологии, подбирая вместо негативных какие-то пози­тивные выражения.

Далее, выбранную установку не обязательно формули­ровать словесно. Можно зримо представить себе олице­творяющий ее суть образ. К примеру, если вы решили уси­лить свою правую руку, то можете вообразить ее в виде стального рельса, намертво вмонтированного в бетонную тумбу (ваше тело). В некоторых случаях лучше всего «рабо­тает» ассоциативное самокодирование. Допустим, готовясь к спортивному состязанию, вы можете вспомнить себя в том самом состоянии, когда вы были в наилучшей спор­тивной форме, и все вам легко удавалось. Затем вам следует войти в состояние пустоты, выводя тем самым заданную программу на подсознательный уровень.

Иногда наилучших результатов позволяют добиться комбинированные способы задания установки. Например, в вышеприведенном случае, припоминая себя в отличной спортивной форме, вы можете одновременно определить желаемый результат и словесно. Но любая установка долж­на быть сформулирована предельно конкретно. Иначе у вас в лучшем случае выйдет то же самое, что и у героя из­вестной песенки, исполняемой Аллой Пугачевой: «Сделать хотел утюг - слон получился вдруг». А скорее всего, и во­обще ничего не выйдет.

Теперь мы можем вернуться к первостихиям, или к четы-рем ключевым психическим состояниям, которые аллего­рически названы огнем, воздухом, водой и землей. Проведем психотренинг.

Сядьте спокойно, не скрещивая рук и ног, расслабьтесь. Пред­ставьте, что вокруг вас бушует яркое неистовое пламя. (Глам! можно закрыть, но в данном случае лучше действовать с откры­тыми или с полу прикрытыми глазами.) Пламя охватывает ваше те. !о и сознание. Оно струится в ваших жилах. Ярко пылает вся ваша нервная система. Одновременно задайте себе словесную установку: Я - пламя, ревущее бушующее пламя. Я - огонь, стремительный, порывистый, не ведающий преград. Мое сознание и тело растворяются в пламени, и сам я становлюсь подобен огню.

Теперь войдите в состояние пустоты и позвольте установке как бы реализоваться в вашем сознании.

Важная-подсказка: древние толтеки различали высшие и низшие качества огненной стихии. К низшим ее свойствам они относили те, что связаны с тепловой энергией, с жа­ром, а к высшим — свет, импульсивность, стремительность, способность мгновенно охватывать все и вся. Наверное, вы догадались, что в нашем случае наиболее важны именно высшие свойства огня.

А теперь - один практический совет. Если вам почему-либо трудно пробудить в себе ощущение пламени, не усердствуйте, как говорится, через силу. Лучше, напротив, слегка отвлекитесь, расслабьтесь и повращайте немного глазами в направлении против часовой стрелки. Во-первых, это движение снимет с лицевых мышц напряжение, а во-вторых, оно будет способствовать ослаблению поглощенно­сти вашего сознания той психической позицией, которую последнее занимает в данный момент. Можете использовать этот нехитрый прием и в других случаях, когда вам требуется быстро изменить свое состояние сознания.

Допустим, вы все-таки «примерили» на себя ключевую психическую позицию огонь. Конечно, этого еще не доста­точно. Следует научиться свободно входить в данное со­стояние в любое время и в любой обстановке. Что за необ­ходимость в таком навыке, вы поймете позже. А пока пора­ботаем с тремя остальными первостихиями.

Рассмотрим ключевую психическую позицию воздух, которая, как ни странно, по своему «тону», или же по ощу­щению, довольно близка позиции огонь. Высшими качест­вами воздушной стихии являются ее способность практи­чески безналичного расширения и заполнения любого пространства, любого объема, а также «умение» совершенно свободно принимать всевозможные формы и проникать в самые потаенные уголки - хотя бы и в пресловутое игольное ушко. Сопутствующие ощущения воздушной стихии - это легкость, свобода и отстраненность (эмоцио­нальная невовлеченность).

Для реализации в себе состояния воздух очень подойдет ка­кое-то открытое пространство. Неплохо предварительно лечь на спину и некоторое время созерцать чистое небо или же, если последнее невозможно, просто ярко представить себе небо с закрытыми или - лучше - с полу прикрытыми глазами.

