Главная Случайная страница


Полезное:

Как сделать разговор полезным и приятным Как сделать объемную звезду своими руками Как сделать то, что делать не хочется? Как сделать погремушку Как сделать неотразимый комплимент Как сделать так чтобы женщины сами знакомились с вами Как сделать идею коммерческой Как сделать хорошую растяжку ног? Как сделать наш разум здоровым? Как сделать, чтобы люди обманывали меньше Вопрос 4. Как сделать так, чтобы вас уважали и ценили? Как сделать лучше себе и другим людям Как сделать свидание интересным?

Категории:

АрхитектураАстрономияБиологияГеографияГеологияИнформатикаИскусствоИсторияКулинарияКультураМаркетингМатематикаМедицинаМенеджментОхрана трудаПравоПроизводствоПсихологияРелигияСоциологияСпортТехникаФизикаФилософияХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника






И НЕВЕРБАЛИЗОВАННЫХ КОМПОНЕНТОВ ПОИСКА РЕШЕНИЯ ЗАДАЧИ





Разработанная циклографическая методика регистрации осязательной активности слепых шахматистов, объединенная с более традиционным методом рассуждения вслух, открыла уникальную возможность зафиксировать и проанализировать взаимоотношения вербализованного и невербализованного в реальном решении сложной мыслительной задачи. Проводился анализ осязательной активности слепого шахматиста (2—1-й разряд) в ситуации решения шахматной задачи (двухходовки). Задача решалась 55 мин, и была решена правильно. Сопоставление осязательной активности и речевого рассуждения позволило поставить вопрос соотношении невербализованных смыслов и вербализованных продуктов работы испытуемого. Анализ протоколов речевого рассуждения испытуемого обнаруживает, так сказать, классический феномен внезапного появле­ния «идей», или вербализованных замыслов, создающих характерные моменты всего процесса. Вот один пример: «...ничего не получается... совершенно ничего не получается... ох!... у-у! Сейчас попробую... Идея!» Дальнейший речевой протокол показывает, что эта «идея», или замысел, связана с возможностью продвиже­ния одной из фигур на соседнее поле. Таким образом, мы действительно имеем дело с классическим феноменом «усмотрения» идеи или принципа решения, и, если ограничиться только данны­ми речевого протокола, этот акт действительно выступает как внезапный. При исследовании творческого мышления существен­нейшим звеном считалось нахождение принципа, основной идеи замысла решения. Часто этот акт характеризуется как внезапный, непосредственно из предшествующей деятельности не выте­кающий, и получает далее нерасшифровываемое наименование «интуиция», «усмотрение решения», которые противопоставляют­ся аналитическому, или дискурсивному, мышлению.

Объективный анализ осязательного поиска показал, что дей­ствительная природа процесса не соответствует ее видимости, что в осязательной активности происходит подготовка вербализован­ного отражения свойств элементов ситуации. Подготовка «вне­запного» появления вербализованного продукта выражается в осуществлении активных исследовательских действий и формиро­вании невербализованных операциональных смыслов элементов. Общее правило может быть сформулировано так: вербализован­ные продукты, в том числе те, которые выступают как принцип решения данной задачи, являются результатом сложной исследо­вательской деятельности (установление взаимодействий между элементами и тем самым выявление их свойств), которая предшествует возникновению этих образований и создает опосредст­вующие продукты в виде невербализованных смыслов.



В ходе решения конкретной задачи происходит изменение и развитие невербализованных операциональных смыслов опреде­ленных элементов ситуации. Оно происходит не только в процес­се непосредственного воздействия одного элемента на другой и изменения этих взаимодействий, но и в результате воздействия, опосредствованного другим элементом (по существу, мы имеем здесь дело с явлением как бы вторичного опосредствования). Та­кое опосредствованное взаимодействие (опосредствующим эле­ментом может быть пустое поле) становится возможным только после образования (первичного) невербализованных смыслов взаимодействующих элементов (взаимодействие уже образован­ных невербализованных смыслов элементов), факт взаимодей­ствия смыслов нескольких элементов ситуации указывает на то, что элементы в ситуации образуют определенные функциональ­ные группы. Раскрытие таких групп и позволяет изменять и раз­вивать невербализованные смыслы элементов ситуации.

