Главная Случайная страница


Полезное:

Как сделать разговор полезным и приятным Как сделать объемную звезду своими руками Как сделать то, что делать не хочется? Как сделать погремушку Как сделать неотразимый комплимент Как сделать так чтобы женщины сами знакомились с вами Как сделать идею коммерческой Как сделать хорошую растяжку ног? Как сделать наш разум здоровым? Как сделать, чтобы люди обманывали меньше Вопрос 4. Как сделать так, чтобы вас уважали и ценили? Как сделать лучше себе и другим людям Как сделать свидание интересным?

Категории:

АрхитектураАстрономияБиологияГеографияГеологияИнформатикаИскусствоИсторияКулинарияКультураМаркетингМатематикаМедицинаМенеджментОхрана трудаПравоПроизводствоПсихологияРелигияСоциологияСпортТехникаФизикаФилософияХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника






Наблюдение 2 page





4. "Тревожные" испытуемые при выполнении сложных и новых заданий, требующих интеллектуальных усилий, испытывают боль­шие затруднения, чем эмоционально стабильные личности.

5. Действие "эффекта Зайонца" хорошо описывается законом оптимума активации Йеркса — Додсона. Присутствие внешнего на-

блюдателя (экспериментатора) повышает мотивацию испытуемого. Соответственно оно может либо улучшить продуктивность, либо привести к "перемотивации" и вызвать срыв деятельности.

Следует различать мотивацию участия в исследовании от моти­вации, возникающей у испытуемых по ходу эксперимента при об­щении с экспериментатором.

Считается, что в ходе эксперимента у испытуемого может возни­кать какая угодно мотивация. М.Т.Орне полагал, что основным мо­тивом испытуемого является стремление к социальному одобрению, желание быть хорошим: он хочет помочь экспериментатору и ведет себя так, чтобы подтвердить гипотезу экспериментатора. Существу­ют и другие точки зрения. Полагают, что испытуемый стремится проявить себя с лучшей стороны и дает те ответы, которые, по его мнению, более высоко оцениваются экспериментатором. Помимо проявления "эффекта фасада" существует и тенденция вести себя эмоционально стабильно, "не поддаваться" давлению ситуации экс­перимента.

Ряд исследователей предлагают модель "злонамеренного испы­туемого". Они считают, что испытуемые враждебно настроены по отношению к экспериментатору и процедуре исследования и дела­ют все, чтобы разрушить гипотезу эксперимента.

Но более распространена точка зрения, что взрослые испытуе­мые стремятся только точно выполнять инструкцию, а не поддаваться своим подозрениям и догадкам. Очевидно, это зависит от психоло­гической зрелости личности испытуемого.

Исследования, проведенные для определения роли мотивации социального одобрения, дают весьма разноречивые результаты: во многих ранних работах эта роль подтверждается, в последующих ис­следованиях отрицается наличие у испытуемых мотивации высокой оценки своих результатов.



Итог дискуссиям подвел Л.Б.Кристиансен. С его точки зрения, все варианты поведения испытуемого в эксперименте можно объяс­нить актуализацией одного мотива — стремления к позитивной само­репрезентации, т.е. стремления выглядеть в собственных глазах как можно лучше. Взрослый испытуемый, входя в ситуацию экспери­мента, ориентируется в ней и ведет себя в соответствии с ситуацией, но побуждается стремлением "не потерять лица" перед самим со­бой. Он обращает внимание на слухи об эксперименте и его целях, на инструкцию и сообщения экспериментатора в процессе беседы, на специфические черты личности экспериментатора, условия про­ведения исследования (оборудование лаборатории, состояние поме­щения, комфортность обстановки и др.), учитывает особенности об-


щения с экспериментатором в ходе эксперимента. Опираясь на эти признаки, испытуемый строит "внутреннюю" модель эксперимен­тальной ситуации. Метод "обмана", если подмена целей экспери­мента обнаружена испытуемым, не будет эффективным. Испытуе­мые, у которых возникает подозрение, что при помощи инструкции пытаются манипулировать их поведением, обмануть их и т.д., воз­держиваются от ожидаемых экспериментатором действий, сопротив­ляясь его влиянию. Для себя они объясняют это сопротивление тем, что манипулировать человеком помимо его воли недостойно.