Итак, предварительно расслабившись, вы растворяетесь в воздухе и обретаете его легкость, способность безгранично расширяться, заполнять любой объем и принимать форму любого объекта. Одно­временно вы задаете себе установку: Явоздух, невесо­мый всепрон икающий воздух» способный безгранично расширяться и принимать лю­бые формы.Затем вы входите в состояние пустоты.

Данная психическая позиция весьма важна для суггестора, ибо позволяет ему со-настроиться с любым биологиче­ским объектом.

Психическая позиция вода детально рассмотрена в книге В. Шлахтера «Человек-оружие» в связи с механической не­уязвимостью воина. Формула самонастройки для ее дости­жения будет: Я растворяюсь в воде. Мое тело - вода, жидкая и текучая.

Добавим лишь, что поначалу можно отрабатывать это состояние, забравшись в ванну, наполненную теплой во­дой.

Наконец, психическая позиция земля. Реализации по­следней очень помогает созерцание какой-нибудь горы или скалы. Можно действовать и по-другому.

Зажмите в ладони округлый камень (лучше - в обеих ладонях по камню). Теперь ощутите, как твердеют ваши руки, а следом и все тело. И ваше сознание тоже каменеет. Задайте себе установку-Я твердый, незыблемый скальный монолит. Моетело, мое сознание неимоверно прочны. Нет в мире силы,

способной меня сокрушить. Войдите в состояние пустоты и

позвольте установке закрепиться в вашем сознании.

Значит, для нас высшими свойствами стихии земля яв­ляются твердость, несокрушимость, способность выдер­жать все, что угодно, а также инертность. Между прочим, у этой первостихии весьма полезны и некоторые иные свойст­ва например, великая изначальная сила жизни, способная даровать нам абсолютное физическое здоровье.

Видимо, вы уже догадались, что привычная или же пре­обладающая психическая позиция любого нормального человека является какой-либо комбинацией вышерассмот­ренных четырех ключевых психических позиций. Таким образом, в психической структуре активного экстраверта, или же сангвиника, преобладает огонь, в то время как для пассивногоэкстраверта более характерны качества воздуха. Что же касается активного и пассивного интровертов, то их преобладающим психическим состояниям в наибольшей степени соответствуют первостихии вода и земля. Кроме того, вы могли же самостоятельно почувствовать, что огонь и воз­дух захватывают как бы верхнюю, внешнюю часть психи­ки, в то время как земля и вода властвуют в нижних, так ска­зать, телесных глубинах нашего «я». Можно подступиться к этому же вопросу иначе: довольно легко «зажечь» воздух и сделгсгь его огнем, и точно так же нетрудно «растопить» зем­лю до состояния воды. Но быстро перейти с позиции земля, допустим, в позицию огонь значительно труднее. (Послед­нее, впрочем, справедливо для большинства людей, но не для всех.) И, чтобы вам уже окончательно разобраться в данном вопросе, добавим, что состояния земля и вода силь­нее: всего выражены как бы в телесных ощущениях, а огонь и воздух тяготеют к более тонким формам осознания (или са­мовосприятия). Можно сказать, что первая пара стихий преимущественно ощущается нами в теле, в то время как Другая, огонь и воздух, — в голове. Вам надлежит это хоро­шенько прочувствовать самостоятельно.

 

Как вы уже знаете, для обычного человека какая-то из четырех первостихий является «родной». К этому следует до­бавить, что другая первостихия (причем не обязательно пар­ная первой), как правило, будет для него «дружественной», то есть достаточно легко по его желанию реализуемой. Третью же первостихию по отношению к данному человеку можно назвать «нейтральной», иначе говоря, достижимой для него с трудом и отнюдь не всегда. Наконец, оставшаяся первостихия для него «враждебна», то есть практически не­доступна в обычном его состоянии. Психическое развитие человека (разумеется, в нашей интерпретации) подразуме­вает «выравнивание» по отношению к нему всех первостихий. Это значит, что «дружественная» первостихия постепен­но становится для него «родной», «нейтральная» - «друже­ственной», а «враждебная» — по меньшей мере «нейтраль­ной». Что же касается практического применения принци­па первостихий- то об этом нам еще предстоит говорить не­однократно. И потому будем надеяться, что с трвостихиямн вы более или менее разобрались (безусловно, не теорети­чески, но в процессе соответствующих опытов и упражне­ний), и мы теперь можем двигаться дальше.