Анализ протоколов речевого рассуждения показывает, что вербализованное отражение свойств одного и того же элемента ситуации может также меняться в ходе решения задачи. Это из­менение, если ограничиваться только данными речевого рассуж­дения, выступает так же как внезапное. Оно традиционно описы­валось как «переосмысливание». Комплексный анализ вербализо­ванной и невербализованной активности испытуемого в ходе ре­шения задач показал, что не только появление в речевом плане фиксации определенных свойств элементов, но и изменение и раз­витие вербализованных отражений всегда опосредствовано развитием самих невербализованных смыслов. Развиваются, естест­венно, смыслы не всех элементов ситуации. Смыслы некоторых элементов, однажды сформировавшись, остаются фиксированны­ми на протяжении всего поиска решения данной задачи. Одна из причин такого неравномерного развития смыслов заключается в разной функциональной «загруженности» элементов в конкрет­ной ситуации.

Процесс решения задачи предстает как сложный процесс функционального развития. Оказалось, что понятьэто функцио­нальное развитие можно только в том случае, если рассматри­вать процесс в структуре решения задачи в целом. В ходе реше­ния отдельной задачи отчетливо выделяются качественно различ­ные фазы: фаза нахождения решения задачи и фаза доказатель­ства правильности найденного принципа (проверки). Первая. фаза сама имеет достаточно сложное строение: обследование ситуации, формирование конкретных попыток решения, переобследование ситуации при недостижении цели (анализ конфликта), новые попытки решения и т. д.



Попытка решения есть особая структурная единица деятель­ности по решению задачи, деятельности ориентировочно-исследо­вательской (в данном случае осязательной активности), она предваряет физические изменения ситуации. Конкретная попытка решения задачи характеризуется четкой последовательностью проигрываемых возможных преобразований ситуации, как зави­симых, так и независимых (ходов), для достижения заданного результата: свой ход — возможные ответы противника — свои ходы — ответы противника. Отдельные попытки различаются по количеству ответов противника на свой ход и количеству своих ходов, проигрываемых после ответа противника. Иногда в каж­дом звене попытки исследуются только по одному ходу. Всего в анализируемой задаче было 15 четко выделяемых, попыток. Каж­дая попытка приводит к определенному результату, к определен­ным взаимодействиям в конечной ситуации, что и составляет объективное значение данной попытки.

Анализ исследовательской деятельности испытуемого показы­вает, что проигрыванию (в осязательном плане) попытки пред­шествует некоторая подготовительная работа, заключающаяся в установлении определенных взаимодействий элементов, проигры­вании возможного преобразования наличной ситуации. Такое преобразование ситуации непосредственно конкретизируется в невербализованном смысле определенного элемента, точнее, в не­которых его доминирующих (или наиболее ожидаемых) характе­ристиках — проигрываемых не менее трех раз взаимодействиях. Последующая деятельность испытуемого в попытке оказывается фактически связанной именно с этим взаимодействием элементов; осуществляется ради его реализации, оно составляет операциональный смысл попытки.

Подготовка попытки может включать в себя два компонента. Первый из них — образование смысла самой попытки — определяет протекание второго, состоящего в формировании невербали­зованных смыслов конкретных элементов ситуации. Существенной чертой организации исследовательской деятельности является тот факт, что последовательность формирования невербализованных смыслов элементов не подчиняется последовательности ходов в самой попытке.

Проигрывание попытки выявляет некоторый результат, кото­рый специально исследуется испытуемым. Контрольные движе­ния, посредством которых это осуществляется, могут быть разной. степени развернутости. Выявленный при «проигрывании» попыт­ки, не предусмотренный заранее результат начинает выполнять теперь функцию смысла следующей попытки. Следовательно­смысл очередной попытки может формироваться в процессе осу­ществления предыдущей попытки. В этих случаях подготовка очередной попытки состоит в формировании невербализованных смыслов элементов, которые непосредственно взаимодействуют с замыслом попытки. Операциональный смысл попытки является фактором взаимосвязи отдельных попыток решения задачи. Об­наружение испытуемым несовпадения между значением попыток и их предварительным операциональным смыслом является ис­точником дальнейшего поиска.

