![]() Полезное:
Как сделать разговор полезным и приятным
Как сделать объемную звезду своими руками
Как сделать то, что делать не хочется?
Как сделать погремушку
Как сделать так чтобы женщины сами знакомились с вами
Как сделать идею коммерческой
Как сделать хорошую растяжку ног?
Как сделать наш разум здоровым?
Как сделать, чтобы люди обманывали меньше
Вопрос 4. Как сделать так, чтобы вас уважали и ценили?
Как сделать лучше себе и другим людям
Как сделать свидание интересным?
![]() Категории:
АрхитектураАстрономияБиологияГеографияГеологияИнформатикаИскусствоИсторияКулинарияКультураМаркетингМатематикаМедицинаМенеджментОхрана трудаПравоПроизводствоПсихологияРелигияСоциологияСпортТехникаФизикаФилософияХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника
![]() |
II. Государственный строй и внешняя политикаПо форме государственного устройства Китай времен Цинской династии был типичной восточной деспотией. Столицей государства был город Пекин. На рубеже нового времени Пекин – самый крупный город Азии, в нем в XVII-XVIII вв. проживало 2-3 млн человек. Это огромное население, как писали европейские путешественники, с трудом приспосабливалось «к ужасающему сибирскому холоду». Страшные ветры, снег с градом – таков был климат Северного Китая. Один из миссионеров, отец-иезуит писал в 1688 г., что в тронном зале императорского дворца собрались 4000 мандаринов (от португальского «мандар» – управлять). Все они «с головы до ног покрыты куньими и собольими мехами»[60]. В 1752 г. император Цяньлун (1736-1795) организовал торжественный въезд в Пекин в честь 60-летия своей матери. Все было подготовлено к поездке на пышно украшенных судах по рекам и каналам. Но ранние холода сковали реки толстым льдом. Тщетно тысячи слуг били по замерзающей воде, чтобы помешать образованию льда. Устроителям праздника пришлось заменить суда санями. Управление страной строилось по двум классическим формулам. «В Поднебесной нет земли, кроме земли, принадлежащей государю». «Все живущие в Поднебесной являются подданными государя». Эти положения вошли в законодательство и отражали определяющую роль государства и монарха в жизни страны. Император (богдохан) пользовался неограниченной властью в Поднебесной и считался Сыном Неба. Однако это не означало божественного происхождения конкретного императора – сакральным был титул, а не человек. Только император от имени всего народа и государства мог молиться Небу и приносить ему жертвоприношения. Император «получал» власть от Неба, считался непогрешимым, всезнающим и всевидящим. Каждый император имел одну жену и любое число наложниц. Обычно 2-3 из них были настолько любимы, что их сыновья могли претендовать на престол. Престолонаследие шло по мужской линии: царствующий монарх еще при жизни сам определял своего приемника. Не обязательно это был старший сын[61]. В руках монарха были законодательная, судебная и военная власть. Исполнительными функциями обладали Государственный совет, Государственная канцелярия и шесть палат – «министерств»: – Министерство аттестаций утверждало ученые степени шэньши; – Министерство финансов контролировало сбор налогов; – Министерство церемоний следило за правилами придворного этикета; – Военное министерство решало не только проблемы обороны страны от внешних врагов, но и выполняло функции полиции; – Министерство юстиции занималось законотворчеством и контролировало исполнение законов; – Министерство общественных работ следило за состоянием дорог, мостов, каналов. В случае необходимости контролировало их ремонт или строительство. В административном отношении Срединная империя делилась на 18 провинций, каждая провинция в свою очередь – на 10 областей. Области состояли из уездов. Во времена императора Канси в стране было примерно 1800 уездов. Во главе провинций стояли губернаторы. Провинциальные и областные органы власти решали те же задачи, что и центральные, имели такие же ведомства. Население Китая быстро росло и в XVIII столетии составило 300 млн человек. Нормы государственного управления были определены в сводах законов. Свод законов Канси состоял из 1000 глав и содержал несколько тысяч статей. Исполнять эти законы было довольно сложно из-за их огромного количества. Законы устанавливали социальную стратификацию общества. По законам Канси полноправными считались четыре группы коренного, т.