Главная Случайная страница


Полезное:

Как сделать разговор полезным и приятным Как сделать объемную звезду своими руками Как сделать то, что делать не хочется? Как сделать погремушку Как сделать неотразимый комплимент Как сделать так чтобы женщины сами знакомились с вами Как сделать идею коммерческой Как сделать хорошую растяжку ног? Как сделать наш разум здоровым? Как сделать, чтобы люди обманывали меньше Вопрос 4. Как сделать так, чтобы вас уважали и ценили? Как сделать лучше себе и другим людям Как сделать свидание интересным?

Категории:

АрхитектураАстрономияБиологияГеографияГеологияИнформатикаИскусствоИсторияКулинарияКультураМаркетингМатематикаМедицинаМенеджментОхрана трудаПравоПроизводствоПсихологияРелигияСоциологияСпортТехникаФизикаФилософияХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника






Важнейшей и первоочередной внешнеполитической задачей империи Хань с начала ее существования была защита границ от постоянных набегов кочевых племен сюнну





Великая Китайская стена ослабила опасность вторжений сюнну. Но сплотившийся затем сюннуский племенной союз составил серьезнейшую угрозу ханьскому Китаю. К тому же верховный вождь сюнну - шаньюй Модэ (209-174) наряду с традиционной легковооруженной конницей ввел в войско тяжеловооруженную и усилил таким образом военную мощь сюнну. Модэ завоевал огромную территорию, доходившую до р. Орхон на севере, p. Ляохэ - на востоке и до бассейна р. Тарим - на западе. После того как в 205 г. до х.э. сюнну овладели Ордосом, их вторжения на территорию Ханьской империи стали регулярными.

В 200 г. до х.э. они окружили под г. Пинчэн войско Лю Бана. Переговоры завершились заключением в 198 г. до х.э. "договора, основанного на мире и родстве", Лю Бан фактически признал себя данником шаньюя. Условия договора были тяжелыми для Китая и считались позорными в последующей традиции. Однако этот договор, по сути, имел благоприятные последствия для молодого ханьского государства, способствовал известной нормализации отношений империи с грозным соседом, превосходившим ее по силе в то время, служил стабилизации обстановки на северных границах страны. По словам историка I в. х.э. Бань Гу, этим договором о мире с сюнну Лю Бан "намеревался обеспечить спокойствие пограничным землям" и на какое-то время, очевидно, преуспел в этом. Однако все же договор 198 г. не остановил вторжений сюнну. Их отряды проникали далеко в глубь ханьского Китая, угрожая даже столице г. Чанъань.

Об активной борьбе с сюнну и необходимых в связи с этим реформах ханьского войска вставал вопрос еще при Вэнь-ди. При Цзин-ди были значительно увеличены императорские табуны и расширены государственные пастбища, необходимые для создания тяжеловооруженной конницы, была начата реорганизация ханьского войска во многом по образцу сюннуского. При У-ди реформа войска была завершена, чему способствовала введенная У-ди монополия на железо. В 133 г. до х.э. мирный договор с сюнну был разорван и У-ди взял курс на решительную борьбу с ними. Ханьские войска в 127 г. до х.э. вытеснили сюнну из Ордоса. По берегам излучины Хуанхэ были возведены укрепления и построены крепости. Затем прославленные ханьские военачальники Вэй Цин и Хо Цюйбин в 124 и 123 г. до х.э. оттеснили сюнну от северных границ империи и заставили шаньюя перенести ставку на север пустыни Гоби.



С этого момента внешняя политика У-ди на северо-западе была направлена на завоевание чужеземных территорий, покорение соседних народов, захват военнопленных, расширение внешних рынков и господство на международных торговых путях.

Еще в 138 г. до х.э., руководствуясь испытанным методом древнекитайской дипломатии - "руками варваров покорять варваров", - У-ди отправил дипломата и стратега Чжан Цяня для заключения военного союза с враждебными сюнну племенами юэчжи, которые под натиском сюнну откочевали из Ганьсу куда-то на запад. По дороге Чжан Цянь попал в плен к сюнну, после десятилетнего пребывания у них он бежал и продолжил свою миссию. Юэчжи находились тогда уже в Средней Азии, покорили Бактрию. Чжан Цянь не склонил их к войне с сюнну. Однако во время своего путешествия он побывал в Давани (Фергана), Канцзюе (или Кангюе - очевидно, среднее и нижнее течение Сырдарьи и примыкающие районы Среднеазиатского Междуречья), прожил около года в Дася (Бактрия). От местных торговцев Чжан Цянь узнал о Шэньду (Индия) и далеких западных странах, в том числе об Аньси (Парфия), а также о том, что этим странам известно о Китае как о "стране шелка", которым чужеземные купцы охотно торговали. По возвращении в Чанъань Чжан Цянь описал все это в своем докладе У-ди.