Кроме «проигрывания» попыток решения задачи в исследова­тельской деятельности выделяется еще одна структурная едини­ца — этапы обследования ситуации. В эти периоды исследова­тельская деятельность не носит характера непосредственных по­пыток решения задачи, и потому в ней отсутствует характерное для последних чередование рассмотрения ходов за себя и за про­тивника, исследуются функциональные свойства ситуации, часто не носящей характера хода, непосредственно осуществимого в данной ситуации.

Первичное обследование ситуации само включает в себя две 1 фазы: ознакомление с конкретным составом элементов в ситуации и их пространственным расположением (собственно перцеп­тивная деятельность) и установление функциональных взаимодействий между определенными элементами ситуации. Эти фазы дифференцируются по объективным признакам, характеризую­щим ощупывающие движения пальца испытуемого: при ознаком­лении с пространственным расположением элементов движения пальца более быстрые и осуществляются по горизонталям и вер­тикалям шахматной доски, а при установлении функциональных взаимодействий движения пальца замедляются, появляется фиксация отдельных элементов, движения осуществляются между те­ми полями, между которыми действительно имеются определен­ные функциональные взаимодействия.

На этапе первичного обследования ситуации «проигрывание» функциональных взаимодействий сводится в основном к установлению взаимодействий некоторых элементов с королем черных . (элементом, с воздействием на который связано достижение цели при решении задачи), в результате чего образуется невербализованный смысл («отсутствие подвижности»). Таким образом, если ситуация в целом объективно содержит множество различных функциональных взаимодействий, которые и составляют ее объек­тивное значение, то операциональный смысл этой ситуации для . испытуемого заключается в характеристике положения короля черных и воздействия на поля матовой зоны. Этот сформирован­ный 'смысл ситуации определил область, направление последую­щих конкретных попыток решения задачи. Таким образом, и эле­мент ситуации, и конкретная попытка решения, и обследование ситуации в целом характеризуются не только через их объектив­ное значение, но и через тот операциональный смысл, который они приобрели для испытуемого, т. е. имеет место целая иерархия смысловых образований.

Непосредственно за периодом первичного обследования ситуа­ции испытуемый осуществляет серию попыток, в каждой из кото­рых выявляемый результат обнаруживал ограниченность исход­ного смысла. После этого наступает особый период переобследо­вания ситуации, который характеризуется теми же признаками, что и период первичного обследования ситуации, т. е. отсутстви­ем осуществления конкретных попыток решения и установлением функциональных взаимодействий элементов ситуации. Исследова­тельская деятельность в период переобследования ситуации выявляет ряд важных аспектов ситуации, характеризующих ее зна­чение (главным образом препятствий на пути к цели). Анализ а протоколов показал, что в ходе предшествующей исследовательской деятельности («проигрывание» попыток) выявляется некоторая характеристика определенного элемента ситуации, с которой впоследствии оказывается связанной деятельность по переобследованию ситуации, которая выделяет область установления функциональных взаимодействий и которую, следовательно, можно рассматривать как смысл переобследования. В результате переобследования ситуации формируется новый, обогащенный (по отношению к результатам первичного обследования ситуации) смысл ситуации, который определяет последующую серию попыток, создавая определенную задачу. Таким образом, этапы обследования и переобследования ситуации составляют особую форму исследовательской деятельности (как и конкретные попытки решения). Из анализа протоколов речевого рассуждения видно, что невербализованные смыслы ситуации (и переобследования ситуации) находят последующее выражение в речи. Подобно тому, как существует вербализованное и невербализованное отражения элементов ситуации, существует вербализованное и невербализованное отражения ситуации в целом. Вербализация выступает как обобщенное выражение невербализованных смыслов ситуации (и переобследования ситуации). Например, невербализованный смысл одной из ситуаций, образовавшейся в результате её первичного обследования, был выражен в речи в такой форме: «...контроль (черных) практически заперт... ему двигаться некуда». Соответствующий же невербализованный смысл ситуации возник в результате развернутого прослеживания конкретных взаимодейст­вий короля черных с другими элементами ситуации. Ни одно из этих взаимодействий не было отражено в речи. То же самое мож­но сказать о вербализованном продукте переобследования.

