Главная Случайная страница


Полезное:

Как сделать разговор полезным и приятным Как сделать объемную звезду своими руками Как сделать то, что делать не хочется? Как сделать погремушку Как сделать неотразимый комплимент Как противостоять манипуляциям мужчин? Как сделать так чтобы женщины сами знакомились с вами Как сделать идею коммерческой Как сделать хорошую растяжку ног? Как сделать наш разум здоровым? Как сделать, чтобы люди обманывали меньше Вопрос 4. Как сделать так, чтобы вас уважали и ценили? Как сделать лучше себе и другим людям Как сделать свидание интересным?

Категории:

АрхитектураАстрономияБиологияГеографияГеологияИнформатикаИскусствоИсторияКулинарияКультураМаркетингМатематикаМедицинаМенеджментОхрана трудаПравоПроизводствоПсихологияРелигияСоциологияСпортТехникаФизикаФилософияХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника







Заболеваниям падает от поколения к поколению. Утверждение о том, что опасность инфекционных заболеваний непрерывно убывает — глубоко ошибочно





Утверждение о том, что опасность инфекционных заболеваний непрерывно убывает — глубоко ошибочно. И это происходит потому, что клетки человека, питающегося вареной пищей, постоянно теряют свою силу сопротивляемости микробам, и что еще хуже, они постоянно теряют эту силу из поколения в поколение.

В этой связи я хотел бы процитировать несколько отрывков из книги знаменитого советского ученого И. В. Давыдовского: “Патологическая анатомия и патогенез человеческих заболеваний”, опубликованной в 1956 году. Давыдовский пишет: “У гомо сапиенс наблюдается ряд инфекционных частностей, которых не имеется фактически у животных, включая и наиболее развитых человекообразных обезьян. Ученые не только не смогли добиться успеха в проведении экспериментальных опытов по этим инфекционным заболеваниям у них, но им не удалось также получить хотя бы даже слабое сходство симптомов ряда таких заболеваний (тиф, холера, малярия, менингококковый менингит (воспаление мягкой мозговой оболочки), грипп, корь, желтуха, скарлатина, пневмония, ревматизм, сепсис (общее заражение крови), гонорея, фурункулез, аппендицит и т.д.).

Зоонос и ориитос (болезни, относящиеся к животным и птицам), наблюдающиеся у человека, такие как гидрофобия (бешенство), энцефалит, бруцеллез (малайская лихорадка), пситтакоз (попугайная болезнь), оспа, чума, туляремия, сибирская язва, трихиннелез и другие, как правило имеют свои специфические симптомы, свойственные только человеку, в то время как у животных они проявляют иногда весьма слабое сходство с этими симптомами”.

Таким образом, мы можем видеть, что все животные, включая человекообразных обезьян, не только противостоят специфическим человеческим инфекциям, но и не поддаются преднамеренным попыткам некоторых ученых заразить их этими болезнями с экспериментальными целями. И наоборот, существуют бактерии, которые свойственны животным и птицам, и только им, которые, находясь в организмах животных или птиц, чувствуют себя там нормально и могут существовать в их органах все время, но будучи пересажены человеку, те же самые бактерии влияют на него самым ужасным и гибельным образом.

Мы должны добавить ко всему этому тот факт, что животные иммунны ко всем хроническим болезням.

Какова же причина всех этих поразительных контрастов? В чем же разница в данном случае человека и животного, как не в его привычке питаться в соответствии с законами “цивилизации”, а также его привычкой усаживаться на досуге, блаженно положив ногу на ногу? Что бы вы подумали, если бы в один из прекрасных дней корова взяла себе в голову стать “цивилизованной”, подобно человеку, есть свой фураж прокипяченным в котлах и став совершенно больной, заявлять, что причина ее болезни неизвестна. А затем, когда кто-либо предложил бы ей сделать попытку питаться сырой травой, она бы высказала страх, что ее тело привыкло к вареной пище, а сырая трава приносит ей вред.

А теперь представьте себе, чем бы стала сегодня корова, если бы она потребовала бы такую вареную траву в течение тысячелетий даже без мысли на момент о том, что она совершает неправильный и неестественный акт. Именно в таком положении находятся сегодня фанатичные поклонники мяса.

Борьба против инфекционных заболеваний основана в настоящее время на совершенно ошибочной точке зрения. Снижение смертности от инфекционных болезней, которое сейчас достигнуто, не является результатом повышения сопротивляемости организма человека, а лишь улучшением внешних условий, что препятствует распространению инфекции. В настоящее время сила сопротивляемости человека к инфекционным заболеваниям настолько ослабла, что если бы мы вздумали убрать от него все удобства, которые предоставляются ему современными домами с централизованной отопительной системой, санитарными условиями, предлагаемыми городом, изоляцией заболевших и т. д., и вернули бы людей к условиям жизни, существовавшим, скажем два столетия тому назад, то человеческая раса несомненно бы вымерла от различных эпидемических заболеваний в течение нескольких лет.