В книге «Психодинамика колдовства» мы подробно рас­сматривали еще один фундаментальный закон природы, я именно принцип глобальной нестабильности мироздания. Последний неоднократно формулировался мудрецами и различные исторические периоды и глубоко проник даже в народные пословицы. Всем известно, что «дважды в одну -реку не войти», что «всё течет, все изменяется», что «время вспять не повернуть» и т.д. и т.н. В общем, мы не станем еще раз подробно останавливаться на принципе неста­бильности мироздания — лишь подчеркнем, что он благо­получно «работает» и в нашем психическом пространстве', а значит, его следует учитывать при рассмотрении лично­стных психотипов и соответствующих им психических по­зиций.

Вообще-то, это тоже просто. Ранним утром, когда за окном еще темно, вы просыпаетесь по звонку будильника и долго пытаетесь «за уши» вытащить себя из-под одеяла. Ес­тественно, в это время вы пассивно интроверсированы. Но спустя три часа на работе вам приходится «сцепиться» с группой коллег, с раздражающей тупостью не желающих признавать очевидный факт, что именно ваш проект наи­более надежен и, уж конечно, оригинальнее всех прочих. Надеемся, теперь вы в состоянии самостоятельно квалифи­цировать свою гипотетическую психическую позицию в это время. Затем, уже под конец рабочего дня, вам отчего-то становится наплевать на все с высокой колокольни. Вы как бы отстраняетесь от треволнений дня и созерцаете суе­ту сослуживцев с едва уловимой кривой усмешкой. Ну, ко­нечно же, в этот период вы преимущественно пассивный экстраверт.

Итак, ваша первая задача: с помощью предложенных выше психо-фенингов обрести контроль над своим психи­ческим состоянием и научиться сознательно и по своей во­ле избирать нужную психическую позицию в тот или иной момент жизни, то есть превзойти собственные личностные ограничения. Нечего и говорить, что это — один из крае­угольных камней великого искусства доминировать.

Теперь, кажется, подошло время подробнее остановить­ся на следующей важнейшей составляющей человеческой психики, о которой покуда мы лишь вскользь упомянули, а именно, на эмоциях. Пожалуй, более всего путаницы в умах людей, так или иначе интересующихся психологией, вызывает именно этот вопрос — конечно, не без «помощи» многочисленных сочинений (в том числе и самых автори­тетных) по йоге, оккультизму, экстрасенсорике, буддийским традициям и т.п. Что значит «контроль над эмоциями»? И как же нам все-таки его обрести, не причинив себе вреда?

Но сначала определим: что же такое на самом-то деле наши эмоции. Проще всего для этого воспользоваться язы­ком толтеков. Если принять их постулат, что человек — это, прежде всего, воспринимающее существо, тогда нам при­дется согласиться и с тем, что его эмоции в не меньшей степени, нежели сенсорные чувства, являются первичным

результатом самого акта восприятия. Мы хотим подчерк­нуть, что в процесс восприятия вовлечены не только наш. г чувства, но непременно и эмоции. Более того, с точки зрения толтеков, эмоции суть выражение в этом мире всеоб­щей великой Силы, или Намерения.

Кстати, не следует путать эмоции с чувствами состояниями (последние в обиходе зачастую называют ш строениями человека). Отличие же в том, что эмоции б: лее динамичны; они могут возникать в нашем сознании практически мгновенно - как естественная реакция на не­кое явление, вдруг открывшееся нам в процессе воспрп ятия. Например, вы видите несущийся на вас автомобиль , испытываете страх.

