Главная Случайная страница


Полезное:

Как сделать разговор полезным и приятным Как сделать объемную звезду своими руками Как сделать то, что делать не хочется? Как сделать погремушку Как сделать неотразимый комплимент Как сделать так чтобы женщины сами знакомились с вами Как сделать идею коммерческой Как сделать хорошую растяжку ног? Как сделать наш разум здоровым? Как сделать, чтобы люди обманывали меньше Вопрос 4. Как сделать так, чтобы вас уважали и ценили? Как сделать лучше себе и другим людям Как сделать свидание интересным?


Категории:

АрхитектураАстрономияБиологияГеографияГеологияИнформатикаИскусствоИсторияКулинарияКультураМаркетингМатематикаМедицинаМенеджментОхрана трудаПравоПроизводствоПсихологияРелигияСоциологияСпортТехникаФизикаФилософияХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника






Секретный объект





Доверь свою работу кандидату наук!
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

 

Мудрецы говорят, что случайностей на свете не бывает в принципе. Даже то, что кажется случайностью, на самом деле часть чьего‑то грандиозного, неизвестного тебе плана. Напрашивается вопрос: чьего? И пусть не говорят, что в тот вечер первого июня я оказалась у метро «Старая Деревня» случайно. Хотя я сама позвонила Маринке и позвала ее гулять, и сама же предложила ей пошататься по ларькам с музыкой, а «Старая Деревня» просто оказалась ближе всего к Маринкиному дому. И, конечно же, чисто случайно в тот день задул ветер с кладбища.

Итак, вечером первого июня мы с моей лучшей подругой Маринкой болтались по торговой зоне у метро «Старая Деревня» в поисках нового альбома группы «Манга», от которой у Маринки едет крыша в буквальном и переносном смысле слова. А лично я ничего конкретного не искала – просто хотелось побродить, на людей поглазеть, себя показать, расслабиться. Все‑таки своего рода праздник – первый день лета…

Пока Маринка рылась в дисках и трепалась с продавцами, я расхаживала у цветочных ларьков и нюхала розы: сначала одни, потом другие, потом третьи. Все однообразно пахли подсахаренной водой. Ага, вот эта большая, багровая, с острыми загнутыми, чернеющими к краям лепестками, похожими на обгорелые свитки, пахнет по‑другому – тягучей южной сладостью, похожей на низкие ноты виолончели… и чем‑то горьким. Я принюхалась – горький неприятный запах усилился, нарастая, октава за октавой.

– Что это за розы у вас такие вонючие? – наконец не выдержала я.

Торговец, пацан в плеере, на вид не намного старше меня, разгадывающий кроссворд в бесплатной газете, поднял сонный взгляд.

– Ась?

– Разве вы сами не чувствуете? Ваши цветы пахнут гарью.

Запах дыма был сладковато‑горьковатым, тревожащим. Мне вдруг подумалось, что если долго нюхать, то с мозгами может произойти что‑нибудь забавное, но нехорошее.

– При чем тут розы, – сказала Марина. – Это оттуда. – Она показала в сторону Торфяной дороги. – Где‑нибудь помойка горит.

Парень вытащил из ушей «ракушки» и встревоженно обнюхал свой цветник.

– Вот, опять повеяло!

– А‑а… – Парень облегченно вздохнул. – Это не розы. Опять, блин, библиотека загорелась. Как ветер с кладбища, так здесь всегда гарью попахивает.

– Что еще за библиотека? – удивилась я. – Тут же промзона. Склады, заводы всякие. Откуда в промзоне библиотека?

– Раньше была, – добродушно пояснил парень. – Там, у Серафимовского кладбища. Ее давным‑давно подожгли, лет десять назад.

– И что, она так и горит десять лет?

– Ага.

– Ни фига себе! Но почему не потушат?

– Я‑то откуда знаю? Говорят, уже тушили, и не раз, а потом проходит неделя, и опять дым ползет. Да она не сильно горит… так, тлеет себе потихоньку. Там же подземные книгохранилища были, этажей, говорят, на десять в глубину. Туда года три никто не лазал. Я слышал, какие‑то пацаны пробовали, потом их мертвыми нашли – задохнулись. В общем, построили вокруг забор и успокоились. А мы тут нюхай дым… Я неуверенно усмехнулась:

– Это уже не библиотека, а какой‑то вулкан получается.