Сведения Чжан Цяня чрезвычайно расширили географический кругозор древних китайцев: им стало известно о многих странах к западу от империи Хань, их богатствах и заинтересованности в торговле с Китаем. С этого времени первостепенное значение во внешней политике императорского двора стали придавать захвату торговых путей между империей и этими странами, установлению с ними регулярных связей. В целях осуществления этих планов было изменено направление походов на сюнну, основным центром нападения на них стала Ганьсу, так как здесь пролегала торговая дорога на запад - знаменитый Великий Шелковый путь. Хо Цюйбин в 121 г. до х.э. вытеснил сюнну с пастбищных земель Ганьсу и отрезал от союзных с ними цянов - племен Тибетского нагорья, открыв для Ханьской империи возможность экспансии в Восточный Туркестан. На территории Ганьсу вплоть до Дуньхуана была построена мощная линия укреплений и основаны военные и гражданские поселения. Ганьсу стала плацдармом для дальнейшей борьбы за овладение Великим Шелковым путем, караваны по которому потянулись из Чанъани сразу же после закрепления позиций империи в Ганьсу.

Чтобы обезопасить путь караванам, Ханьская империя использовала дипломатические и военные средства для распространения своего влияния на оазисные города-государства Восточного Туркестана, располагавшиеся вдоль Великого Шелкового пути. В 115 г. до х.э. было отправлено к усуням посольство во главе с Чжан Цянем. Оно сыграло большую роль в развитии торговых и дипломатических связей ханьского Китая с Центральной и Средней Азией. Во время своего пребывания у усуней Чжан Цянь отправил в Давань, Канцзюй, к юэчжам и в Дася, Аньси, Шэньду и другие страны посланцев, которые явились первыми представителями древнего Китая в этих странах. В течение 115-111 гг. до х.э. были установлены торговые связи между Ханьской империей и Бактрией.



Великий Шелковый путь из ханьской столицы Чанъани шел на северо-запад по территории Ганьсу до Дуньхуана, где он разветвлялся на две основные дороги (севернее и южнее оз. Лобнор), ведущие в Кашгар. Из Кашгара торговые караваны следовали в Фергану и Бактрию, а оттуда в Индию и Парфию и далее к Средиземноморью. Из Китая караваны везли железо, считавшееся "лучшим в мире" (Плиний Старший), никель, золото, серебро, лаковые изделия, зеркала и другие предметы ремесла, но прежде всего шелковые ткани и шелк-сырец (сы - с этим наименованием, видимо, связывалось название Китая в античном мире, где он был известен как страна "синов" или "серов"). В Китай доставляли редких зверей и птиц, растения, ценные сорта древесины, меха, лекарства, пряности, благовония и косметику, цветное стекло и ювелирные изделия, полудрагоценные и драгоценные камни и другие предметы роскоши, а также рабов (музыкантов, танцоров) и т.п. Особо следует отметить заимствованные в это время Китаем из Средней Азии виноград, фасоль, люцерну, шафран, некоторые бахчевые культуры, гранатовое и ореховое дерево.

При У-ди Ханьская империя установила связи со многими государствами на территории Индии, Ирана и расположенными далее на запад странами вплоть до Средиземноморья (идентифицировать некоторые упоминаемые в китайских источниках географические названия окончательно не удалось). Согласно сообщениям Сыма Цяня, в эти страны ежегодно отправлялось более десяти посольств, которые сопровождали большие торговые караваны; из близких стран послы возвращались через несколько лет, а из далеких - иногда через десять лет. Известно о прибытии к ханьскому двору посольств из ряда западных стран, в том числе дважды из Парфии. Одно из них поднесло китайскому двору яйца больших птиц (страусов) и искусных фокусников из Лисянь (очевидно, из Александрии в Египте).