Анализ исследовательской деятельности испытуемого выявил важный факт, заключающийся в том, что смысл попытки реше­ния задачи не вербализуется, он продолжает существовать лишь на уровне, объективируемом в осязательной активности, играя важнейшую роль в процессе формирования попытки в целом.

Исследование показало, что в ходе решения одной конкретной задачи происходит не только развитие смыслов отдельных эле­ментов ситуации, но и развитие смысла ситуации в целом. По­добно тому, как переобследование отдельных элементов ситуации является объективным индикатором и фактором развития смысла этих элементов, переобследование ситуаций является индикато­ром и фактором развития смысла ситуации в целом.

С выделением смысловых образований разного вида (смысл элемента, смысл попытки, смысл ситуации) и разного уровня (вербализованное и невербализованное отражения) вопрос об из­бирательности поисковой деятельности ставится теперь диффе­ренцирование по отношению к каждому из них.

Невербализованный смысл элемента ситуации не воспроизво­дит всего объективного значения этого элемента, всегда выделя­ется некоторая часть его, в которой и выражается смысл элемен­та. Было показано, что существенную роль в избирательности образования невербализованного смысла определенного элемента играют уже сформированные смысловые образования разного ви­да (смыслы других элементов, попытки, переобследования ситуа­ции): процесс формирования невербализованного смысла опре­деленного элемента опосредствуется смыслами других образо­ваний.

Различение невербализованных смыслов и вербализованных продуктов поставило вопрос о соотношении объемов этих образо­ваний. Было показано, что невербализованный смысл элемента всегда больше по объему, чем его вербализованный эквивалент. В качестве критерия отбора характеристик невербализованного смысла при переводе их в речевой план выступает взаимодейст­вие этого невербализованного смысла с уже образованными смысловыми образованиями разного вида (смысл других элемен­тов, смысл попытки, смысл переобследования). Еще одним кри­терием перевода некоторых характеристик невербализованного смысла в речевой план является субъективная вероятность «про­игрываемой» испытуемым функциональной характеристики эле­мента (определяемая по частоте и характеру проигрывающих те или иные функции движений); материалы протокола речевого рассуждения подтверждают правильность такой интерпретации. Оказалось, что в речевой план передаются прежде всего высоко­вероятные характеристики вербализованного смысла, маловероятные же продолжают существовать исключительно на уровне, объективированном в осязательной активности.

Развернутость поисковой деятельности оказывается неодина­ковой на различных стадиях решения одной и той же задачи. Наибольшая развернутость отмечалась на стадии первичного об­следования ситуации, но и здесь исследовательская деятельность испытуемого избирательна. Эта избирательность определяется смыслом обследования ситуации. Совершенно аналогично изби­рательность переобследования ситуации определяется смыслом переобследования. Она выражается в исследовании испытуемым ограниченной области ситуации и соотнесении устанавливаемых в этой области взаимодействий со смыслом переобследования. Объем области, выделенной для переобследования, постепенно сокращается по мере того, как формируются смыслы тех элементов, которые взаимодействуют со смыслом переобследования.

Формирование конкретных попыток решения, проигрываемых в моторной активности, также избирательно, эта избирательность определяется смыслом данной попытки. Отдельные попытки ре­шения организуются в более крупную единицу исследовательской деятельности — серию попыток, которая также избирательна; серия попыток формируется в ограниченной области ситуации, исследуются элементы, которые постоянно включаются в попыт­ки. Избирательность серии попыток определяется в первую оче­редь смыслом ситуации в целом. Максимальная избирательность попытки объясняется перенесением в определенные попытки смыслов элементов, сформированных в предшествующей попытке-

Оперирование смыслом элемента, возникшим на одной стадии ' решения задачи, на другой стадии решения той же самой задачи позволяет также сокращать многократное проигрывание значе­ний элементов и даже сокращать само проигрывание возможно­стей элементов: в последнем случае ход не проигрывается пол­ностью, его траектория намечается лишь частично. Перенесение смысла является одним из важнейших источников усиления из­бирательности поисковой деятельности по мере решения данной задачи. В целом можно сказать следующее: избирательность раз­личных форм исследовательской деятельности определяется фор­мирующимися смысловыми образованиями разного типа, которые находятся в отношении иерархического соподчинения и сложном взаимодействии.

