Главная Случайная страница


Полезное:

Как сделать разговор полезным и приятным Как сделать объемную звезду своими руками Как сделать то, что делать не хочется? Как сделать погремушку Как сделать так чтобы женщины сами знакомились с вами Как сделать идею коммерческой Как сделать хорошую растяжку ног? Как сделать наш разум здоровым? Как сделать, чтобы люди обманывали меньше Вопрос 4. Как сделать так, чтобы вас уважали и ценили? Как сделать лучше себе и другим людям Как сделать свидание интересным?


Категории:

АрхитектураАстрономияБиологияГеографияГеологияИнформатикаИскусствоИсторияКулинарияКультураМаркетингМатематикаМедицинаМенеджментОхрана трудаПравоПроизводствоПсихологияРелигияСоциологияСпортТехникаФизикаФилософияХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника






Глава 28. Сиенна привела в порядок одежду, которую дал ей Кронос, когда впервые привёл в замок





Сиенна привела в порядок одежду, которую дал ей Кронос, когда впервые привёл в замок. Рубашка прилегала к рукам, и в то же время подворачивалась под крыльями, не обхватывая вершинки и закрывая её плечи. Никакой суеты, никакого напряжения, лишь полная готовность. Сиенна дрожала.

Что только что она творила с Парисом... Да уж, Сиенна никогда не испытывала ничего подобного. До него. Ничто не могло подготовить её к полному пробуждению тела. Воин удовлетворял её с разрушающей душу тщательностью, точно зная, где её коснуться, как поцеловать, что сказать, чтобы распалить её желание всё сильнее и сильнее, и, славные небеса, сильнее. Сиенна полностью увлеклась им, сосредоточившись мыслями на этом воине, позабыв остальной мир.

И всё же, как бы красиво и нежно это ни было, сейчас же, полчаса спустя, между ними установилась неловкость. Что касается Сиенны, то для неё произошедшее оказалось более эмоционально и значимо, чем она ожидала, и пришлось задаться вопросом, всегда ли для него это было так, со всеми?

– Итак, э-э-э, то, что ты был со мной, помогло? – спросила она, и тут же пожалела, что не прикусила язык, одновременно боясь и желая ответа. – Твоему демону?

Парис кивнул и сел на край водоёма.

– Да, теперь я полон сил.

Несмотря на утверждение, страх Сиенны стал преобладающим. Парис закрылся, скрывая чувства под пустым выражением лица.

– Знаешь, как пользоваться оружием? – резко спросил он. И, очевидно, это предзнаменовало окончание разговора о демоне.

Лааадно. Значит, говорить о том, что произошло, они не собирались, а это значит, что разговора о том уровне, на который вышли их отношения, также не последует.

"Идиотка, за два дня не завязываются отношения".

– Что за оружие? – Наиглупейший вопрос, ведь, что бы Парис не ответил, её ответ был бы одним и тем же.

– Любое.

– Не совсем. Когда мной овладевает Гнев, он убивает, используя мое тело или то, что оказывается в зоне доступа. Я никогда не остаюсь в сознательном состоянии, когда это происходит – нахожусь в курсе событий лишь посредством нахлынувших на меня воспоминаний – поэтому, подобные навыки – это не то, что остаётся в моей памяти.

– А что было до твоей одержимости?

– Я всегда была паинькой. – Вот проклятье. Зачем ей потребовалось это упоминать? Чтобы превратить Париса в мистера Отдалённость? Или, скорее, в мистера Ещё Большая Отдалённость.

Но Парис удивил её. Он показал небольшой пистолет, затем показал, как снять предохранитель. Вытащил обойму, показал патроны и научил Сиенну, как поставить всё на место.

– Всё, что тебе нужно сделать – нажать на спусковой крючок, – сказал он. – Экспансивные пули[7] причинят достаточный ущерб твоей мишени, независимо от того, куда ты её ранишь.

А что, если она промахнётся, ведь это было очень даже возможно, потому что, только лишь от одной мысли о том, что она держит оружие, у Сиенны дрожали руки.

– Так, значит, ты хочешь, чтобы я приобрела себе такой и носила постоянно с собой? – Никогда – ни в своей жизни, ни в смерти – она не стреляла из пистолета.

– Нет. – Он наклонился и сунул железную штуковину за пояс её штанов. Пистолет оказался холоднее и тяжелее, чем она думала. – Я хочу, чтобы ты носила с собой этот пистолет. Он на предохранителе, так что ты не ранишь себя.