Чувства же, напротив, инертны; они определяю'! наше общее психическое состояние в течение некоторого - ино­гда весьма продолжительного — временного отрезка. При этом эмоции возникают и гаснут на фоне чувств. К прим г ру, вы можете испытывать грусть, печаль, вызванную, до­пустим, вчерашней ссорой с женой. (Это - конечно жч, чувство.) А затем, уже на фоне своей печали, вы можете-испугаться автомобиля или соседской собаки. (И то уже будет эмоция.) Повторяем, в этом абзаце речь шла о чувст­вах-состояниях, которые вообще ничего общего не имею1 с сенсорными чувствами (зрение, слух и т.д.). Видите, сколько неудобств доставляет нам «великий и могучий» русский язык!

Точно так же, как и сенсорные чувства, эмоции момен­тально побуждают нас к той или иной реакции. Представь­те, что вы случайно дотронулись до горячего утюга, и вашл рука самопроизвольно отдернулась от него — сработал рефлекс, «запущенный» чувством боли. А в следующий раз - допустим, через год — вы снова случайно прикоснетесь к утюгу, который, на ваше счастье, окажется холодным. И все-таки ваша рука аналогичным образом отдернется от не­го. На этот раз рефлекс «запустила» эмоция — страх. По следний настолько мимолетен, что вы даже не смогли его толком заметить. Тем не менее, его вполне достаточно для того, чтобы вызвать адекватную в принципе реакцию.

Теперь рассмотрим другой случай. Допустим, ваш на­чальник в присутствии сослуживцев выговаривает вам за что-то, предположим, даже вполне заслуженно. Ощущая ваш внутренний отпор, он все более «распаляете») и в ка­кой-то момент «перегибает палку», то есть произносит не­что такое, чего говорить и не следовало бы вовсе. И что творится с вами теперь?! В лучшем случае у вас непроиз­вольно сжимаются кулаки, в одну черту сходятся брови, а в районе скул под кожей невесть откуда вырастают желваки и начинают выразительно двигаться. А в худшем случае... О том, что происходит в худшем случае, даже не хочется ду­мать!

Итак, в отличие от сенсорных чувств, наши эмоции способны мгновенно порождать не только элементарные действия, но и комплексные поведенческие реакции. Во­обще-то, чувства и эмоции настолько тесно переплетены в реальной жизни, что их зачастую почти невозможно раз­делить или же выделить в чистом виде. Вы чувствуете зна­комый запах духов, вызывающий у вас очень приятный душевный подъем - и вот уже вы ищете глазами ту симпа­тичную особу, которая, как вы подсознательно знаете, пользуется именно этими духами.

Наверное, примеров достаточно. Теперь задумайтесь: как мы приучены обращаться с эмоциями, со своим драго­ценным инструментом восприятия? Уже с младенчества окружающий мир - родители, воспитатели, телеведущие, лаже кошки и собаки, даже наши сверстники и коллеги по детской песочнице - стремится наработать в нас опреде­ленные стереотипы поведения на все случаи жизни. Впол­не понятно, что эмоции для этого грандиозного мероприя­тия - самая серьезная помеха. И мы поневоле приучаемся их давить, глушить, загонять подальше - в самые темные закоулки нашего сознания. Со временем мы основательно совершенствуемся в этом искусстве и даже начинаем им гордиться. По нашему мнению, умение владеть собою подразумевает способность варварски расправляться со своими эмоциями, давить их на корню.

А иначе нельзя. Стоит позволить какой-то из них, обла­дающей приличным потенциальным зарядом, только разок крутануть свое «динамо» в нашей душе, и потом ее уже ни за что не остановишь. Это мы усваиваем быстро и стараем­ся действовать адекватно — увы, в силу разумения окру­жающего мира.

И что же мы имеем в итоге? С одной стороны, сомни­тельное ощущение комфорта в этом мире, с другой, пол­ную разбалансировку нашей психики, порождающую лю­бые недуги — в том числе и соматические, и даже те, кото­рые покула еще не придуманы докторами. А ко всему тому мы безнадежно утрачиваем свое первородное право на психическую силу, которой преимущественно посвящена наша книга. Дон Хуан Матус, учитель Карлоса Кастанеды, называет эту изуверскую процедуру, которой люди подвер­гаются всю свою жизнь - причем в значительной мере добровольно, - социализацией.

