Главная Случайная страница


Полезное:

Как сделать разговор полезным и приятным Как сделать объемную звезду своими руками Как сделать то, что делать не хочется? Как сделать погремушку Как сделать неотразимый комплимент Как сделать так чтобы женщины сами знакомились с вами Как сделать идею коммерческой Как сделать хорошую растяжку ног? Как сделать наш разум здоровым? Как сделать, чтобы люди обманывали меньше Вопрос 4. Как сделать так, чтобы вас уважали и ценили? Как сделать лучше себе и другим людям Как сделать свидание интересным?

Категории:

АрхитектураАстрономияБиологияГеографияГеологияИнформатикаИскусствоИсторияКулинарияКультураМаркетингМатематикаМедицинаМенеджментОхрана трудаПравоПроизводствоПсихологияРелигияСоциологияСпортТехникаФизикаФилософияХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника






ГЛАВА 6. После того, как мы покинули это мероприятие, я и Дрю отправились в бар





 

После того, как мы покинули это мероприятие, я и Дрю отправились в бар. В итоге он ушел домой с длинноногой темноволосой юристкой, которая искала сексуального исцеления, чтобы облегчить горечь поражения в суде. Я потихоньку пью пиво и отмечаю некоторых дам, но никто из них не заставляет меня приложить ни малейшего усилия. По дороге домой, я чуть не нарушил Трехдневное Правило и не позвонил Долорес.

Что такое? Вы не знаете что такое Трехдневное Правило? Слушайте и учитесь. Три дня — это идеальное количество времени, чтобы выждать, прежде чем звонить женщине, после того, как вы с ней увиделись. Плевать, к какой категории она относится. Переспали вы с ней или нет, не звоните ей до третьего дня. Дело не в том, чтобы извести ее или возыметь над ней превосходство — дело в том, чтобы подогреть ее интерес. Заставить ее думать о вас. День первый, возможно, она будет вспоминать тот день, когда вы виделись в последний раз. День — второй, она надеется, что вы позвоните, и ей интересно, было вам также хорошо, как и ей. На третий день — волшебный день — она уже теряет надежду, что ее телефон зазвонит. Она спрашивает себя, что пошло не так, неправильно ли она поняла ваши знаки, и потом — бам — раздается ваш звонок, и она — счастлива!

Я вспоминал о Ди несколько раз в течение дня — все время с улыбкой. Ее прямолинейный, наглый юмор, то, как она танцует … ее пирсинг в соске. Но мой телефон надежно спрятан в кармане — потому что закон трех дней нельзя нарушать.

 

***

 

Наступает вечер субботы, а вместе с ним и обычные дела. Я встречаюсь с Джеком и Дрю на открытии нового места. Это большой клуб, отремонтированное складское помещение в самом сердце промышленного района. Здесь полно народу — просто не протолкнуться, а еще здоровая очередь у входа. Мы сидим в кабинке с пятью шикарными пассажирками с голландского круизного лайнера. Амстердам — безумен — это современные Содом с Гоморрой[9]. За женщинами из Амстердама, которые провели три недели на море, бывает тяжело поспеть — даже нам.



Я протискиваюсь сквозь толпу людей к бару. Наклоняюсь вперед и стараюсь привлечь внимание бармена. Минуту спустя меня кто-то нагло толкает сзади. Я оглядываюсь через плечо и вижу маленькую рыжую девицу с тяжелыми веками, качающуюся на своих коричневых ботинках на высоком каблуке. Она тыкает в меня своим пальцем и громко заявляет:

— Я тебя знаю. Ты парень, с которым я переспала две недели назад, тот самый, на мотоцикле.

Она выглядела знакомой. И имя у нее какое-то модное — Рики или Реми…

Ее такая же мелкая подружка, но явно трезвее, кладет руку ей на плечо.

— Давай, Райли, забудь о нем.

Райли. Почти угадал.

Райли небрежно надувает свои губки.

— Ты так и не перезвонил. Козел.