– Не боишься, что я выстрелю тебе в спину? – Шутка не удалась, ведь их отношения – или что бы это ни было – слишком новы, и Сиенна покраснела. Конечно же, Парис снова её удивил.

– Нет, не боюсь. – Слова прозвучали очень уверенно.

Сиенна выдохнула с облегчением.

– Я рада.

Парис прочистил горло.

– Ты меня внимательно слушаешь?

– Да, конечно. – И именно тогда Сиенну накрыла реальность ситуации, которая причиняла боль. Это был способ Париса сказать "до-свидания", своеобразная подготовка к жизни без него. Ноги Сиенны задрожали, но ей удалось остаться в вертикальном положении и не рухнуть. – Да, – повторила она.

– Отлично. Тогда слушай очень внимательно. – Парис посмотрел Сиенне в глаза. – Я многое узнал о живых мертвецах. Если кто-то тебе угрожает, значит, он может тебя видеть. А если он может тебя видеть, значит, его оружие может тебя ранить. Я не буду напоминать тебе о людях за пределами этого мира, как они видят тебя и способны прикоснуться к тебе. Если они могут коснуться тебя, значит, что ты можешь коснуться их. Поэтому, сначала ты действуешь, потом – думаешь. А это значит, что ты стреляешь в преступников без колебаний. Понятно?

– Д-да.

– Отлично. Поехали дальше. – Он вытащил кристаллический клинок, протянул свободную руку и жестом подозвал Сиенну ближе.

Один шаг, ещё один, и она оказалась у его колена. Однако, очевидно, этого было недостаточно. Он схватил её за бедро и подтянул ближе, так, что она оказалась между его широко разведённых ног. Хотя Парис и не был в сексуальном настроении, это прикосновение снова возбудило её.

Он вынудил ее обхватить пальцами рукоятку кинжала цвета синего океана.

– Если кто-то нападает на тебя, он заслуживает того, что получит в ответ. Бей в жизненно важные органы, в те места, где они мягкие и тебе не придётся беспокоится о том, что пройдёшь сквозь кость. Например, сюда. – Парис передвинул её руку к своему боку, приложив клинок к месту, на несколько дюймов выше бедра. – И сюда. – Он переместил её руку к себе на живот.

Прикосновение к нему напомнило Сиенне, насколько она изголодалась и не только по его телу, потому что у неё заурчало в животе. На щеках снова вспыхнул румянец. Неужели она навечно проклята, ставить себя в неловкое положение перед этим мужчиной?

Красивые губы Париса скривились в подобие улыбки.

– Ещё ничего не ела, да?

Хотя это и была всего лишь тень того, какой могла бы быть эта улыбка, но всё же она осветила лицо Париса, превращая его черты из "красивых" в "утончённые". Сиенна тоже улыбнулась. Все её нервные окончания пульсировали. Сглотнув вечно нарастающее в его присутствии желание, она кивнула.

– Я проголодалась.

Шли минуты, и затем Парис выругался.

– Это идёт вразрез с моралью, малая часть которой у меня ещё осталась. – Нахмурившись, он отпустил Сиенну и начал копаться в карманах. Парис достал пластиковый мешочек, наполненный тёмно-фиолетовым порошком.

– Что именно? – То, что он держал её, то, что давал оружие? Теперь, когда Сиенна чувствовала голод, внутри начала зарождаться боль, кровь разогрелась до точки кипения, кожа туже обтянула кости.

"Не думай об этом и будешь в порядке".

Парис отложил мешочек в сторону и несколько минут смотрел на него, прерывисто дыша.

Желая дать ему время на борьбу с самим собой, Сиенна изучала нож, который он ей дал. Кристаллический клинок был с зазубринами, цвета радуги скопились под его прозрачным лезвием. Ручка была из матовой меди, твёрдая, согретая теплом его тела.

– Я никогда не видела ничего подобного, – нарушила она молчание.

– И никогда не увидишь снова. В мире существует только два таких клинка, и один из них у меня. Этот малыш может убить кого угодно, даже бога этого мира, и выполнить любую команду, пока он в твоих руках. Например, если понадобится его спрятать, сожми и представь, что он невидим.

Глаза Сиенны расширились, челюсть отвисла.

– Я не могу его принять. Очевидно, это парный комплект и...

– Не спорь со мной. – Тон Париса оказался жёстким, бескомпромиссным. Из другого кармана воин вытащил небольшую фляжку, в которую высыпал половину содержимого пакетика.

Сиенна рассказала бы куда направится, когда они расстанутся, и с кем окажется. Очевидно, Парис бы об этом забыл или настоял на том, чтобы она вернула клинок и сделала вид, что никогда его не видела.

