Главная Случайная страница


Полезное:

Как сделать разговор полезным и приятным Как сделать объемную звезду своими руками Как сделать то, что делать не хочется? Как сделать погремушку Как сделать неотразимый комплимент Как противостоять манипуляциям мужчин? Как сделать так чтобы женщины сами знакомились с вами Как сделать идею коммерческой Как сделать хорошую растяжку ног? Как сделать наш разум здоровым? Как сделать, чтобы люди обманывали меньше Вопрос 4. Как сделать так, чтобы вас уважали и ценили? Как сделать лучше себе и другим людям Как сделать свидание интересным?

Категории:

АрхитектураАстрономияБиологияГеографияГеологияИнформатикаИскусствоИсторияКулинарияКультураМаркетингМатематикаМедицинаМенеджментОхрана трудаПравоПроизводствоПсихологияРелигияСоциологияСпортТехникаФизикаФилософияХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника







РОДСТВЕННИКИ





 

Прямыми родственниками вице-адмирала были по отцовской линии Головнины и Чеботаевы, по материнской – Вердеревские и Тютчевы.

Начнем с Головниных и их родового гнезда, каковым были вовсе не хрестоматийные Гулынки, принадлежавшие Вердеревским, а скромное сельцо Большое Пирогово Спасского района, до сих пор пребывающее в стороне от мероприятий, связанных с увековечением фамилии Головниных. Сельцо искони относилось к Старорязанскому стану, затем к Спасскому уезду, однако входило в приход села Перевлеса, соответственно, Каменского стана, Пронского уезда, а ныне – Старожиловского района. Перевлес – место замечательное во многих отношениях, здесь несколько столетий существовала важнейшая торговая пристань Рязанской губернии, здесь был мост через Проню и проходила большая дорога, соединявшая Пронск со Спасском. Приход Богородицерождественской церкви Перевлеса был одним из самых больших в округе и охватывал несколько межевых дач Пронского и Спасского уездов; в ней служили два священника. В 1744 г. в приходе обреталось 1086 человек, из них 53 члена дворянских семей. 8 помещичьих дворов в приходе принадлежали носителям фамилии Головниных: Василию Кирилловичу, Никите Григорьевичу, вдове Анне Константиновне, вдове Ирине Григорьевне, вдове Ульяне Никитичне, вдове Агафье Павловне (сельцо Большое Пирогово), Осипу Осиповичу и вдове Софье Артамоновне Головниным (деревня Малая Пирогова)12. Хотя брачные союзы, продажи имений и отъезды на службу постепенно сокращали удельный вес Головниных в составе дворян перевлесского прихода, они продолжали играть здесь ведущую роль почти до самого конца XVIII века. По выходе в отставку многие из них возвращались в родовые усадьбы, где и заканчивали свой жизненный путь, как, например,

Прадед В.М. Головнина, Кирилл Иванович Головнин родился около 1676 года13. 100 лет, разделяющие прадеда и правнука наглядно демонстрируют перемены, произошедшие в воспитании, образе жизни и возможностях служебной карьеры для провинциального дворянина. В возрасте 20 лет Кирилл Иванович предстает перед нами типичным дворянским недорослем XVII века, участвующим в междоусобных драках с деревенскими соседями.

Как жаловался 3 марта 1696 г. помещик сельца Большого Пирогова Лев Матвеевич Спешнев, братья Артамон и Кирилл Головнины «1696 году Февраля в 20 день… собрався с людми своими и со крестьяны… многолюдством, с бердыши, с пищали и с дубины пришед ко дворишку нашему, где мы живем, людишек наших Зотку Андреева, Лунку Микитина, Юрку Никонова били смертным боем, изрубили меня…и сестер моих бранили всякою неподобною бранью… а Зотка Андреев да Лунка Никитин лежат при смерти... а той наш битой и рубленой человек Юрка Никонов... от того их бою и рубли февраля в 26 число умре»14.

Но именно из таких деревенских недорослей Петр I принялся железной рукой выковывать новое служилое сословие – шляхетство. К.И. Головнин не одно десятилетие тянул лямку государевой службы. В 1700 г. он в несчастном сражении под Нарвой, в 1703 г. по «разбору» боярина Б.П. Шереметева написан в «кодеты в конные и посланы во Псков, из Пскова посланы в Ямбург, и отданы г. полковнику Боуру в горнодеры». Из гренадеров попал в драгуны, участвовал в штурме Дерпта («в шанцах и на приступе был»), в неудачном сражении Б.П. Шереметева с Левенгауптом. В 1707 году написан полковым каптенармусом у козловских драгун, вместе с которыми в 1708 г. ходил усмирять булавинское восстание. В 1709 г. был определен в вотчину А.Д. Меншикова Раненбург «у мундира». В 1734 г. имел чин прапорщика, в отставку вышел камериром15.