И вместе с тем эксперимент активизирует мотив саморепрезен­тации, поскольку его условия неестественны и отличны от предше­ствующего опыта индивида.

Демонстративные личности склонны превращать эксперимент в театр: они чувствуют себя на сцене, ведут неестественно и нарочито. "Тревожные" личности могут вести себя скованно, напряженно и т.д.

Мотивация саморепрезентации оказывается наиболее сильной, если испытуемый считает, что его поведение в экспериментелич-ностпо детерминированно, т.е. его поступки — не следствие экспе­риментальных воздействий, а проявление реальных намерений, чувств, убеждений, способностей и т.д. Если же испытуемый пола­гает, что его поведение в эксперименте зависит от условий, содер­жания заданий, взаимодействия с экспериментатором, то мотива­ция саморепрезентации не проявится в его поведении.

Л.Б.Кристиансен, наиболее известный специалист по проблеме влияния саморепрезентации на ход эксперимента, сделал неутеши­тельный вывод на основе своих собственных и чужих исследований:

мотив саморепрезептации контролировать крайнетрудно, посколь­ку не определены условия, в которых он проявляется, и направле­ние его влияния на экспериментальные результаты.

Например, мотив саморепрезентации взаимодействуете мотивом социального одобрения: испытуемые особенно стремятся проявить себя "лучшим образом" тогда, когда экспериментатор не может их непосредственно уличить во лжи. Если испытуемых попросить дать оценку своего интеллекта, она особо завышается тогда, когда экспе­риментатор не собирается "проверять" их интеллект. Если же ис­пытуемым известно, что после субъективного оценивания своего ин­теллекта им следует выполнять тест, они оценивают его значитель­но ниже.



Кроме того, если испытуемый полагает, что экспериментатор им манипулирует, у него также более сильно проявляется мотива­ция саморепрезентации.

Таким образом, и мотивация саморепрезентации, и мотивация социального одобрения (вопреки первоначальной гипотезе Кристи-ансена) равно актуализируются у испытуемых в психологических экспериментах.

Для контроля влияния личности испытуемого и эффектов обще­ния на результаты эксперимента предлагается ряд специальных ме­тодических приемов. Перечислим их и дадим характеристику каж­дому.

\. Метод" плацебо вслепую", или "двои ной слепой опыт'. Контро­лируется эффект Розенталя (он же — эффект Пигмалиона). Подби­раются идентичные контрольная и экспериментальная группы. Экс­периментальная процедура повторяется в обоих случаях. Сам экспе­риментатор не знает, какая группа получает "нулевое" воздействие, а какая подвергается реальному манипулированию. Существуют мо­дификации этого плана. Одна из них состоит в том, что экспери­мент проводит не сам экспериментатор, а приглашенный ассистент, которому не сообщается истинная гипотеза исследования и то, ка­кая из групп подвергается реальному воздействию. Этот план позво­ляет элиминировать и эффект ожиданий испытуемого, и эффект ожи­даний экспериментатора.

Психофармаколог X. К. Бичер исследовал с помощью этого экс­периментального плана влияние морфия на болевую чувствитель­ность. Работая по схеме "плацебо вслепую", он не смог различить данные контрольной группы от данных экспериментальной. Когда же он провел эксперименттрадиционным способом, то получил клас­сические различающиеся кривые.

"Двойной слепой опыт" контролирует эффекты Розенталя и Хот-торна.

2. " Метод обмани". Основан на целенаправленном введении ис­пытуемых в заблуждение. При его применении возникают, естест­венно, этические проблемы, и многие социальные психологи гума­нистической ориентации считают его неприемлемым.

Экспериментатор придумываетложные цель и гипотезу исследо­вания, независимые (ортогональные) от основных. Выдуманные цель и гипотеза сообщаются испытуемым. Содержание ложной гипотезы варьирует в зависимости от характера эксперимента: могут приме­няться как простые гипотезы "здравого смысла", так и сложные тео­ретические конструкции, которые получили название "когнитивные плацебо".