Так или иначе, в настоящее время с огромной скоростью развиваются аутоинфекции, дающие подъем катаральным условиям и становящиеся настоящим бичом для всего вареноедного человечества, используя преимущества в слабости клеток ложного человека, безвредные микрозимы становятся вредными.

Давыдовский пишет: “В свете современных взглядов на изменчивость бактерий мы должны признать постулатом тот факт, что патогенетические (болезнетворные) бактерии могут продуцироваться из так называемых непатогенетических бактерий, и это очень близко к действительности. Таким образом, бациллы тифа, паратифа и дизентерии могут брать свое начало из кишечной флоры; действительная бацилла дифтерии может развиться из ложной бациллы. Такая метаморфоза может иметь место у всех видов кокков, у анаэробных бактерий, у бациллы чумы и туберкулеза и у других микрозимов. Аутоинфекция есть чрезвычайно реальное явление, которое протекает за счет превращения обычных обитателей человеческого тела, кожи и слизистых мембран в опасные очаги инфекции”.

В огромном большинстве инфекционных заболеваний наличие инфекции не подтверждается. Говоря другими словами, каждое инфекционное заболевание проявляет свои первые симптомы в нездоровом организме ослабленного человека, откуда передается другому человеку. В действительности каждый такой организм представляет собой опасную фабрику по распространению патогенетических бактерий.

Такую фабрику вы никогда не найдете среди сыроедов. Сыроеды навсегда освобождены от всех инфекционных заболеваний.

Взгляды Давыдовского на аутоинфекцию могут быть суммированы следующим образом: “Главными областями нашего тела, где развиваются процессы аутоинфекции, являются: горло, тонзиллиты (миндалины), вся площадь кишечника, конъюнктивы (слизистая оболочка глаза), бронхиальные стволы и мочевые каналы. Аутоинфекционными заболеваниями являются: назальный (носовой) катар, фарингиты, колиты, дизентерия, бронхиты, пневмония, цистит, пиелит, нефрит, конъюнктивит, воспалительные кожные явления, фурункулез, карбункулез, отит, холецистит, остеомиелит, послеродовой эндометрит (воспаление слизистой оболочки матки) и т.д. В соответствии с данными, приведенными Ф. Г. Баринским (1959), только в 50% всех случаев скарлатины и 15% дифтерии был установлен прямой контакт. Другими словами, в огромном большинстве всех случаев дифтерии не обнаруживалось доказательств, показывающих, что та или иная инфекция имеет внешние источники.

И снова с очевидностью показано Т. Е. Болдыревым (1949), что в 53% тифоидных случаях имело место неизвестное происхождение. Роль экзогенной инфекции постепенно теряет свое значение, уступая место эндогенной. Без всякого сомнения, в будущем будет осознано, что главную роль в инфекционных заболеваниях в действительности играет аутоинфекция, особенно потому, что мы еще в настоящее время не полностью осознали необходимость знаний, которые сделают нас способными объяснить сущность физиологических механизмов и условий, изменяющих нормальный симбиоз клеток и бактерий и приводящий организм к состоянию инфекции.

В соответствии с этиологией инфекционных заболеваний мы должны отказаться от понятий, которыми оперировали во времена Коха, Эрлиха и Пастера, на “патогенетическую” природу микроорганизмов внешней и внутренней среды. В полном смысле слова, не бактерии сами по себе являются патогенетическими, а те физиологические корреляции (соотношения), которые существуют в данном организме в определенный момент и которые органически связаны с нарушениями в его регуляторных системах и нервных механизмах. В природе нет специальных “патогенетических” микробов, но однако, нет конца факторам, которые стимулируют восприимчивость к ним у человека, обладающего нормальной сопротивляемостью, и наоборот.

Из всего этого мы можем сделать только одно единственное заключение — действительная причина инфекционных заболеваний не в микробах, а в тех ослабленных условиях, которые имеют место в биологических процессах организма. Микробы всегда существуют, они существуют сейчас и будут существовать вечно. Кампания по уничтожению и разрушению их абсолютно безрассудна. В результате слепоты человека на действительную причину заболеваний органическая сила сопротивляемости его постоянно падает до того уровня, когда человеческие существа не смогут уже больше сопротивляться инфекции и будут побеждены бактериями, распространившимися внутри их организма.

В то же самое время в организме животных эти бактерии не способны причинять никакого вреда. Сталкиваясь лицом к лицу со слабыми, беззащитными, недеятельными клетками, формирующимися из мяса, хлеба, масла и сахара, эти микробы в человеческом организме являются источником болезней. И не удивительно тогда, что они просто нападают на эти клетки и жадно пожирают их. Разумный человек очистил бы свое тело от всех тех бесполезных клеток, и в таком случае ни один микроб не осмелился бы коснуться его юных, крепких, здоровых и сильных клеток, которые строятся в результате питания тела замечательными фруктами, орехами и злаковыми. Вот действительно, “сущность” физиологических механизмов и условий, которые могут изменить нормальный симбиоз клеток и бактерий в состоянии инфекции, объяснение чему Давыдовский не способен дать.