Я просто хочу здесь прояснить: Я всецело «за» с кем-нибудь позависать. Не стоит принижать женщину, если она хочет с кем-нибудь переспать также часто, как и парень — не будем называть имен и показывать пальцем. С другой стороны, девушкам стоит перестать строить из себя жертву. Если я говорю вам, что меня интересует только одна ночь — почему Я вдруг становлюсь козлом, когда все одной ночью и заканчивается? Слушайте то, что вам говорит парень. Не думайте, что за его действиями есть какой-то скрытый смысл. Реальная жизнь — это вам не женский роман или фильм о любви; не стоит ждать ничего такого.

Тем не менее, я чувствую себя виноватым, когда девушка считает, что ее использовали.

— Не надо так, малыш. Мы отлично провели время — никто из нас не хотел большего. Я никогда не говорил, что собирался позвонить.

Она пропустила мои слова мимо ушей. Она смотрит правее от меня и предупреждает:

— Будь осторожна с этим, сестричка — он тот еще бабник.

— Спасибо, что предупредила.

И не смотря на грохочущую музыку, я узнаю этот голос. Я закрываю глаза, поворачиваю голову, и открываю их, чтобы увидеть стоящую рядом со мной Долорес Уоррен.

Вы не удивлены, ведь так?

Райли исчезает с моих глаз и из моих мыслей, когда я осматриваю Долорес в ее клубной одежде. Прядки ее светлых волос выкрашены в красный и голубой, обтягивающий, ярко-голубой топик едва прикрывает ее грудь, ее юбка в голубую и красную полоску, а ноги украшают сапоги. Каждый дюйм ее великолепного тела сверкает, как бриллианты.

Она игриво улыбается.

— Привет. Господи, это я, Ди.

Даже не пытаюсь скрыть того, как я счастлив ее видеть.

— Привет. В чем дело? Я днем оставил тебе сообщение.

Сегодня был день номер три. Но Ди по-видимому была одной из тех редких женщин, у который был иммунитет на Правила. Она поворачивается лицом к бару, но отвечает достаточно громко, чтобы я мог ее услышать.

— Я знаю.

— Почему ты мне не перезвонила?

Она покачивает головой в такт музыки и пожимает плечами:

— Я подумала, что это просто из вежливости.

— Я ничего не делаю просто из вежливости. — Я показываю пальцем в сторону Райли. — Это же очевидно.

Я не лижу никому задницу — если только девушка меня об этом не попросит — и пускаю дым только из своей сигареты.



В нескольких шагах от нас, темнокожий парень с гелем на волосах, в белой рубашке и узких джинсах кричит в сторону Долорес.

— Эй, Ди — поторопись с выпивкой!

Существует два типа Бруклинских парней — свободолюбивые переселенцы, которые хотят погрузиться в городскую жизнь, пока их исторические поместья на реставрации; и доморощенные, с сильным акцентом, косящие под мафиози, которые насмотрелись Славных Парней[10]. Этот придурок определенно относится к последним. Я киваю в его сторону:

— Это кто?

— Это Майки.

— Ты пришла с ним?

— Нет, я пришла с девочками с работы. Они… где-то здесь.

Потом я задаю жизненно-важный вопрос.

— А уйти собираешься с ним?

— Возможно.

Одно единственное слово действует на меня, как удар по лицу.

Ди наклоняется вперед, чтобы заказать выпивку. Когда она снова выпрямляется, я подхожу ближе, чтобы мне не пришлось кричать.

— Можно же сделать и лучше.

Она смотрит мне в глаза. На ее лице тоже выражение, что и в то утро, когда я уходил из ее квартиры в среду вечером — желание, смешанное с печалью. Отказ.

— А может, я не хочу лучше.

— А следовало бы. Рискни, и можешь оказаться среди звезд.

Так часто говорила моя мама.

Ди приподнимает одно плечо.

— Межзвездное пространство — это не для всех. Я более приземленный тип девушек.

Мнение девушки о себе — это как отражение в зеркале в комнате смеха — искаженное, иногда даже искривленное. То, как их видят другие — обычно точнее.

— Ты так не права.

— Майки — простой. С ним легко.

Я улыбаюсь.