В 1738 году по исповедным ведомостям Богородицкой церкви с. Перевлеса известно о проживании в сельце Пирогове отставного каптенармуса Кирилла Ивановича Головнина, 61 года, с детьми Домникой, 18, Евдокией, 16, Григорием, 15 лет, и снохой Пелагеей Петровной, 22 лет, женой солдата ЛГ Преображенского полка Василия Кирилловича Головнина. 3 марта 1739 г. К.И. Головнин умер и был похоронен в селе Перевлесе16.

Его сын Василий – человек уже XVIII столетия, однако, и ему привилегиями «Манифеста о вольности дворянство» дано было попользоваться лишь на склоне лет. Его карьера началась с солдатской лямки, правда, в привилегированном Преображенском полку, по выходе из которого он принялся осваивать новое для Головниных поприще – гражданскую службу, сулящую возможности обретения материального благополучия, и, вдобавок, протекающую в близости от своих имений. По 3-й ревизии за В.К. Головниным значится в Большом Пирогове, а также с. Воршеве и дер. Озерки Сапожковского уезда 101 душа мужского пола, тогда как у других Головниных – от 1 до 16 душ. В 1782 г. М.В. Головнин сообщал в своему послужном списке: «В Спасском, Сапожковском и Мосальском уездах за отцом моим 300 душ»17.

В.К. Головнин (1708? – 1788) был, по-видимому, незаурядной фигурой – в некотором смысле, главой клана перевлесских Головниных. Именно его попечительством была в 1783 г. построена в Перевлесе новая деревянная церковь18. Своего сына Михаила, родившегося 12 июля 1742 г.19, он отправил в 1758 г. в Московский университет, где тот обучался математике и иностранным языкам. 29 февраля 1761 г. М.В. Головнин был «написан» в лейб-гвардии Преображенский полк солдатом. 28 июля 1765 г. он стал капралом, в 1769 г. фурьером, 22 сентября каптенармусом, и в том же году сержантом, после чего был переведен в 1-й Московский полк поручиком. В 1771 г. участвовал в сражениях русско-турецкой войны, получил пулевое ранение. Пожалован капитаном в 1772 г., а в следующем году вышел в отставку. С 1777 г. «определен к генеральному межеванию», служил Спасским уездным землемером. Землемеры были избранной кастой в чиновничьей среде с точки зрения образовательного ценза и профессиональных навыков (знание математики, геодезии и картографии, пунктуальность и систематический склад ума). Кстати, землемером Скопинского уезда служил и младший сын В.К. Головнина, Павел20.

Таким образом, семейство Головниных не осталось в стороне от тенденций, которые привносит XVIII век, не случайно именуемый Веком Просвещения. Возможно, что начало знаменитой библиотеки В.М. Головнина было положено еще старшим поколением. А сам Василий Михайлович Головнин, родившийся после издания Манифеста о вольности дворянства, сделавшего службу не принудительной обязанностью, а предметом свободного нравственного выбора индивида, формируется как личность в условиях «золотого екатерининского века». В следующую эпоху – Александра I – он предстает как вполне сложившийся тип энциклопедически образованного, всесторонне развитого, душевно богатого человека, истинного дворянского интеллигента.

Где родился В.М. Головнин? Определенного ответа на этот вопрос, как ни странно, до сих пор нет. Во всех биографиях в качестве такого места фигурируют Гулынки, где было имение его бабушки по материнской линии, Анны Богдановны Вердеревской. Однако мы столкнулись с отсутствием документов, которые бы это определенно подтверждали.

Т. Панкова приводит (без всякой ссылки на источник) собственноручную запись В.М. Головнина на 58-й странице «Полного христианского месяцеслова»: «По календарю 1776 года покойной бабушки Анны Богдановны, хранившемуся у к-ни Дувановой, узнал я, что я родился в сем году апреля 8 дня и дано мне было имя Аристарх, которое после переменили по настоянию бабушки на нынешнее Василий»21. Что касается «к-ни Дувановой», то налицо неправильное прочтение Т. Панковой рукописного текста: явно имеется в виду не «княгиня Дуванова», а Катерина Дуванова (1772?-1817), внебрачная дочь А.Б. Вердеревской, около 1792 г. вступившая в брак с отставным прапорщиком Аникеем Степановичем Дувановым (1764? – 1810)22. Из приведенной записи со всей очевидностью следует, что В.М. Головнину дата его рождения известна не была, и он ее устанавливал ретроспективно (судя по всему, в один из приездов в Гулынки – в 1815 г. или 1820 г). Это объясняет происхождение датировки, впервые приведенной в «Жизнеописании Василия Михайловича Головнина» Н.И. Гречем23, но не снимает вопроса, где родился вице-адмирал, и где прошли первые годы его жизни. За 1776 г. записи о рождении В.М. Головнина в приходе с. Гулынки нет, а исповедные ведомости за 1777 и 1778 гг. фиксируют проживание в Гулынках лишь А.Б. Вердеревской с дочерью Екатериной24.