Возможным вариантом "метода обмана" является простое сокры­тие истинных целей и гипотезы эксперимента. В данном случае ис­пытуемые будут сами придумывать варианты-и вместо учета влия-


ния ложной гипотезы нам придется разбираться в фантазиях испы­туемого, чтобы устранить влияние этой неконтролируемой перемен­ной. Таким образом, лучше предложить испытуемому хоть какой-то вариант гипотезы, чем не предлагать никакой. Метод "когнитивно­го плацебо" предпочтительнее.

3. Метод" скрытого" эксперимента. Часто применяется в поле­вых исследованиях, при реализации так называемого "естественно­го" эксперимента. Эксперимент так включается в естественную жизнь испытуемого, что он не подозревает о своем участии в иссле­довании в качестве испытуемого. По сути метод "скрытого" экспе­римента является модификацией "метода обмана", с той лишь раз­ницей, что испытуемому не надо давать ложную информацию о це­лях и гипотезе исследования, так как он уже обманом вовлечен в исследование и не знает об этом. Этических проблем здесь возника­ет еще больше, так как, применяя "метод обмана", мы оповещаем испытуемого о привлечении его к исследованию (даже к принуди­тельному); здесь же испытуемый полностью подконтролен другому лицу и является объектом манипуляций.

Велика опасность всяческих злоупотреблений со стороны не­добросовестных исследователей. И вместе с тем эта модель часто применяется в социальной психологии. Наиболее часто она исполь­зуется в детской психологии, психологии развития и педагогичес­кой психологии. В этих случаях проблема манипуляций стоит менее остро, так как дети подконтрольны взрослым. Однако необходимо заручиться согласием родителей либо лиц, опекающих ребенка, на такое исследование.

Главная трудность проведения такого эксперимента — учет не­контролируемых переменных, поскольку этот эксперимент может быть лишь натурным.

Метод "естественного эксперимента", предложенный А.Ф.Лазур-ским, является одной из модификаций этого исследовательского приема.

4. Метод независимого измерения зависимых параметров. Приме­няется очень редко, так как реализовать его на практике очень труд­но. Эксперимент проводится с испытуемым по обычному плану, но эффект воздействия измеряется не в ходе эксперимента, а вне его, например, при контроле результатов учебной или трудовой деятель­ности бывшего испытуемого.

5. Контроль восприятия испытуемым cii гуации. Обыч но для этого применяется предложенная Орне схема постэкспериментального интервью. Кроме того, используются меры для того, чтобы учиты­вать или контролировать отношение испытуемого к эксперимента­тору и эксперименту, понимание им инструкции, принятие целей

исследования. К сожалению, данные, получаемые при постэкспе­риментальном опросе, позволяютлишь отбраковать неудачные про­бы или учесть эту информацию при интерпретации результатов экс­перимента, когда уже ничего нельзя исправить.

Как всегда, следует помнить, что нет абсолютного метода, и все они хороши или плохи в зависимости от конкретной ситуации. Ни один не дает абсолютно достоверного знания.

3.2. Экспериментатор:

его личность и деятельность

Классический естественно-научный эксперимент рассматрива­ется теоретически с нормативных позиций: если из эксперименталь­ной ситуации можно было бы удалить исследователя и заменить авто­матом, то эксперимент соответствовал бы идеальному.

К сожалению или к счастью, психология человека относится к таким дисциплинам, где это сделать невозможно. Следовательно, психолог вынужден учитывать то, что любой экспериментатор, в том числе и он сам, — человек и ничто человеческое ему не чуждо. В первую очередь—ошибки, т.е. невольные отклонения от нормы экс­перимента (идеального эксперимента). Сознательный обман, иска­жение результатов здесь разбирать не будем. Ошибками дело не ог­раничивается — их можно иногда исправить. Другое дело — устой­чивые тенденции поведения экспериментатора, которые воздейст­вуют на ход экспериментальной ситуации и являются следствием бес­сознательной психической регуляции поведения.

Эксперимент, в том числе психологический, должен воспроиз­водиться любым другим исследователем. Поэтому схема его прове­дения (норма эксперимента) должна быть максимально объективи­рована, т.е. воспроизведение результатов не должно зависеть от уме­лых профессиональных действий экспериментатора, внешних обсто­ятельств или случая.