— Если ты ищешь легкости — я тот, кто тебе нужен. Легче не бывает.

Она усмехается. И я встаю рядом с Ди, загораживая ее от ненужного любопытства. С глаз долой, из сердца — вон, правильно? Осторожно я спрашиваю:

— Когда я могу тебя увидеть снова?

Уголок ее рта чуть приподнимается.

— Ты видишь меня прямо сейчас.

— Я хочу увидеться с тобой в заранее оговоренном месте… предпочтительно в меньшей одежде.

Ди смотрит вниз на свою одежду.

— Еще меньше одежды? Это уже будет рискованно до неприличия.

Я широко улыбаюсь.

— Это знак того, что мы здорово проведем время.

Приносят ее выпивку. Она берет поднос и говорит мне:

— Думаю, увидеться еще раз — это плохая идея. Для нас обоих.

— Опять ты не права.

Она слабо улыбается.

— Пока, Мэтью.

И начинает уходить.

Я кричу:

— Эй, Ди. — Она поворачивается. — В следующий раз, скажи ему, чтобы он сам шел за своей хреновой выпивкой, ладно?

Она какое-то время удерживает мой взгляд, потом кивает и исчезает в толпе.

 

***

 

Какое-то время спустя, Дрю говорит мне, что он и Джек собираются пойти повеселиться с путешественницами из Голландии.

— Ты с нами? — спрашивает он. — Опустим якоря, немного позанимаемся дайвингом[11]?

Я сканирую взглядом танцпол, пытаясь высмотреть ярко-голубой топ.

— Неее, у меня здесь есть дела.

Я вижу, как Джек у входа развлекает пять девушек, и спрашиваю:

— И с какой из них ты?

— Девчонка, что в середине кажется довольно услужливой.

Усмехается он над своей собственной шуткой.

Мне не нравится. Я фыркаю, и Дрю спрашивает, почему.

— Тебе не кажется это необычным, что из пяти скандинавок, ты охотишься на единственную среди них брюнетку?

Дрю понимает, о чем я. Но отмахивается.

— Спасибо, тебе Зигмунд. Если мне понадобится психоанализ, я потрачу кучу денег на настоящего хреного терапевта.

— Как скажешь, друг, — хлопаю его по спине.

 

***

 

После того, как Дрю и Джек уходят, я делаю круг по клубу. Я замечаю Ди на танцполе вместе с Тони Сопрано младшим, и у меня сжимается желудок. Его идиотичные, нервные шаги резко контрастируют с безмятежными, покатыми движениями Ди, и мне снова становится интересно, какого хрена она делает рядом с ним.

Я нахожу пустой столик, но мне закрывает обзор агрессивная болтливая блондинка в кашемировом свитере с коротким рукавом и кожаной юбке. Она садится и, кажется, не замечает того, что я совсем не обращаю внимания на то, что она говорит.

— …и я типа, правда, отец? Будто, как я могла фокусироваться на школе, с таким ничтожным количеством карманных денег… — Болтовня продолжается до тех пор, пока темноволосая девушка не оказывается у стола. Блонди хватает ее за руку. — Трэйси! Господи, мы не видели целую вечность! Давай сфоткаемся! — Она наклоняет голову к Трэйси и делает фото своим айфоном. — Я выложу это в свой Инстаграм!

Но как только Трэйси исчезает, Блонди поворачивается ко мне с сердитым взглядом.

— Ненавижу эту сучку!

А знаете, что я ненавижу? Фальшь. Наигранную любовь. Это глупость, и напрасная трата времени. Единственное искусственное, что я ценю — это косметически подправленные сиськи.

Я терпел присутствие это девицы столько, сколько смог, и тут я вижу, как Долорес выходит из дверей клуба, вслед за итальянским лузером. Желая спасти свой вечер, я спрашиваю:

— Хочешь отсюда уйти?

Она расцветает:

— Думала, ты никогда не попросишь.

 






Date: 2015-12-13; view: 91; Нарушение авторских прав

mydocx.ru - 2015-2019 year. (0.008 sec.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав - Пожаловаться на публикацию