В.К. Головнин не торопился при своей жизни делиться с сыновьями частями своего имения, поэтому для Михаила и Павла Головниных единственным источником доходов была служба. Служа, как уже говорилось, с 1777 г. спасским уездным землемером, М.В. Головнин должен был и проживать в Спасске. В его послужном списке, датированном апрелем 1782 г., в графе о семейном положении читаем: «Женат, детей четверо, находятся при нем»25. Между тем, из четырех известных нам сыновей В.В. и А.И. Головниных к этому времени на свет могли появиться лишь Василий и Иван. Следовательно, между 1776 и 1782 гг. родилось еще двое детей, о которых нам ничего не известно, видимо, по причине их смерти в младенчестве.

Документы показывают, что супружеская чета Головниных появляется в Гулынках не ранее того, как 21 июня 1780 г. скончался «горячкою» артиллерии сержант 18-летний Иван Иванович Вердеревский, последний представитель мужской линии своего рода, и прямыми наследниками гулынского имения оказались его сестра Александра Ивановна Головнина с детьми26. Очевидно, тогда и состоялся их раздел с А.Б. Вердеревской. После этого М.В. и А.И. Головнины поселяются в Гулынках и заводят здесь собственный дом.

Гулынки, «село реки Исьи на левой [стороне], на коей мушная мелница о трех поставах, и по обе стороны речки Серебреной, на коей пруд, при безымянном озере и при большой из города Рязани в город Ряжск дороги. В нем церковь Собора Пресвятыя Богородицы и дом господской с плодовитым садом, деревянные […] Земля сероглинистая, а местом и черноземная. Хлеб и покосы средственны. Лес дровяной. Крестьяне на пашне», – сообщают «Экономические примечания к плану генерального межевания». Межевание проводил 8 августа 1772 г. землемер подпоручик Я.С. Вишняков. К той же межевой даче относилась деревня Слободка на Томиловском пруде с 16 дворами (чаще всего именовалась Нелиной Слободой) и пустошь Кошкова. Межевая дача насчитывала 1303 десятины 318 саженей. Львиную долю занимала пашня – 1032 десятины 1920 саженей. Сенокос (благодаря истьинской пойме) составлял 104 десятины 10546 саженей. Неудобий (75 десятин 548 саженей) было больше чем мелкого леса по границам дачи и при деревне Нелиной слободе (68 десятин 1211 саженей). Большая столбовая Рязанская дорога, делившая дачу почти пополам, отнимала целых 22 десятины 1290 саженей, проселочные дороги – 5 десятин 1728 саженей, пруды, овраги, речка Серебренка и половина реки Истьи – 43 десятины 2216 саженей. Во владении священнослужителей под домами, огородами, гуменниками и коноплянниками состояла 1 десятина 100 квадратных саженей. Под кладбищем – 616 саженей. На довольствие священно- и церковнослужителей назначено от землевладельцев с. Гулынок разных угодий 29 десятин 1726 саженей, а от прихожан соседней межевой дачи сельца Кожухова – смежные 4 десятины 2160 саженей – всего 34 десятины 1486 саженей. За изъятием этого церковного надела, лежавшего в непосредственном соседстве с селом, удобной и неудобной земли в межевой даче считалось 1273 десятины 992 сажени. На момент межевания земля принадлежала А.Б Вердеревской обще с детьми Иваном и Александрой, В.В. и С.И. Грушецким, А.Ф. Левашевой, Г.И. Украинцеву, Ил.А. Лихареву, Ф.П. Балк-Полеву, В.Ф. и Г.Ф. Обезьяниновым. Под селениями, с огородами, гуменниками и коноплянниками была занята 21 десятина 2293 сажени. В селе было 48 крестьянских дворов. Крепостных числилось, согласно 3-й ревизии, 131 мужского и 137 женского пола душ27.