е. ханьского населения: чиновники, имеющие ученую степень (шэньши), земледельцы (нун), ремесленники (гун), торговцы (шан). Земледельцы, ремесленники и торговцы имели право участвовать в сдаче экзаменов на получение ученого звания. Это свидетельствует о том, что: – в китайском обществе не сложились в полной мере сословия; – даже так называемые «помещики» в правовом отношении не отличались от крестьян, так как законы относят их к одной группе – нун. Столь «демократичная» стратификация должна была сглаживать социальные конфликты, однако конфуцианские этические нормы часто нарушались, создавая предпосылки для народного недовольства. Над китайскими сословиями находилась маньчжурская аристократия и маньчжурская «восьмизнаменная» армия. Особенно велика роль армии в период завоевания Китая. Маньчжурская армия – это так называемые «восьмизнаменные» войска. После завоевания большей части страны армейские подразделения охраняли династию. Первоначально у маньчжур было четыре корпуса, каждый из которых состоял из пяти полков, полк состоял из пяти рот. Корпус имел собственное знамя: желтое, белое, красное, синее. Позднее к четырем корпусам были добавлены еще четыре, так появились войска «восьми знамен». Последние четыре корпуса имели знамя с каймой (например, желтое знамя с красной каймой). «Восемь знамен» делились на две группы. Три первых корпуса – «знамени» охраняли непосредственно императора, пять остальных армейских корпусов служили в провинциях. Во второй половине XVII в. для завоевания глубинных районов Китая были созданы дополнительные наемные отряды. Они комплектовались из монголов и китайцев и считались войсками «зеленого знамени». Воины знаменных войск, как отмечалось выше, не имели права заниматься земледелием, ремеслом и торговлей. Они только несли военную службу. Офицеры и солдаты обладали рядом привилегий и льгот. Надежной опорой режима была бюрократия. Бюрократический аппарат имел свои особенности. Мнения историков о численности китайских чиновников довольно противоречивы. Так, например, ряд авторов считают, что центральный бюрократический аппарат составлял около 27000 человек (из них 20000 – гражданские чины, 7000 – военные). Столь немногочисленный центральный аппарат опирался, с одной стороны, на разветвленный провинциальный аппарат, то есть чиновников, получавших жалование из казны, с другой – на органы местного самоуправления, чиновников системы баоцзя. Чиновник в традиционном Китае – это образованный и уважаемый человек. Чтобы стать чиновником, нужно было сдать экзамены и получить ученую степень шэньши. Теоретически к экзаменам допускался любой полноправный член общины, будь то крестьянин или ремесленник, торговец или землевладелец. Экзамены были трехступенчатыми: уездными, провинциальными, столичными. Первый экзамен претенденты на ученую степень сдали по грамматике, т.е. каллиграфии. Второй экзамен – по истории и философии. Здесь нужно было показать высокий уровень знания «Девятикнижья», то есть, исторических, философских, религиозных сочинений древних авторов. Только после успешной сдачи уездных экзаменов можно было пробовать свои силы в провинциальных и столичных учебных центрах. Соискатели, успешно выдержавшие экзамен в провинции, а еще лучше в столице, получали ученую степень шэньши и становились чиновниками. Считалось, что сдать экзамены мог только человек достойный, образованный, во время экзаменов не допускались подкупы, взятки. Чиновник государственной службы получал оклад денежного содержания и земельный надел, который сдавался в аренду. Подобная система воспитывала уважение к носителю знаний, поэтому в традиционном Китае грамотный человек – это человек уважаемый и зажиточный. Обычно срок службы чиновника был недолог. Поэтому шэньши стремились за время службу скопить как можно больше денег. Для решения этой задачи использовались всевозможные средства: подкупы, взятки, сокрытие части государственных налогов. Оставив службу, чиновник приобретал землю, возвращался в свою деревню и становился сельским «помещиком». Нередко он руководил сельской общиной на общественных началах, или же преподавал в местной школе, или же писал «воспоминания». Нигде, ни в одной стране мы не найдем такого количества исторических хроник регионального значения. Религиозно-идеологическая система традиционного Китая оставалась неизменной на протяжении столетий. Смещались лишь ее акценты. Морально-этические учения преобладали в ней над чисто религиозными представлениями и догмами. Духовенство не стало отдельным сословием. Сами маньчжуры были буддистами. Однако официальной идеологией оставалось конфуцианство, с его строгим соподчинением в отношениях между людьми в семье и обществе, основанном на уважении и почитании старших по возрасту и общественному положению. При императоре Цяньлуне утвердилось неоконфуцианство. В нем сохранялось учение Конфуция о божественном назначении императора, подчинении подданных государственным властям и т.