Роль антибиотиков как терапевтических средств — временна и обманчива. Люди постоянно приходят в тупик, пользуясь ими. Нейтрализуя действие бактериальной активности на короткий промежуток времени, они в действительности ослабляют клетки и расчищают дорогу для более сильной и опасной инфекции, которая не замедлит явиться.

Я имею несчастье быть хорошо знакомым с антибиотиками. В результате пренебрежения естественным питанием мои дети всегда страдали от продолжительного, упорного повышения температуры, причиной которой была аутоинфекция и аутоинтоксикация. Их температура обычно колебалась между 37,5 и 38,0 °С. Я увез своего сына в Париж и подверг его лечению самыми знаменитыми “специалистами”. К несчастью, в результате беспорядочного экспериментирования с антибиотиками они подняли его температуру до 40—41 °С и разрушив сердце и почки, в конце концов убили его, не будучи способными даже диагностировать его заболевание.

Та же самая вещь случилась и с моей дочерью, но с еще большей стремительностью, два года спустя. Я положил ее в Агшаркхохскую детскую больницу в Гамбурге, где доктор Вольфганг Тилинг провел самые нечеловеческие эксперименты на моем бедном ребенке. Ежедневно он брал ненормально большое количество крови для различных лабораторных анализов, в том числе для впрыскивания в дюжину крыс и кроликов, предполагая, что размножением бактерий в них он достигнет желаемой идентичности и будет способен диагностировать заболевание, которое он так и не смог определить при своих обычных клинических осмотрах. Чем выше поднималась температура у моего ребенка, тем большую дозу антибиотиков она получала и тем большее разнообразие приобретали манипуляции над ней. С повышением дозы антибиотиков температура поднималась все выше и выше и наконец, стала колебаться в пределах 39—41 °С. Вскоре стали сильно заметны признаки нефрита.

Своими “научными” средствами доктор Вольфганг Тилинг ускорил развитие заболевания, сведя его “нормальное” протекание в течение четырех лет к периоду всего лишь в один месяц. Он относился к ребенку как к подопытной свинке и уверял нас, что если девочке не будет даваться кортизон или не будет сделана биопсия (вырезание кусочка ткани из живого организма с целью диагностического микроскопического исследования), то она проживет не больше недели.

Это было в те самые дни, когда я обнаружил книгу Бирхер-Беннера — немецкого ученого, — озаглавленную “Болезни питания” (1933). Я немедленно взял свою дочь из этого госпиталя и перевел ее на лечение естественным питанием. Как по мановению волшебной палочки температура у ребенка снизилась до 37,0—37,5 °С, а количество ее мочи увеличилось с 200 миллилитров до 2 литров в день. За неделю она поднялась на ноги и уже смогла сама подниматься и открывать дверь бессердечному доктору, который потерял дар речи и пришел в остолбенение от удивления таким превращением, хотя в свое время под тем или иным безосновательным предлогом он отказался дать мне выписку из истории болезни и клинических исследований моей дочери.

Если бы я продолжал кормить своего ребенка чисто сырой пищей, она бы, конечно, была жива и по сей день, но к сожалению, в то время я еще относился к сырой пище как к чисто терапевтическому средству и верил в искусственные витамины.

Для того, чтобы лично познакомиться с системой питания в клинике доктора Бирхер-Беннера, я вместе с дочерью отправился из Гамбурга в Цюрих и поместил ее в санаторий на 23 дня. Я должен заметить, что к несчастью, после смерти доктора Бирхер-Беннера его система питания была значительно искажена введением вареной пищи, молочных продуктов, витаминов и других лекарств. Таким образом, возложив надежду на быстрое улучшение ее состояния, я думал, что возможно восстановить здоровье дочери лишь частичным принятием сырой пищи, сохранив вареную пищу и искусственные витамины. Но это было способно продлить ее жизнь только на четыре года.

Я сам являюсь красноречивым примером победы человека над аутоинфекциями. В течение более чем 20 лет я страдал от хронического бронхита, который по несколько раз в год укладывал меня в постель с сильнейшими атаками простуды. Однако сыроедение изменило все это, и несмотря на то, что последние 10 лет я сплю под открытым небом круглый год, когда температура в холодную зиму достигает 15—16 градусов мороза, несмотря на то, что микробы, конечно, присутствуют в моем организме, я не страдаю больше от кашля и не чувствую даже легчайших признаков простуды. Я хотел бы добавить к этому, что сон на открытом воздухе зимой не требует какого-то особого героизма. Все, что требуется, — это накрыть свое тело тепло, а лицо оставить доступным свежему воздуху.

В добавление хочу сказать, что очень важно воздерживаться от вареной пищи, так как она является причиной бессонных ночей и непрерывного поворачивания в постели.








Date: 2015-10-18; view: 36; Нарушение авторских прав

mydocx.ru - 2015-2017 year. (0.007 sec.) - Пожаловаться на публикацию