Великий Шелковый путь играл огромную роль в развитии дипломатических, экономических и культурных связей между Дальним Востоком и странами Среднего и Ближнего Востока, а также Средиземноморья. Однако все, что доставлялось в Чанъань по Великому Шелковому пути, ханьский император и его окружение рассматривали как дань "варваров", прибытие чужеземных посольств с обычными для той эпохи подношениями воспринимались не иначе, как выражение покорности империи Хань. Воинственный император (перевод храмового имени У-ди) был обуреваем глобальным замыслом "расширить пределы империи на десять тысяч ли и распространить власть Сына Неба (т.е. ханьского императора) во всем мире (букв. "до четырех морей")".

Реформированное конфуцианство, признанное государственной религией, провозгласило доктрину абсолютного превосходства "Срединного государства" (т.е. империи Хань) - центра вселенной - над окружающим миром "внешних варваров", неподчинение которых Сыну Неба рассматривалось как преступление. Походы Сына Неба, как мироустроителя вселенной, объявлялись "карательными", внешнеполитические контакты относились к уголовному праву. К "поднесению дани" государства Западного Края (как называли Восточный Туркестан) принуждались подарками ханьского двора и военной силой ханьских гарнизонов, расквартированных в крепостях бассейна р. Тарим. Города Западного Края зачастую отказывались от "даров Сына Неба", трезво расценивая их как попытку грубого вмешательства в свои внутренние дела, скрытое намерение лишить их выгод от транзитной торговли, естественно сложившейся на трассе Великого Шелкового пути. С особым рвением ханьские послы действовали в Фергане, державшей ключевые позиции на важном участке Шелкового пути и владевшей "небесными конями" - статными лошадьми западной породы, представлявшими исключительную важность для тяжеловооруженной конницы У-ди. Даваньцы упорно сопротивлялись домогательствам ханьского двора, "прятали коней и отказывались отдавать их ханьским послам" (Сыма Цянь). В 104 г. в далекий "карательный поход" на г. Эрши (столица Ферганы) выступила огромная армия полководца Ли Гуанли, которому заранее был пожалован титул "Эршиского Победителя". Поход длился два года, но окончился полным провалом. В 102 г. У-ди предпринял новый грандиозный поход в Фергану. На сей раз удалось получить "небесных коней", но покорить Давань империи оказалось не под силу. Походы в Фергану, стоившие империи крайнего напряжения, закончились, по оценке самого У-ди, полным провалом планов ханьской агрессии на Западе. Политическое доминирование ханьского Китая в Восточном Туркестане оказалось нестабильным, носило кратковременный и очень ограниченный характер. Наиболее беспристрастные представители официальной историографии вообще подвергали сомнению необходимость для империи Хань экспансии в Центральную и Среднюю Азию, отмечая ее отрицательные последствия как для этих стран, так и в особенности для Китая. "Династия Хань устремилась в далекий Западный Край и тем самым довела до истощения империю", - писал автор одной из раннесредневековых историй Китая.

Одновременно с активной внешней политикой на северо-западе У-ди предпринял широкую экспансию в южном и северо-восточном направлениях. Юэские государства в Южном Китае и Северном Вьетнаме издавна привлекали древнекитайских торговцев и ремесленников как рынки сбыта товаров и места добычи медных и оловянных руд, драгоценных металлов, жемчуга, приобретения экзотических животных и растений, а также рабов. Завоеванные при Цинь Шихуанди юэские земли после падения династии Цинь отпали от империи, но торговые связи с ними сохранились.

Древнекитайские источники фиксируют существование во II в. до х.э. трех независимых юэских государств: Наньюэ (в бассейне среднего и нижнего течения р. Сицзян и Северном Вьетнаме), Дунъюэ (на территории провинции Чжэцзян) и Миньюэ (в провинции Фуцзянь). В самом крупном из них - Наньюэ (Намвьет) - захватил власть бывший циньский наместник Чжао То. Он и основал местную вьетскую династию Чиеу, провозгласив себя императором, равнодержавным Ханям. В 196 г. до х.э. между Хань и Наньюэ был заключен договор, по которому Лю Бан признавал Чжао То законным правителем Наньюэ. Но вскоре Чжао То в ответ на запрет императрицы Люйхоу вывозить в Наньюэ железо, скот и другие товары разорвал дипломатические отношения с империей. Обе страны оказались в состоянии войны, однако вести ее у империи не было сил.