С позиций деятельностного подхода эксперимент — это деятель­ность экспериментатора, который воздействует на испытуемого, из­меняя условия его деятельности, чтобы выявить особенности пси­хики обследуемого. Процедура эксперимента служит доказательст­вом степени активности экспериментатора: он организует работу ис­пытуемого, дает ему задание, оценивает результаты, варьирует ус­ловия эксперимента, регистрирует поведение испытуемого и резуль­таты его деятельности и т.д.


С социально-психологической точки зрения экспериментатор выполняет роль руководителя, учителя, инициатора игры, испытуе­мый же предстает в качестве подчиненного, исполнителя, ученика, ведомого участника игры.

Схема эксперимента, если рассматривать его как деятельность экспериментатора, соответствует модели необихевиоризма: сжмул — промежуточные переменные—реакция. Экспериментатор дает ис­пытуемому задания, испытуемый (промежуточная переменная) их выполняет. Если исследователь заинтересован в подтверждении (или опровержении) своей гипотезы, то он может неосознанно вносить искажения в ход эксперимента и интерпретацию данных, добива­ясь, чтобы испытуемый "работал под гипотезу", создавая привиле­гированные условия лишь для экспериментальной группы. Такие действия экспериментатора — источник артефактов. Американский психолог Розенталь назвал это явление "эффектом Пигмалиона" в честь персонажа греческого мифа. (Скульптор Пигмалион изваял ста­тую прекрасной девушки Галатеи. Она была так хороша, что Пигма­лион влюбился в Галатею и стал умолять богов оживить статую. Боги отозвались на его просьбы.)

Исследователь, заинтересованный в подтверждении теории, дей­ствует непроизвольно так, чтобы она была подтверждена. Можно контролировать данный эффект. Для этого следует привлекать к про­ведению исследования экспериментаторов — ассистентов, не знаю­щих его целей и гипотез. Полноценный контроль — перепроверка результатов другими исследователями, критически относящимися к гипотезе автора эксперимента. Однако и в эгом случае мы не га­рантированы от артефактов — контролеры такие же грешные люди, как и автор эксперимента.

Н.Фридман назвал научным мифом господствовавшую до 60-х годов в американской психологии точку зрения, заключавшуюся в том, что процедура проведения экспериментов одинакова, а экспе­риментаторы равно беспристрастны и квалифицированны. Экспе­риментаторы не анонимны и не безлики: по-разному наблюдают, фиксируют и оценивают результаты эксперимента.

Главная проблема — различия в мотивации экспериментаторов. Даже если все они стремятся к познаниг» нового, то представления о путях, средствах, целях познания у нихра-личаются. Тем более, что исследователи часто принадлежат к разным этнокультурным общнос-тям.

Вместе с тем все экспериментаторы мечтают об "идеальном ис­пытуемом". "Идеальный испытуемый" должен обладать набором соответствующих психологических качеств: быть послушным, сооб-

разительным, стремящимся к сотрудничеству с экспериментатором работоспособным, дружески настроенным, неагрессивным и лишен ным негативизма. Модель "идеального испытуемого" с социально-психологической точки зрения полностью соответствует модели иде­ального подчиненного или идеального ученика.

Разумный экспериментатор понимает, что эта мечта неосущест­вима. Однако, если поведение испытуемого в эксперименте откло­няется от ожиданий исследователя, он может проявить к испытуе­мому враждебность или раздражение.

Каковы же конкретные проявления эффекта Пигмалиона? Ожидания экспериментатора могут приводить его к неосознан­ным действиям, модифицирующим поведение испытуемого. Розен­таль, наиболее известный специалист по проблеме воздействия лич­ности исследователя на ход исследования, установил, что значимое влияние экспериментатора на результат эксперимента выявлено: в экспериментах с обучением, при диагностике способностей, в пси­хофизических экспериментах, при определении времени реакции, проведении прожективных тестов (тест Роршаха), в лабораторных исследованиях трудовой деятельности, при исследовании социаль­ной перцепции.

Каким же образом испытуемому передаются ожидания экспери­ментатора?

Поскольку источник влияния — неосознаваемые установки, то и проявляются они в параметрах поведения экспериментатора, кото­рые регулируются неосознанно. Это в первую очередь мимика и пан-томимика (кивки головой, улыбки и пр.). Во-вторых, важную роль играют "паралингвистические" речевые способы воздействия на испытуемого, а именно: интонация при чтении инструкции, эмо­циональный тон, экспрессия и т.д. В экспериментах на животных экспериментатор может неосознанно изменять способы обращения с ними.