– Парис, послушай меня. После нашего расставания я отправлюсь к лидеру Ловцов. Понимаешь, о чём я тебе говорю? Ты не можешь рисковать, чтобы эта вещичка попала в руки врагов...

– Это не произойдёт. А теперь больше ни слова. Я решил, что ты и близко не подойдёшь к этому психопату, вот и всё, так что просто возьми клинок и скажи спасибо. – Парис взболтал жидкость во флаконе, прежде чем поднести небольшой круглый край к губам Сиенны. – Выпей.

– Решил? Ты не можешь...

– Выпей.

У Сиенны не осталось другого выбора, кроме как подчиниться, потому что Парис уже начал заливать содержимое ей в горло. И славные небеса, ей нравился этот вкус. Содержимое фляги оказалось разбавленной версией того, чем поил её Кронос, но по вкусу полностью совпадало – такое же восхитительное. Сиенна сделала один глоток, потом ещё один и ещё. В неё скользнуло тепло, паря по венам, в мгновение ока, облегчая её боль.

– Достаточно. – Он убрал от её рта флягу прежде, чем Сиенна начала бы слизывать капельки.

Сиенна разочарованно застонала, затем закрыла глаза, и мгновение наслаждалась послевкусием. Её кожа снова стала прежней, и, вот те на, Сиенна могла парить в облаке блаженства, затеряться в нём навсегда.

– И всё же, что это? – Кронос никогда не отвечал на этот вопрос.

– Амброзия.

"Ух-ты. Вещество, которое потребляют бессмертные", – вспомнила Сиенна прочитанное. Используется для удовольствия и утверждения власти. Насколько она знала, мифы зачастую вводили в заблуждение, оказывались чистой ложью или едва касались правды.

– Почему я...

– Нет. Сейчас никаких вопросов на эту тему. – Парис прицепил флягу на одну из петель её ремня и осторожно спрятал мешочек в её карман. – Когда почувствуешь, что тебе становится плохо... я имею в виду, почувствуешь, что слабеешь, сделай несколько глотков, и сразу воспрянешь духом.

– Ясно.

Парис встретился с ней взглядом. Синева его глаз в считанные секунды покрылась льдом, превращая океан в реку из стекла.

– Ты сказала, что прошла неделя с того раза, как Кронос давал тебе это выпить, так?

Значит, он мог расспрашивать её, а она его – нет? Сиенна могла не отвечать или потребовать равноценного обмена, но не сделала этого.

– Да. – Изменения в Парисе расстраивали её, и она не станет списывать это на очевидный стресс.

– Того, что ты только что выпила, хватит на несколько дней. – Парис схватил её за плечи и встряхнул. – Мне нужно, чтобы ты услышала мои слова. Если у тебя не осталось в памяти ничего из того, что я говорил, запомни хотя бы это.

– Хорошо, – ответила Сиенна и напряглась, когда его беспокойство начало просачиваться в неё.

– Никогда, ни при каких обстоятельствах не позволяй никому пробовать твою кровь. Ты поняла? Если они это сделают, ты должна убить их прежде, чем они смогут от тебя сбежать.

– Да кто захочет попробовать мою кровь? – Люди? Это невозможно. Они не могли ни видеть, ни ощущать её. Вампиры? Может быть. Эти бессмертные существа постоянно жаждали крови, но почему их целью станет женщина-призрак?

На челюсти Париса задёргался мускул – верный признак растущего гнева.

– Тебя бы это удивило. А теперь пообещай, что убьёшь любого, кто это сделает.

– Обещаю. – Сиенна принялась поглаживать его по плечам, даря успокоение. Он пытался сказать ей что-нибудь так, чтобы не напугать. Она знала это, чувствовала. Воин пытался её защитить, даже если им и была судьбой предначертана разлука.

Парис отпустил её, чтобы смахнуть волосы, упавшие ему на лоб. На его пальцах Сиенна заметила тёмные пятна. Желая помочь, даже в таком малом, она взяла его за руку и потёрла пятнышки, похожие на чернильные. Они остались и Сиенна нахмурилась.

– Их не сотрёшь. Это татуировки, – объяснил Парис, не меняя интонации голоса. Он замер на месте, даже перестал дышать лишь от одного прикосновения.

Зачем ему на кончиках пальцев татуировки в виде пятен? Сиенна встретилась с ним взглядом, в котором переплетались смущение и не проходящее желание. Она проигнорировала первое и, сосредоточившись на втором, подняла кончик его пальца и вобрала его в рот.