Вербализованные отражения разного вида оказывают влия­ние на протекание осязательного поиска, разное в зависимости от вида. Таким образом, вербализованный смысл переобследования определяет лишь общее направление осязательного поиска, когда как невербализованный смысл этого же вида выделяет конкретную зону установления взаимодействий. Внутри этой зоны анализ функциональных возможностей элементов носит относительно диффузный характер до момента возникновения вербализованного отражения свойств элемента, взаимодействующего с невербализованным смыслом переобследования, после образова­ния вербализованного продукта анализ функциональных возмож­ностей элементов становится более конкретным и направленным Активная роль вербализованного заключается также и в его большей переносимости с одной стадии поисковой деятельности на другую. Вербализуемые продукты исследовательской работы 'испытуемого играют активную роль в организации дальнейшего протекания поиска.

Поиск решения задачи иногда пытаются представить в виде так называемого дерева игры (для игровых задач). Отрезки со­ответствуют различным возможным ходам, а концы отрезков — положениям игры. При этом самая нижняя точка изображает начальное положение, а концевые точки — положения, в которых игра заканчивается. Каждая отдельная сыгранная игра может быть графически представлена неразветвленной цепью смежных отрезков, соединяющей начальное положение с одним из ко­нечных.

Специальный анализ отношения реального, поиска решения задачи к «дереву игры» показал, что в «дереве игры» не отра­жаются взаимодействия между элементами, не носящие характе­ра конкретного хода (например, взаимодействия между фигура­ми одного цвета). Такого рода взаимодействия содержат как бы потенциальные ходы, которые могут осуществляться при возник­новении определенных условий. Существенным отличием реаль­ного поиска от «дерева игры» является тот факт, что в послед­нем фиксируется лишь последовательность ходов, подготовка ко­торой полностью не находит своего выражения в «дереве игры». Эта подготовительная работа заключается в формировании невербализованного смысла попытки, смыслов определенных элементов ситуации. Образование смыслов происходит, в частности, в результате установления взаимодействий, не имеющих харак­тера конкретного хода. Поэтому в «дереве игры» отражается лишь результат подготовительной работы.

Представляемые в «дереве игры» попытки резко расчленены. Однако в реальной поисковой деятельности попытки не являются отдельными образованиями, а находятся между собой в смысло­вой связи. Не находят своего отражения в «дереве игры» и слож­ные отношения между двумя уровнями протекания исследова­тельской деятельности — вербальным и невербальным, различия между этими двумя уровнями (попытки, например, могут реали­зоваться только на уровне, объективируемом в осязательной ак­тивности). Процесс развития смыслов отдельных элементов и си­туации в целом также не находит своего выражения в «дереве игры».

Таким образом, «дерево игры» представляет собой суммарный продукт реально протекающей поисковой деятельности, но не отражает те процессы, в ходе которых этот продукт был получен Вместе с тем в «дереве игры» отражаются некоторые наиболее грубые характеристики реального поиска решения задачи: то, что поиска на разных стадиях процесса решения задачи — нахожде­ния решения и доказательства его правильности.

Зрительный анализ и формирование вербализованных действий. Дальнейшее изучение соотношения осознаваемого и неосоз­наваемого в мыслительной деятельности было проведено Э. Д. Те­легиной на материале сравнительного анализа рассуждений вслух и объективированного в движениях глаз зрительного ана­лиза при решении одних и тех же мыслительных задач [147,. с. 23—49].

Использовались следующие показатели: а) количество эле­ментов условий задачи, названных испытуемым и реально обсле­дованных им в процессе зрительного поиска; б) общее количест­во повторных называний всех элементов и их обследований в. процессе зрительного поиска; в) количество взаимодействий между элементами, в том числе конкретных действий, названных ис­пытуемым и осуществленных им в процессе зрительного поиска;

г) количество называний конкретных действий и их проигрываний; в процессе зрительного поиска.