С первых же лет своего воцарения У-ди делал ставку на захват южных государств. В 138 г. до х.э., вмешавшись в междоусобную борьбу вьетских государств, Хани покорили Дунюэ, после чего У-ди приступил к подготовке большой войны против Наньюэ.

Активизации внешней политики У-ди на юго-западе способствовало и возвращение в 125 г. до х.э. Чжан Цяня из его поездки к юэчжи, во время которой он узнал о торговом пути на юго-западе Китая, по которому товары из Шу (Сычуань) доставлялись в Индию и Бактрию. Однако посланные в 122 г. до х.э. для отыскания этого пути ханьские экспедиции были задержаны племенами на юго-западе Китая. "Открыть" для империи путь в Индию, проходящий через Бирму, не удалось. Позже У-ди получил возможность установить связи с Индией по морю, но это произошло уже после захвата Наньюэ.

После смерти Чжао То, воспользовавшись внутренней смутой, У-ди ввел в Наньюэ крупные военные силы. Длившаяся с перерывами два года (112-111) война с Наньюэ закончилась победой империи. За этот срок империя покорила и остальные юэские земли, лишь Миньюэ продолжало сохранять независимость. По сведениям Бань Гу, после подчинения Наньюэ Ханьская империя установила связи по морю с Индией и Ланкой (Сычэнбу).

Путь из Южно-Китайского моря в Индийский океан шел, вероятно, через Малаккский пролив. Древние китайцы в то время не были сильны в мореплавании, зато искусными мореходами издревле были народы юэ. Очевидно, юэские суда и доставляли ханьских торговцев в Индию, на Ланку и в другие районы Южной Азии. После завоевания Наньюэ, скорее всего через посредство народов юэ, были завязаны связи Ханьской империи с отдаленными странами Юго-Восточной и Южной Азии.

Разделив Наньюэ на области и уезды, завоеватели эксплуатировали местных жителей, заставляя их работать в рудниках, добывать золото и драгоценные камни, охотиться на слонов и носорогов. Из-за постоянных антиханьских восстаний У-ди был вынужден держать на юэских землях большие военные силы.

Завершив войны на юге, У-ди предпринял решительные действия против государства Чаосянь (кор. Чосон) на территории Северной Кореи. Эта страна задолго до возникновения империи поддерживала связи с северо-восточными древнекитайскими царствами. После образования империи Хань при Лю Бане был заключен договор, устанавливающий границу между обоими государствами по р. Пхесу. Чаосяньские правители стремились проводить независимую политику и в противовес империи поддерживали связи с сюнну. Последнее обстоятельство, а также то, что Чаосянь препятствовала сношению империи с народами Южной Кореи, сделало Чаосянь очередным объектом ханьской агрессии. В 109 г. до х.э. У-ди спровоцировал в Чаосяни убийство ханьского посла, после чего направил туда "карательную" экспедицию. После длительной осады с суши и с моря столица Чаосяни Вангомсон пала. На территории Чаосяни были учреждены четыре административных округа, однако три из них пришлось упразднить в связи с непрекращавшейся борьбой древних корейцев за независимость.

Захватнические войны, которые много лет подряд непрерывно вел У-ди, опустошали казну и истощили ресурсы государства. Эти войны, потребовавшие колоссальных расходов и неисчислимых человеческих жертв, уже в конце правления У-ди привели к резкому ухудшению положения основной массы трудового населения страны и взрыву народного недовольства, которое выразилось в открытых выступлениях "озлобленного и измученного люда" в центральных областях империи. Одновременно поднялись антиханьские выступления племен на окраинах империи. "Страна устала от бесконечных войн, люди объяты печалью, запасы истощились" - так характеризует состояние империи в конце правления У-ди его современник историк Сыма Цянь. После смерти У-ди крупные завоевательные походы почти не предпринимались. Сторонники военных захватов не встречали более поддержки при ханьском дворе.

