Главная Случайная страница



Полезное:

Как сделать разговор полезным и приятным Как сделать объемную звезду своими руками Как сделать то, что делать не хочется? Как сделать погремушку Как сделать неотразимый комплимент Как сделать так чтобы женщины сами знакомились с вами Как сделать идею коммерческой Как сделать хорошую растяжку ног? Как сделать наш разум здоровым? Как сделать, чтобы люди обманывали меньше Вопрос 4. Как сделать так, чтобы вас уважали и ценили? Как сделать лучше себе и другим людям Как сделать свидание интересным?


Категории:

АрхитектураАстрономияБиологияГеографияГеологияИнформатикаИскусствоИсторияКулинарияКультураМаркетингМатематикаМедицинаМенеджментОхрана трудаПравоПроизводствоПсихологияРелигияСоциологияСпортТехникаФизикаФилософияХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника







Отчаяние





Отрывок

 

Исаев заметил глубокий, резкий ноготь в "Книге Пророка Иезекииля": "Сын человеческий! Когда дом Израилев жил на земле своей, он осквернял ее поведением своим и делами своими… Я излил на них гнев Мой за кровь, которую они проливали на этой земле, и за то, что они оскверняли ее делами своими… И Я рассеял их по народам, и они развеяны по землям; Я осудил их по путям их и по делам их… И пришли они к народам, куда пошли, и обесславили святое имя Мое, потому что о них говорят: "они - народ Господа и вышли из земли Его…" И пожалел Я святое имя Мое, которое обесславил дом Израилев у народов, куда пришел…"

Резкое отчеркивание Власова обрывалось именно здесь; следом шел аккуратный, едва заметный мизинец <…>

Валленберг подчеркнул те абзацы, которые шли всего через несколько строк после того, что яростно вмял Власов: "Когда явлю на вас святость Мою… возьму вас из народов, и соберу вас из всех стран, и приведу вас в землю вашу и окроплю вас чистою водою - и вы очиститесь от всех скверн ваших, и ото всех идолов ваших очищу вас… И будете жить на земле, которую Я дал отцам вашим, и будете Моим народом, и Я буду вашим Богом".

Исаев начал листать дальше, ощущая неведомую ему ранее радость от чтения этой рваной, но при этом литой, единой прозы.

И снова резкое отчеркивание Власова из "Левита": "Не делайте себе кумиров и изваяний, и столбов не ставьте у себя, и камней с изображениями не кладите в земле вашей, чтобы кланяться перед ними; ибо Я Господь, Бог ваш… Если вы будете поступать по уставам Моим… Я дам вам дожди в свое время, и земля даст произрастания свои… Если же не послушаете Меня… вас рассею между народами, и обнажу вслед вас меч, и будет земля ваша пуста и города разрушены… Оставшимся из вас пошлю в сердца робость в земле врагов их, и шум колеблющегося листа погонит их… и падут, когда никто не преследует… И не будет у вас силы противостоять врагам вашим… И погибнете между народами и пожрет вас земля врагов ваших".



Как бы в пику ногтю Власова - мизинец Валленберга. "И тогда как они будут в земле врагов их, - Я не презрю их и возгнушаюсь ими до того, чтоб истребить их, чтоб разрушить завет Мой с ними; ибо Я Господь, Бог их… Вспомню для них завет с предками, которых вывел Я из земли Египетской пред глазами народов, чтобы быть их Богом". Исаев поднял глаза на Валленберга:

- Молчаливые диалоги.

Тот кивнул.

- Поглядите Псалтырь… Пятьдесят девятый псалом…

Исаев закрыл на мгновение глаза, потер веки, прочитал на память:

- "Даруй боящимся Тебя знамя, чтобы они подняли его ради истины…" Вы это имели в виду?