Несколько по-иному способствуют разбалансировке нашей психики всевозможные пособия по йоге. Как пра­вило, в них предписывается, прежде всего, успокоить ум, освободив его от мыслей и эмоций. Вообще-то, английское слово «mind», обычно переводимое на русский как «ум», может иметь и более широкий смысл, близкий к значению слова «сознание». И вот налицо первая нестыковка между смыслом, вложенным в слова, и их фактическим истолко­ванием - первая, но отнюдь не последняя.

Затем ученику может быть предложено созерцать попе­ременно: сначала свои эмоции при помощи мыслей, я за­тем и мысли при помощи эмоций. Если первое предписа­ние еще как-то можно понять и попытаться выполнить, то второе неизбежно заводит искателя в тупик, и он начинает вытворять со своим сознанием нечто совсем уже непотреб­ное, полагая, что это идет ему на пользу. В итоге последо­ватели восточных школ и традиций в своем подавляющем большинстве годами тренируются загонять свои эмоции

значительно глубже и достигать психического дисбаланса куда более серьезного, нежели прочие смертные. Правда, взамен они имеют дополнительный повод для высокой са­мооценки.

Но вернемся к эмоциям. Как же нам тогда одолеть их без борьбы, как же, не насилуя их и не загоняя в темные чуланы психики, пристойно существовать в этом мире, что для этого нужно делать? Ответ прост: не делать ничего. Только это «не делать» дорогого стоит! Именно так называ­ется древняя психотехника толтеков - не-делание. Она опи­рается на значительную автономность наших поведенче­ских реакций. Когда мы приводили примеры действия эмоций, вы могли обратить внимание на тот факт, что са­ми по себе эмоции безусловны, а вот наши реакции на них наработаны, причем нами же самими. Иными словами, ес­ли нечто вызывает у нас злость, гнев, то никуда нам от это­го не деться, но проявить эту злость мы можем по-разному

- допустим, даже в форме широкой белозубой улыбки! Вы уже поняли? Толтеки предлагают нам сознательно преобра­зовывать свои привычные реакции в более целесообразные и при этом оставить эмоции в покое.

Последнее возможно лишь в том случае, если вы «на­щупаете» в своем сознании некий бесстрастный молчали­вый центр, который может только воспринимать. Это — центр нашей внутренней тишины. Любой из нас им обла-лает, но лишь немногие это сознают. Так вот, только этот созерцатель и способен отслеживать наши мысли и эмо­ции без какого-либо насилия по отношению к ним, ибо его они не затрагивают. Постарайтесь же отыскать в себе центр внутренней тишины.

В «Психодинамике колдовства» мы подробно разобрали основные психотехники, связанные с эмоциями. Они могут быть весьма полезны на первых этапах работы над своим сознанием, но лишь до тех пор, покуда вы не утвердитесь в Центре тишины. Разумеется, было бы идеально добиться этого путем неустанной работы над собою в повседневной жизни, используя древний метол не-делание.

 

Последний основан на важнейшем свойстве эмоций разрастаться и набирать силу, окончательно ускользая из-под нашего контроля, лишь в том случае, если мы выпол­ним некоторые ключевые действия. В то же время понача­лу, так сказать, «во младенчестве», эмоция всегда подкон­трольна нам; она может довольно легко затухать самопро­извольно, если только оставить ее в покое и не подкрепить именно тем, что для нее требуется. Иначе говоря, чтобы эмоция «заработала» на полную мощность, ее нужно «за­пустить» неким определенным и привычным для нас дейст­вием, или мыслью, или каким-то сочетанием действий и мыслей.

К примеру, вы иногда ссоритесь сoki женой, расходуя при этом «тонны» психической энергии, и в принципе хотели бы никогда не заниматься этим неблагодарным делом, только почему-то у вас не получается. И вот, допустим, по совету психолога-консультанта, вы решаете испробовав древний метод не-делание. Как же вы к этому приступите?