Вплоть до конца I в. до х.э. - начала I в. х.э. внешняя политика Ханьской империи носила в основном пассивный характер. Ханьские войска лишь в 36 г. до х.э. предприняли дальний поход против сюнну, активизировавшихся в Западном Крае. Это на некоторое время укрепило власть Ханьской империи в Западном Крае, но уже через несколько лет сюнну возобновили набеги на северо-западные границы Ханьской империи, и в начале I в. х.э. им удалось подчинить своему влиянию весь Западный Край.

С последней четверти I в. до х.э. по стране прокатилась волна восстаний рабов. На рубеже христианской эры империя оказалась в состоянии глубокого внутреннего кризиса. Многие государственные деятели усматривали его причину в росте крупного землевладения и рабовладения.

Через всю внутреннюю историю империи Ранней Хань красной нитью проходит борьба против концентрации частной земельной собственности, но к концу I в. до х.э. она приобретает исключительную остроту. Как показывают относящиеся к этому времени доклады сановников Ши Даня, Кун Гуана и Хэ У, вопрос о земле тесно связывается с вопросом о рабах. Две эти общественные проблемы выступают как основные во всех проектах реформ и законах начала христианской эры. Наиболее дальновидные представители правящего класса сознавали необходимость проведения реформ с целью ослабления напряжения в обществе.

Попытка проведения подобных мероприятий была предпринята при императоре Ай-ди (6-1 гг. до х.э.): проект указа устанавливал максимальный размер частных земельных владений в 30 цинов (ок. 138 га), а количество рабов у собственников, в зависимости от их общественного положения, ограничивал нормой в 200 рабов у сановной и родовитой знати и 30 рабов у простолюдинов и мелких чиновников (без учета рабов старше 60 и моложе 10 лет). Государственных рабов старше 50 лет предлагалось отпустить на волю. Однако этот проект вызвал такой протест рабовладельцев, что не могло быть и речи о его проведении в жизнь, так же как и других проектов подобного рода, хотя они касались ограничения рабовладения и землевладения только у простолюдинов и мелких служащих. После провала политики реформ в стране вспыхнули восстания.

Такова была обстановка, при которой выдвинулся Ван Ман - регент при малолетнем наследнике престола, тесть предшествовавшего императора Пин-ди (1-6 гг. х.э.). Человек исключительного честолюбия, Ван Ман, как ловкий демагог, сумел в короткий срок приобрести популярность в народе и вместе с тем поддержку придворных кругов. Воспользовавшись благоприятным моментом, он совершил дворцовый переворот и в 9 г. х.э. провозгласил себя императором - основателем "Обновленной династии" и сразу объявил о своем намерении проводить реформы самым решительным образом. В расчете на поддержку широких масс населения Ван Ман объявил о восстановлении счастливых порядков древности и возрождении чжоуской "колодезной" системы восьмидворок, обрабатывающих девятый участок в пользу правителя. Он обещал восстановить равновеликие наделы, за счет чего выделить землю всем безземельным и малоземельным общинникам. Это обещание, естественно, выполнено быть не могло. Ван Ман запретил куплю-продажу земли и рабов и провозгласил все частновладельческие земли государственными, а частных рабов - "частнозависимыми", т.е., вероятно, тоже подведомственными государству, но остающимися в распоряжении своих хозяев. При этом государственное рабство ограничениям не подвергалось, наоборот, все виновные в нарушении законов Ван Мана обращались в государственных рабов.

Ссылаясь на древние конфуцианские трактаты, Ван Ман даже пытался обосновать исключительное право государства на владение рабами. При нем число государственных рабов снова очень возросло за счет порабощения за преступления. Законы Ван Мана обращали в рабство преступника вместе с его семьей и четырьмя соседними семьями, связанными круговой порукой. Причем у всех этих семей, которые порабощались государством, конфисковалось имущество, в том числе и их частные рабы, переходившие в казну. Такие рабы огромными партиями переправлялись на далекие расстояния для работы в государственных рудниках и мастерских. Так, в 21 г. х.э. "нарушители запрета на отливку монеты в числе пятерок семей, [обязанных круговой порукой], подверглись [аресту], конфискации имущества и были обращены в государственных рабов. Мужчины на телегах, в клетках для преступников, женщины и дети пешком с бряцавшими на шее железными цепями сотнями тысяч переправлялись [в Чанъань], передавались чиновникам, ведавшим отливкой монеты. Пока их [туда] доставляли... погибали шесть-семь из десяти" ("История Старшей династии Хань"). Все эти данные говорят о том, что реформы Ван Мана были направлены против роста частного рабовладения, но не рабства, как такового.