– Все вранье! – категоричным тоном сказала Маринка. – Пошли диски смотреть.

– За что купил, за то и продаю, – пожал плечами парнишка. – Не верите, сами сходите и гляньте. Пойдете через Торфяную дорогу, по грунтовке вдоль стройки, и упретесь в железные ворота. Тут на самом деле недалеко, минут пятнадцать. Только к библиотеке вас не пустят – там забором все огорожено…

– Чудеса, Маринка, – задумчиво сказала я, когда мы отошли от лотка. – Сколько лет здесь живем и не знаем, что у нас под боком неугасимая библиотека… Вот будь я лет на пять помладше, непременно попыталась бы туда залезть.

– Я бы тоже, – согласилась подруга. – Да, старость – не радость. Ну, пошли, старушка, слушать «Мангу». Новый альбом – «Шелест шифера»!

– Все‑таки нашла?

Маринка с победоносным видом продемонстрировала диск. На обложке – сюрреалистическая физиономия лидера группы Тимофея Китахары, чахлого юноши с запавшими щеками и плотоядной ухмылкой. С виду ему лет шестнадцать, по выражению лица можно дать все сорок, а по глазам… увы, они закрыты зеркальными очками.

– Как я его люблю! – с придыханием сказала Маринка.

Я пожала плечами. Гуманоидами я никогда не интересовалась. А вот библиотека меня чем‑то зацепила.

– Давай сходим туда. Прямо сейчас, – предложила я. – Ну, пожалуйста. Просто заглянем, а по развалинам шариться не будем.

– Ну, что ты, маленькая, что ли? – заныла Маринка. – Скоро замуж пора, а она все по заборам лазает.

Я слегка обиделась:

– Не хочешь, не ходи. Я одна пойду. Игнорируя Маринкино нытье, я пошла к переходу через Торфяную дорогу.

– Ладно уж! – донесся сзади голос подруги. – Но учти, я исключительно за компанию. Надо же за тобой проследить, чтобы ты себе шею не сломала. Сама будешь мне покупать новые туфли, если там грязь!

Грязи оказалось по самую шею. Перейдя дорогу, мы словно перенеслись в иное измерение – из цивильной, чистенькой торговой зоны чуть ли не на стройплощадку. Вместо тротуаров – разбитая грунтовка, недостроенный торговый комплекс, кучи мусора. Мы обошли парковку автомобилей и зашагали по грунтовке, петляя между лужами. Справа зеленели густые заросли вербы. Слева возвышался бетонный забор. За ним шумно работала какая‑то строительная техника.



– Господи, что за помойка! – возмущалась Маринка. – Я уже по колено в цементе…

– Все‑таки очень странно, – гнула я свою линию. – Я никогда ничего не слышала о сгоревшей библиотеке в Старой Деревне. Даже если этот пожар случился десять лет назад… Как такое может быть, чтобы здание горело десять лет – и не погасить?

– Не может, – охотно кивала Маринка. – Тебе лапшу на уши навешали, а ты и рада. Сразу детство в попе заиграло, на графские развалины захотелось…

– Это же романтично! Не понимаю, как можно быть равнодушной к загадочным развалинам, – продолжала я, обходя широкую лужу приятного кофейного цвета. – Разве ты не чувствуешь себя Ларой Крофт?

– Я себя чувствую бульдозером. В лучшем случае танком.

– Ой, какие мы нежные. Знаешь пословицу: «Танки грязи не боятся»? Подожди, мы уже почти пришли.

Сама того не зная, я сказала правду. Минут через пять дорога свернула в заросли верб. Стройка пропала из виду. Мы уперлись в обещанные железные ворота. Остановившись, я понюхала воздух. Он отчетливо пах горьким дымом.

Для начала я внимательно осмотрела сами ворота. Они были основательные – почти не ржавые, крашенные в зеленый цвет, высотой метра три, закрытые на великанский засов. В обе стороны от ворот, теряясь в зарослях, уходил забор из бетонных плит. Справа от ворот у забора стоял потрепанный синий вагончик, в каких обычно живут строители, с дверью и окошком с белой занавеской. На боку вагончика было написано «ОА Феникс».