Сперва вам следует выявить свои ключевые действия (повторяем: это могут быть жесты или мимика, слова или мысли), запускающие «стартер» вашего гнева во время сты­чек с женой. И вы честно пытаетесь отслеживать себя во время оных. Не сомневайтесь, эта задача выполнима, ибо то, что вас интересует, всегда предшествует роковому мгновению, после которого вы уже действительно себя не помните.

Допустим, однажды вы подмечаете, что и в самом деле перед тем, как окончательно выйти из себя, вы обычно по-особому смотрите на жену в упор, одновременно прогоня-ривая в уме ее последние слова, которые кажутся вам отвра­тительно несправедливыми. Как только вы это обнаружи­ли, дальнейшее пойдет у вас легче. Теперь, чувствуя, что количество ваших обоюдных обид приближается к крити­ческой массе, постарайтесь сохранять бдительность и в нужный момент, то есгь когда вас потянет на характерны:"! взгляд и почему-то захочется «прокрутить» в уме роковую цитату, сделайте что-либо другое. Например, просто наклоните голову и мысленно скажите жене что-нибудь от себя. Да, что угодно! Можете даже квалифицировать ее по­ведение. И все... На этот раз конфликт предотвращен, в зародыше. Правда, спустя секунд десять вы, раздувшись от гордости, можете все-таки проделать те простые действия, от которых только что благоразумно остереглись. Тогда пеняйте на себя: на этот раз ссора с женою может стать со­крушительной. Дело в том, что ваша маленькая победа над собственным гневом наградила вас некоторым запасом до­полнительной психической энергии, который теперь вы на гнев же и израсходуете.

Потому и говорят, что не-делание — вещь одновременно простая и очень трудная. Простая — ибо в самом этом дей­ствии для любого человека, воистину, нет ничего сложно­го. И трудная — потому что практикующему не-делание необ­ходимо всегда сохранять бдительность, что, согласитесь, не так-то и легко. Повторяем, последнее станет для вас значи­тельно доступнее, если вы будете действовать напрямую из вашего центра-созерцателя, исполненного внутренней ти­шины. И еще, от вас требуется непреклонная решимость сберечь свою эмоциональную энергию.

Стоит, наверное, подчеркнуть, что наша индивидуаль­ная психическая сила имеет свойство быстро накапливаться

- при том, конечно, условии, что мы предотвратим ее не­прерывную «утечку» через наши многочисленные психиче­ские «щели». Так вот, «щели» эмоциональные — из числа наиболее серьезных. В древней восточной притче говорит­ся: «Каждый лень чаша нашей жизни наполняется по капле, и каждый день смерть отпивает из нее глоток; сделай кап­лю больше глотка, и ты обретешь бессмертие!» Так поче­му бы вам не попробовать это совершить?

Вообще-то, толтеки распространяют метод не-делание на всю свою жизнь, ибо нашу психическую силу способен уносить не только гнев, но и прочие бесконтрольные эмо­ции - и даже радость. Не так давно в русский язык вошло заимствованное из английского словечко «индульгировать» (опять-таки благодаря переводным книгам о традиции (талтеков). Так вот, индуЛьгироватъ означает подчиниться эмо­ции, настроению, мысли, позволить проявлениям или ре­акциям нашего «я» завладеть нами. Следовательно, техника не-делание есть противоядие от индулъгирования в сфере эмо­ций - наших превосходных инструментов восприятия.

Теперь еще раз беспристрастно посмотрим на них в этом контексте и выявим для себя еще один немаловажный факт: для зарождения и вызревания любой эмоции необ­ходимы две составляющие. Во-первых, некое явление, ко­торое мы и склонны считать ее причиной, а во-вторых, - и эту, отнюдь не менее важную составляющую, мы почему-то предпочитаем вообще не принимать в расчет — наши конкретные умственные установки, связанные с данным яв­лением и опирающиеся на наше «я». Тогда, уж, коли мы не можем уничтожить или изменить само явление, то почему бы нам не попытаться поэкспериментировать с нашим взглядом на него?