Имея целью сосредоточить в руках государства все источники доходов и создать сильную бюрократическую империю, Ван Ман чрезвычайно усилил фискальные и полицейские функции государства и увеличил административный аппарат. Чиновники и откупщики были заинтересованы в осуществлении экономических мероприятий Ван Мана, которые давали им возможность наживаться на спекуляции товарами при регулировании рыночных цен и на других злоупотреблениях. Ван Ман стремился подчинить казне все ссудные операции, издавал указы, касающиеся отливки монеты и нормирования цен на рынках, пытаясь добиться активного вмешательства государства в экономическую жизнь страны. Реформы Ван Мана привели к крайнему усилению деспотического гнета государства, они не только не смогли смягчить социальные противоречия, но вызвали еще большее их обострение. Ван Ман пытался спасти положение, объявив об отмене всех своих законов о земле и рабах, однако все было тщетно. По всей стране стали вспыхивать стихийные волнения и голодные бунты. Отряды разорившихся общинников, рабов, батраков действовали по всей стране, принимая разные названия - "Зеленого леса", "Медных коней", "Больших пик", "Железных голеней", "Черных телят" и др. Как правило, они были разрозненны, хотя зачастую действовали бок о бок. Особенный размах имело движение "Красных бровей", развернувшееся в 18 г. х.э. в Шаньдуне, где бедствия населения были умножены катастрофическим разливом Хуанхэ, которая резко изменила свое русло (приняв то направление, которое она имеет сейчас).

Движение "Красных бровей" потрясало страну почти десять лет подряд. Оно было несравненно более широким по масштабу, чем антициньское восстание Чэнь Шэна, и более однородным по составу, чем восстание Лю Бана. Вспыхнуло оно столь же стихийно, как и эти предшествовавшие ему мощные движения. Никаких загодя планируемых и далеко идущих идейных целей повстанцы перед собой не ставили, кроме единственной - свержения "узурпатора" Ван Мана. В движении принимали самое активное участие массы обездоленного и эксплуатируемого люда. О том, что движение не носило узкокрестьянского характера, косвенно может свидетельствовать то обстоятельство, что, хотя в числе мероприятий Ван Мана была широковещательная программа восстановления древней системы цзинтянь - уравнительного общинного землепользования, - никакого положительного отклика на нее со стороны тех слоев населения, которые участвовали в восстании, мы не видим. Повстанцы убивали чиновников, отменяли налоги, захватывали имущество богачей, но ни на какой территории не закреплялись, а со всех сторон двигались в одном направлении - к столице империи Чанъани, и еще точнее - к императорскому дворцу Ван Мана. Первым в 23 г. удалось занять столицу отрядам "Зеленого леса". Ван Ман был обезглавлен, тело его разорвано на части. В 25 г. Чанъань захватили "Красные брови". Каждый повстанческий отряд объявлял своего ставленника императором. Одновременно в г. Лоян отрядами представителей правящего класса был провозглашен императором отпрыск ханьского дома Лю Сю, известный в истории под храмовым именем Гуан У-ди (25-57). При несогласованности действий, отсутствии военного и политического опыта у вождей повстанцев, как правило выходцев из низов, все движение на последнем этапе окончательно пошло на поводу у определенных слоев знати, заинтересованных в свержении Ван Мана силами повстанцев, а затем в восстановлении династии Хань и подавлении повстанческого движения. И действительно, Гуан У-ди начал свое правление "карательным походом" против "Красных бровей", которых к 29 г. ему удалось разбить, а затем подавил и все остальные народные движения. С императора Гуан У-ди начинается период "реставрированной" Ханьской династии, называемой Младшей или Поздней; новой столицей империи стал г. Лоян.

Мощнейшее в истории Китая восстание "Краснобровых", явившееся выражением острейшей классовой борьбы, привело к некоторому облегчению положения трудового населения и освобождению массы людей от рабской зависимости, что нашло отражение в указах Гуан У-ди.






Date: 2015-11-13; view: 141; Нарушение авторских прав

mydocx.ru - 2015-2019 year. (0.007 sec.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав - Пожаловаться на публикацию