Зрачки Париса запульсировали, расширяясь, возвращаясь в прежнее состояние, снова расширяясь. От него исходил аромат тёмного шоколада и дорогого шампанского, который обволакивал Сиенну, затуманивая её мысли, электризуя и так уже чувствительные нервы. Она слегка прикусила подушечку его пальца, и Парис хрипло застонал.

– У тебя есть дети? – спросила она, борясь с нахлынувшей волной печали. "Я не могу их иметь. Больше нет". Чтобы отвлечься, Сиенна ещё глубже в рот втянула его палец, кружа языком у основания и каждый раз плавно скользя по нему.

Его не напрягла неожиданная смена темы.

– Нет. Я всегда знаю, когда женщина находится в... То есть, демон Разврата всегда знает, и от этого желает женщину ещё больше, но оплодотворение незнакомки относится к одной из двух вещей, которые он не вынудит меня сделать.

Сиенна склонила голову набок.

– Какова же другая?

– Секс с несовершеннолетними.

Насколько бдительным он должен быть, чтобы бороться за такие уступки. Она знала не понаслышке, насколько мощным могло быть принуждение демона.

– Ты хочешь их? Детей, я имею в виду. Когда-нибудь, с женщиной, которую полюбишь? – Остановите её. Это слишком больно.

Парис неопределённо пожал плечами или попытался это сделать. Поднятие плеча оказалось жёстким, судорожным.

– Я хочу тебя. Здесь и сейчас, – произнёс Парис. – Позволь мне заполучить тебя. Ещё один раз, прежде чем мы расстанемся.

Ещё один раз... Насколько мысль об этом была возбуждающей, настолько же и угнетающей. Однако отказ не был вариантом. Она не солгала тогда. Она в любом случае бы отдалась ему.

– Да.

Позади Сиенна услышала тихий свист. Сквозь неё прошёл холодный всплеск, а затем Парис дёрнулся всем телом. Его глаза расширились, руки опустились. Он нахмурился и посмотрел вниз, на чёрную рукоять, торчащую из его груди.

Сиенна вскрикнула и развернулась, прикрывая Париса своим телом, как щитом. Вот только ещё один клинок уже пролетел сквозь неё, словно она была субстанцией, не плотнее тумана. Для того, кто кинул это оружие, она таковой и являлась. Он не мог видеть мертвецов, не мог их касаться, как и его клинок.

Виновником оказался огромный – поистине огромный – парень с розовыми волосами и татуировкой в виде кровавой слезы под одним глазом. Он стоял у входа в пещеру.

Его бандитские глаза пылали ненавистью.

– Как тебе бой без правил? – прорычал он.

Парис дернул Сиенну за своё тело. Она споткнулась из-за той силы, с которой он это сделал, и упала в воду. Её сердце бешено колотилось, когда два мужчины сверлили друг друга взглядами. Несомненно, за этим последует и физический контакт. Они оба были знакомы с танцем смерти – неоспоримая истина, ведь оба приняли боевую стойку.

– Как ты меня нашёл? А знаешь, не бери в голову. Мне всё равно. Ты кинул кинжал в мою женщину, и за это я оторву тебе руку, которой ты это сделал. – С рывком и гримасой на лице, Парис выдернул клинок из своей груди. Его глаза сияли ярко-красным. Их малиновый взгляд был направлен на парня, которого, очевидно, Парис желал видеть распростёртым на плахе.

– Твою женщину? – Фырканье, усмешка. Вновь прибывший протянул руку и обнажил два зазубренных клинка из ножен, скрещенных на спине. – Какую женщину? Здесь только ты и я, демон.

– Я не сделаю скидку на то, что ты не можешь её видеть. – Слова вырвались рычанием, больше животным, чем человеческим. – Она моя, а ты проявил жестокость по отношению к ней. Поэтому, готовься потерять свои яйца.

– Неужели? Ну, скажу следующее: ты причинил мне боль через мою женщину, значит, теперь я причиню боль тебе через твою. – Он улыбнулся, но в этой улыбке не было веселья. Металл клинков поблескивал и посвистывал, когда он вращал их за рукояти.

– Сомневаюсь. – Парис вытащил свой кристаллический клинок.

Ещё одна усмешка.

– Если хочешь выбраться отсюда живым, придётся рассказать, где моя богиня.

– Ты же из тех, кому нравится больше боли и меньше разговоров, так ведь? – спросил Парис. – Тогда действуй. Причиняй боль.