д. Неоконфуцианство не противоречило «учению о перемене мандата» ученика Конфуция Мэн Цзы (372-289 г. до н.э.)[62]. Суть учения состояла в том, что подданные лишь в том случае обязаны подчиняться императору, если власти обеспечивают им привычный уровень жизни. В противном случае, народ имел право избавиться от неугодного правителя. Ведь божественным был не конкретный император (богдохан), а сам титул правителя. Наряду с конфуцианством в традиционном Китае широкое распространение получил даосизм. Его основателем считается современник Конфуция, легендарный Лао Цзы. Согласно учению Лао Цзы, все сущее: природа, жизнь – это бесконечный поток естественного развития, «Великое Дао» (Путь). Человек должен стремиться постичь Дао. Даосизм включал в систему своих представлений элементы народных верований, магии, шаманства. Знакомы были китайцы и с буддизмом. Еще в средние века здесь зародился чань-буддизм, упрощенный вариант учения Будды. На протяжении столетий происходил синтез конфуцианства, даосизма и китайского буддизма. Поэтому в маньчжурский период уже утвердилась комплексная система религиозных верований со своей иерархией культов. Общекитайский характер носили культы Конфуция, Лао Цзы и Будды. В их честь сооружались храмы. Далее следовали культы явлений и сил природы, культы отдельных районов, домашние культы (культы предков). Маньчжуры легко приспособились к религиозной китайской системе, умело ее использовали для поддержания порядка в стране. Таким образом, сильная деспотическая власть опиралась на армию, бюрократию, религию. Даже с точки зрения концепции «государственного феодализма» или «азиатского способа производства» Китай в XVII-XVIII вв. представлял его «незавершенный» вариант, ибо в нем не было классов, сословий, сильны были общинные устои. Какова же была внешняя политика Цинской империи? С точки зрения европейцев, внешняя политика Поднебесной была достаточно противоречивой. Но она не противоречила духу официального конфуцианства, где соседние народы – это младшие братья, а остальные (европейцы) – варвары. Почему «варвары»? Конфуций говорил: «Благородный человек думает о долге, низкий - помышляет о выгоде». Отсюда следовал вывод о том, что китайская цивилизация выше любой европейской, ибо китайский император думает о долге, европейские правители помышляют только о выгоде. Основными направлениями внешней политики были отношения с азиатскими странами; отношения с Российским государством и отношения со странами Запада. С XVII в. внешняя политика характеризуется двумя тенденциями. С одной стороны, Китай стремится изолировать себя от внешнего мира, с другой – расширить свою территорию и сферу влияния за счет соседних азиатских стран. Вторая тенденция во внешних сношениях Поднебесной оставалась неизменной на всем протяжении китайской истории. Великий поэт Ли Бо (VIII в.) писал: Император войска Посылает на север пустыни, Чтоб враги не грозили Поить в наших реках коней. Сколько битв предстоит нам, И сколько их было доныне, - Но любовь наша к родине Крепче всего и сильней[63]. В XVIII в. в зависимость от Китая попали Корея, Лаос, Бирма, Таиланд, Вьетнам и другие сопредельные государства. Отношения с ними строились по принципу «большой семьи», где «старшим братом» являлся Китай, «младшими братьями» – все остальные страны. «Старший брат» в такой системе отношений помогает «младшим», учит их уму-разуму, а «младшие братья» не только подчиняются, но и дарят подарки в виде небольшой дани. Следует заметить, что такие отношения не были обременительны для зависимых стран. Отношения с Российской империей строились по иной схеме. Впервые о Китае узнали и приблизились к его границам русские беглые казаки. В XVII в. они дошли до Тихого океана и «везде, где оседали люди, закипала жизнь, поля покрывались нивами и стадами, и это от Персии до Тихого Океана», – писал А.И. Герцен. В 1618 г. тобольский казак Иван Петлин побывал на китайской земле и привез грамоту от китайского императора русскому царю. Но ее никто не смог прочесть: в российском государстве китайским языком не владели. С середины XVII в. одно за другим отправлялись посольства в Поднебесную. Все они терпели препятствия в дороге и в самом Китае. В Пекине послы попадали на прием к императору. Однако китайцы требовали выполнения особых «дипломатических» церемоний «коу-коу» – девять земных поклонов. Россияне обижались и уезжали ни с чем. В конце XVII в. на реке Амур русские казаки построили крепость Албазин. Китайцы крепость разрушали. Еще ранее начались переговоры о разграничении территорий. В Нерчинске (1689) был заключен первый русско-китайский договор. По