Особенно сильно влияние экспериментатора до эксперимента:

при вербовке испытуемых, первой беседе, чтении инструкции. Входе эксперимента большое значение имеет внимание, проявляемое экс­периментатором кдействиям испытуемого. Поданным эксперимен­тальных исследований это внимание повышает продуктивность де­ятельности испытуемого. Тем самым исследователь создает первич­ную установку испытуемого на эксперимент и формирует отноше­ние к себе.

Известно, что именно "эффект первого впечатления" приводит к тому, что вся дальнейшая информация, не соответствующая со­зданному образу, может отбрасываться как случайная.

3 Экспериментальная психология 65


Ожидания экспериментатора сказываются и при записи им ре­зультатов эксперимента. В частности, Кеннеди и Упхофф установи­ли влияние отношения исследователя на допущенные им ошибоки при записи результатов эксперимента. Эксперимент был посвящен изучению "феномена телепатии". Были отобраны две равночислен­ные группы людей, верящих и не верящих в телепатию. Их просили записывать результаты попыток испытуемого угадать содержание "телепатического послания", которое делал другой испытуемый.

Те, кто верил в телепатию, в среднем увеличили количество уга­дываний на 63%, а те, кто в нее не верил, уменьшили его на 67%.

Розенталь проанализировал 21 работу по проблеме влияния ожида­ния на фиксацию результатов эксперимента. Оказалось, что 60% оши­бок записи результатов обусловлены стремлением подтвердить экспе­риментальную гипотезу. В другом обзоре (36 работ) также подтверж­ден этот факт. Влияние ожидания проявляется не только при фикса­ции результатов действия людей, но и в экспериментах на животных.

Розенталь провел следующее исследование. Он просил несколь­ко экспериментаторов фиксировать поведение крыс в ходе экспери­мента. Одной группе экспериментаторов говорилось, что они рабо­тают со специально выведенной линией "особо умных крыс". Дру­гой группе сообщали, что их крысы "особо глупы". На самом деле все крысы относились к одной и той же популяции и не различались по способностям.

В итоге оценки поведения, поставленные крысам, соответство­вали тем установкам, которые были заданы экспериментаторам.

Л.Бергер выделил следующие типы ошибок экспериментаторов при оценке результатов деятельности испытуемого:

1. Занижение очень высоких результатов. Причиной считается стремление исследователя подсознательно "привязать" данные ис­пытуемого к собственным достижениям. Возможно, и завышение низких оценок. В любом случае шкала деформируется и сжимается, так как крайние результаты сближаются со средними.

2. Избегание крайних оценок (как низких, так и высоких). Эф­фект тот же — группировка данных выше среднего.

3. Завышение значимости одного свойства испытуемого или одно­го задания из серии. Через призму этой установки производится оценка личности и заданий.

4. Аналогичный случай, но эффект кратковременный, когда осо­бое значение придается заданию, следующему после выделения су­щественной для экспериментатора личностной черты испытуемого.

5. Аналогичный случай, но оценка опосредована концепцией о связи или противопоставлении тех или иных свойств личности.

6. Ошибки, обусловленные влиянием событий, эмоционально связанных с конкретным испытуемым.

Разумеется, "эффект Пигмалиона" существует, но в какой мере он значим? Может быть, в ряде случаев им можно пренебречь при интерпретации результата? Существуют разные мнения. Можно вы­делить, по крайней мере, три точки зрения:

Первая. Розенталь утверждает, что фактов универсального влия­ния в 7 раз больше, чем если бы они были случайными.По крайней мере, в 1/3 всех работ, посвященных этой проблеме, влияние экспе­риментатора на результат эксперимента установлено на уровне зна­чимости р = 0,95.