– Убедилась? – услышала я за спиной голос Маринки. – Все глухо. И ничего интересного.

Я отвела взгляд от ворот и задумчиво посмотрела на забор.

– Если бы как‑нибудь на него взобраться, то я бы, пожалуй, спрыгнула с той стороны. И, возможно, даже не разбилась.

– Слава Богу, что на него никак не взобраться.

– Ну почему же. А вагончик на что?

Маринка вытаращила глаза:

– Ты же не всерьез!

– Еще как всерьез.

– Прекрати! Разобьешься, дурочка!

– Спокойно. Я не собираюсь никуда прыгать. Просто влезу наверх и немножко посмотрю на пепелище.

Я двинулась в сторону вагончика, прикидывая, как бы забраться на крышу. Если, скажем, поставить ногу на дверную ручку… потом Маринка подтолкнет меня снизу… потом я цепляюсь за провода и подтягиваюсь…

– Сорвешься – на себе не потащу! – Маринка тщетно продолжала взывать к моему здравому смыслу.

Я подошла к двери вагончика и дернула за ручку, испытывая ее на прочность. Ручка поддалась неожиданно легко. Дверь распахнулась, и прокуренный мужской голос из темноты осведомился:

– Че надо?

Я шарахнулась назад. Маринка схватила меня за руку и оттащила метров на десять от вагончика. Потом мы остановились и принялись наблюдать. Через несколько секунд в дверях вагончика появился небритый и лохматый черноволосый мужик в оранжевой телогрейке поверх какой‑то непотребной рванины.

Он посмотрел на нас заспанным взглядом, широко зевнул и вполне дружелюбно, хоть и сипловато, спросил:

– Чего вам, девчата? Заблудились?

– Ага! – радостно подтвердила я. – Заблудились. Мы тут сквозь вас не выйдем?

– Не выйдете. Вы че, ослепли, ворот не видите? Вот дорога, по ней идите взад и упретесь прямо в метро.

– А что за воротами, стройка?

– Секретный объект. – Я не могла понять, издевается мужик или говорит всерьез. – Зона экологической катастрофы.

– С ума сойти! А вы кто, сторож?

Мужик полез в карман спецовки, достал пачку «Беломора» и принялся закуривать.

– Ишь, какие любопытные. Ну‑ка, шуруйте отсюда.

– Пошли, пошли, – зашептала Маринка, дергая меня за руку.

Я медлила. Вот так сдаться? Результат похода был нулевой. Я к такому не привыкла. Мужик затянулся папиросой и ушел в вагончик, но дверь не закрыл.

– Интересно, как расшифровывается «ОА»? – громко спросила я назло сторожу. – «Отойди, А то убью»?

– Наверно, «охранное агентство», – предположила Маринка, с опаской косясь на вагончик. – Пошли отсюда – видишь, как тут все серьезно?

Поддаваясь уговорам Маринки, я неохотно отошла от ворот. Когда мы сюда шли, мне представлялась совсем другая картина: какая‑нибудь чисто символическая изгородь, к тому же давно пришедшая в негодность, а за ней – дымящиеся развалины, усыпанные остатками книг, или что‑нибудь в этом роде. Кому надо охранять развалины давно сгоревшей библиотеки? А вместо этого здесь «секретный объект» и «зона экологического бедствия». Непонятно.

Прежде чем мы ушли, я успела проверить еще одну догадку. Допустим, через ворота не пройти, а как насчет забора? Может, он дырявый или давно обвалился? С таким парадоксом – могучие ворота при дырявом заборе – в детстве я сталкивалась часто. Но стоило сойти с дороги, как я угодила в воду. Похоже, заросли верб были основательно подтоплены. Везде, куда ни глянь, корявые стволы торчали из воды, как во время весеннего паводка. Вода была прозрачная, зеленоватая и пахла тиной.

– Гелька! – услышала я недовольный голос подруги. – Вылезай из кустов! Я же говорила, что тут сплошная помойка!

«А приду‑ка я сюда как‑нибудь еще разок, – решила я. – Только без Маринки. И исследую этот закрытый объект более пристально».

 







Date: 2015-05-19; view: 402; Нарушение авторских прав



mydocx.ru - 2015-2022 year. (0.023 sec.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав - Пожаловаться на публикацию