Нерчинскому договору граница между государствами проходила по реке Горбице до верховьев реки Уды, далее по вершине Станового хребта. Река Амур и город Албазин оставались за Китаем. Но фактически это была «ничья земля». Нерчинский трактат имел большое международное значение. Это первый договор, который Срединная империя заключила с европейским государством, он предусматривал обмен посольствами. Петр I придавал большое значение развитию русско-китайских отношений. В 1719 г. в Китай была направлена миссия посланника Измайлова. Миссию Измайлова торжественно принимают в Китае, но разрешить интересующие российское государство вопросы ей не удалось. Лишь в 1727 г. были подписаны два договора: Буринский и Кяхтинский. Буринский договор устанавливал границу между Россией и Китаем в Монголии. Кяхтинский подтверждал все прежние пограничные протоколы и порядок русско-китайской торговли. По этому договору была согласована граница к западу от реки Аргунь. Земли по Амуру и Тихоокеанскому побережью оставались не разграниченными. По договору Пекин разрешал посетить страну 200 русским купцам, так же принимались русские ученики для изучения китайского языка. Одним из сложных было обсуждение вопроса об оказании помощи Китаю в завоевании Ойратского ханства. Российская империя отказала Китаю в этой помощи. В 1731 г. в Москву прибывает первое китайское посольство. В середине XVIII в. контакты сократились, так как Китай вновь провозгласил политику самоизоляции. Отношения Срединной империи со странами Западной Европы тесно связаны с Великими географическими открытиями. Еще в начале XVI в. династия Мин проводит политику «закрытия» страны от европейцев. Маньчжуры же вначале не препятствовали основанию в Китае иностранных торговых факторий. Так появились фактории английской, голландской и французской компаний. Особенно активно действовала английская Ост-Индская компания. Император Канси приблизил к себе миссионеров и разрешил проповедь христианства. Однако уже в 1716 г. въезд иностранцев в Китай был ограничен. В 1720 г. в городе Кантоне была организована китайская купеческая компания «Кохонг», которая должна была монополизировать всю торговлю с иностранцами, особенно с англичанами. Вскоре появились указы, ограничивающие деятельность миссионеров-христиан. Закрываются христианские храмы. В 1757 г. иностранные купцы получили право торговли в одном «открытом» городе Кантоне (Гуанчжоу). Однако закрытие продолжалось недолго. В конце XVIII в. в стране появились дипломатические делегации. В частности, Поднебесную посетила официальная английская миссия. На кораблях миссии китайцы попросили установить надпись «Носитель дани из английской страны». Руководителю миссии был вручен эдикт для передачи королю Георгу III. В нем говорилось: «Как Вам известно, у нас есть абсолютно все. Мы не придаем значения изысканно сделанным предметам и не нуждаемся в изделиях Вашей страны»[64]. В документе сообщалось о том, что китайцы готовы принять дань от англичан. Постоянное же сотрудничество и пребывание английского посла в Китае – нежелательно. III. Китай в первой половине XIX в., крестьянская война тайпинов (1850-1864) К концу 30-х годов XIX в. в Цинской империи набирал силу очередной циклический социально-демографический кризис. Одним из его показателей стало нарастание антиманьчжурских настроений и подъем повстанческого движения. Выросло число тайных обществ, религиозных сект. Активизировались вооруженные выступления национальных меньшинств. В это время в южные и юго-восточные районы Китая увеличился наплыв контрабандного опиума. Его ввозили англичане из Индии, американцы из Турции. Курение опиума становится национальным бедствием Китая. Опиум употребляли богатые и бедные, маньчжуры и китайцы. Потребление опиума усугубляет финансовые проблемы, так как из страны вывозят серебряные монеты. Финансовый кризис дестабилизировал государственный аппарат Цинской империи. Император Даогуан (1821-1850) опасался вмешательства «западных варваров» во внутренние дела Поднебесной и поддержки ими антиправительственных сил. Поэтому, как считает О.