Вторая. Т.Барбер и М.Сильвер считают, что это влияние незна­чимо и все исследования, посвященные выявлению влияния экспе­риментатора на результат психологического эксперимента, осущест­влялись с ошибками в планировании, плохим выбором статистичес­ких мер и при неумелом ведении экспериментирования. Они сдела­ли вывод, что лишь в 29% исследований подтверждается "эффект Пигмалиона" — влияние подсознательных тенденций эксперимен­татора на поведение испытуемого и его оценку. Очевидно, этот про­цент значительно ниже, чем пишет Розенталь.

Т/^таяточка зрения выражена Барбером: мы утверждаем, что вли­яние может быть, но не в состоянии предсказать, каким оно будет в конкретном эксперименте.

Однако исследователи пытаются выявить более конкретные за­висимости.

Еще раз отметим, что возможны три варианта ответа на вопрос об "искажающем" влиянии экспериментатора на результаты:

1. Неосуществимый идеал экспериментальной психологии — вли­яния экспериментатора нет никогда либо оно несущественно; им можно пренебречь. Гипотеза малоправдоподобная.

2. Личность экспериментатора всегда и постоянно влияет на xo.i и результаты эксперимента. В этом случае эффект влияния можно считать систематической ошибкой измерения — константой, ее лег­ко учесть и "вынести за скобки".

3. Влияние это проявляется по-разному, в зависимости от типа эксперимента, личности экспериментатора и личности испытуемо­го.

Учет превращается в сложную задачу выделения и контроля боль­шого числа релевантных психологических переменных в каждом конкретном эксперименте.

Существует множество исследований, которые в той или иной мере освещают проблему. Приведем основные факты.

у 67


1. На результаты влияет тип личности и состояние эксперимен­татора: биосоциальные качества (возраст, пол, раса, культурно-ре­лигиозная, этническая принадлежность и т.д.); психосоциальные ка­чества (уровень тревожности, потребность в социальном одобре­нии, агрессивность, враждебность, авторитарность, интеллект, со­циальный статус, дружелюбие); ситуационные переменные (знаком­ство с испытуемым, настроение и др.).

Наиболее точно установлено влияние пола исследователя на ход и результаты эксперимента. В частности, маленькие дети всегда луч­ше и охотнее работают с экспериментаторами-женщинами, а взрос­лые испытуемые — с экспериментаторами-мужчинами.

Кроме того, в ходе эксперимента мужчины вызывают у испытуе­мых больше действий, направленных на осмысление своей ситуа­ции и поиск новой информации. Женщины вызывают желание "рас­крыть душу", стремление к откровенности, поэтому поведение ис­пытуемых становится более эмоционально выразительным.

Точно установить меру влияния очень трудно. Часто невозможно исключить влияние других переменных: возраста, статуса, дружелю­бия и т.д. Так, пол экспериментатора по-разному влияет на мужчин и женщин, бедных и богатых, влияние зависит от взаимного статуса, сим­патии и др. Он может быть значимым при выполнении испытуемым заданий одного типа и совершенно незначимым — в других эксперимен­тах. Расширять арсенал методиквходе одного исследования невозможно.

2. Достоверно выявлена закономерность проявления влияния экс­периментатора в экспериментах, различающихся по предмету иссле­дования. Все исследования можно упорядочить по шкале "социаль­ное—биологическое": от социально-психологических эксперимен­тов ("верх" шкалы) до психофизиологических ("низ" шкалы). Чем "выше" структурный уровень психической реальности, изучаемой нами, тем это влияние значимее.

Влияние личности экспериментатора максимально в эксперимен­тах по психологии личности и социальной психологии и минималь­но—в психофизиологических и психофизических экспериментах, исследованиях сенсорики и перцепции. "Среднее" влияние наблю­дается при исследовании "глобальных" индивидуальных процессов — интеллекта, мотивации, принятия решения и др.

Какие же способы учета и контроля влияния экспериментатора на результат эксперимента можно рекомендовать?

Примерно 98% психологов считают влияние экспериментатора серьезной методологической проблемой, но наделе о контроле и учете его заботятся значительно меньше, чем о наличии хорошей мебели, освещении и окраске стен лаборатории.

А.Анастази считает, что в большинстве правильно проведенных исследований влияние этих факторов практически несущественно и рекомендует свести его к минимуму, не прибегать к методическим изыскам, а пользоваться здравым смыслом. Если это не удается, не­обходимо обязательно учитывать влияние экспериментатора при описании условий эксперимента.