По 1-й ревизии (октябрь 1720 г.) по сказке старосты Григория Максимова за сержантом ЛГ Семеновского полка Петром Кузьмичом Вердеревским в с. Гулынках имелся помещичий двор в приходе церкви Варлама Хутынского. Во дворе на месячине жило 22 дворовых человека (12 мужского 10 женского пола душ). В селе за П.К. Вердеревским состояло 7 дворов, да еще 4 двора в д. Кошковой, впоследствии исчезнувшей. В них проживало 38 крепостных крестьян мужского и 32 женского пола. По сравнению с переписью 1678 г., зафиксировавшей у его отца Кузьмы Игнатьевича 28 крестьянских дворов, 17 дворов запустело. Этот факт характеризует не только драматическую ситуацию, сложившуюся около 1700 г., когда обитатели нескольких дворов вымерли поголовно, некоторые крестьяне бежали, а другие были проданы и сведены в чужие имения (с. Овсянниково, с. Ходынино, д. Карамышеву и д. Нелину Слободку), но и общую тенденцию укрупнения крестьянских дворов в связи с введением подворного обложения. В помещичьем дворе имелся клейменый винокуренный куб.

В Гулынках имелись также дворы (в которых кроме дворовых людей никто не жил) стольника Михаила Фокича Грушецкого и Федора Васильевича Щербачева, адъютанта светлейшего князя А.Д. Меншикова. Земля и крепостные (соответственно, в 3 и 6 дворах) достались этим помещикам из владений князей Ф.А. и А.А. Хилковых)28.

В 1727 г. на средства П.К. Вердеревского была построена, а 6 ноября того же года освящена новая деревянная церковь во имя Собора Пресвятой Богородицы с приделом святого Варлаама Хутынского29.

В1717 г. неподалеку от Гулынок, судя по всему – в нескольких километрах вверх по течению г. Коломны гостиной сотни Львом Степановичем Логиновым был построен железный завод, получивший название Истьинско-Гулынского. В 1719 г. завод выплавил 1300, а в 1720 г. 1628 пудов металла. Кроме того, рядом с этим заводом был выстроен винокуренный завод с дворовым и хоромным строением и садом, с 20 чугунными казанами, 40 медными трубами, браговальным котлом, солодовня с овином и мельница, обслуживавшая оба завода. В 1730 г. оба завода перешли во владение купецких людей Переяславля-Рязанского Герасима Федоровича Рюмина и его сына Никифора. В 1734 г. Рюмину продали половину железного завода иноземцу Готлибу Белову. Это выразилось в том, что владельцы по очереди, «погодно» содержали завод, при чем Белов «прибавил для дела железа своим коштом другой молот». В 1739 г., получив заем у английского купца Джона Мея, уступил ему свою половину завода. А в 1740 г. вошел с англичанином в «товарыщество», чтобы делить доходы с производства металла поровну. Как утверждал позднее Д. Мей, он вложил в содержание завода 4300 рублей, получив, под гарантию своего капитала, права на всю половину завода. Что касается мастеровых людей, то по данным 2-й ревизии (1747 г.) они были положены в окладе за Рюмиными и насчитывали 47 душ мужского пола. При этом в Берг-коллегии уже к моменту ревизии имелись сведения, что кирицкий и гулынский заводы Белова и Мея «состоят в недействии и в немалом повреждении». Д. Мей это опровергал в своем челобитье от 3 декабря 1747 г. Тем не менее, к 1749 г. Мей и Белов ведут уже спорное дело, железные заводы стоят «впусте и работы при них никакой не имеется, а имеющиеся при тех заводах мастеровые и работные люди находятся праздно, без всякого мастерства; и платы им никакой ни откуда нет, и претерпевают скудость, нищету без всякого рассмотрения». Рюмины умерли, гулынский завод был описан за вексельные иски, наследники от него отказались или вовсе не объявились, а мастеровые разошлись по разным железным заводам, в том числе, на близлежащий Истьинско-Залипяжский завод30.

По исповедным ведомостям Богородицкой церкви за 1739 г., составленным попом Борисом Селиверстовым, в Гулынках проживал в своем дворе отставной поручик Петр Кузьмич Вердеревский, 54 лет, с женой Евдокией Петровной, 56 лет. По ведомостям 1740 г. П.К. Вердеревский, 55 лет (?), живет уже с новой женой, 30-летней Зиновией Максимовной (урожденной Чевкиной), 30 лет. По ведомостям 1744 г., составленным попом Алексеем Борисовым, показаны проживающими с П.К. Вердеревским и его сыновья от первого брака Иван, 30, и Григорий, 25 лет31.

Хроника семейных событий в гулынской усадьбе, отраженная в документах, состоит из рождений, браков и смертей. 7 января 1762 г. у капитана Ивана Петровича Вердеревского и его жены Анны Богдановны (урожденной Тютчевой) родился сын Иван32.