Валленберг не смог скрыть восхищенного изумления:

- <…> Кстати, в этом же псалме заложено все "Откровение" Иоанна:

"Ты потряс землю, разбил ее… Исцели повреждения ее, ибо она колеблется". Но, прежде чем заглянете в "Откровение", вернитесь в "Иезекииль", по-моему, тридцать шестая глава…

- Смотрел…

- Вас заинтересовали подчеркивания посередине, я следил за вашими глазами… А вы посмотрите начало… Не ищите, я прочитаю вслух, вы меня ошеломили своей догадливой памятью, позвольте изумиться моей, - Валленберг кашлянул, и Максим Максимович увидел в его глазах открытость; раньше ее не было, напряженная сосредоточенность.

- "За то, именно за то, что опустошают вас и поглощают вас со всех сторон, - начал Валленберг, - чтобы вы сделались достоянием прочих народов и подверглись злоречию и пересудам людей, - за это, горы Израилевы, выслушайте слово Господа Бога… Я поднял руку Мою с клятвою, что народы, которые вокруг вас, сами понесут срам свой". Разве подобное не случилось с Германией?

<…>

- Вы более всего оперируете Ветхим Заветом, - заметил Исаев. - Как быть с Новым?

- Его исказили переписчики начала тысячелетия, - уверенно ответил Валленберг. - Тогда уже зрела неоформившаяся, зыбкая идея Святой Инквизиции… Но и в Новом Завете я готов оперировать словами Апостола Павла: "Спрашиваю: неужели Бог отверг народ свой? Никак! Ибо и я, израильтянин, от семени Авраамова из колена Вениаминова. Не отверг Бог народа своего, который Он наперед знал…"

Исаев нашел это место в Послании Апостола Павла Римлянам, прочитал стремительно, вбирающе, разом; только особо нужные ему места он перечитывал неделями, чтобы остались навсегда в памяти.

С Валленбергом можно спорить, подумал он; именно с ним, не с Павлом; Апостол - это уже политика, а не великая проза; поэтому зачитал:

- "Всякая душа да будет покорна высшим властям; ибо нет власти не от Бога; существующие же от Бога власти установлены. Посему противящиеся власти сами навлекут на себя осуждение…" Не кажется ли вам, что это не ошибка переписчиков, но включение экономических рычагов власти, начало борьбы за первенство?

- В какой-то мере вы правы, - кивнул Валленберг, - но следующая фраза возвращает нас к истине Божьей: "Начальствующие страшны не для добрых дел, но для злых"… Разве это оправдание зла? Политика таит в себе оправдание любого злодеяния, примат силы постоянен, особенно, - он вздохнул, - при наличии хорошего пропагандистского аппарата…



- И да и нет, - ответил Исаев, медленно перелистывая Библию. - Смотрите, вот вам Пророк Малахия, последние строки Ветхого Завета: "Можно ли человеку обкрадывать Бога? А вы обкрадываете Меня. Скажете: "чем обкрадываем мы Тебя?" Десятиною и приношениями. Проклятием вы прокляты, потому что вы - весь народ - обкрадываете Меня. Принесите все десятины в дом хранилища, чтобы в доме Моем была пища, и хотя в этом испытайте Меня, говорит Господь Саваоф…" Заметьте себе, это Ветхий Завет. И речь идет не о духе, но о пище…

- Тогда цитируйте дальше, - возразил Валленберг. - "Дерзостны предо Мною слова ваши, говорит Господь. Вы скажете: "что мы говорим против Тебя?" Вы говорите: "тщетно служение Богу, и что пользы, что мы наблюдали поставления Его и ходили в печальной одежде пред лицом Господа Саваофа? И ныне мы считаем надменных счастливыми: лучше устраивают себя делающие беззакония, и хотя искушают Бога, но остаются целы". Разве это политика?

- Это бунт, - сказал Исаев. - Заключительный аккорд той политики, которая завела общество в тупик… Безвыходность, убитые надежды - дрожжи бунта… Или революции, если проецировать Святое Писание на последние столетия, начиная с Конституции Северо-Американских Штатов, кончая русской революцией. Точнее говоря, революциями…

- То есть? - Валленберг не понял. - Почему множественное число?