Чаще всего рекомендуются и используются следующие методы контроля влияния экспериментатора:

1. Автоматизация исследования. Влияние экспериментатора со­храняется при вербовке и первичной беседе с испытуемым, между отдельными сериями и на "выходе".

2. Участие экспериментаторов, не знающих целей исследования (уже обсуждавшийся ранее "двойной слепой опыт"). Эксперимен­таторы будут строить предположения о намерениях первого иссле­дователя. Влияние этих предположений необходимо контролировать.

3. Участие нескольких экспериментаторов и использование пла­на, позволяющего элиминировать фактор влияния экспериментато­ра. Остается проблема критерия отбора экспериментаторов и пре­дельного числа контрольных групп.

Влияние экспериментатора полностью неустранимо, так как это противоречит сути психологического эксперимента, но может быть в той или иной мере учтено и проконтролировано.

3.3. Испытуемый:

его деятельность в эксперименте

Здесь речь пойдет только об эксперименте, проводимом с учас­тием человека.

Эксперимент, где объектом исследования является человек, а предметом — человеческая психика, отличается тем, что его нельзя провести без включения испытуемого в совместную деятельность с экспериментатором. Испытуемый должен знать не только цели и задачи исследования (не обязательно истинные цели), но понимать, что и для чего он должен делать в ходе эксперимента, более того — личностно принимать эту деятельность.

С точки зрения испытуемого, эксперимент — это часть его лич­ной жизни (времени, действий, усилий и т.д.), которую он проводит в общении с экспериментатором для того, чтобы решить какие-то свои личные проблемы. Испытуемый может быть активным в уче­бе, игре, трудовой деятельности, общении; его активность является


эмоциональной или творческой. В любом случае он должен прояв­лять ее либо стихийно, либо сознательно, чтобы экспериментатор мог решить свои исследовательские задачи. Поэтому ряд исследова­телей склонны определять эксперимент в психологии "с позиции испытуемого" как организованную экспериментатором деятельность испытуемого (испытуемых) по выполнению поведенческой задачи. В зависимости от целей эксперимента, особенностей группы испы­туемых (возраст, пол, здоровье и т.п.) задачи могут быть творчески­ми, трудовыми, игровыми, учебными и т.д.

Всегда, если смотреть на эксперимент с позиций испытуемого, он является моделью реальной деятельности. Следовательно, в лю­бом эксперименте есть элемент игры, как бы работы "понарошку", имитации жизненной ситуации. Но любой эксперимент есть также "игра всерьез", так как параллельной жизни нам не дано, процесс и результат исследования оказывают влияние на жизнь испытуемого. тем более, что, участвуя в нем, он намеревается решить какие-то свои личностные проблемы.

Общение испытуемого и экспериментатора является необходи­мым условием организации их совместной деятельности и регуля­ции деятельности испытуемого.

Человек включается в эксперимент как целостный объект. Сле­довательно, организация эксперимента требует учета основных, т.е. известных в настоящий момент, психологических закономерностей, определяющих поведение личности в условиях, соответствующих экспериментальным.

Рассматривая эксперимент как деятельность испытуемого, Г.Е. Журавлев выделяет несколько планов его описания.

1. Физический: люди, участвующие в эксперименте; объекты, ко торыми манипулирует или которые преобразует испытуемый:

средства, которыми для этого располагает испытуемый; условия, в которых происходит эксперимент. Аналогичные компоненты выде­ляются и в деятельности экспериментатора.

2. Функциональный, способы действия, которые предписаны ис­пытуемому; необходимый уровень компетентности испытуемого;

критерии оценки качества деятельности испытуемого; временные ха­рактеристики деятельности испытуемого и проведения эксперимента.

3. Знаково-символический (инструкция испытуемому): описание 1) целей исследования и целей деятельности испытуемого; 2) спосо­бов и правил действий; 3) общения с экспериментатором; 4) зна­комство с мотивационной установкой, оплатой и т.д.

Важнейшим моментом, отличающим психологический экспери­мент с участием людей от других видов естественно-научного ис-






Date: 2015-07-01; view: 103; Нарушение авторских прав

mydocx.ru - 2015-2019 year. (0.014 sec.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав - Пожаловаться на публикацию