И после этого они накинулись друг на друга, ринувшись в драку быстрее, чем она смогла проследить. То, что могла уловить Сиенна, было подобно щелчкам затвора фотоаппарата: пауза, когда Парис пригвоздил громилу к земле и наступил ногой ему на горло. Ужасная пауза, когда нож проводит разрез на теле Париса. Остановка сердца, когда Парис опустился на колено, собираясь с силами. Момент ужаса, когда Парис рухнул на землю, а его противник, нависая над ним, зарычал.

А дальше последовал танец из молотящих кулаков и ударов ногами с достаточной силой, чтобы сломать кости. Колени, устремляющиеся в чувствительные места. Вонзающиеся зубы. Рвущие когти. Металлический лязг. Они врезались в стены, катались по полу, кромсали друг друга. Кровь брызгала во все стороны. Никогда ещё Сиенна не видела ничего более зверского.

Они ужасающе красиво владели своими кинжалами. Иииии, да, как и обещано, рука громилы была отрезана и выброшена. Но это не остановило его от нападения на Париса, и начался второй раунд "Бойцовского клуба".

Поэтому Сиенне ужасно захотелось вытащить свой новый пистолет и открыть огонь, но эти двое были сплетены вместе, и она боялась, что стреляя, попадёт в Париса. Шутка о выстреле в спину теперь становилась очень реальной возможностью, а Сиенна не могла рисковать им. Более того, пуля, вероятно, не причинила бы громиле вреда, а скорее всего, пролетела бы сквозь него тем же способом, как и его нож, прошёл сквозь неё.

Поэтому... что она могла сделать? Неуверенная, но понимающая, что её текущее положение никому не поможет, она начала выбираться из воды и встала. В неё ударил холодный порыв воздуха, заставляя задрожать до клацанья зубов и образовав лёд на коже. Секунду спустя перед ней появился ангел Захариил.

– Останови их, – умоляла Сиенна.

Взгляд его зелёных глаз был твёрд, непоколебим и полностью сосредоточен на ней.

– Пойдём. Оставим их, пока они дерутся.

Должно быть, при импровизированном плавании в уши попала вода, и она неправильно его расслышала.

– Пойти с тобой и оставить Париса?

Неужели они были друзьями?

– Да. – Захариил махнул ей с явным нетерпением. – Ты правильно уловила смысл моих слов. Уверен, что Парис предпочёл бы, чтобы ты держалась подальше от этой жестокости.

– Мне всё равно. Я остаюсь. – Сиенна уяснила, что воины вроде этого и Париса были незнакомы с отказом и принимали все меры сопротивления, как вызов. Прежде чем Захариил смог накинуться на неё, она подняла руки и попятилась от него.

Возможно, трусливо, но эффективно. Он нахмурился, глядя на неё.

– Я остаюсь, и точка, – сказала Сиенна.

Парис ощутил новую угрозу и издал злобный рёв. Он бросился на Захариила и сбил воина с ног. Ангел не оттолкнул его, вообще не прикоснулся к Парису, но тот, пролетев через всю пещеру, врезался в противоположную стену.

В ту же секунду на нём оказался розововолосый громила. Борьба перешла на новый уровень жестокости. Но даже во всём этом, Парис ни разу не уронил свой клинок, вонзив его в сердце парня, воткнув сначала кончик, а затем, вогнав оружие по рукоять, добравшись до тех мягких тканей в боку и животе парня, как и показывал Сиенне.

Ворчание, наполненное болью, ругательство. Затем парень снова упал, а Парис поднялся, снова устремив малиновый взгляд на Захариила... который теперь стоял рядом с Сиенной.

Ахнув, она оббежала водоём, создавая между ними как можно большее расстояние.

– Назад, ангелочек.

Чёрные брови взметнулись к линии волос.

– Не мечтай, демоница. Я делаю это, чтобы спасти тебя, чтобы спасти тысячи других.

Гм... и что теперь?

– Сиенна, иди ко мне. – Парис тяжело дышал, истекал кровью, и его ещё не покинул тот безумный, зверский взгляд. – Живо.

Всеми фибрами своего существа, Сиенна хотела бежать, а не идти к нему. И она бы так и сделала, если бы ангел не сказал:

– Я не могу позволить ей сделать это, демон. – Он появился рядом с ней, схватил за руку и удержал.

 

Date: 2015-09-24; view: 262; Нарушение авторских прав; Помощь в написании работы --> СЮДА...



mydocx.ru - 2015-2024 year. (0.006 sec.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав - Пожаловаться на публикацию