20 декабря 1768 г. умер старый помещик Петр Кузьмич Вердеревский. Как утверждает метрическая запись, ему было 92 года. Эта цифра плохо согласуется с данными исповедных ведомостей, но как уже говорилось, приблизительность указания возраста – общая черта всех документов церковного учета XVIII столетия33.

10 марта 1771 г., ненадолго пережив отца, умер капитан Иван Петрович Вердеревский, 60 лет34.

По исповедной ведомости прихода с. Гулынок за 1772 г., составленной священником Василием Симеоновым, в селе проживала вдова Анна Ефремовна Вердеревская, 35 лет, с 12-летней дочерью Александрой и 10-летним сыном Иваном. Их обслуживал обширный штат дворовых людей – 26 мужчин и 24 женщины. За остальными помещиками села (З.М. Вердеревской, П.И. Левашевым, Ф.П. Балк-Полевым, В.В. Грушецким, С.И. Грушецким, И.К. Украинцевым) дворовых нет, а числятся только крестьянские дворы. Следовательно, кроме поместья А.Б. Вердеревской, в Гулынках не было других помещичьих усадеб35.

В исповедной ведомости прихода с. Гулынок за 1777 г. вдова Анна Вердеревская, 39 лет, именуется по отчеству Богдановной. Здесь мы сталкиваемся с редким для XVIII в. бытованием двух имен – календарного и некалендарного. Официальным именем отставного подполковника Богдана Семеновича Тютчева (ум. ок. 1777) было Ефрем, однако в употреблении возобладало некалендарное имя, в случае же с его детьми (Петром, Степаном и Анной) – некалендарное отчество. За помещицей 18 мужского и 24 женского пола души дворовых людей. В 16 дворах проживали ее крепостные (77 мужчин и 67 женщин). За мачехой ее покойного мужа, поручицей Зиновией Максимовной Вердеревской (урожденной Чевкиной) показано 3 крестьянских двора. 4 двора принадлежало Петру Ивановичу Левашову, 3 – Федору Павловичу Балк-Полеву (которого исповедная ведомость именует Балковым), столько же – Василию Владимировичу Грушецкому, по одному крестьянскому двору числится за Сергеем Ивановичем Грушецким и умершим уже к тому времени Иваном Кирилловичем Украинцевым36.

В 1778 г. исповедная ведомость фиксирует проживание в селе А.Б. Вердеревской, 41 (?) года, с детьми Иваном, 18, Екатериной, 4 лет, Мокеевыми (sic! – А.Н.) детьми. При ней дворовые люди (19 мужского и 26 женского пола душ)37.

Таким образом, в 1777-78 гг. исповедные ведомости Гулынского прихода (за 1776 г. они не сохранились) не упоминают о В.М. Головнине и его родителях. Первое документальное свидетельство пребывания будущего адмирала в Гулынках – запись в метрической книге: 29 июля 1781 г. у дворового человека помещицы с. Гулынок Александры Ивановны Головниной Максима Семенова родился сын Стефан. Крещен 6 августа, восприемником был Василий Михайлович Головнин. 19 августа того же года у крестьянина той же помещицы Василия Афанасьева родился сын Андреян. Крещен 29 августа, восприемником был В.М. Головнин38.

23 марта 1782 г. в с. Гулынках у майора Михаила Васильевича Головнина родился сын Иван. Крещен 28 марта, восприемник д. Акуловой капитан Василий Фролович Обезьянинов39.

16 июня 1782 г. 4-я ревизия со слов служителя А.И. Головниной, 24-летнего Степана Петрова, зафиксировала в Гулынках за женой капитана М.В. Головнина Александрой Ивановной 66 душ мужского и 73 женского пола. В числе прочих обращает на себя внимание бывший сверхштатный церковник Афанасий Васильев, 25 лет, по собственному желанию пошедший к А.И. Головниной в подушный оклад, и через несколько дней после ревизии, 5 июля, обвенчанный с сенной девкой Агриппиной Никитиной, 20 лет40.

Согласно 4-й ревизии за А.Б. Вердеревской в с. Гулынках оставалась (после раздела между ней, Зиновией Максимовной Вердеревской и Александрой Ивановной Головниной) 51 душа мужского и 56 женского пола. Сказку подал 14 марта 1782 г. 43-летний служитель Василий Степанов, грамотный. За другими гулынскими помещиками той же ревизии числилось: за надворным советником П.И. Левашевым с детьми Николаем и Анной по 26 душ обоего пола; за генерал-поручиком В.В. Грушецким 11 душ мужского и 8 женского пола; за полковником Сергеем Ивановичем Грушецким 4 души мужского и 3 женского пола41.

25 июня 1783 г. у А.И. Головниной родился сын Александр. Крещен 27 июня, восприемником был В.М. Головнин42.