Это - другой аспект техники не-делание. Специалисты по нейролингвисгаческому программированию в пределах своей системы обозначают эту методику, которой, между прочим, придают большое значение и многие мистические или духовные школы и традиции (от чань или дзэн до риту­альных магических культов), термином<<рефреймино>>. В связи с рефреймитом ими принят еще один термин — «рам­ка»; им обозначается контекст, в который мы помещаем яв­ление и который определяет его восприятие или интерпре­тацию нами. Именно рамка придает явлению в наших гла­зах то или иное значение и определяет связанные с ним эмоции. Вне какой-либо рамки любое событие ничего для нас не значит.

Представьте, что вам нужно попросить приятеля о ка­ком-то серьезном одолжении. Если вы рассмотрите ситуа­цию исключительно в рамке вашей цели, то все ваши мо­ральные терзания, связанные с необходимостью выступить в роли просителя, отодвинутся на самый дальний план или даже сотрутся вообще. Если же вы намерены поместить для себя данное явление в рамку личностных отношений или

ролей (проситель-благодетель), то приготовьтесь к самым мучительным душевным борениям. Беда в том, что в по­добных случаях, как правило, сама жизнь (в суровом облике необходимости) подталкивает нас к действию, то есть на­сильственно навязывает нам рамку цели, и в то же время ус­тановки нашего сознания, можно сказать, по привычке из­бирают рамку отношений. В итоге в нашей психике обра­зуется мощнейшая трещина, в которую психическая энер­гия уходит «с еще пущей силой».

А потому, чтобы этого избежать, следует решительно и безоговорочно использовать для восприятия того или ино­го явления в каждый конкретный момент лишь одну-единственную рамку. Потом, конечно же, можно (а зачас­тую и целесообразно) ее поменять на какую-то иную, но тогда прежнюю рамку следует решительно «выпроводить» из своего сознания, хотя бы на время.

Но это — лишь один аспект метода. Чтобы овладеть реф реймингом в полной мере, вы должны научиться свободно помещать любое явление в самые разные рамки. К примеру, жена опять намекает, что к ее новой сумочке отлично по­дошла бы и норковая шубка, но ваши финансовые воз­можности в данный момент не позволяют вам с этим со­гласиться. В общем, вы в глубине души кипите от негодо­вания, поскольку рассматриваете ситуацию в рамке своих возможности. Попробуйте последнюю сменить, допус­тим, на рамку отказа от любых личных интерпретаций. В этом случае вы начнете рассматривать ситуацию как бы со стороны, используя полученную от жены информацию исключительно как средство достижения взаимопонима­ния; затем в этот процесс вовлечется и ваша спутница жиз­ни. Безусловно, шубу из этого не сошьешь, а вот энергию сберечь можно.

Кстати, эффективно «работают» на нас именно непри­вычные рамки. Тогда, возвращаясь к нашему примеру, если вы привыкли рассматривать безответственные поползнове­ния супруги на семейных бюджет именно в рамке отказа от интерпретаций или даже в рамке цели, то для вас будет не-деланием ввести данное явление именно в рамку своих воз­можностей.

Между прочим, как раз неожиданная смена рамки и есть юмор в чистом виде. Потому-то истинные мудрецы, как правило, умели пошутить.

Теперь ненадолго вернемся к «пусковым устройствам» нашего индульгировемия в различных сферах жизни, нарабо­танных нами в процессе социализации для собственных нужд. Иногда какое-то из них почему-либо не удается вы­явить путем прямого самонаблюдения. На этот случай у томтеков припасена специальную техника пересмотр, или припоминание (вспоминание), которая заключается в том, что мы сначала воссоздаем в памяти до мельчайших подробно­стей, а затем как бы заново переживаем события своего прошлого.

В этой книге мы не станем специально останавливаться на перепросмотре, поскольку данная методика достаточно подробно изложена в книгах Кастанеды, Мареза и некото­рых других авторов (чего, к сожалению, не скажешь в от­ношении техники не-делание).

В заключение этой главы, кратко повторим постулаты об эмоциях. Во-первых, эмоци








Date: 2015-04-23; view: 304; Нарушение авторских прав



mydocx.ru - 2015-2021 year. (0.038 sec.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав - Пожаловаться на публикацию