- Потому что их было за четверть века четыре: девятьсот пятый год, февраль, октябрь… Это революции естественные, некие термодинамические взрывы общества… Была и революция сверху, двадцать девятый год, - геноцид против самых талантливых и работящих подданных, проведенный самим правительством. Ужасающий феномен, меньшинство уничтожает большинство, превращая страну в пустыню. Что же касается политики, то все Святые Благовествования - политические манифесты… Блистательная проза - верно; прозрение - да; проповедь нравственности - бесспорно, но политика присутствует в них, ибо видна тенденция… Матфей еще пытался примирить Ветхий Завет с новыми временами, он еще мог начинать с фразы: "Родословная Иисуса Христа, Сына Давидова, Сына Авраамова. Авраам родил Исаака, Исаак родил Иакова; Иаков родил Иуду и братьев его…" И ведь не кто-нибудь, по Матфею, а именно Ангел Господень сказал: "Иосиф, сын Давидов! Не бойся принять Марию, жену твою; ибо родившееся в Ней есть от Духа Святого; родит же Сына, и наречешь Ему имя: Иисус; ибо Он спасет людей Своих от грехов их". И только после этого появляется Иоанн, который крестит Иисуса…

- Верно, - Валленберг ответил не сразу. - Святой Марк вообще начинает не с Иисуса, а с Иоанна Крестителя… Интересно… Я это как-то пропустил, потому что растворился в строках, шел за Словом, не позволяя себе обсуждать его…

Исаев подумал: "Хоть какое-то оправдание для меня; я шел за изменениями в нашей истории, растворяя себя в них… Значит, наша Идея превратилась в религию? Так, что ли? Учитывая образование Сталина, можно допустить и такой поворот сюжета…"

- А вспомните "Благовестие от Иоанна"? - предложил Исаев.

Валленберг отошел наконец от стены, сел на свою койку и, закрыв глаза, продекламировал:

- "Вначале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог… В Нем была жизнь, и жизнь была свет человеков… Был человек, посланный от Бога; имя ему Иоанн… И вот свидетельство Иоанна, когда иудеи прислали из Иерусалима священников… спросить его: кто ты? Он объявил и не отрекся, и объявил, что я не Христос… Я глас вопиющего в пустыне… И они спросили его: что же ты крестишь, если ты не Христос, не Илия, не пророк? Иоанн сказал им в ответ: "Я крещу в воде, но стоит среди вас некто, Которого вы не знаете…" На другой день Иоанн видит Иисуса и говорит: "…Вот Агнец Божий, Который берет на Себя грех мира…"

Исаев, следивший по тексту за той концепцией, которую Валленберг выбирал из Иоанна, отложил Библию и, презирая себя, хрустнул пальцами <...>

- Вы действительно плывете за строками, - сказал он, - вы блестяще декламируете, ни в одной церкви я не слыхал такого наполнения фраз Священного Писания человеческим Духом, Верой, стоической убежденностью… Но вы все же позволяете увлекать себя потоку - пусть даже гениальному… Глядите-ка, Иоанн ни слова не говорит о предках Иисуса, во-первых, и, во-вторых, называет его тем, кто примет на себя "грех мира"… О народе или народах нет ни слова, речь идет о мире… Это - начало притирки светских властей с Верой, ставшей необходимой человечеству, ибо владыки не знали, где найти выход из постоянных кризисных ситуаций. Позже, в послании Павла Колоссянам, он уже требует: "Смотрите, братия, чтобы кто не увлек вас философиею и пустым обольщением по преданию человеческому, по стихиям мира, а не по Христу…" Не отсюда ли надо отсчитывать идею монополии на единственную правду? Не в этом ли пассаже сокрыт будущий запрет на диспут, соревнование разных точек зрения, на мысль, наконец?! Разве Павел свободен от политики, когда он обращается к пастве со словами: "Рабы, во всем повинуйтесь господам вашим во плоти, не в глазах только служа им, как человекоугодники, но в простоте сердца, боясь Бога…"

 








Date: 2015-05-22; view: 274; Нарушение авторских прав



mydocx.ru - 2015-2021 year. (0.009 sec.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав - Пожаловаться на публикацию