Е. Непомнин, решено было отсечь внутреннюю проблему от внешней и ликвидировать последнюю[65]. В 1836 г. Даогуан издает указ об усилении борьбы с опиумной контрабандой. В 1839 г. наместник провинций Хунань и Хубэй Линь Цзэсюй назначается особым эмиссаром в центр опиумной контрабанды Гуанчжоу. Он потребовал от иностранных купцов сдать все запасы опиума. Когда же они отказались, эмиссар блокировал факторию иностранных купцов, изъял и уничтожил около 20 тыс. ящиков опиума. Император объявил страну «закрытой» для всех коммерсантов из Англии и Индии. Это привело к первой «опиумной» войне между Англией и Китаем (1840-1842). По Нанкинскому договору, Китай признавал свое поражение и открывал для английской торговли пять портов: Сямэнь, Фучжоу, Нинбо, Шанхай и Гуанчжоу. Китайская торговая компания «Кохонг» упразднялась, британские купцы получили право свободной торговли в открытых городах. На английские товары устанавливались льготные таможенные тарифы – не выше 5% стоимости товара. Остров Сянган (Гонконг) переходил в «вечное владение» Великобритании. Пекин должен был «возместить» англичанам все убытки, заплатив контрибуцию в 21 млн лян. Нанкинский договор стал первым неравноправным договором Китая с иностранным государством. В 40-е годы подобные договоры Китай вынужден был заключить с США, Францией и другими странами. В послевоенные годы положение простого народа ухудшается. Китай стоит на пороге новой крестьянской войны. Каковы же причины тайпинского движения? Исследователи советской школы и современные востоковеды единодушно отмечают ухудшение экономической ситуации в 40-е – 50-е годы. Во-первых, неравноправные договоры Китая с западными странами привели к кризису традиционной экономики. Ввоз дешевых английских товаров, в первую очередь тканей, привел к разорению кустарной домашней промышленности. Сотни тысяч крестьян разорились. Во-вторых, дефицит внешней торговли ускорил отток серебра из Китая. Это привело к повышению курса серебряного ляна и падению курса медной монеты. Так как крестьяне платили налоги медью, произошел значительный рост налогов, примерно в 1,5 раза. В-третьих, в работах последних лет дан анализ демографической ситуации. Цифры впечатляют. За 60 лет с 1790 г. по 1850 г. численность населения страны выросла с 301 до 430 млн человек, то есть увеличилась на 43%. Это привело к росту безработицы. В-четвертых, циклический кризис усугублялся стихийными бедствиями. В 1847-1850 гг. в южных районах Китая происходили неблагоприятные природные катаклизмы: засухи, наводнения, ураганы. В стране не хватало продуктов питания, многие районы были поражены эпидемиями. Каков же характер тайпинского движения? Крестьянская война тайпинов по-разному оценивается в отечественной историографии. В советском востоковедении в работах В.П. Илюшечкина, В.Н. Никифорова и др. подчеркивался антифеодальный, антиманьчжурский характер тайпинской войны (1850-1864). В современных работах российских востоковедов (О.Е. Непомнин, Л.С. Васильев, С.Б. Сенюткин и др.) антифеодальные аспекты движения не рассматриваются, антиманьчжурский характер движения не вызывает сомнения. Позиции историков советской и постсоветской школы совпадают по проблемам: а) антиманьчжурской направленности войны; б) уравнительных утопических идеалов тайпинов. Далее идут различия. В работах последних лет, в отличие от исследований советского периода, определение восстания как антиколониального, антизападного встречается все реже. Ибо тайпины, не только не воевали с европейскими колонизаторами, но и восприняли западные идеи. Нам близка точка зрения Л.С. Васильева на крестьянскую войну тайпинов. Он считает, что Тайпинское восстание не было прямой реакцией на колониализм, оно было реакцией на социально-экономический кризис, вызванный колониализмом. Среагировало же китайское общество традиционным способом: тайпины хотели восстановить нарушенную норму, добиться социальной справедливости. Средством для достижения цели было привычное для Китая стремление создать новое государство, по обычной модели, но более справедливое[66]. Выступление тайпинов против буддизма доказывает антиманьчжурский характер движения. Необычными были христианские идеи, воспринятые тайпинами. Однако в сознании восставших они ничуть не противоречили традиционным китайским верованиям. Практика же привела к полному поглощению западных идей китайской конфуцианской традицией. Непомнин О.Е. подчеркивает религиозный характер крестьянской войны, называет тайпинов «богопоклонниками». Несмотря на знакомство тайпинов с основами протестантизма, в их «христианстве больше было заимствований из средневекового католицизма с его религиозным фанатизмом, нетерпимостью и косностью»[67]. В китайском варианте, считает исследователь, христианство сочеталось с великоханьской доктриной Срединной империи как центра Вселенной, и с традиционным китаецентризмом. Согласно этой доктрине остальные страны представляют собой только «варварскую» периферию Китая. Нам кажется, что христианские идеи не могли глубоко проникнуть в сознание тайпинов. Конфуцианская идеология Поднебесной на протяжении столетий подавляла и поглощала любую другую традицию. Вряд ли она могла проиграть западному христианству. Периодизация движения. В работах советских историков, как правило, выделялось два периода крестьянской войны: первый период – с 1850 по 1856 гг. – подъем движения, образование государства тайпинов; второй период – с 1857 по 1864 гг. – внутренний кризис, военные неудачи и поражение восставших. Илюшечкин В.