Михаил Васильевич Головнин в это время служил уже в Рязани – асессором Казенной палаты. В губернском городе он полагал осесть серьезно и уже обзавелся жилищем. Об этом свидетельствует его подпись под коллективным прошением епископу Симону, поданным 28 сентября 1783 г. «от г. Рязани Введенской церкви приходских людей»: «Состояв мы при означенной церкви в приходе, и жительство имели своими домами, а вновь прибылые по наместничеству чины квартирами, по разным города местам. Ныне же по учрежденному плану переведены мы на новые места и построились, так и находящиеся по наместничеству у дел, имеем собственные свои дома в Малой Мещанской, Хлебной и Солдатской Слободках и в близости оных; всего состоит нас в тех местах ко оной церкви 45 дворов. А за тем нашим переселением объявленная церковь Божия осталась без всякого почти окрест ее жительства, а мы по отдаленности домов наших не только от оной, но и от всех прочих церквей лишаемся слушания Божией службы, да и в требах несем немалое затруднение, в рассуждении не в близости ж к нашим домам священнослужителей жительства, коих ради резонов крайняя настоит нам нужда иметь церковь Божию в близости к нашему жительству, а как […] на том месте где оная ныне состоит по конфирмованному плану церкви быть не положено, а назначено быть церкви при показанной Мещанской слободе на Второй и Короткой улицах на углу 15-го квартала, где едва не все домы наши состоят в построении, почему и желаем мы ту Введенскую церковь ныне перенесть […]»43.

Собственноручная подпись М.В. Головнина идет второй в ряду челобитчиков, насчитывающем несколько десятков имен. Таким образом, все содержащиеся в прошении привязки к топографии города должны указывать и на местоположение новопостроенного дома М.В. Головнина. Однако долго прожить в Рязани Михаилу Васильевичу было не суждено.

При каких обстоятельствах настигла смерть супругов Головниных, пока установить не удалось. За 1784 г. метрики по Гулынкам не сохранились. В метриках 1785 г. Александра Ивановна Головнина уже именуется умершей, но запись о смерти отсутствует, равно как и запись о рождении ее последнего сына Дмитрия44.

По исповедным ведомостям 1785 г. в селе проживает вдова А.Б. Вердеревская, 48 лет, с дочерью Екатериной Ивановной, 10 лет. С ними дворовые люди (9 мужского и 13 женского пола душ). За ней же 14 крестьянских дворов (38 мужского и 45 женского пола душ).

В своем доме живут умершей майорши А.И. Головниной дети Василий, 9, Иван, 3, Александр, 2 лет, Дмитрий, 1 года, Михайловичи Головнины. При них дворовые люди (11 мужского и 12 женского пола душ)45. За ними 14 крестьянских дворов (52 мужского и 43 женского пола души)46.

После смерти родителей ближайшими родственниками В.М. Головнина, не считая братьев, оставались: по отцовской линии дед Василий Кириллович со своей второй женой Екатериной Васильевной, дядя Павел Васильевич Головнин, тетка Мария Васильевна Хирина, по женской – бабушка, Анна Богдановна Вердеревская, и ее незаконная дочь, Екатерина. Последняя, приходясь малолетнему Василию Головнину теткой, по возрасту была почти ровесницей. Далее в ряду родственников шли двоюродные деды: Григорий Кириллович Головнин и родной брат А.Б. Вердеревской Степан Богданович Тютчев. Круг этих лиц и мог иметь отношение к устройству дальнейшей судьбы Василия и его братьев.

Личность бабушки Анны Богдановны, ближайшей родственницы и соседки по усадьбе, представляется не достаточно ясной. Казалось бы, именно на нее должна лечь забота о воспитании осиротевших внуков, но так ли это было на самом деле? Во-первых, те жили в разделе с ней, во-вторых, у нее была собственная малолетняя дочь, прижитая около 1774 г., т.е. после смерти законного супруга, Екатерина, отцом которой являлся, по-видимому, моршанский купец Мокей Васильевич Сычев47.

Дед, Василий Кириллович Головнин, будучи вдовцом и уже пожилым человеком, женился (около 1773 г.) на помещице сельца Поповичей, вдове Екатерине Михайловне Бурцовой, имевшей от первого мужа, Михаила Акимовича Бурцова, сына Дормидонта. Трудно сказать, какие мотивы имел этот брак двух пожилых людей, но документы фиксируют раздельное проживание супругов. Так, согласно исповедным ведомостям Залипяжского прихода за 1777 г. в сельце Поповичах проживает Екатерина Михайловна Головнина, 49 лет, с сыном от первого брака Дормидонтом Михайловичем Бурцовым, 18 лет, и дворовыми людьми (13 мужского и 22 женского пола души). За ней 10 крестьянских дворов (26 мужского и 27 женского пола душ). 19 мая 1782 г. пасынок В.К. Головнина, Дормидонт Михайлович Бурцов, 22 лет, скончался «чехоткою». По определению казенной палаты 24 апреля 1786 г. за Е.М. Головниной были причислены 42 души мужского пола, оставшиеся после М.А. и Д.М. Бурцовых48.