Оказалось, что при решении одной из задач испытуемый на­зывает 12 элементов всего 44 раза, но 350 раз фиксирует взором 33 элемента. 11 конкретных ходов называются 18 раз, взаимодей­ствия иного рода вообще не называются, в то же самое время зарегистрировано 350 передвижений взора с элемента на элемент,. в результате чего между ними устанавливались различного типа взаимодействия, причем более 200 из них представляют проигры­вания различных возможных действий, которые могут рассматри­ваться как пробующие действия -в ситуации, как невербализован­ные гипотезы [147, с. 25]. Максимальное количество длительных фиксаций осуществляется на стадиях формирования обобщенного решения и его конкретизации, которые затем обязательно верба­лизуются. Имеют место они также на стадиях сравнения гипоте­зы с обобщенным решением или общей целью задачи, также обязательно выраженными как в форме зрительно установленных-взаимодействий, так и в форме словесно определенных результа­тов и целей. Отсутствуют зрительные фиксации на стадиях анализа и оценки ситуации и различных стадиях проверки обсуж­даемой гипотезы, функционирующей как вербальный результат ее принятия или отказа от нее. Выявлено закономерное увеличе­ние количества длительных фиксаций и соответственно средней Длительности фиксаций на стадиях формирования тех гипотез-смыслов), которые из визуального плана мыслительной дея­тельности переходят -в вербальный план. Конкретными объекта и длительных фиксаций являются элементы, которые составля­ют впоследствии называемую испытуемым последовательность Действий (гипотез).

Э. Д. Телегина [147] высказала предположение, что во время длительных фиксаций имеет место процесс сравнения, сличения вообще не рассматривал испытуемый, естественно, отсутствует в «дереве игры»; отражаются различия в степени систематичности результатов деятельности, выраженной в глазодвигательной ак­тивности, с вербально сформулированными гипотезами. Увеличе­ние количества длительных фиксаций на стадиях, предшествую­щих словесному формулированию гипотез, связано с .другими особенностями движений глаз: появление малоамплитудных скачков глаза 1—3° и дрейфа глаза. Анализ ситуации и проверка уже сформированной гипотезы, просмотр связанных с ней вариантов характеризуются преимущественно саккадическими скачка­ми глаза большой амплитуды.

Процессы формирования невербализованных смыслов (гипо­тез) предшествуют их вербализации. Только некоторая часть действий (проигрываний) вербализуется. Часто вербализуются только результаты действий, в то время как все другие струк­турные компоненты действий остаются на уровне зрительного анализа. Отдельные действия и совокупности действий, прослежи­ваемые при изучении глазодвигательной активности, вообще не выражаются в вербальном плане. Цели являются критериями вербализации, но цели сами преобразуются в соответствии с ре­зультатами зрительного анализа. В ходе решения задачи проис­ходит постоянное соотнесение действий, осуществляющихся на разных уровнях мыслительной деятельности. Происходит измене­ние структуры зрительного поиска под влиянием словесно сфор­мулированной гипотезы: сокращается количество элементов, с которыми работает испытуемый, появляется строгая избиратель­ность, направленность взаимодействий, которые устанавливаются между ними. Вербализованные гипотезы выступают в качестве механизмов, регулирующих структуру, развернутость, направлен­ность действий, осуществляемых на уровне зрительного анализа, в качестве критериев их отбора и оценки. Невербализованные смыслы сохраняют свою регулирующую функцию: сокращение по­иска, регулирование процессов отражения существенных свойств и отношений, превращение результатов зрительного поиска в цель.

Общие итоги изучения неосознаваемых компонентов мысли­тельной деятельности и их взаимоотношений с осознаваемыми. Итак, микроанализ невербальных форм ориентировочно-исследо­вательской деятельности субъекта (на материале глазодвигатель­ной и осязательной активности) показал следующее.

1. Общий объем невербализованной активности (бессозна­тельной работы) значительно превышает то, что отражено в сло­весном отчете и даже в рассуждении испытуемого вслух.

2. Невербализованная исследовательская деятельность носит избирательный характер, ее объем и состав меняются в зависи­мости от ряда факторов.

3. На основе этой ориентировочно-исследовательской деятель­ности формируются неосознанные психические отражения (невер­бализованные смыслы) условии задачи и ее отдельных элементов, целых групп ситуаций, которые, как правило, шире их вербали­зованных эквивалентов.