П. предлагает разделить каждый из периодов на две части. Таким образом, в его трактовке схема крестьянской войны выглядела следующим образом: первый период – с 1850 по 1853 гг. до взятия Нанкина и образования тайпинского государства – Тайпин Тяньго; второй период – с 1853 по 1856 гг. – расширение движения, попытки осуществления программы тайпинов; третий период – с 1857 по 1860 гг. – борьба за власть внутри руководства тайпинов, вторая «опиумная война», расширение движения на запад; четвертый период – с 1860 по 1864 гг. – помощь маньчжурскому правительству со стороны иностранных держав, подавление движения[68]. Как же началось восстание? В 1849 г. массовый голод охватил южные районы страны. Все это привело к активизации народных масс. Центром движения становятся провинции Гуандун и Гуанси. Именно здесь появилась христианская секта – «Общество поклонения небесному владыке». Ее создал в 1843 г. сельский учитель, сын крестьянина Хун Сюцюань (1814-1864). Непомнин О.Е. называет Хун Сюцюаня идеологом «христианского» движения, теоретиком китаизированного христианства. Китаизированное христианство сочеталось у тайпинов с древнекитайскими социально-этическими учениями о справедливом обществе «Великого Единения» (датун) и Великого Благосостояния (тайпин) [69]. К Хун Сюцюаню присоединились Ян Сюцинь, Ши Дакай и другие. Следует заметить, что среди руководителей восстанием были представители различных социальных слоев: крестьяне, сельские интеллигенты, горнорабочие, горожане и даже так называемые «помещики». Под воздействием экономического кризиса, последствий колониальной экспансии, в условиях падения жизненного уровня и пауперизации значительной части населения южного Китая менялась психология людей. С одной стороны, усиливались люмпенские настроения. С другой стороны, формируется идеология всеобщего равенства. Мечта людей о «царстве всеобщего благоденствия» находила подтверждение, как в конфуцианском Пятикнижии, так и в христианском Новом Завете[70]. С 1848 по 1850 гг. в южных провинциях растет число последователей нового учения, создаются разрозненные отряды сторонников секты, которые все чаще с оружием в руках выступали против вооруженных отрядов китайских землевладельцев и отражали атаки регулярной Цинской армии. Центром движения становится провинция Гуанси. По стране стали распространяться сведения о мятежниках – людях со срезанной косой (символ непокорности маньчжурам) и в красных головных повязках (отличительный знак восставших). В январе 1851 г. Хун Сюцюань провозглашает начало всеобщего антиманьчжурского восстания и создания государства «Тайпин Тянго». Руководитель секты из религиозного лидера постепенно превращается в главу складывающегося государства. Тайпины начинают открытые военные действия против императорских войск. Они продвигаются от Цзинтяна к реке Янцзы, один за другим берут города Юньань, Ухань, Аньцин. Как отмечает С.Б. Сенюткин, за полгода тайпины прошли путь в 2400 км, пересекли четыре провинции и захватили 26 городов. В марте 1853 г. их армия численностью около 1 млн человек взяла город Нанкин (дословно «южная столица»)[71]. В это время складывается государство тайпинов. Какова же его структура? Во главе государства стоял Хун Сюцюань – «Небесный князь». Он был наделен прерогативами императорской власти. Вероятно, это совпадало с традиционными представлениями китайцев о государе – защитнике и попечителе подданных. После взятия Нанкина Хун удалился от мирских дел, занимался только религиозными вопросами. Все военное и гражданское руководство он передал Ян Сюцину – Восточному князю. Были еще Западный князь – Сяо Чаогуй, Южный – Фэн Юньшань, Северный – Вэй Чанхуэй. Титул князя-помощника имел Ши Дакай. Высокие титулы и звания получили и другие руководители восстания. Среди них были крестьяне и пираты, мелкие «помещики» и шэньши. Что же это было за государство? Нам кажется недостаточно обоснованной точка зрения О.Е. Непомнина, который называет Тайпин Тяньго теократической монархией[72]. Действительно, во главе нового государства стоял религиозный вождь тайпинов. Но, его власть очень скоро стала формальной. Государство было создано восставшими, объединенными в воинские подразделения, держалось армией, заботилось об армии. Поэтому можно согласиться с мнением Л.