Как патриарх рода Головниных, Василий Кириллович формально не мог оставаться безучастным к судьбе внуков, старший из которых был его тезкой. Во всяком случае, кажется знаменательным тесное соседство трех дат: 18 января 1788 г. юный Василий Михайлович Головнин зачисляется в Морской кадетский корпус, вскоре, 7 февраля умирает Василий Кириллович Головнин, а 28 марта того же года учреждается опека над малолетними Иваном, Александром и Дмитрием Головниными. Опекуном был определен подпоручик Николай Васильевич Ржавский, служивший заседателем в Пронском нижнем земском суде, помещик д. Мерединовой49.

Можно предположить, что решение отослать внука в Морской корпус принадлежало Василию Кирилловичу, и было продиктовано приближающейся кончиной. Как сообщает Н.И. Греч в «Жизнеописании Василия Михайловича Головнина», «на шестом году от роду был, он, по тогдашнему обычаю, записан в гвардию сержантом» ЛГ Преображенского полка50. Однако, реального поступления в полк 11-летнему В.М. Головнину нужно было ждать еще 5-6 лет, да и тогда возможность этого зависела бы от многих условий, поэтому выбор в пользу Морского кадетского корпуса являлся вполне оправданным.

После смерти В.К. Головнина его родовое имение досталось, судя по всему, младшему сыну. Во всяком случае, именно в сельце Пирогове 4 сентября 1789 г. у помещика Павла Васильевича Головнина родилась дочь Вера51. Трудно сказать, считал ли П.В. Головнин необходимым как-то поддерживать своих осиротевших племянников. Уже дети В.М. Головнина мало что знали о своем двоюродном деде: «О нем известно только, что он был женат на княжне Маматовой и имел одну дочь Евдокию, которая скончалась девицею в 1833 году»52.

Упомянем еще родную тетку В.М. Головнина, Марию Васильевну, которая была замужем за поручиком Петром Михайловичем Хириным, служившим в 1785 г. заседателем Рязанского уездного суда. Обремененные многочисленным потомством (четыре дочери и трое сыновей), Хирины постоянно проживали в Рязани53.

Из других представителей рода Головниных проявить интерес к судьбе сирот был вправе и двоюродный дед Григорий Кириллович, отставной подполковник, проживавший в Большом Пирогове. После смерти старшего брата Василия Г.К. Головнин мог считаться старейшиной рода. Именно по его прошению в 1793 г. Рязанское дворянское депутатское собрание внесло Головниных в шестую часть дворянской родословной книги Рязанской губернии54. Он умер около 1799 г.

27 августа 1800 г. его 29-летний сын Вукол женился на Екатерине Васильевне Вердеревской, дочери помещика сельца Зверева Пронского уезда В.П. Вердеревского55. Так произошло вторичное породнение Головниных и Вердеревских, причем потомками именно этого брачного союза стали и моряки Николай и Владимир Вуколовичи Головнины, и – уже в XX веке – доктор искусствоведения Г.К. Вагнер, и ныне живущие представители рода Головниных.

Наиболее влиятельным родственником В.М. Головнина по материнской линии был Степан Богданович (Ефремович) Тютчев, родной брат А.Б. Вердеревской. Он занимал высокий пост на гражданской службе, был достаточно богат, владел имением в большом селе Насилове, расположенном недалеко от Гулынок. Отставной артиллерийский подполковник, С.Б. Тютчев еще в 1776 г. был избран предводителем дворянства Пронского уезда. 19 декабря 1778 г. в Рязани, в ходе торжеств по случаю открытия Рязанской губернии, в доме присутственных мест состоялись выборы новых уездных предводителей, в ходе которых самая многочисленная в среде рязанских дворян пронская корпорация подтвердила полномочия С.Б. Тютчева на новый срок. Через три года его сменил на этом посту двоюродный брат, секунд-майор Яков Иванович Тютчев, пробывший уездным предводителем два срока (1782-1787 гг.). Таким образом, клан Тютчевых в 1770-80-е гг. прочно удерживал в своих руках рычаги влияния в Пронском уезде. В несчастливом для Головниных 1785 году С.Б. Тютчев потерял жену56, но уже через три месяца, 23 мая 1785 г. выгодно женился второй раз на помещице того же села Насилова, 38-летней девице Анне Федоровне Вейдейговой57. По дворянским спискам 1785 г. С.Б. Тютчеву 58 лет, служит в совестном суде председателем. От первой жены С.Б. Тютчев имел сына Николая, 25 лет, служившего в ЛГ Измайловском полку, дочь Елизавету, в замужестве. За ним в с. Насилове по 20 душ обоего пола, в сельце Тютчеве Кирсановского уезда – 138 мужского и 139 женского пола душ. В приданое получено в с. Насилове 110 мужского и 105 женского пола душ. За женой там же 38 мужского и 40 женского пола душ, в с. Лебяжьем Ряжского уезда 16 мужского и 14 женского пола душ.