4. Неосознаваемые психические отражения имеют разную структуру, они развиваются в ходе решения одной задачи и взаи­модействуют друг с другом.

5. Имеет место перенос (использование) результатов ориенти­ровочно-исследовательской деятельности из одной ситуации в другую (без их вербализации). В результате конкретное дейст­вие может оказаться предориентировочным, исследовательская деятельность развертывается применительно к целой группе си­туаций, которые для субъекта выступают как единое целое.

6. В невербализованной активности имеет место предвосхище­ние возможных изменений ситуации и результатов собственных действий по преобразованию ситуации. Эти невербализованные предвосхищения различаются по параметрам субъективной веро­ятности, объему, структуре, по последовательности.

7. Невербализованные предвосхищения связаны с невербали­зованным отражением ситуации и составляют важный механизм регуляции степени развернутости поиска.

8. В игровых ситуациях развертывается процесс прогнозиро­вания невербализованных смыслов действия для противника, а не только его целей, которое осуществляется через раскрытие их объективного значения.

9. Выявлено различие в организации практической и исследо­вательской деятельности в одной и той же ситуации. Новизна си­туации для испытуемого и формальная новизна не совпадают.

10. Выделен особый класс познавательных потребностей, ко­торые возникают по ходу исследовательской деятельности и опредмечиваются в продуктах невербализованной исследователь-ской деятельности (в теории проблемных ситуаций, разрабаты­ваемой чаще всего в контексте учебной деятельности, в качестве предмета познавательной потребности рассматривается знание). В структуру задачи, реально решаемую субъектом, входят не только словесно сформулированные требования, но и те потребности (требования), которые не опредмечены в словесно сформу­лированных знаниях.

11. Структура и механизмы неосознаваемого психического отражения меняются при переходе к более высокому уровню владения данным видом деятельности.

12. Доказано, что в невербализованной активности может происходить подготовка вербализованного отражения свойств эле­ментов ситуации. За переосмысливанием стоят невербализован­ные переориентировки в ходе решения задач.

13. Вербализованное отражение может быть обобщением не­вербализованных отражений.

14. Существуют определенные критерии, определяющие вер­бализацию. К их числу относится, например, субъективная веро­ятность невербализованных смыслов. Труднее всего происходит вербализация смысла отдельных попыток решения.

15. Вербализованное и невербализованное психическое отра­жение оказывает разное влияние на организацию поиска решения задачи, они в разной степени переносимы из одной ситуации и другую.

16. Имеет место превращение результатов зрительного поиска в цель.

17. Необходимо использовать более сложные представления о стадиях (этапах, фазах) решения задачи. Период невербализо­ванного поиска решения задачи неоднороден, в нем должны выде­ляться, по крайней мере, следующие стадии: формирование по­исковой потребности, формирование невербализованного предвос- • хищения решения, формирование самого решения в невербализо­ванной форме,

18. Важным общепсихологическим результатом исследования явилось открытие новых форм неосознаваемого психического от­ражения и новых структурных единиц деятельности.

Обобщая результаты исследований по проблеме деятельности, А. Н. Леонтьев писал: «Основными составляющими отдельных человеческих деятельностей являются осуществляющие их действия» [99, с. 103], при этом под действиями понимались процессы, подчиненные сознательной цели. Подчеркивая принципиальную общность строения практической и мыслительной деятельности». А. Н. Леонтьев указывал, что «как и практическая деятельность, она состоит из действий, подчиненных сознательным целям» [99, с. 45]. Экспериментально-психологическое исследование деятель­ности мышления показало, что: 1) она состоит не только из про­цессов, подчиненных сознательной цели, но и из процессов, под­чиненных невербализованному предвосхищению будущих резуль­татов, и процессов формирования этих предвосхищений, которые нельзя, естественно, сводить к операциям; 2) в составе деятель­ности (т. е. в том, из чего она состоит) процессы этого второго рода могут занимать больше места, чем собственно целенаправ­ленные действия.

Совокупность сформулированных выше положений образует содержание смысловой теории мышления.

 






Date: 2015-05-19; view: 265; Нарушение авторских прав

mydocx.ru - 2015-2020 year. (0.017 sec.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав - Пожаловаться на публикацию