П. Делюсина в том, что новое государство – это государство-армия. Военная власть в нем была всегда главной. Принятая в 1853 г. «Земельная система Небесной династии» содержала программу общественного строя Тайпин Тяньго. Закон преследовал две цели: во-первых, установить справедливый порядок распределения земли, то есть равное право на минимальное количество продуктов; во-вторых, обеспечить снабжение продуктами армию и пополнение ее рекрутами. И эта цель была главной[73]. Да, конечно, идея всеобщего равенства имела место, но уравнительное распределение земли по едокам, включая детей, вполне уживалось с армейско-бюрократической структурой государства: каждые 25 семей составляли взвод, каждая семья выделяла одного воина в повстанческую армию. Четыре взвода образовывали роту, пять рот – бригаду, пять бригад – дивизию, пять дивизий – корпус. В корпусе обычно было до 13 тысяч бойцов. Для содержания армии были созданы общественные кладовые. Крестьяне же получали прожиточный минимум, лишь в особых случаях – свадьба, похороны и т.д. – крестьянская семья могла получить дополнительное продовольствие и необходимые ремесленные изделия. Тайпинское общество исключало товарно-денежные отношения, деньги как средство обмена. Оно было строго регламентировано: каждая семья могла иметь определенный нормированный участок земли (по едокам), нормированное количество скота, в семье даже ограничивалось число детей. Илюшечкин В.П. отмечает примитивный крестьянский коммунизм тайпинов. Вероятно, это был военный коммунизм. Можно согласиться с С.Б. Сенюткиным (он солидарен с Л.П. Делюсиным) в том, что идея равенства трансформировалась в нормы уравниловки. Эти нормы «при своем воплощении в практику привнесли в общество казарменно-военизированную сельскую общину с вполне отчетливыми тоталитарными чертами»[74]. Уравниловка – удел простых тайпинов, руководители движения быстро обогащались, строили роскошные дворцы, носили шелковые одежды и т.д. Именно это привело к идейному размежеванию в среде восставших и ослаблению движения в целом. В 1856 г. усилились противоречия между Хун Сюцюанем и главой его правительства Ян Сюцинем. Последний был не только «главой кабинета», но и заслуженным воином, руководителем армии. В результате заговора Ян Сюцинь и его сторонники были убиты. Главой правительства стал инициатор заговора Вэй Чанхуей. Однако в 1857 г. он был убит. Борьба за власть ослабила как тайпинскую армию, так и государство тайпинов. Неудачный поход на Север, переход к оборонительной тактике, непоследовательность экономической политики на местах – все это предрекало поражение восставших. В 1859 г. в Нанкин прибыл один из родственников Хун Сюцюаня – Хун Жэньгань, он разработал программу реформ прозападного толка («Новое сочинение в помощь управлению»). Однако реализация ее была практически невозможна. Чуть раньше, в 1856 г. началась вторая «опиумная» война. Теперь против Китая воевали не только англичане, но и французы. Англия и Франция навязали Цинам два соглашения: Тяньцзиньский договор (1858) и Пекинские конвенции (1860). По договорам Китай открывал новые города-порты, обязался выплачивать контрибуцию и т.д. С этого времени изменилась позиция западных держав по отношению к мятежникам. Если до 1860 г. они сохраняли нейтралитет, то теперь же оказывали помощь Цинам боеприпасами и вооружением. В случае если затрагивались их интересы в открытых зонах, сами воевали с тайпинами, как это было в Шанхае. С 1860 по 1864 гг. тайпины все чаще отступают, уменьшается численность армии, сокращается контролируемая восставшими территория. В июле 1864 г. правительственные войска захватили Нанкин, несколько раньше Хун Сюцюань покончил жизнь самоубийством. Восставшие терпят поражение. Следует подчеркнуть, что в отдельных районах сопротивление маньчжурам продолжалось еще несколько лет. Вероятно, с этим связано появление в последних работах новой даты окончания крестьянской войны – 1868 г. Крестьянская война тайпинов имела определенные последствия. В ходе крестьянской войны погибли десятки миллионов человек. Сенюткин С.Б. приводит следующие данные: если в 1851 г. в Китае проживало 432,16 млн человек, то в 1866 г. – 191,72 млн человек[75]. Эти трагические обстоятельства уменьшили земельный голод, так как сократилось число претендентов на земельные участки на юге страны. Цинское правительство, поставленное в экстремальные условия, с одной стороны, заключало все новые неравноправные договоры со странами Запада, с другой стороны, вынуждено было восстанавливать страну, проводить экономические преобразования, перевооружать свою армию. В Срединной империи начинаются реформы, названные «политикой самоусиления».