Карьера С.Б. Тютчева шла по восходящей – он служил советником рязанского наместнического правления, в 1791 г. получил чин статского советника, в 1794 г. стал председателем Рязанской гражданской палаты, с 1795 г. переведен вице-губернатором во Владимир, а с 5 сентября 1798 г. занимал пост вятского губернатора. За полтора года его губернаторства в Вятке было преобразовано полицейское управление, открыта первая частная аптека, переименованы в школы главное народное училище в Вятке и малые – в Слободском и Котельниче, увеличено число заседателей в земских судах. Производившие в1800 г. ревизию Вятской губернии сенаторы И.В. Лопухин и М.Г. Спиридов писали о С.Б. Тютчеве в своем отчете: «сей… состарившийся чиновник истощает последние свои силы к наилучшему исполнению долга, и голос всей губернии свидетельствует о его правдолюбии и добродушии». 12 апреля 1800 г. Степан Богданович был уволен от дел «за старостию лет… с полным в пансион жалованьем за усердную службу». После отставки С.Б. Тютчев прожил еще почти десятилетие и умер в своем имении в с. Насилове 2 января 1810 г., 85 лет, «по слабости сил». Его супруга Анна Федоровна умерла 15 апреля 1814 г. «горячкою»58.

СОСЕДИ

 

В качестве таковых мы рассматриваем обитателей территории размером 20 х 20 км, примерно в центре которой (со смещением к югу) расположено село Гулынки. Крайними точками в этом квадрате являются на западе – село Насилово, на севере – сельцо Кудрино, на востоке – сельцо Тугушево, на юге – сельцо Шишкино. Этот прямоугольник охватывает полностью 12 церковных приходов с входящими в них населенными пунктами (гулынский, музалевский, асташевский, соболевский, полянский, старожиловский, 2 насиловских, вороновский, чернобаевский, залипяжский и тарасовский). В него попали также отдельные селения степановского, столпянского, лучинского и овсянниковского приходов. Мы включили в наше описание относящиеся к Пронскому уезду селения перевлесского прихода, хотя они и выходят за определенные нами границы59. Таким образом, предметом нашего внимания стали 53 населенных пункта: Гулынки, Кожухово, Нелина Слобода, Музалево, Асташево, Кореньки, Лысовская, Борки, Тырнова, Старое Соболевое, Большие Полянки, Соловцовы Поляны, Хрущево, Старожилово, Насилово, Новоселки, Ефремовское, Карамышево, Вороново, Чернобаево, Акулово, Горловское, Бобровники, Кулиги, Кудрино, Медвежье, Слободка, Залипяжье, Ямы, Истьинский завод, Быково, Харламово, Бренная Поляна, Тугушево-Ханино, Поповичи, Пожегино, Галдина, Горбачево, Перевлес, Кутуково, Тугушево-Чернышево, Варищи, Шелковая, Городецкое, Бобылева-Городецкая, Малая Городецкая, Беляевская, Выглазова, Тарасово, Шляпина, Лукино, Шишкино и Молодая Соболевая.

Начиная с Гулынок, мы описываем сопредельные приходы с юго-востока от них, двигаясь по часовой стрелке. При описании мы придерживаемся следующих задач: дать характеристику привязанной к населенному пункту межевой дачи согласно итогам генерального межевания 1770-х гг., установление всех известных по документам помещиков и членов их семей, числа крестьянских дворов и душ с середины 1770-х до середины 1780-х гг. Сопоставление данных разных документов, иногда противоречащих, иногда согласующихся друг с другом, позволяет, во-первых, дать характеристику помещичьего землевладения рассматриваемой территории в динамике, во-вторых, обобщить материал, позволяющий оценить достоверность используемых источников.

 








Date: 2015-09-26; view: 203; Нарушение авторских прав

mydocx.ru - 2015-2017 year. (0.01 sec.) - Пожаловаться на публикацию