Главная Случайная страница


Полезное:

Как сделать разговор полезным и приятным Как сделать объемную звезду своими руками Как сделать то, что делать не хочется? Как сделать погремушку Как сделать неотразимый комплимент Как противостоять манипуляциям мужчин? Как сделать так чтобы женщины сами знакомились с вами Как сделать идею коммерческой Как сделать хорошую растяжку ног? Как сделать наш разум здоровым? Как сделать, чтобы люди обманывали меньше Вопрос 4. Как сделать так, чтобы вас уважали и ценили? Как сделать лучше себе и другим людям Как сделать свидание интересным?

Категории:

АрхитектураАстрономияБиологияГеографияГеологияИнформатикаИскусствоИсторияКулинарияКультураМаркетингМатематикаМедицинаМенеджментОхрана трудаПравоПроизводствоПсихологияРелигияСоциологияСпортТехникаФизикаФилософияХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника






Глава 11. – Эс Фисник, а потом мы куда полетим?





 

– Эс Фисник, а потом мы куда полетим? – лежа под огромным автоматом, отвечавшим за погрузку в грузовом секторе, пыталась определить, правильно или нет соединила разъемы, и осторожно поинтересовалась у наставника, вспомнив о насущных проблемах.

– Домой! Куда ж еще?! – прозвучал лаконичный ответ.

Краем глаза, пока ковырялась в днище автомата, заметила, как Фисник передвигается по периметру, проверяя настройки.

– А до вашей планеты далеко? И как она называется?

Раздался веселый смех наставника, а потом снова его голос:

– Вообще, когда начался исход с Харта, илишту долго искали себе мир. И нашли, конечно, но в другой галактике бескрайней Вселенной… Наверное, наши предки так устали от поисков, что когда обнаружили пригодную для жизни планету, так и назвали – Илишту. Самое смешное, что звезду тоже недолго думая нарекли Илишван. От твоей галактики Такран, конечно, слишком далеко, но, в принципе, если захотеть…

Я тут же перебила Фисника, чтобы отвлечь его от расспросов обо мне:

– Тогда я ничего не понимаю, эс Лека. Если ваши корабли бороздят просторы космоса на такие невероятные расстояния, почему вас редко встречают? Ведь все равно ваши пути от Илишту до Харта пролегают через заселенные многими расами миры?

– Нашим военным кораблям смысла нет заходить на мелкие станции или планетки, – после недолгого молчания ответил Фисник. – Есть несколько крупных миров, с которыми мы плотно контактируем и торгуем, остальные нас не интересуют. Мы – очень старая раса, но малочисленная. Благодаря высокоразвитой технической и военной составляющим нас стараются не задевать и не вторгаться в сферу наших интересов. Хотя всякое бывает, но мы всегда готовы дать отпор… любому. В этом секторе разумных цивилизованных планет практически уже нет, имею в виду гуманоидные расы… Здесь пограничные территории с магранами, еще через пару дней пути и солты начнут попадаться. Эсар Тарий уже ввел третий код опасности. А скоро, я уверен, и до пятого дойдем. Пару тысяч лет назад Харт был пограничной планетой и у нас постоянно случались конфликты с соседями, а потом… все изменилось. Только мы остались прежними.



Последние слова он произнес с горечью. А я задала еще один интересующий меня вопрос:

– А по пути на Илишту мы будем заходить куда‑нибудь еще? Хотя бы туда, где вы часто бываете?

Фисник помолчал минуту, заставив меня занервничать, потом присел и наклонился, заглядывая под днище, чтобы увидеть мое лицо. Мгновение смотрел на меня и с легким смешком ответил:

– Что, уже думаешь, как от нас сбежать?

Я замотала головой, ударилась о металлический выступ и, зашипев от боли, мысленно обругала того, кто придумал эту установку и засунул все разъемы под днище. Этого бы умника сюда и пусть сам все соединяет и настраивает. Потом, растирая шишку на лбу, громко ответила:

– Нет, мне у вас неплохо живется, не тороплюсь менять хозяев. Просто я в жизни мало что видел, хочу повидать побольше миров, узнать много интересного, встретить разные расы и, вообще, любопытно все окружающее.

Фисник улыбнулся, продемонстрировав клыкастую, но приятную и добрую улыбку, затем встал и отошел чуть в сторону. Послышалась возня, и я поняла, что наставник вновь принялся за работу. А его эмоциональный фон порадовал удовлетворением и внутренним спокойствием. Поймав его хорошее настроение, снова решилась на вопрос:

– А сколько вам лет, эс Лека?

Молчание, а потом странно усталый ответ:

– Двести сорок семь, Есь! Между нами чья‑то целая жизнь.

– Моему папе было триста, когда его убили, – не сдержалась я, прокомментировав услышанный возраст.

– А за что его убили?

– Узнал один секрет, который хотели знать и другие, – не могла не ответить наставнику. Очень добрый и отзывчивый мужчина – как мой папа был.

Снова задумчивое молчание наставника, а потом он озвучил скорее вывод, чем вопрос:

– А теперь ты прячешься у нас?