Литература 1. Бичурин Н.Я. Китай в гражданском и нравственном состоянии [Текст] / Н.Я. Бичурин. – М.: Вост. Дом, 2002. – 423 с. 2. У Цзин Цзы. Неофициальная история конфуцианцев [Текст] / У Цзин Цзы. [Пер. с кит. Д. Воскресенского]. – М.: Эксмо, 2008. – 745 с. 3. Цао Сюзцинь. Сон в красном тереме [Текст] / Цао Сюзцинь [Пер. с кит.]. Биб-ка кит. лит-ры в 3 т. – М.: Ладомир, 1995. – Т. 1. – 621 с.; – Т. 2. – 637 с. – Т. 3 – 604 с. 4. Белелюбский Ф.Б. Сборник научный статей [Текст] / Ф.Б. Белелюбский, РАН ИДВ. – М.: ИДВ РАН, 2007. – 139 с. 5. Делюсин Л.П. Земельная система Небесной династии и ее оценки [Текст] / Л.П. Делюсин // Китайские социальные утопии. Сб. ст. – М.: Наука, 1987. – С. 177-200. 6. Илюшечкин В.П. Крестьянская война тайпинов [Текст] / В.П. Илюшечкин. – М.: Наука, 1967. – 394 с. 7. Илюшечкин В.П. Теория стадийного развития общества: История и проблемы [Текст] / В.П. Илюшечкин. – М.: Вост. лит., 1996. – 406 с. 8. История Китая: учебное пособие [Текст] / В.В. Адамчик; В.М. Адамчик; А.Н. Богдан и др. – М.: АСТ, Минск: Харвест, 2005, - 736 с. 9. Кобзев А.И. Философия китайского неоконфуцианства [Текст] / А.И. Кобзев. – М.: Вост. лит., 2002. – 605 с. 10. Лян Шумин. В чем специфика китайской культуры [Текст] / Лян Шумин // Проблемы Дальнего Востока. – 2004. – № 4. – С. 131- 141. 11. Маркс К. Революция в Китае и Европе [Текст] / К. Маркс, Ф. Энгельс. Соч. 2 изд. Т.12. – М.: Госуд. изд. полит. лит., 1957. – 879 с. 12. Маркс К., Энгельс Ф. Первый международный обзор [Текст] / Маркс К. и Энгельс Ф. Соч. 2 изд. – М.: Гос. изд. полит. лит., 1957. – Т. 7. – 224-237 с. 13. Непомнин О.Е. История Китая: эпоха Цин. XVII – начало XX в. [Текст] / О.Е. Непомнин. – М.: Вост. лит., 2005. – 711 с. 14. Новая история Китая [Текст] / Отв. ред. С. Л. Тихвинский. - М.: Наука, 1972. – 627 с. 15. Переломов Л.С. Конфуций: «Лунь Юй». [Текст] / Исслед., пер. с кит., коммент. Л.С. Переломова. – М.: Вост. лит., 2000. – 588 с. 16. Сенюткин С.Б. Новая история Китая и Японии [Текст] / С.Б. Сенюткин. – Нижний Новгород: Изд. Нижегородского уни-та. 1996. – 166 с. 17. Сидихменов В.Я. Маньчжурские правители Китая [Текст] / В.Я. Сидихменов. – М.: Наука, 1985. – 299 с. 18. Скачков К.А. Пекин в дни тайпинского восстания. Из записок очевидца [Текст] / К.А. Скачков. – М.: Изд. вост. лит-ра, 1958. – 360 с. 19. Тайпинское восстание 1850-1864 гг.: сб. док. [Текст] / Предисл. В.П. Илюшечкина. – М.: Изд. вост. лит-ра, 1960. – 326 с.
Л Е К Ц И Я V
|