Я промолчала, но раз уж у нас такие беседы пошли, снова спросила:

– Эс Фисник, а у вас есть жена? Дети? Мне кажется, вы будете потрясающим отцом…

До меня дошло сразу несколько эмоций: страх, боль, тоска и глубокое чувство одиночества. Снова раздумье, а потом очень расплывчатый ответ:

– Нет, Есь, я не женат! Но это мой последний рейд, по законам илишту наши мужчины и женщины обязаны к двумстам пятидесяти годам обязательно создать союз и взять на себя обязательства. Ради своей расы и продления жизни нашему миру.

– Наставник, вы так сказали, будто вас ожидает тюремное заключение – не меньше?!

Фисник уже привычно задумался над ответом и очень тяжело вздохнул:

– Ну, наверное, по‑другому это не назовешь… если не повезет с женой.

У меня от изумления даже разъемы сошлись – наконец. Очень осторожно поинтересовалась:

– Эс Лека, а те женщины в… хм‑м… той комнате, где напряжение снимают, похожи на обычных женщин илишту?

Фисник потоптался неподалеку, а потом возмущенно ответил:

– Конечно, похожи, с них прототипы и сделаны. Разве мы извращенцы какие?



Я закончила последние манипуляции, при этом заявив:

– Тогда странно слышать, что союз с вашими женщинами – это тюрьма. Вот лично мне показалось, что ваши женщины мягкие, уступчивые и готовы выполнить любую прихоть…

Фисник расхохотался – громко и заливисто.

– Кто‑то предыдущие настройки забыл стереть. Было бы любопытно взглянуть, кто именно пытается подменить реальность иллюзией – это опасно для жизни. И вообще, я считаю, глупо жить в вымышленном мире: надо иметь мужество, чтобы смотреть правде в глаза.

 

Его слова снова вызвали раздражение и путаницу в мыслях, но фонтан моих вопросов перекрыл сигнал зума наставника, который, прослушав короткое сообщение от собеседника, направился на выход, предупреждая:

– Эс Есь, заканчивай сам, а меня в рубку вызывают. После того, как ты нашел шурков, корабль почистили, дезинсекцию провели, но там что‑то полетело. Ты – молодец, кстати, в медотсеке все правильно сделал. Эсар Адива тобой доволен.

Звуки его шагов и голоса удалились, а я неторопливо все протерла, закрепила для надежности, а потом вытерла руки, перевернулась на живот и уже хотела выбраться наружу, но замерла, заметив несколько ошметков кожи на тряпке. Хм‑м, похоже, линька подошла к завершающему этапу, и теперь я каждый день начну нести вот такие потери в своей маскировке. Вопрос: 'А что дальше?' встал как никогда остро.

Тяжело вздохнув, полезла наружу из‑под днища автопогрузчика. При этом вытирая пол светло‑серым костюмом. Снова придется сдавать в чистку, а значит опять переклеивать мужские накладные плечи.

Я уже почти вылезла наружу и сейчас на коленях, аккуратно, чтобы снова не удариться многострадальной головой, протискивалась в очень неудобном и неловком положении – кверху задом. И именно в этот момент почувствовала чужие эмоции: любопытство, крайнее удивление, а потом шквал презрения и отвращения. Что‑то подсказало – последнее чувство направлено не на меня, а на обладателя этих эмоций.

От неожиданности вновь больно ударилась. Устало села и, потирая затылок, расстроенно и зло уставилась на того, кто стал причиной новой головной боли. На меня еще более злобно, чем сама мгновение назад, смотрел Шеран Адива собственной персоной. Нарисовался – не сотрешь! Недолго лелея свою боль, вскочила на ноги и вытянулась в струнку: за прошедшие девять дней уже привыкла таким образом встречать представителей высшего офицерского состава экипажа. Мы посверлили друг друга взглядами, а затем он – видимо, решив оскорбить меня или задеть за свои, испытываемые непонятно почему, чувства – прорычал:

– Мне кажется, вы слишком мало работаете и много едите. Теперь понимаю, почему вопрос – за чей счет будет ваше питание – стал для вас решающим при подписании контракта. У вас слишком толстый зад… Вы и внешне на мужика с трудом тянете, а уж отъелись за последнее время так, что скоро совсем обабитесь…

Если бы не старая кожа, я бы покраснела и выдала себя. Сейчас же тупо пялилась в сверкающие яростью глаза и молчала, но не выдержала накала его эмоций и опустила голову, вперившись в мощную мускулистую грудь в светло‑сером кителе. Он постоял еще мгновение, а потом, резко развернувшись, быстро ушел. А зачем вообще приходил?

Чуть позже вернулся Фисник и, улыбаясь, первым делом спросил:

– Ну что, эсар Шеран приходил сюда? Он решил лично выразить тебе благодарность за то, что ты своевременно шурков обнаружил. Эти грызуны, похоже, к нам с той станции пробрались, на которой тебя нанимали.

Я неуверенно кивнула Фиснику, но тот не заметил моего упаднического настроения.

Пару дней назад нечаянно забрела в одно удивительное место. Смотровая площадка! Небольшая, но создавалось ощущение, будто выдвинута вперед корабля, и ты словно летишь в необозримом пространстве космоса, машешь пролетающим звездам руками, а они тебе в ответ подмигивают.

Закончив работу, я решила сходить туда снова, просто чтобы отрешиться от всего и побыть в одиночестве. Устала от суеты вокруг, чужих чувств и эмоций.

 








Date: 2015-07-25; view: 31; Нарушение авторских прав

mydocx.ru - 2015-2018 year. (0.006 sec.) - Пожаловаться на публикацию